Глава 47

Глава 47 Чем ближе Итачи подходил к месту назначения, тем настойчивее его интуиция подсказывала: он совершает ошибку. Еще во времена службы в АНБУ он привык доверять подобным предчувствиям. Поэтому решил обезопасить себя: остановился и разведал обстановку. Призвал несколько воронов и связал их зрение техникой Наблюдения через шаринган. После чего заслал вперед. В самой Хачо-но-сато он ничего подозрительного не заметил. Более того, его цель – пожилой глава с седой козлиной бородой, желтыми глазами, одетый в бордовую мантию с капюшоном – обнаружилась в одном из крупных домов. Дисонасу никак не скрывался, мирно разговаривал с жителями на каком-то собрании; не выдавал в себе ни опасного шиноби, ни какого-либо напряжения, всем видом демонстрируя благодушие и вежливую церемониальность. А вот на подступах к деревне… почти не наблюдалось животных, что издавали бы привычные звуки. В Стране Огня были довольно густые леса, поэтому с высоты птичьего полета многого не разглядишь. А опускать призывных ворон ниже – это выдавать себя. Корень имеет отличных сенсоров, потому его могут засечь издалека какие-нибудь Хьюги. «Кажется, уже засекли», – мелькнуло у него, когда один из воронов передал сигнал. Учиха сконцентрировался и увидел на окраине деревни неприметный домик. Его дверь со скрипом отворилась, и на пороге появился сгорбленный старик с забинтованным глазом и тростью. А позади него стояла парочка телохранителей: шиноби из кланов Абураме и Яманака. – Да уж, – пробормотал Итачи. – Здесь меня определенно может ожидать засада. Или нет? Он пообещал себе лично выяснить у Данзо его истинные планы, однако данная идея кажется все более авантюрной. С другой стороны, если бы Глава Корня хотел его смерти, то, наверное, все же подкараулил бы его гораздо раньше. Неразумно было устраивать бой прямо в деревушке. Тем более, если в ней скрывается такой неизвестный фактор, как Дисонасу. Или Данзо ничего не знает об этом старике? – Мало информации, – холодно произнес Итачи. – Откуда Шимура мог знать о моем точном местоположении? Акацуки давно создали формальный союз с Корнем. Однако Мадара не предупреждал, что его здесь будет ждать Шимура. Либо Лидер не посчитал нужным сообщить о такой детали, либо вообще не знал об этом. «Можно послать вместо себя клона, однако сенсоры наверняка выявят подмену», – подумалось нукенину. Немного помешкав, Учиха все же создал теневого клона, но для других целей. Дал ему ампулу с собственной кровью, чтобы можно было вытащить Итачи призывом из возможной передряги, и отправил назад. Затем проглотил чакровосстанавливающую пилюлю, подготовил парочку боевых стимуляторов и решительно двинулся к деревне Хачо. Однако уже спустя несколько минут путь ему преградили четверо корневиков. Итачи остановился, спрятав руки в широкие рукава плаща с алыми облаками. Повисла гнетущая тишина. Первым ее нарушил один из оперативников АНБУ Не: – Данзо-сама ждет вас. Пожалуйста, следуйте за нами. Итачи нахмурился. Его не атаковали. Даже вежливо попросили пройти к Главе Корня. И он больше не чувствует вокруг шиноби. Неужели ошибся в прогнозах и никакой засады нет? Однако почему тревога не ослабевает? «Думаю, прямо сейчас угрозы все же нет. Но, вероятно, они хотят усыпить мою бдительность и ударить позже. Данзо может попытаться выудить у меня сведения об Акацуки – а уже потом решить мою судьбу», – мелькнуло у него. Все же Итачи долгое время являлся агентом Конохи, засланным в организацию наемников самим Данзо. Потому грех не воспользоваться шпионом. От корневиков он пока не ощущал враждебности. Либо те не должны были нападать, либо очень хорошо скрывали свои убийственные намерения. – Хорошо, идем, – кивнул Итачи. Его взяли в коробочку. Двое ниндзя шли впереди, а остальные замыкали построение. От них чувствовался большой опыт скрытых убийств и диверсий, а их движения были четкими и выверенными, будто у отлаженного механизма. Однако через десяток вздохов его конвоиры изменили направление, резко уйдя вправо. – Разве мы не идем в деревню Хачо? – спросил Итачи. – Там слишком много сторонних ушей, – отозвался корневик позади него. – Данзо-сама уже выдвинулся в специальное место для переговоров. Итачи тайно сложил печать и прикрыл глаза. Мгновением позже он убедился, что Данзо действительно вышел из деревни и свернул в ту же сторону, что и они. – Ясно, – произнес Учиха, внешне никак не выдав своего беспокойства. То, что переговоры будут, Итачи не сомневался. Вот только, чем они закончатся? – это уже совсем другой вопрос. Он не забывал о том, что Данзо владеет глазом Шисуи. Более того, у него не было сомнений, что Глава Корня может применить Котоамацуками на нем. В любой момент переговоров. Однако, как только он совершит эту глупость, то сработает автоматическая программа фуин, что заставит мгновенно призвать ворона с другим глазом Шисуи, чтобы сбросить воздействие. Возможно, ему стоило пересадить глаз названого брата себе, чтобы не рисковать и не терять время. Все равно Меч Тоцука он пока применять не сможет. Однако броня Сусаноо в таком случае станет совсем недоступна, как и зеркало Ята. Все же у Итачи не Вечный Мангеке Шаринган. Поэтому пришлось оставить все как есть, чтобы не остаться беззащитным. Учиха продолжал неспешно идти, храня маску холодного безразличия на лице, в то время как в голове просчитывал варианты и тактики возможного боя. Группа шла по широкой лесной тропе, что вскоре вывела их к поросшему кустарником оврагу. Шаринган Учихи засек парочку талисманов на коре деревьев и земле. Обычные шиноби вряд ли смогли бы их заметить. А еще он ощутил тонкое дрожание чакры, разлитой вокруг. «Тут планируют развернуть сеть фуиндзюцу? – мелькнула мысль. – Вот только каковы ее эффекты?» – так сходу он не смог определить свойства будущего барьера. Его пассивная сенсорика, как и обычный шаринган, здесь были бесполезны. А применять сразу Мангеке он не хотел. «Даже если барьер – парализующий, или односторонне изолирующий, я смогу вырваться, активировав Сусаноо или Аматерасу», – заключил Итачи. Призывные вороны кружили вокруг, пытаясь разглядеть подробности. Даже если шиноби Корня их заметили, то виду не подали. Впрочем, ключевые блоки будущего фуиндзюцу были хорошо замаскированы, а на поиск уязвимостей понадобится время. Шиноби спустились вниз. Неподалеку журчал ручей: настолько мелкий и узкий, что воду для техник оттуда толком не возьмешь. Особенно, когда правая рука бесполезна, отчего все Суйтондзюцу будут терять в эффективности. Овраг накрывала массивная тень от леса. Свет едва пробивался из-за мощных крон. Слегка влажноватый мох пружинил под ногами, а на травинках блестели капли утренней росы. – Мы почти на месте, – бросил один из сопровождающих. Итачи лишь коротко кивнул. Они миновали каменный выступ, за которым открылся ровный участок, окружённый невысокими валунами. На первый взгляд – обычная поляна, но Итачи уже видел в ней классическую «зону удержания»: ограниченное пространство, минимум укрытий, и само место находится в низине, потому свободно обстреливается техниками сверху. Опасения оказались небеспочвенными: сенсорика засекла еще десяток источников чакры вокруг. Все уровня джонинов. Наверняка есть и те, кто скрывают чакру и маскируются. Да и радиус обнаружения Итачи ограничен. Так что врагов может быть гораздо больше. «Как только я узнаю о планах старейшины, дам сигнал клону, чтобы он призвал меня», – подумалось Учихе. Вполне может статься так, что Данзо все еще на стороне Конохи. Разумеется, он может желать Итачи зла, жаждать подчинить его, сделав своей марионеткой, чего нельзя было допустить, ибо Учихе суждено умереть от рук младшего брата и отдать тому свои глаза. Однако до тех пор, пока Шимура окончательно не стал предателем Листа, его не стоит убивать. Он полезен. И лучшим исходом после выяснения всех обстоятельств будет скорая ретировка. – Очень рад, что ты, наконец, пришел, Итачи, – прохрипел суровый голос. – Я давно ждал этой встречи. Нам нужно поговорить. Из тени, опираясь на трость, вышел сгорбленный старик. Под бинтами на правой стороне лица чувствовался Мангеке. Но, кроме этого, в его руке Итачи ощутил нечто странное, отдающее природой и мощной жизненной силой, но в то же время с девятью вкраплениями инь-чакры: так обычно ощущались шаринганы. «Значит, он не ограничился Мангеке Шисуи?» – напрягся Итачи. Зачем ему столько имплантированных шаринганов? Вывод очевиден. Для собственного усиления. На мгновение в душе Итачи вспыхнули гнев и желание убивать, которые он постарался быстро подавить, ибо сейчас нужна холодная голова. Мангеке Шисуи был опасен, однако существовали две секретные техники клана Учиха, что можно использовать и обычным трехтомойным шаринганом, однако их цена – потеря глаза. И они представляли не меньшую угрозу при грамотном применении. Изанаги – дзюцу, позволяющее временно изменить реальность для пользователя. С его помощью можно отменить смертельные ранения и фатальные события, превращая их в иллюзию. Изанами же – это контр-техника, предназначенная для наказания противника. Она запирает жертву в бесконечном цикле иллюзий, вынуждая переживать одни и те же события снова и снова, пока противник не примет свою судьбу и не изменит своё решение. Изначально была создана как противодействие Изанаги, однако Итачи понимал, что техника способна буквально изменить суть человека, если того позволяло мастерство и хитрость владельца додзюцу. Ну, и мощь глаз тоже играла здесь важную роль. Далеко не каждый Учиха, даже имея соответствующие знания, способен применять Изанами. «Неужели Данзо владеет этими секретными дзюцу Учиха?» – от данной мысли у Итачи позвоночник прошил озноб. Очевидно, что Данзо в курсе, иначе не было бы смысла в имплантировании шаринганов в руку. Как минимум, он может использовать одну из них. Возможно, обе. Вряд ли Изанами полноценно подействует на владельца Мангеке. Однако в тайных свитках клана ничего об этом не было, потому Итачи не мог знать наверняка. То, что Данзо не прятал эти шаринганы под скрывающими фуин, говорило о его готовности пустить их в ход. Либо как дополнительные «жизни», либо в качестве козыря для захвата самого Итачи в гендзюцу. То есть Главе Корня не нужны были никакие переговоры. Он изначально пытался выступать с позиции силы. Возможно, хотел, чтобы Итачи сорвался и напал первым, когда поймет, как использовали глаза его соклановцев и додзюцу лучшего друга. – Что молчишь, Итачи? – спросил Данзо. – Неужели ты забыл о своей миссии в Акацуки? – Не забыл. Что именно вы хотите узнать? – спокойно отозвался он, выигрывая время. Однако время, к сожалению, работало против него. Вокруг источников чакры становилось все больше. Ловушка потихоньку схлопывалась. «И единственный выход из нее – дать сигнал клону, чтобы он призвал меня». Только Итачи подумал об этом, как от теневого клона пришли воспоминания: того развеяли, причем он даже не смог понять, кто именно и каким образом. Складывалось все очень плохо. Враг обнаружил его клона и наверняка забрал ампулу с кровью. Уйти в мир воронов Итачи тоже не мог, поскольку по возвращении появился бы здесь, вероятно, в еще более хорошо подготовленном капкане. Однако он не мог сбежать сейчас. Требовалось как можно скорее выяснить мотивы и планы Данзо. И реализовать это лучше через иллюзию Цукуеми. Правда, поймать взгляд такого опытного шиноби, как Глава Корня, находясь в окружении, как минимум, двух десятков бойцов, задача – не из легких. «По всей видимости, сражения не избежать», – пришел к мрачному выводу Итачи. *** Солнце выползало из-за горизонта, его блики сверкали на водной глади задорными искорками. Белые чайки, покрикивая, парили над спокойным морем, ветер не был попутным. Но корабль по инерции, недавно заданной «легким выдохом» Сайтамы, тем не менее, выдавал неплохую скорость, рассекая носом волны и поднимая брызги. – Все же, море – это круто, даттебайо! – протянул Наруто, облокотившись на перила. Блондин впитывал каждый порыв соленого ветра, а когда мелкие водные капельки падали на лицо, он довольно щурился, прикрывая глаза. «Вот бы Сакура-чан тоже здесь находилась, – мечтательно подумал Узумаки. – Здорово было бы провести с ней время в таком месте». Ни разу до этого он не путешествовал на корабле. Ощущение качки успокаивало и даже немного убаюкивало. – Согласен, ниче так отдыхается, – покивал Сайтама, удобно расположившись на шезлонге. Из одежды на нем были лишь плавки. – Только солнцезащитных очков не хватает. И какой-нибудь газировки. – На горе Мьебоку есть хорошее саке, – отозвался извращенный отшельник, что-то пытающийся разглядеть на горизонте в подзорную трубу. – Могу призвать жаб, чтобы принесли нам выпить. – Саке? – поморщился Сайтама. – Нет, нужно что-то прохладительное. Типа колы. Или минералки на худой конец… – Ну смотри, – пожал плечами Джирайя, спрятав трубу и широко зевнув. – А я бы выпил чего покрепче. – М-ма-м-ма… не стоит пить алкоголь до прибытия в Киригакуре, – появился рядом с саннином Какаши. Его шляпа каге была оставлена в каюте. – Ох, до того, как мы высадимся еще дня два точно есть, – сказал Джирайя. – Сайтама значительно ускорил наше передвижение во время штиля. Так что вполне вероятно, что мы будем в Стране Воды гораздо раньше, – пояснил Пятый Хокаге. – Кстати, Сайтама. Мы опять замедляемся. Подсоби немного, а? – Без проблем, – лысый шиноби встал и лениво подошел к одной из мачт. Закрепился на палубе, набрал в легкие воздуха… – Только поаккуратней, да? – напомнил Какаши. – В первый раз сорвало снасти и их пришлось менять, так что… – Угу-угу, – с надутыми щеками покивал Сайтама и выдул: – Легкий Выдох! Паруса натянулись, корабль рванул вперед, едва ли не подпрыгивая на волнах. Какаши спросил у капитана судна, не сбились ли они с курса. Тот, сверившись с компасом, успокоил каге, что все нормально. Шиноби вновь расслабились. Сайтама лег на шезлонг. Какаши отошел в тень от парусов и сел в позу для медитации. Остальные сопровождающие пребывали в своих каютах. Только Джирайя скучал и бормотал под нос о том, как бы здорово было выпить или пойти к девушкам. – У нас не отпуск, а важная миссия. Не забывай об этом, – раздался глухой голос Какаши, что, прикрыв глаза, поглаживал легендарный меч Кусанаги. Джирайя скорчил недовольную мину, и, сложив губы трубочкой, пробурчал: – Как скажете, Хокаге-сама, – затем уже тише добавил: – Надеюсь, в Скрытом Тумане будут девушки… – Нафиг девушек, – мотнул головой Сайтама. – Надеюсь, там будет халявный фуршет. – Фуршет? А почему не банкет? – поинтересовался Джирайя. – Стоя же есть неудобно. – Стоя гораздо больше влезет, – не согласился лысый. – Да и перемещаться можно по помещению, чтобы больше всего попробовать. – Хм… разумно. Корабль продолжал держать путь в Страну Воды. Сайтама и Джирайя непринужденно беседовали, затронув тему писательства и совмещения его с картинками. Какаши медитировал с мечом. Наруто же… просто кайфовал, отдавшись ощущениям качки и летящих брызг в лицо. Однако не всем было хорошо на корабле. – Бу-у-э-э-э… – толстобровый сенсей периодически перегибался через борт и пытался опорожнить свой и без того пустой желудок. Занимать душный гальюн он не стал, поскольку на воздухе ему хоть чуть-чуть, но было лучше. Да и периодичность его приступов оказалась слишком частой. – Гай, ты там как? – спросил Сайтама. – Может, тебя вырубить? Так ты хотя бы в безсознанке доберешься до Скрытого Тумана. Медицинские дзюцу Карин на него теперь практически не действовали. Если первые попытки аловолосой еще как-то помогали, и он даже делал разминку, свободно разговаривал и был бодрячком, то вот после десятой техники ирьениндзюцу, его организм будто выработал к ней иммунитет. – Не стоит… все отлично… это… тренировка, – хрипел джонин, утерев бороду. Затем с превеликим трудом поднял свою дрожащую руку, попробовал повернуть позеленевшее лицо к ним и встать в «позу хорошего парня», но его опять скрутило, а корпус перевалился через борт: – Бу-э-э… – Бедолага, – покачал головой Джирайя. – Может, ему и вправду стоило плыть своим ходом? Наруто вернулся к созерцанию моря и летающих чаек вдалеке. Гая было жалко, но за несколько дней плавания он к его состоянию и фону в виде периодических «взрыгиваний» уже привык. Сейчас у Майто был период обострения, как раз когда корабль ускорялся благодаря стихии ветра Мастера Сайтамы. Минут через десять Джирайя прищурился и вытащил миниатюрную подзорную трубу: – Ох! – воскликнул он. – Кажется, впереди земля! – Да ладно? Извращенный отшельник, дай глянуть! – подскочил к нему Наруто, потянувшись к телескопической трубке. Саннин не стал отказывать и протянул ему подзорную трубу. – Где? Где?.. Наруто вскоре разглядел очертания острова, но издалека ничего особенного он толком не увидел, потому потерял интерес. Капитан тем временем вышел из рубки и проверил слова эро-сеннина. В лицо им подул встречный ветер. – Действительно, – удивленно протянул капитан, покрутив усы. Затем спохватился и начал отдавать команды матросам и рулевому, чтобы повернуть корабль. – Че, мы уже прибыли, даттебайо? – Нет, – качнул головой подошедший Какаши. – Мы лишь подплываем к Стране Воды. Однако не переживай, скоро будем на месте. Из-за резкого поворота судна Гай перевалился через борт и с глухим бульком упал в море. Однако никто на это не обратил внимание. Да и в воде ему должно было стать лучше… до тех пор, пока он не залезет обратно на корабль. Когда впереди показался далекий силуэт Деревни Скрытой в Тумане, что будто мираж, поднимался из мутной дымки, капитан сказал: – Через час будем на месте. Наруто не сдержал довольный выкрик: – Отлично! Он посетит одну из Великих Скрытых Деревень шиноби. Ему было необычайно любопытно, чем та отличается от Конохи. На палубу потихоньку начали высыпать остальные: Неджи, Рок Ли, Тен-Тен и его сокомандница. – Чего такой довольный? – протянула Карин, отчаянно зевая. – Настроение хорошее, – пожал плечами Наруто, широко улыбаясь. Не только новые впечатления от плавания радовали блондина. В последние дни он действительно чувствовал себя самым счастливым. И на то были объективные причины. Карин поправила очки и надула губы. В отличие от Наруто, ее состояние из-за отсутствия Саске было унылым. Но ничего, это пройдет, ведь Дураске скоро должен вернуться с тренировки. «А эта девушка миленькая. И еще талантливый ирьенин и неплоха в искусстве печатей, – сказал мелодичный голос в его голове. – Наруто, тебе стоит с ней сблизиться. Тем более вы в одной команде». – Ну ма-а-а-ам, – простонал Наруто, закатив глаза. Это уже в третий раз, когда мама подает голос и пытается его свести с красноволосой. – Что? – переспросила Карин. – Ты… назвал меня мамой? – Да не… – замялся он, – я это подхватил у Какаши-сенсея… «мма-мма» – фраза-паразит, ага. Сокомандница с подозрением прищурилась, но вскоре отвернулась и начала вглядываться в очертания приближающегося Киригакуре. – Фух, – выдохнул Наруто, а в его голове раздался обиженный голос: «Не хочешь меня с ней познакомить? Неужели ты стесняешься своей окасан?» Наруто устало потер глаза и прошел в каюту. Следовало поговорить с Кушиной, чтобы она почем зря не тратила чакру на «подглядывания» и связь с ним. Все же он хотел, чтобы мама побыла с ним как можно дольше. Как и отец. Наруто, пройдя в каюту, улегся на жесткой кровати. Ему нужно было немного помедитировать, чтобы попасть в свой внутренний мир. Но Курама говорил, что в будущем он сможет появляться там мгновенно, это дело опыта. Против воли перед глазами всплыли недавние воспоминания… *** – ГОТОВ? – оскалившись, прорычал Курама. – Это я должен тебя спрашивать, даттебайо, – хмыкнул Наруто. Страх полностью отступил, как и все сомнения. Он получит силу, чтобы защитить дорогих сердцу людей. А еще чтобы стать на шаг ближе к своей мечте. Ключ от печати был активирован, и огромные врата с грохотом распахнулись настежь. Изнутри полыхнуло чакрой, однако в этот раз она не была жгучей или ядовитой. Ее эманации оказались даже в какой-то степени приятными, будто ласковое утреннее солнышко. Узумаки подспудно ожидал нападения, но Девятихвостый не стал ни вырываться, ни атаковать. Он лишь присел перед ним и протянул кулак, размером с трехэтажный дом: – НУ ЧТО, НАЧНЕМ НАШ СОВМЕСТНЫЙ ПУТЬ, ПАРТНЕР? На пару мгновений он растерялся. Затем мотнул головой и довольно заулыбался. – Угу. Покажем им всем, Курама, – сказал Наруто, и стукнул своим кулачком по пушистой рыжей махине. По сравнению с лисом он был миниатюрной кнопой, букашкой. И, тем не менее, это был практически священный момент, когда могущественнейший из биджу и маленький человек объединили свои силы. Наруто открыл глаза на Горе Мьебоку, и вскочил на ноги. Внутри бурлила энергия, что просилась наружу, и он не стал ее сдерживать. – Ух ты… ощущения совсем иные, – пробормотал он, когда его тело окутывал золотисто-оранжевый покров, напоминающий мерцающее пламя. На нем проступали узоры магатам вокруг шеи и печать в виде водоворота на животе, а спину покрыл стильный черно-золотой плащ, по форме похожий на хаори Четвертого. – Надо же, получилось, – с благоговением прошептал Фукасаку, упав на задницу. – Получилось… Он хотел было помочь старейшине, но вовремя спохватился. Вдруг его чакра как-то навредит ему? – МОЯ ЧАКРА СЕЙЧАС НЕ НАВРЕДИТ НИКОМУ. Я ПОЛНОСТЬЮ ЕЕ ОТФИЛЬТРОВАЛ. ПРИ ЖЕЛАНИИ ТЫ ДАЖЕ СМОЖЕШЬ ЕЕ ПЕРЕДАВАТЬ ДРУГИМ ЛЮДЯМ. ОДНАКО… СИЛЫ ТЫ МОЖЕШЬ НЕ РАССЧИТАТЬ И СЛУЧАЙНО РАЗДАВИТЬ КОГО-ТО ИЛИ ПОКАЛЕЧИТЬ. ТАК ЧТО БУДЬ ОСТОРОЖЕН. – Понял. В режиме чакры Кьюби Наруто ощущал такую мощь, которую не ощущал даже в сеннин-моде. Казалось, он может свернуть горы с подобной силой. Потому он не стал подходить к Фукасаку, а вместо этого решил проверить свои новые способности подальше от главного поселения. Узумаки сконцентрировал взгляд на небольшой горе, что находилась в километре от него. – Сору! Миг… и Наруто осознает себя на этой самой горе: скорость, с которой он сюда переместился, почти не отличалась от конечного Хирайшина, которым владел его отец. Вот только при приземлении по вершине прошли трещины, отчего Наруто перепугался, что может ее разрушить. Он подпрыгнул вверх: – Геппо! – его тело выстрелило вверх, а вершина небольшой скалы таки разрушилась. Наруто мысленно извинился перед жабами и принялся наматывать круги высоко в небе. Вшух-вшух-вшух… С каждым новым Геппо Наруто наполнял восторг. Эффективность дзюцу выросла на порядок. И скорость, и дальность. А при добавлении Стихии Ветра для дзюцу парения Узумаки понял, что теперь, подобно Гаю и Гааре способен летать. И самое главное – затрат чакры он почти не ощущал. – А что… если я совмещу Режим Курамы с Режимом Отшельника, – рассуждал Наруто. Его интуиция подсказывала, что сейчас это вполне реально. При наполнении природной энергией его мощь должна еще больше вырасти. Если и не до уровня Гая, то где-то близко. – И назову я его… Режим Девятихвостого Отшельника. Он пока опасался использовать какие-то сверхразрушительные техники, чтобы не вызвать гнев жабьих старперов, однако по его ощущениям одного простого удара хватит, чтобы уничтожить небольшую скалу. А каковы разрушения будут при использовании серьезных приемов? – ТЫ ТЕПЕРЬ, КСТАТИ, МОЖЕШЬ ИСПОЛЬЗОВАТЬ БОМБЫ ХВОСТАТОГО, – отвлек его от мечтаний Курама. – Ух ты… давай попробуем, даттебайо! – УВЕРЕН, ЧТО ХОЧЕШЬ ОПРОБОВАТЬ ЭТО ЗДЕСЬ? – скептически произнес Девятихвостый. – МЕЛКИЕ ЖАБКИ МОГУТ РАССЕРДИТЬСЯ. – Хм… Да, ты прав. Тогда, как вернусь в Коноху, нужно будет уйти подальше от деревни, и проверить свои новые возможности. Подумать только, Наруто за лето стал настолько сильным, что ему нужно искать отдаленное и пустынное место для тренировок. Ни один полигон Конохи не сможет выдержать его новую силу. Впрочем, сейчас в нем бурлит мощь биджу. И Наруто даже не знал, как к этому относиться. Он вроде бы джинчурики, и эта сила принадлежит ему. Но в то же время она заемная. «Тот же толстобровый сенсей использует только свои способности. Тайдзюцу, Хачимон, режим Черепашьего отшельника», – мелькнуло у него. – НЕ ЗАБИВАЙ ГОЛОВУ ЕРУНДОЙ, – сказал Кьюби. – ВМЕСТЕ МЫ БУДЕМ СИЛЬНЕЕ, НАРУТО. БЕЗ ОБИД, НО В ОДИНОЧКУ КАГУЮ ТЫ НИКОГДА НЕ ОДОЛЕЕШЬ. – Спасибо, Курама, – недовольно протянул Наруто. – Твоя вера в меня жуть как окрыляет. – НЕ ДУЙСЯ. Я ПЫТАЮСЬ ПОМОЧЬ… И ВОЗВРАЩАЙСЯ В ПЕЧАТЬ. ТУТ… КОРОЧЕ ГОВОРЯ, ТЕБЯ ЖДЕТ СЮРПРИЗ. – Батя? – приподнял бровь Наруто. – КХЕМ… НЕ СОВСЕМ. В ОБЩЕМ, СКОРО УВИДИШЬ, – прохрипел демон-лис. Наруто деактивировал покров чакры Кьюби и приземлился на одной из вершин Мьебокузан. Стоило его сознанию проявиться в печати, как его затянуло на зеленую просторную поляну, залитую солнечным светом. А перед ним предстала высокая красноволосая девушка в белой рубашке и зеленом платье. – Здравствуй, Наруто, – мягко проговорила она. – Э… а ты кто? – растерялся Наруто. Его внутренний мир походу стал каким-то проходным двором. Сначала Кьюби, потом Четвертый Хокаге, теперь эта красноволосая. Девушка приложила ладонь ко рту и хохотнула: – Неужели не догадываешься, кто я? Совсем-совсем нет никаких идей? – ее пурпурные глаза хитро блеснули. Узумаки хорошенько призадумался, почесав репу. Вокруг кроме нее никого не было. Но ведь с ним внутри точно есть Кьюби и Минато. А значит, логика проста. Его рот раскрылся в озарении и шоке. – Догадался-таки? – улыбнулась девушка. – Конечно, – ошарашенно протянул он и ткнул в нее пальцем. – Ты… истинная форма Девятихвостого? На некоторое время повисло молчание. Затем ее нежный смех разнесся по поляне, будто звон колокольчиков. И от него на душе почему-то стало сразу так приятно. – Охренеть можно, – покачал головой блондин, когда лисица отсмеялась. – Курама, я и не знал, что ты баба! – Баба? – с прищуром переспросила девушка, а ее длинные прямые волосы стали извиваться, словно хвосты. Она с хрустом размяла кулаки. Да и жаждой убийства повеяло нешуточной, а лицо оскалилось в предвкушении. – Кажется, мне придется заняться твоим воспитанием, Наруто. Подставляй свою задницу. – Э-э… – попятился блондин, не понимая, с чего у Курамы такая жуткая реакция. Зачем лису его задница? Точно не для чего-то хорошего. – Ну, теперь точно не остается сомнения, что ты демон. Однако знай, я так просто не сдамся. Он собирался напасть на лиса первым, однако… – Получай, даттебане! – вместе с выкриком в темечко Наруто влетел кулак, от которого он пропахал носом землю. – Ай-ай-ай… – тер ушибленную голову Узумаки, стоя на карачках. Однако вдруг его пронзила догадка. – Погоди… даттебане? – Ох, прости-прости, – участливо склонилась над ним девушка, ее лицо выражало беспокойство и чувство вины. – Не сильно ушибла? Просто не могла дать себя ударить, ты бы меня тогда развеял. А мне бы хотелось с тобой провести как можно больше времени… Она сетовала на то, что Минато ничего о ней не рассказал, хотя и запечатал вместе с собой. Однако пазл еще до этого сошелся в его голове. Слово-паразит, так похожее на его собственное. Красные волосы, присущие клану Узумаки. Не сдержавшись, он бросился к девушке и крепко обнял ее: – Мама… – его губы дрожали, а глаза предательски защипало. Вскоре сквозь слезы и всхлипы он сдавленно прошептал: – Всю жизнь… я мечтал о встрече с тобой. Не думал, что это произойдет, даттебайо. Он плакал, как никогда ранее. Однако ему не было стыдно. Наконец-то, он встретил свою маму. Пусть это и лишь слепок ее сознания. Лишь копия, что помещена во внутренний мир. Хоть так, но он сможет ее узнать. – Я тоже очень ждала нашей встречи, Наруто, – сказала она и обняла в ответ, нежно погладив его по голове. Мальчик отстранился от нее и утер слезы: – Ты… надолго? Ну, в смысле… у тебя, наверное, мало чакры. – Глупышка, – ласково потрепала она его по волосам. – У нас будет достаточно времени. Я не тратила чакру на сдерживание Кьюби после открытия печати, так что смогу быть рядом с тобой подольше… Тот день был, пожалуй, самым счастливым в его жизни. Кушина рассказывала о своем прошлом, и о том, как познакомилась с отцом. И многое-многое другое… Наруто осознал, что не один. У него есть родители. Они с ним. Могут помочь жизненным советом. Могут дать наставления по ниндзюцу или фуиндзюцу. Да и просто могут морально поддержать, когда это нужно. Как же это круто, когда у тебя есть родители… *** Наруто моргнул, возвращаясь к настоящему. Он стоял в изменившемся пространстве печати: теперь вместо полузатопленной канализации с решеткой она выглядела как огромный дворец-пагода, внутри которой между колонн на гигантском бархатном ковре лежал, подперев кулаком ушастую голову, Курама. При желании в любой момент он мог выйти погулять в реальном мире, оформившись в виде клона, но он этого не делал. – ТЕПЕРЬ У ТЕБЯ ЦЕЛАЯ СЕМЕЙКА ВНУТРИ. НЕ СОСКУЧИШЬСЯ, – пророкотал Кьюби, скосив глаза на стоявших поодаль Минато и Кушину. – Да, это точно, – улыбнулся Наруто, почесав затылок. – Но ты ведь тоже часть семьи, разве нет, хи-хи? – И В КАЧЕСТВЕ КОГО Я ТЕБЕ ПРИХОЖУСЬ? МОЖЕТ, ТВОЙ НАЗВАНЫЙ ДЕД? – фыркнул Курама. – Он, скорее, питомец, – протянул Минато, затем холодно добавил: – И мы с Кушиной все еще следим за тобой, и до конца не доверяем. Помни об этом. – НУ, СЛЕДИТЕ, СЛЕДИТЕ, – Девятихвостый демонстративно отвернулся к стене, прикрывшись хвостами, как одеялом. – Кажется, он обиделся, – подала голос Кушина. – Дорогой, будь с ним помягче. Все же он пошел на сотрудничество. И не так плох, как мы думали. – Да, он не так плох… пока что, – от этих слов ухо лиса нервно дернулось. – Наруто, ты что-то хотел? – перевела тему Кушина. – Да. Мам, я хочу, чтобы ты разговаривала со мной лишь здесь, в печати, – улыбка сошла с губ Наруто. – Все же тебе приходится тратить чакру, когда ты обращаешься ко мне в реальном мире. Прекрати, пожалуйста. – Наруто, касательно этого, – нахмурился Минато и сделал шаг к своему сыну. – Понимаю твое желание сохранить нас на подольше, однако… ты ведь осознаешь, что мы все равно исчезнем? Я уйду раньше, а Кушина – немного позже. Но факт остается фактом. Против природы чакры не пойдешь. Она истощается в любом случае, даже если мы бездействуем. – Я… понимаю, – глухо сказал Наруто, в его горле образовался неприятный ком. – И… сколько вам осталось? – Мне – неделя. Твоей маме… чуть больше месяца. Если мы будем усиленно тебя тренировать, то гораздо меньше. Наруто сжал кулаки: – Ты же говорил, что есть Эдо Тенсей – техника Второго Хокаге. Она может вернуть вас. – Это не будет полноценное воскрешение, Наруто, – качнул головой Четвертый. – Дзюцу выдергивает души и вселяет в искусственное тело, но не дает возможности ощущать мир. Для слабого разума подобное воскрешение является сущей пыткой. К тому же нужна жертва. Ты готов пойти на два убийства ради временного воскрешения? – Должен быть какой-то способ. Я слышал, что в Амегакуре тысячи жителей воскресили. И Джирайю с Какаши. Причем навсегда. – Знаю. Риннеган… Однако после использования той техники его владельца едва удалось спасти. Сейчас додзюцу у Акацуки, но… – Тогда я лично заберу этот риннеган у клятых Акацуки, – твердо сказал Наруто. – Даже если и заберешь… Не стоит идти против круговорота душ и Бога Смерти. Это может плохо кончиться, – помотал головой Минато. Наруто хотел придумать какой-то контраргумент, однако ощутил, как его во внешнем мире кто-то тормошит: – Мы еще вернемся к этому разговору, даттебайо… – Наруто, хватит спать! – пыталась дозваться до него Карин. Он открыл глаза и недовольно буркнул: – Ну… чего такое? – Мы приплыли к Скрытому Туману. Хватит разлеживаться. У нас миссия по сопровождению Хокаге, если ты не забыл. – Уже иду, сестренка Карин, – вяло протянул Наруто, поднимаясь с кровати. Настроение после разговора с отцом было испорчено.