Глава 1. Агония.

Солдат, преисполненный сожалений, жаждущий "мира во всём мире", видевший ужас Останско-Весталинской войны и нынешний шпион, который нарушал все возможные и невозможные законы: слежка, убийства, грабёж... Всё это, конечно же, во благо "общего мира", о котором он мечтал, и желал видеть. Но сейчас он лежит на снегу, где-то в далёкой, богом забытой красивой поляне. Кругом деревья, осыпанные снегом, и кусты, такие же белоснежные, и лишь их тёмно-коричневый стебель ломал сия картину белого блаженства для глаз. Тонкий ручеек, вода которого недалеко журчит, создавая усладу для ушей, и тёмное, красивое и бескрайнее небо, где звёзды плывут своим течением в бескрайнем потоке жизненного цикла космического пространства. Он тянет дрожащую правую, всю в крови руку к звездам, ловя крупные снежинки на свои дрожащие и ледяные от холода пальцы. Они таяли на его коже, испарялись в мгновенье ока, создавая мнимое ощущение, что рано или поздно всё исчезнет, как и эти снежинки на руках. Человек, давно забывший своё настоящее имя, друзей и родителей, сменивший сотни личностей и имён, погибает прямо тут, в холодном снегу, подобно увядающему цветку. Впрочем, всю сырость леденящего снега он и не чувствует из-за высокого болевого порога. Его тело постепенно засыпается снегопадом. Скоро он, вероятнее всего, полностью окажется под толстым слоем снежного покрова, умирая в одиночестве и холоде. Агент "Сумрак", легендарный шпион из Весталиса, из последних сил держит свою кровоточащую рану, пытаясь зажать ее своей рукой, однако и этот остаток сил покидает его, не оставляя надежд на выживание. "Смехотворно... – думает он про себя. – Я предотвратил сотни терактов, убил тысячи человек… Во благо чего?" Агент поймал свое ранение на очередном, для него, легком задании. Выкрасть пару важных бумажек для анализа в WISE. Но маленький просчет в плане Сумрака привел его к тому, что один из подельников, который выглядел не иначе, как обычный студент, имел при себе огнестрельное оружие. Двумя меткими выстрелами он попал в живот агенту. Пуля, в свою очередь, пробила артерию блондина. Где-то не досмотрел? Что-то упустил? Просчитался? Но больше рассуждать о своих ошибках не имело смысла. Шпион начинает принимать свою гибель, как нечто должное, словно ребёнок, получающий конфетку от родителей за хорошее поведение, или работник, получающий денежное вознаграждение за свой труд. И теперь зеленоглазый, невероятно красивый блондин, лежит в снегу, который окрасился его кровью, и в последние свои минуты жизни рассуждает: а принёс ли он хоть какую-то каплю того, что могло бы изменить мир в добрую сторону? Предотвратить войну? Не дать трагедиям и смертям вновь проявить себя в этом и без того сером мире. Ведь через 50 лет, когда агент мог бы умереть от старости, у власти могут стоять другие люди. Все старания Сумрака, над которыми он трудился не один десяток лет, пойдут насмарку из-за империалистичных и эгоистичных намерений какого-нибудь человека, который решит развязать очередную войну, положив конец спокойствию в странах, обрушив на мир очередную порцию страха и безысходности, окрашивая улицы некогда мирных городов в кроваво-алый цвет. От этих мыслей Сумрак закрывает свои глаза. Голова кипит. Он уже готов принять свою участь такой, какая она есть. Если он умрёт прямо сейчас – мало кто заметит его пропажи или смерти. Агенты, вроде него, часто числятся как без вести пропавшими, так и убитыми. Таких не хоронят с наградами, с почестями, как, к примеру, хоронят президентов, кинозвёзд и прочих знаменитостей, или важных должностных лиц, нет, агенты умирают в тишине и холоде. Никто не будет стрелять из мушкета в воздух. Такие просто перестают существовать. Маленькая гайка, которая более не нужна, и должна отправиться в утиль на металлолом, не способная более служить огромному механизму. Форджер стал рассуждать, как отреагируют люди на его гибель. Куратор, Фиона, Фрэнки… Не будет ли им дело до того, что погиб сам Сумрак? Возможно, некоторые погорюют, но это точно будет недолго. Далее Лойд подумал о семье... — Гх... — резко открыл глаза блондин, посмотрев в небо. В его голове сразу представились лица Ани и Йор. Как же он мог забыть об этих людях? От этих мыслей стало еще больнее. Только боль была где-то в глубине его души, отдаваясь эхом в его теле. Он сразу представил в голове плачущую Аню и не менее расстроенную Йор. Человек, "отец", "муж", служивший опорой в этой семье, рассыпится, словно прах по ветру. Он вспоминал, как так же терял своих близких - неизвестно где. Как и сейчас - только завалы не руин домов и танков, а завалы рыхлого снега.

***

Где-то в их "доме", прямо сейчас, Анечка пытается делать домашнее задание, чтобы помочь отцу с "миром во всем мире". Она выводит свои каракули в тетрадку, решая сложное для неё уравнение. И убирается в доме Йор, с улыбкой на лице. Она моет посуду после заказного обеда. Лойд предупреждал, что домой явится поздно, потому еду пришлось заказать из местного ресторана, в котором, обычно, они и брали еду. Аня почувствовала, как Бонд начинает паниковать. Он ходил из стороны в сторону, но вскоре решается подойти к Ане. Пёс явно был чем-то сильно обеспокоен, не находя себе место. — Что такое, Бонд? Ты ведь уже ел... — сказала девочка, недоумённо смотря на собаку с немного глупым выражением лица. В ответ пес гавкнул, и Аня сразу поняла, что питомец хотел что-то конкретное от нее. Она прочла его мысли, и всё, что она увидела - это не двигающуюся чья-то рука в снегу, вся в крови. По зеленому рукаву девочка сразу поняла, что в этом видении она видит своего "отца". — Что? Ты хочешь сказать… Папа умирает? — тихо спросила розоволосая, пуская слабые слёзки с глаз. В ответ Бонд негромко гавкнул, словно отвечая "Да". Тонкий карандаш Ани выпал из её таких же маленьких рук. Она понимала, что сейчас не найдет своего отца, чтобы помочь ему. Да и чем бы помогла? Она представила в голове, как пытается рассказать маме, что где-то там, в неизвестном месте, под толстой кромкой снега, умирает Лойд. — Что? А ты откуда знаешь? Ты что, ясновидящая?! – подумала про себя Аня, представив реакцию Йор. От мысли, что, вероятнее всего, отец больше не вернется, на душе стало тоскливо и тяжело. Девочка, пошатываясь, идет в свою комнату. Она не знала, что чувствует - то ли горечь, толи волнение. Бонд идет за ней и сует свою морду ей под руку, будто бы пытаясь уговорить ее найти "отца", но Аня понимала, что в снегопад найти отца семейства сейчас не выйдет. Аня грустно ушла в свою комнату и заперлась там. Йор заметила перемену настроения Ани, но не придала значения этой ситуации. Девочка была очень чувствительной, потому донимать ее с расспросами не хотелось.

***

И вот, на снег всё больше проливается алой крови. Лойд видит в своей голове, как плачет Йор и Аня, когда узнают о его кончине. Он понимает, что за это время, успел достаточно привязаться к этой фиктивной семье. Так же, как и они к нему. Форджер предпринимает все попытки, чтобы подняться со снега. Он удерживает рукой свой живот, дабы не дать ране открыться и спровоцировать кровотечение. Холодный ветер алчной зимы сдувает его золотые волосы назад. — Домой... Мне нужно... Домой... — с глубокой отдышкой говорит он себе, пытаясь придать себе мотивации встать и побороться за свою и так никчёмную и пустую жизнь. Но сил оказывается настолько мало, что тот поскальзывается и начинает падать назад. Сумрак понимает, что если упадет - рефлекторно уберет руки с раны, тем самым спровоцировав сильное кровотечение. Ему не хватит достаточного времени, чтобы зажать отверстие вновь. Из него уже вышло много литров крови, и потеря ещё нескольких попросту приведет его к смерти. Неожиданно, кто-то сзади подлавливает агента. Чья-то очень теплая рука удерживает сильное тело блондина. — Тебе пора домой… – Говорит чей-то нежный, как у ангела, голос. Лойд понимает, кому он принадлежит – его покойной маме. Теплая и тонкая рука женщины удерживает крепкого мужчину. Она помогает ему встать на ноги. Хоть этого и не видит Лойд, женщина мило улыбается ему, смотря прямо в его лицо. Сам мужчина не может повернуть голову из-за шока. Когда шок проходит, тот разворачивает голову назад, не веря своим ушам и глазам. Он не верил в это. Он думал, что это предсмертная агония и галлюцинации. Но стоило ему развернуться назад, как сзади уже никого не было. Лишь кучки снега и голые деревья. По руке прошла еще одна волна тепла. Повернув голову уже туда, тот увидел ткань на своей ладони. Небольшой кусок бинта, который поможет Сумраку. Тогда Лойд понял, что, во чтобы это не стало, ему нужно вернуться живым домой. Боль в животе была жгучей, импровизированного жгута было недостаточно. Шанс возобновления кровотечения был велик, но теперь агента нельзя было остановить.

***

Через полчаса в дом заваливается Лойд. Его тело обсыпано снегом, по телу разодранная одежда и до крови кожа. С ноги мужчины стекает кровь прямо на светлый пол, но тот из последних сил держится. Йор выходит из комнаты, чтобы поздороваться с ним. Но вместо теплой улыбки, на ее лице застыла гримаса ужаса. — Л-Л-Лойд!! Что с тобой с-случилось?! – с ужасом спрашивает она. — На меня напали... Недалеко от дома… Ответил он, обойдя Йор и идя в свою комнату. Женщина смотрит вслед за уходящим мужчиной в комнату. Она видела капли крови, что оставляет он на полу. Блондин запирает свою комнату на ключ. Он ищет свою аптечку, дабы оказать медицинскую помощь себе. Это был великий риск. Но отправляться в больницу просто так он не мог - было бы много вопросов. Было ужасной ошибкой идти домой, к семье. Будет много вопросов и много разбирательств. Но Лойд хотел увидеть свою ненастоящую жену и ненастоящую дочь. Он не знал, сможет ли он увидеть их ещё когда-нибудь. Одного мгновенья, чтобы посмотреть размытым взглядом на Йор было достаточно, чтобы сделать его счастливым. Он находит несколько кубиков с морфием. Он вкалывает обезболивающее себе дрожащей рукой через одежду, идеально попадая в свою вену. Алколоид опия почти обездвиживает тело Сумрака. Резкое расслабление пробегает по нему, туманя разум. Он прибегает к отчаянным мерам. Он хватает нож и пыряет себя в область ранения, стараясь скрыть наличие пулевого отверстия у себя в бедре. Адская боль и пронзает тело блондина. В какой-то момент дыхание спирает настолько, что еще несколько секунд он не может вздохнуть. Кровь сочилась все быстрее из открытой колотой раны. Лойд бросает нож под кровать, и сам падает чуть ли не замертво на пол. Когда Миссис Форджер по ту сторону двери слышит звук глухого падения, она сразу же выбивает дверь в его комнату. Как только она видит всю картину, она в ужасе подбегает к телу едва дышащего "мужа", поднимая его голову на своих руках. — Йор... – тихо, почти шепча, говорит Лойд. – Я... Не хочу... Умирать... Он хватается за шиворот ее футболки, с мольбой смотря в красные глаза женщины. Только сейчас он подмечает, насколько же они были красивыми. Они были глубокими, символизировав её такую же глубокую историю. Каждый человек обладает своей жизнью. Он пишет свою историю. Но не пишет Лойд. Человек, оставшийся без личной жизни. На его голубых глазах выступили слезы. Сейчас он не выглядит так, как агент, готовый принести себя в жертву на службе. Сейчас он был тем, кто хотел выжить. Тот, кто хочет дальше остаться с теми, кто ему стал по-настоящему дорог. Лойд понимал, что выглядит сейчас жалким. Это не тот агент Сумрак, которого ранее знали все. Теперь это не тот агент, которого обучали не бояться смерти, находясь лицом к нему. Это был Лойд Форджер. Именно тот Лойд, которого знают Аня, Йор… Он был обычным человеком, не готовый принимать свою гибель. На деле же, Лойд настолько редко попадал в ситуации, когда он был при смерти. Его обучали думать только о пользе, которую он может принести своей смертью. — Л-Лойд... Я не понимаю... – женщина с паникой смотрит на мужчину, осматривая его всего. Она понимает, что рана в его ноге - это огнестрельное ранение. — Я хочу сказать... – ещё тише говорит он. – За всё это время, что мы были вместе... Я... Я... Он тихо пытается высказать что-то. Его хриплый голос был едва слышен. Частые отдышки постоянно мешали ему говорить. А из-за кровотечения голова кружилась, мысли закрылись плотным туманом. — Ты нравилась мне, Йор... Спасибо... За... Всё... Последние слова он еще тише проговаривает, а затем теряет сознание. Руки Брайер задрожали, глаза расширились. Она не ожидала такого признания от человека, с которым они, по сути, заключили договор о ненастоящем браке. Понимание того, что это могли быть последние его слова, дошло до Йор не сразу. Она кладёт тело Форджера на кровать, подпирая его голову двумя подушками, и начинает звонить в скорую. На суматоху пришла Аня, вид которой был подавлен. Когда она увидела папу, лежачем на диване, та сначала обрадовалась, но увидев, что отец истекает кровью, её радость сменилась на волнение. Вновь захотелось плакать. Под диваном накопилось много красной жидкости. Комната наполнилась запахом железа. Будто сердцем почувствовав присутствие дочери, Лойд просыпается. Он из последних сил поворачивает голову к Ане. Он улыбается ей так же, как и всегда - выстроенная образом улыбка. Но была в ней часть некоторой теплоты. Он собирается ей сказать, что всё будет хорошо. Он пытается и подняться, чтобы вновь игнорировать боль. Чтобы снова показать... Доказать всем, что он ничего не боится. Но как только тот делает движения, то падает с постели. В полете он ударяется головой об прикроватную тумбочку. Аня в панике подбегает к нему, начиная рассталкивать его. — Папа! Не спи, пожалуйста! — взмолилась девочка, тряся своего папу. На глазах вновь выступают слезы. К ней подбегает Йор, которая только что вызвала скорую помощь. Брайер пытается успокоить Анечку, но обе понимают, что Лойд может и не выжить... Продолжение следует...