Часть 34

      Ребекка в конце концов выбрала сторону своего возлюбленного. Но победить им не удалось. Никлаус вынудил Марселя принести клятву верности, вернул себе власть над городом и свой дом. Нас ждал переезд, и фестиваль «Невесты колонистов».       Элайджа пытался примирить брата и сестру, но проще сдвинуть скалу, чем заставить этих упрямцев уступить друг другу, слишком похожи. Все изменилось, когда Марсель принял предложение о разделе власти, от Никлауса, отказавшись тем самым от Ребекки. Это было главное условие нового короля.       Подруга была раздавлена и одновременно зла, гордость не позволяла ей извиниться перед братом, но все же она присоединилась к семье в доме Майклсонов. Ник скрепя зубами позволил это, потому что понимал, что мне нужен друг.       Я примеряла платье для фестиваля, когда мой вампир зашел в нашу спальню. Он обнял меня со спины, положив руки на живот и поцеловал в висок. — Ты прекрасна, любовь моя. — поцелуи переместились на шею. — Но я не думаю, что тебе стоит идти на праздник. — Почему? — Это может быть опасно! — Ты контролируешь всех вампиров в этом городе, ведьмы мне не страшны, тем более что я хочу пойти с тобой! Давай сходим, Ник! Мы так давно никуда не выбирались вдвоем.       Он вернулся к поцелуям, а его пальцы расстегивали молнию на платье. — Сейчас мне хочется остаться здесь. — он разворачивает меня к себе лицом. — Целовать тебя… — томного говорит он, сопровождая свои слова действиями. — Избавить от этого платья… — Прикусывает кожу на шее. Я уже предвкушаю большее.       Нас прервал кашель, на пороге комнаты стоял Элайджа. — Не хотел вам мешать, Никлаус, нам нужно поговорить.       Мое платье молниеносно оказалось застегнутым. Разочарованно вздыхаю, совсем не хочется отпускать его. — Прости дорогая, дела. На счет фестиваля я подумаю. — Поцелуй на прощание и первородные исчезли.       Маленькая супер-ведьма сбежала от Марселя, и все вампиры прочесывали город в ее поисках. Ник тоже принимал в этом активное участие. Вся эпопея с Давиной завершилась у нас дома, девчонка решила убить первородных и выместить свой гнев на Марселе. Когда она ломала кости Нику, я бросилась ему на помощь, смотреть как его истязают было выше моих сил. Остановить меня, у нее не вышло, и я просто заломила ей руку за спиной. — Не стоит приходить в чужой дом, и пытаться покалечить хозяев. Здесь никто не желает тебе зла. — Пытаюсь ее успокоить, но она все же продолжает читать заклинание, от которого Ник корчится от боли еще сильнее.       Увеличиваю силу захвата, Давина вскрикивает. — Если ты не прекратишь, я сломаю тебе руку! — Ди, давай поговорим! Мы ведь семья, я всегда буду на твоей стороне! — Марсель уговаривает ее, и кажется это действует. Она готова к диалогу. — Мы можем предоставить тебе защиту от ведьм. — в разговор вступает Элайджа. — Сегодня они пытались убить тебя, верно?       Никлаус утягивает меня в объятья, чувствую мне влетит за то, что я вмешалась. — Ты! — Давина обращается ко мне. — Я хотела усыпить тебя, но у меня не вышло, почему?       Демонстрирую ей кулон в форме сердца, который мне подарила Елена на шестнадцатый день рождения. — Это защитило меня. — Присутствующим совсем не обязательно знать правду. — Маленький артефакт от индонезийских шаманов. — Сестра купила украшение на Бали, во время семейного отпуска.       Ник усмехается, он то знает происхождение кулона.       Разговор был долгим, Давина все же приняла предложение вампиров, и осталась под их защитой. В замен те пообещали больше не втягивать ее парня в сверхъестественные дела.       Когда мы остались с Ником наедине он выплеснул все свое недовольство. — О чем ты думала влезая в эти разборки? Ты и ребенок могли пострадать! — Прости. — вижу как он расстроен, я напугала его свои поступком. — Но я не могла смотреть как она мучает тебя. — Я в состоянии сам разобраться! — Я это знаю, но… — Никаких но! Ты должна мне пообещать, больше никогда не подвергать себя опасности! — Она не могла мне ничего сделать! — На тебя она не может воздействовать, но на окружающие предметы, да! Что если бы в тебя прилетел нож? — Прости меня, прости что заставила волноваться! — Я бессмертен, она могла причинить мне боль, но не более. А ты… если бы с тобой что-то случилось…       Обнимаю его, пряча лицо у него на груди, и снова извиняюсь. — Пожалуйста не злись. Я больше не стану подвергать себя риску, даю слово!       Через несколько часов мы лежали в постели, Ник выводил «узоры» на моей спине и шептал пошлости, я смеялась в ответ. Этой ночью я поняла, что уже не смогу без него жить — он мое дыхание, моя жизнь. Наверное я действительно сумасшедшая, но я люблю его, люблю. — Ты станешь моей женой? — спросил он.