Часть 4

      Эмили сидела у себя в кабинете разбирая корреспонденцию за сегодняшний день. Лейла принесла её вместе с вечерним чаем и десертами. Проведение вечера у себя в рабочем кабинете уже вошло в привычку. Весьма плохую для императрицы, но вполне нормальную для Эмили. Нет, она, как и полагается, устраивала вечера и приемы в честь праздников и годовщин, званные вечера с лордами и баронами для заключения выгодных договоров. Вела себя как подобает Императрице. Но никогда не отказывала себе вот так, одной, посидеть в уютной тишине.       В перерывах между чтением, цедить маленькими глотками ароматный чай с корицей и смотреть на подсвеченный миллионами огней Дануол с высоты Башни. Это умиротворяло, даже не смотря на опусы что часто попадались ей в письмах.       Ей был всего тридцать один год, а в письмах частые недоухажеры едва ли не открыто намекали что именно он её последний шанс получить отзывчивого и преданного мужа. Это всё ещё веселило Эмили, но уже мелькали мыслишки попросить своего секретаря сжигать такие письма, не доводя содержание до её сведения.       Если уж на то пошло, брак будет по расчёту и выгодный для Императорской короны. Тем более послы с Тивии прозрачно намекали на одного кандидата.       Выстраданный и вымоленный мир вернулся в Империю. За последние четыре года был проведен сумасшедший скачок. Изобрели телефоны, удешевили летающие машины, создали радио. Столько открытий за короткий срок. Эмили не знала кого за это благодарить – Чужого уже шесть лет как нет. Неужели человеческая натура, освободившись от темного взора божества, воспряла и не далек тот день, когда хрупкое существо взметнётся в высь, к границам внешних сфер?       С падением Аббатства обывателей многие теперь устремились в науку и всеми силами приближали будущее как могли.       Эмили всячески поддерживала такие инициативы общества, спонсируя новые университеты и перспективные направления. Но сама затылком ощущала этот темный взгляд. Чужой никуда не делся. Он просто бродит где-то среди людей и иногда напоминает Эмили, через покалывание в едва видимой метке на тыльной стороне ладони, что он здесь и что он всё ещё приглядывает за ними.       Билли Лерк говорила что устранила Чужого. Но устранить не значит убить. И Эмили с тревогой ждала когда закончится эта передышка.       От мыслей Императрицу отвлекла возня за дверью в коридоре. Словно кто-то громко топая ногами бежал к её кабинету на всех парах. Подумать кто это мог быть она даже не успела – дверь раскрылась на распашку ударившись о стену, и черноволосый маленький вихрь тут же оказался у неё на руках.       - Сестёнка! – этот восторженный детский голосок она бы не спутала ни с кем.       - Итан! – Эмили порывисто обняла ребенка, счастливо улыбаясь, забывая про думы и мысли. Её маленький братишка здесь и она несказанно рада этому. – А ну, маленький герцог, рассказывайте как вы тут оказались?       И девушка начала его щекотать, смеясь вместе с ним в унисон.       - Мы прибыли только что, - ответили с порога.       Глянув, Эмили увидела сияющего отца, в волосах которого прибавилось седины.        - Мы пивезли сюпиз! А ещё пивезли тот, я сам делал!       - Мистер, торт и был сюрпризом, - Корво изобразил напускную строгость, но озорные искорки так и не исчезли из его глаз.       - Ой… - малыш растерялся и сжался, но Эмили легонько погладила его по тёмным волосам.       - А где Люсия?       - Ей не по себе от полетов. Она присоединится к нам за завтраком.       Усадив брата на руках, Эмили вышла из-за стола и обняла Аттано, будучи растроганной таким неожиданным появлением. Она не ждала сегодня гостей. Все празднества и встречи были запланированы на следующей неделе. Все же день рождения Императрицы всенародный праздник и отмечается с масштабом.       - Спасибо за сюрприз, пап.       - Мы не сюпиз, сюпиз дугой, - черноволосый парнишка на руках насупился, комично надув губки.       - О чем он?       - Не так я думал, конечно, но… Эмили, ты только при братишке не убивай его, - Корво посмотрел как-то умоляюще на девушку, а потом громче добавил, - Заходи.       Мгновенье ничего не происходило, но потом на пороге её кабинета появился ещё один человек. Человек, которого Эмили старалась выбросить из головы все эти проклятые четыре года.       - Зачем он здесь? – холодно спросила девушка, отдавая ничего не понимающего Итана на руки своему отцу, хотя внутри едва не бушевала буря. Кирин Джиндош здесь? Зачем? У неё же почти получилось забыть.       - Так надо дочка, - оглядев их обоих, герцог покинул кабинет прикрыв за собой дверь.       В абсолютной тишине раздался расстроенный голос ребенка:       - Сестёнке не понавился сюпиз…       - Понравился, она пока не поняла этого.       - Павда?       - Правда-правда. Вот увидишь, завтра Эмили будет сиять от счастья. Отец с сыном ещё о чем-то говорили отдаляясь от кабинета, но уже было не разобрать о чём.       - Я не хочу расстраивать брата, - как можно спокойнее произнесла Эмили, смотря поверх головы мужчины и сжимая кулаки так что отполированные ногти впивались в ладошки. – Так что завтра мы оба нацепим дежурные счастливые улыбки. Понятно? Теперь свободен.       - Я так не думаю, - выражение лица учёного было решительным, но Эмили не задерживалась на нём взглядом, предпочитая смотреть на секундную стрелку на дедушкиных часах. Но даже краем взгляда она заметила как преобразился учёный. Стриженые по моде волосы были вновь уложены помадой, а отпущенная за время лечения борода исчезла, оставив после себя лишь тонкие усики над верхней губой.       - Не думаешь? Жаль. Видимо лечение прошло даром. Выход там же где вход. Не заставляй звать Фалько. Она было развернулась к своему рабочему столу, но за локоть схватили, останавливая.       - Эмили…       - Вон. Из моего. Кабинета, - процедила она, вырывая свою руку из чужой хватки. В любую секунду она сама могла выкинуть его за дверь, но сдерживала себя. Сам зашёл – сам и выйдет. – Что в этих словах непонятного?       - Дай сказать…       - И что ты скажешь? Извини, меня заставили? Или… О! Извини, я был не прав? Хотя нет, первое более правдоподобно. Отец всегда умел управлять мелкими засранцами вроде тебя! – взвилась Эмили, пальцем тыкая в чужую грудь. Прямо в место под тëмным атласным бантом украшающего шею мужчины. Накопившаяся злость и безысходность требовали выхода и девушка не собиралась останавливаться. Это был прекрасный момент поставить жирную точку в их истории. – Я исправила свою ошибку. Я вернула тебе жизнь и твою работу. Четыре года назад я прекрасно услышала тебя, так и ты услышь сейчас меня! Убирайся!       Со словами «ну уж нет», Джиндош перехватывает руки Эмили и прижимает к себе, едва ли не впечатывая в себя, и не дав опомнится, целует её. Императрица пытается оттолкнуть его, выбраться из объятий, но вскоре обмякает в чужих руках, сдавшись и отвечая на поцелуй.       - Козел, - без прошлого пыла пробормотала она, едва они оторвались друг от друга чтоб глотнуть воздуха.       - О как, - знакомая издевательская усмешка поселилась на губах Джиндоша. – С начала тебя шарахают током до потери собственного я, потом лечат вызывая симпатию, сбегают, а под конец ты оказываешься козлом. Железная логика, Ваше высочество.       Эмили уткнулась ему в грудь что-то пробубнив, вдохнув как можно глубже его запах. Яблоко с корицей. Почему-то он всегда так пах. Что в своём особняке, что в Аддермире…       - Что-что? Дурак? Не отрицаю, - чуть отодвинув от себя, Кирин обнимает ладонями лицо Эмили, вглядываясь в глаза напротив и смягчая свой голос. – Я ненавижу, когда что-то не получается, но больше ненавижу незаконченные дела. Признаюсь, я боялся ехать к тебе, но Аттано «умеет управлять мелкими засранцами». По этому…       Мужчина выудил из кармана пиджака красную бархатную коробочку и открыл её. Но вместо банального кольца, на атласной белой подушечке оказался причудливый механизм, тут же заигравший мелодию едва на него попал свет электрических ламп. Мелодию которую Эмили ставила на проигрывателе всякий раз когда навещала Джиндоша в Аддермире. Спокойный мелодичный перелив который располагал к общению и от которого становилось легче на душе.       Эмили четыре года не слышала её. Запретила себе даже вспоминать о ней. Но знакомые с детства звуки всколыхнули воспоминания: как мама, уставшая после тяжёлого собрания палаты Лордов, под эту мелодию, укладывала ей волосы; как в Песьей яме в тесной комнатке заполненной успокаивающими переливами отступал страх; их первый случайный поцелуй, в палате Аддермира, когда у Кирина вышло собрать сложную головоломку, стоило лишь только расслабиться под умиротворяющие мотивы.       Чужие пальцы коснулись щеки, стирая дорожку от слезы. Первой за долгое время.       Эмили подняла глаза. Взгляд напротив был спокоен, терпелив и полон нежности. Нет ни капли злости и ярости что когда-то лавиной обрушилась на неё, раздавив все светлые чувства в её сердце.       - …простишь меня?