Глава 25...

***

Она отстранилась и, слегка нахмурившись, посмотрела на понурого Сатору. В её глазах смешались тревога и непонимание, но она пыталась сохранять твёрдость. — Ты же говорил, что не хочешь ввязываться в бизнес отца, — сказала она с лёгкой строгостью, пытаясь заглянуть ему в глаза. Сатору лишь вздохнул и уставился куда-то вниз, словно избегая её взгляда. — Говорил, — пробормотал он, его голос звучал рассеянно, почти безжизненно. Она нахмурилась ещё больше. — Тогда почему я слышу обратное? — в её голосе прозвучала лёгкая нотка упрёка. Он пожал плечами, натянуто улыбаясь, как будто хотел разрядить напряжение, но не знал, как. — Ну а что! Зато гарантированно будут деньги, — попытался он пошутить, но его слова прозвучали неубедительно. Она тихо вздохнула и, протянув руку, мягко положила ладонь ему на голову, начиная нежно поглаживать его, словно маленького котёнка. Её прикосновение было тёплым, обнадёживающим. — И что, ты будешь делать то, что тебе не нравится, только ради денег? — её голос стал мягче, но в нём всё ещё звучала забота. Он поднял на неё взгляд, полный неуверенности, и пожал плечами. — Может, мне понравится! Я же не пробовал ещё, — его слова прозвучали с хлипкой надеждой. Она мягко покачала головой и опустила взгляд, словно подбирая слова. — А ты спросил, надо ли это мне? — её тихий голос был пропитан укором, но в нём не было злости, лишь грусть. Он недоумённо посмотрел на неё, встретив её пристальный взгляд. В её глазах читалось всё: печаль, тревога и глубокая любовь. — Ты хочешь, чтобы я была счастлива, — начала она, бережно положив ладонь на его щёку, — а я в свою очередь хочу, чтобы счастлив был ты. Её пальцы чуть скользнули вниз, словно подчеркивая важность её слов. — Как ты будешь счастлив, если будешь делать то, что тебе не нравится? Я хочу, чтобы ты сам определял свою жизнь, занимался тем, чем хочешь именно ты. Её ладонь легла на его грудь, чуть задержавшись, словно она хотела почувствовать биение его сердца. Он молчал, его взгляд стал мягче, а плечи расслабились. Он накрыл своей ладонью ее, чуть улыбаясь. — Я уже счастлив, — взглянул он ей в глаза. Она тяжело вздохнула, готовая возразить, но не успела. Её слова застопорились в горле, когда он внезапно прижал её к своей крепкой груди. Тепло его тела тут же окутало её, словно кокон, обволакивая и сбивая с толку. — Сатору! — вырвалось у неё возмущённо, но голос прозвучал больше удивлённо, чем сердито. Прежде чем она успевает возразить, он ловко взял её за подбородок, приподнимая лицо так, чтобы их взгляды встретились. Его губы искривляются в едва заметной, нагловатой ухмылке, которая обещает больше, чем слова. — Хватит на сегодня думать, — произнес он, низким, почти мурлыкающим голосом. В следующий миг он притягивает её к себе, затыкая все её протесты долгим, глубоким поцелуем. Его губы мягко, но настойчиво сминают её, требуя полного подчинения. Движения неспешные, но в них чувствуется скрытая сила, будто он растягивает момент, чтобы вкусить каждую секунду. Одной рукой он аккуратно держит её за подбородок, чтобы она не могла отвернуться, вторая рука скользит вниз и мягко ложится на её талию, прижимая её ближе к себе. Её губы начинают отвечать, неосознанно следуя его движениям. Мир вокруг будто растворяется, оставляя лишь его прикосновения и жар исходящий от его тела. Когда он, наконец, отпускает её, его полуприкрытые глаза задерживаются на её лице, изучая каждую эмоцию. Он проводит большим пальцем по её пылающей щеке и лениво произносит: — Ты так краснеешь, как будто тебя только что поймали за кражу пирожков. Она моргнула, зависнув, пытаясь осознать услышанное. — Какие нахуй пирожки?! — Она, наконец, переваривает его слова и, не теряя времени, замахивается для смачного удара. Но Сатору, со своими гадкими смешками, ловко перехватывает её запястье, притягивая ещё ближе. — Котёночек, ты такая прелестная когда злишься, — до неприличия самодовольно произносит он. — Да ты у меня! — злобно фыркнула она, готовясь снова замахнуться, но Сатору с гадкой ухмылкой перебивает её. — Что ты? — с невинным интересом спрашивает он, поднимая одну бровь. — Побьёшь меня своей маленькой лапкой? — Его глаза сверкают насмешкой, а уголки губ кривятся в довольной улыбке. — Ну давай, попробуй! — хихикает он, всё ещё держа её запястье в своей руке. Она тяжело дышит, бегая по нему взгляду — Что такое? Сказать нечего? — наблюдая за ней издевательски выдает он. — Ай! — вскрикивает он, почувствовав, как её зубы врезаются в его кожу. —Кусаешься?! Она откидывается назад, довольная своим поступком, а её губы расплываются в язвительной ухмылке. Сатору усмехается. Мгновение и он уже нависает над ней, впиваясь в ее шею. — Моя очередь кусаться … — добавляет он, оставляя нежные, но заметные метки. Его губы скользят вниз, останавливаясь у ключицы, где он оставляет особенно яркий след. Она улыбается, выгибаясь навстречу, цепляясь за его крепкие плечи. Его руки находят путь под её одежду. Наконец он нащупывает её грудь, и его пальцы начинают неспешно, но уверенно массировать её. Каждое его движение вызывает у неё тяжёлые, прерывистые вздохи, которые становятся всё громче. Он ухмыляется, наблюдая за ее невинно просящим выражением лица. Он медленно, с намеренной неторопливостью, стягивает с неё футболку. Его взгляд задерживается на её обнажённой коже, он улыбается обнажая клыки. Его губы нежно припадает к её груди, оставляя жаркие, неторопливые поцелуи. Её тело откликается на каждое его прикосновение. Она издаёт лёгкий вздох, в котором смешаны удовольствие и томительное ожидание. Его губы мягко захватывают её сосок, обхватывая его с теплотой и тщательностью, которая заставляет её выгибаться навстречу. Он начинает медленно и нежно посасывать, чередуя это с лёгкими ласками языком. Её руки сами тянутся к его волосам. — Ты такой невыносимый и волосы у тебя такие же, — шипит она, запутавшись в густых прядях. Он смеётся а затем аккуратно прикусывет ее кожу. Она вскрикивает, сильнее сжав его волосы. Он на мгновение отрывается от её груди, поднимая взгляд, наполненный желанием, и скользит кончиками пальцев по бедру, слегка задевая линию ее трусиков. Его губы снова накрывают её, но на этот раз он целует её с яростью, в которой кипит всё его желание. его ладонь скользнула ниже, осторожно поглаживая внутреннюю сторону её бедра. Она вздрогнула, чувствуя, как с каждым его движением её дыхание становится всё тяжелее. Он чуть приподнял голову, его глаза потемнели, были полны желания и едва сдерживаемой страсти. Пальцами он зацепил край её трусиков, медленно проводя вдоль линии ткани, одновременно наблюдая за её реакцией. Её губы чуть приоткрылись, словно она пыталась что-то сказать, но воздух будто застрял в лёгких. Его пальцы мягко, но настойчиво стянули с неё последнюю преграду, оставляя её полностью обнажённой перед ним. Она приподнялась, дрожа от нахлынувших чувств, и, не выдержав его напряжённого взгляда, обвила его шею руками, притянув ближе. Его улыбка стала хищной, он опустился ниже, покрывая поцелуями её живот, затем бедра, двигаясь всё ближе. Её руки бессильно опустились на простыни, пальцы сжали ткань, когда он коснулся её там, где всё её тело пылало огнём. Его язык был мягким и настойчивы, каждое его движение вызыало у неё стоны, которые она уже не могла сдерживать. Её дыхание стало прерывистым, спина выгнулась, пальцы снова запутались в его волосах, будто она пыталась удержаться на грани, но граница с каждой секундой становилась всё тоньше. Когда её тело затрепетало в пике удовольствия, он поднялся к её лицу, проведя рукой по её щеке. — Больше не будешь думать всякие гадости? — Его голос звучал мягко, но всё ещё срывался на хрип, а в глазах пылал остаток желания. — Не было такого никогда, — нахмурилась она, стараясь сохранить остатки самообладания, её голос прозвучал почти упрямо, как слабый протест. Он усмехнулся, сверкнув глазами, и не выдержав, притянул её к себе, схватив за талию. Их взгляды встретились, дыхание обоих стало прерывистым. Он провёл ладонью по её спине, притягивая её ближе, так что между ними не осталось ни малейшего расстояния. — Ты сводишь меня с ума, — признался он, его голос звучал хрипло, почти срываясь. Его лицо приблизилось к её, и он провёл носом вдоль её щеки, наслаждаясь её ароматом. Она улыбнулась, её пальцы скользнули по его плечам, оставляя едва заметные следы ногтями. — Сатору… — просяще произнесла она. Он ухмыльнулся, услышав ее надрывной голосок. — Что такое? — издевательски непонимающе проговорил он. Она лишь промычала что-то в ответ прижавшись к нему ближе, чувствуя его крепкое тело своей грудью… — Чего ты хочешь принцесса? — вновь издевательски проговорил он, нежно поглаживая ее бедра. С большим усилием она отстранилась от него и с досадой посмотрела на его брюки. Проследив за ее взглядом, он продолжил ожидать с наслаждением садиста. Она какое-то время колебалась, а затем взглянула в его глаза. Мгновение и злоба окутала ее. Схватив подушку, она, не раздумывая, яростно метнула её прямо в его голову. — Ничего не хочу! — выпалила она, почти крича, её голос дрожал от ярости и обиды. Вскочив с места, она бросилась прочь из комнаты, но едва успела сделать несколько шагов, как ее схватили за запястье, не давая уйти. Одним уверенным движением Сатору притянул её обратно и мягко, но решительно повалил на диван. Его тело нависло над ней, его лицо выражало что-то необычное не привычную насмешливую улыбку, а серьёзность, от которой её дыхание сбилось. — Уйди! — закричала она, извиваясь под ним. Она начала яростно бить его кулаками по плечам и груди, её удары были хаотичными и упрямыми — Хватит! — резко сказал он, но она не слушала. Не церемонясь, Сатору схватил её лицо обеими руками, заставляя её взглянуть ему в глаза. Её движения замедлились, но ярость всё ещё пылала в её взгляде. И прежде чем она смогла сказать хоть слово, он наклонился и прервал её сопротивление горячим, властным поцелуем. Его губы сомкнулись с её, требовательно и глубоко, словно стремясь доказать что-то, что не выразить словами. Её тело напряглось, но с каждой секундой сопротивление таяло. Её руки, которые ещё мгновение назад били его, теперь бессильно скользнули вниз. Его губы, тёплые и настойчивые, сначала прижались к её уху, задержавшись там на мгновение, а затем опустились к её шее, оставляя там череду поцелуев. — Прости принцесса, ты слишком милая когда злишься, — прошептал он ей на ухо, вызвав у нее череду мурашек. Она демонстративно отвернулась, постепенно остывая. — Что я могу сделать, чтобы ты простила меня? — прошептал он, его голос звучал мягко, почти умоляюще. Она краем глаза заметила, как он смотрит на неё своими виноватыми, полными раскаяния щенячьими глазами. Она пыталась держаться, но сердце предательски сжалось от этого взгляда. — Ты невыносим, — выдохнула она, поворачиваясь к нему. Их глаза встретились, и в этот момент её сопротивление окончательно растаяло. Она потянулась к нему, нежно положила руки на его лицо и, почти не задумываясь, притянула ближе. Её губы мягко прижались к его в поцелуе, полном тепла и примирения. Его руки обвили её талию, притягивая ближе, а её пальцы ласково пробежались по его щеке. Он на секунду отстранился, глядя на неё полуприкрытыми глазами, в которых читалось столько тепла, что она невольно затаила дыхание. — Я люблю тебя, — прошептал он, его голос был тихим, почти дрожащим, словно эти слова вырывались прямо из его души. Не давая ей ответить, он вновь притянул её к себе, погружаясь в глубокий, нежный поцелуй. Её сердце бешено забилось, словно подхватывая ритм его признания, и тёплая волна переполнила её изнутри. Он снова прервал поцелуй, тяжело дыша, и прижался лбом к её лбу. Его руки обвили её, словно он боялся отпустить даже на миг. — Я так боюсь тебя потерять, — прошептал он, его голос был хриплым, пропитанным страхом и искренностью. Она подняла руку и нежно провела пальцами по его щеке, глядя прямо в его глаза, полные сомнения и надежды. — Я всегда буду рядом, — успокаивающе произнесла она, её голос был мягким, но твёрдым, как обещание. Она приподнялась имедленно провела ладонями по его груди, ощущая под пальцами твёрдые мышцы и жар его кожи. Её губы оставили поцелуй на его шее, а затем на ключице. Она двигалась всё ниже, постепенно занимая верхнее положение, пока он тяжело дышал, наблюдая за каждым её движением. Её руки скользнули по его бокам, затем к поясу его брюк. Он усмехнулся, помогая ей снять ненужные вещи. Стоило ей закончить свои действия, как он, не выдержав, мгновенно оказался сверху, подмяв её под себя с неожиданной решительностью. Его руки крепко обвили её талию, удерживая её под ним, словно боясь, что она снова ускользнёт. Она прерывисто дышала, чувствуя, как нетерпение охватывает её с каждой секундой. Её пальцы вцепились в его плечи, оставляя слабые отметины на коже. Он чуть приподнялся, смотря на неё с хищной улыбкой, полной дразнящей уверенности. Его движения были медленными, почти издевательскими, пока он терся о её влагалище, будто намеренно растягивая момент. Она выгнулась навстречу, её глаза потемнели от желания, и с губ сорвался тихий стон. — Сатору… — она едва выдохнула его имя, не в силах сдержать дрожь, пробегающую по телу. Её голос дрожал от напряжения и переполняющего желания, когда она, не выдержав, прошептала: -Я не могу больше… — её глаза блестели, в них читалась смесь умоляющей просьбы и нетерпения. Сатору замер на секунду, усмехнувшись так, будто её слова доставили ему нескрываемое удовольствие. -Ну раз ты так просишь, — его голос прозвучал низко и хрипло, каждый оттенок его тона пробегал мурашками по её коже. Не раздумывая дольше, он плавно вошёл в неё, его движения были одновременно уверенными и нежными, словно он хотел запечатлеть этот момент навсегда. Она выгнулась навстречу, с её губ сорвался тихий, трепещущий стон, наполненный облегчением и наслаждением. Он остановился на мгновение, чтобы почувствовать её полностью, опускаясь к её лицу и встречая взгляд, полный эмоций. — Так лучше, принцеса? — прошептал он с едва заметной улыбкой, проводя губами вдоль её щеки. Её руки вцепились в его спину, ногти оставили лёгкие следы, пока её тело подстраивалось под его ритм, отвечая каждым движением. Их движения становились всё более страстными, жадными, как будто время остановилось и всё, что имело значение это ощущение друг друга. Когда пик накрыл их обоих, она тяжело дышала, прижавшись к его груди, чувствуя, как его сердце бьётся в унисон с её. Он провёл рукой по её спине, обнимая её крепче, и тихо прошептал: — Я не отпущу тебя. Никогда…

***

Она встала, направляясь к рюкзаку. Сатору проводил её взглядом, наблюдая, как она, нахмурившись, копается в вещах. Её движения, порой резкие, порой небрежные, всегда завораживали его. Наконец, она вытащила несколько тюбиков и, присев на коврик, начала разбирать их. — Дай мне. Покажу, как надо, — сказал он, уже направляясь к раковине, чтобы вымыть руки. Когда он вернулся, его лицо выражало сосредоточенность. Он аккуратно обмакнул марлю в раствор и приложил её к ране. — Щиплет? — спросил он, замечая, как она сжала губы. — Терпимо, — ответила она, но её взгляд выдавал обратное. — Давай подую, — он улыбнулся уголком рта и начал легонько дуть на рану. Её щёки порозовели, она прикрыла лицо ладонями, чтобы скрыть смущение. — Почему ты такой миленький? — пробормотала она, едва слышно., — как щеночек. Сатору усмехается, продолжая аккуратно обрабатывать рану. Его левая ладонь обхватывала ее лодыжку, поглаживая ее подушечкой большого пальца. Закончив с обработкой, он начал накладывать повязку, причем профессионально. — Ты где такому научился? — спросила она, удивлённо глядя на его работу. — Принцесса, ну ты чего, я же всё умею! — он расплылся в широкой улыбке. — И крестиком вышивать? — её глаза сверкнули насмешкой. — С трёх лет, — он усмехнулся, закрепляя повязку. Она не смогла сдержать смех, а затем наклонилась к нему, проводя рукой по его волосам. Её пальцы нежно прошлись по его голове, как будто она пыталась унять бурю эмоций внутри себя. Сатору поднял голову, глядя на неё с лёгкой ухмылкой, но в его глазах плескалась нежность. Он приблизился ближе, положив голову ей на колени. — Ты у меня особенная, знаешь? — пробормотал он, не отрывая от неё взгляда…

***

Pov т/и

Когда я в первые услышала о некоем Годжо Сатору, то я представила себе сверхсущество, сошедшее с обложки журнала про успешный успех, умеющее все и вся, обладающее всеми благами жизни. Но… ожидаете услышать, что это не так и что он тоже обычный человек? Да нихуя! Такое чувство, что бедность обходила его десятой дорогой, опасаясь его как огня. Уж не знаю кем он был в прошлой жизни, что теперь в этой живёт как сыр в масле! Баловень судьбы, поцелованный богами и все в этом духе! Вот кем он был! Это я поняла после пары дней его так называемого строительства карьеры. Ну как строительства. Ничего он не строил. За годы прошедшей жизни он успел накопить достаточное количество связей и эти связи теперь играли ему на руку. Ему были рады везде куда бы он не завалился: от съемок в фильме до подпольных боев. Я и не успела опомниться, как он притащил мне сто тысяч, демонстрируя их с довольной рожей. — Захотел и кэш поднял, — горланил он, с гордостью расправив плечи, исполняя какой-то танец, — да мне никакие бизнесы родительские не нужны! Я ебать незаменимый! Я глядела на столь самодовольное лицо со скептицизмом, кутаясь в лёгкую кофту, что успела по-быстрому нацепить, ибо сообщение: «СРОЧНО СПУСТИСЬ ВНИЗ» в два часа ночи меня слегка насторожили. — Меня всеее любят и все хотят оттяпать себе кусочек моего времени, понимаешь? — сказал он, приблизившись к моему лицу с хитрой ухмылкой. — Ныл больше, — буркнула я. — Та эт я так. Хотел чтоб ты меня пожалела, обняла, по головке погладила, а ты накричала, — сделал печальное лицо он, прочертив слезу пальцем на щеке, а затем хитро подмигнул. — Актер блять, — проговорила я с непроницаемым лицом, — так это ты напиздел мне про все что-ли? — Принцесса, не обижайся, ну, подумаешь чуть надрамматизировал, — улыбнулся он, — конечно, я знал, что деньги липнут ко мне как моль на лампу, — непринужденно развел руками он. — Я переживала за твое эмоциональное состояние, а ты развлекался значит? — утвердила я, скрывая закипающую злость. — Тогда нет, а щас да! — схватил он мои руки, с сияющими от веселья глазами, — деньги есть, куда тратить будем? — расстянул губы в улыбке он, схватив меня за плечи. Было решено, что часть этих денег уйдет на покрытие штрафов, которые Сатору успел навесить на машину Гето. Остальная же часть ушла на съем новой квартиры и покупку всего необходимого доселе бомжующего Сатору…

***

Сатору действительно был человеком, который мог очаровать любого, будь то строгий дядька-книжка или уличный бродяга. Я не раз замечала, как он с лёгкостью располагал к себе людей, будто это было его врождённое искусство. В его присутствии всё казалось проще, легче, словно мир подчинялся ему. Все восхищались им… и я была в их числе. Но были редкие моменты, когда я видела его настоящего. Не самоуверенного и беззаботного, каким он казался для всех, а уязвимого, открытого. В эти минуты он был похож на ребёнка, который, несмотря на успех, силу и богатство, всё ещё искал тепло и поддержку. — Знаешь, — однажды сказал он, когда мы сидели вдвоём на балконе, наблюдая за звёздами, — иногда мне кажется, что вся эта суета так бессмысленна. Я повернулась к нему, внимательно слушая. — Что ты имеешь в виду? — спросила я, стараясь, чтобы мой голос звучал мягко. Он на мгновение задумался, глядя на огни города вдали. — Все эти деньги, связи, победы… Это круто, но они не делают меня счастливым. Понимаешь? — его голос был тихим, а взгляд — усталым. Моё сердце сжалось. Слова повисли между нами, как нечто слишком хрупкое, чтобы разрушать их поспешными комментариями. — Так что же делает тебя счастливым? — наконец произнесла я, словно боясь спугнуть этот момент. Он повернулся ко мне и улыбнулся. Улыбнулся так, что на секунду мне показалось, будто он открывает мне самое сокровенное. — Ты. Я замерла. Его слова были такими простыми, но они взяли меня в плен. — Перестань, — пробормотала я, чувствуя, как щёки начинают гореть. — Я не шучу, — его голос стал серьёзным, почти шёпотом, но от этого он звучал только громче. — Ты — моя удача. Всё остальное просто шум. Он потянул меня ближе, и я почувствовала, как его тепло окружает меня, защищает от всех сомнений. Его взгляд проникал в самую глубину, где уже давно поселилась вера в него. Его слова, его прикосновения, его искренность — всё это сбивало с ног, заставляло моё сердце дрожать, как натянутую струну. Я не знала, что будет дальше, но в этот момент, глядя на него, я знала одно: я доверяю ему. Своё с ердце. Свою душу. Свою жизнь.