5 • Совет на двоих

Нума шёл за Гэндальфом по пятам. Ехать верхом было непривычно, но лошадь назгулов с лихвой покрывала неудобства. Она не знала усталости, не упрямилась и терпеливо ждала, пока Нума, свесившись с седла, разглядывал землю. Было даже жаль расставаться с ней, но следы вели к Лотлориэну, и ехать дальше верхом было невозможно. Нума не мог привязать лошадь, лишив её возможности добывать себе пищу, потому оставалось только надеяться, что она дождётся его возвращения, а не сбежит обратно в Дол-Гулдур. О Лотлориэне Нума знал не много — лишь слухи да сказки. Он догадывался, что земли эльфов защищены чарами и остаться там незамеченным будет очень сложно. Но вернуться в Дол-Гулдур ни с чем было нельзя. Он решил, что будет преследовать волшебника, куда бы тот не пошёл. Отпустив лошадь, Нума решил сделать остановку. Искусство скрываться от чужих глаз было хорошо ему знакомо, но, вступая на территорию врагов, брать с собой свой приговор было слишком опасно. Он решил оставить за границами леса всё, что могло бы выдать в нем некроманта. Так, если эльфы поймают его, у него будет больше шансов сойти за одного из дунэдайн и избежать худшего. Странно было притворяться тем, кем на самом деле и являешься, но Нума совсем не чувствовал себя одним из них. Черта, пролегающая между его семьей и следопытами севера, была непреодолима и уходила корнями во времена войн Арнора и Ангмара. Нет прощения предателям, воевавшим на стороне Короля-чародея. Размышляя об этом, Нума всегда чувствовал только глухо рокочущую внутри ненависть и ни капли раскаяния или сожаления. Быть врагом своих родичей — не жаль, быть врагом эльфов — не жаль, врагом всего Средиземья… ничуть не жаль. Все они чужды ему. Нума предпочел бы потерпеть поражение и быть погребённым под руинами Дол-Гулдура, чем получить прощение от кого-то из них. Вырыв неглубокую яму под приметным деревом, он спрятал туда всё лишнее, начиная от свёртка с иглами и ингредиентов для приготовления яда и заканчивая давно засохшим тельцем полёвки-марионетки. После этого его мешок стал заметно легче, в нём остались только фляга, лекарство, пара чистых повязок и немного еды. — Вот так, — наставительно протянул Нума в пустоту. — Оказывается, если забрать из жизни мою магию, ничего не останется. Для него это и впрямь было так. Еда не приносила Нуме удовольствия, он почти не чувствовал её вкуса, боль от ран казалась незначительной, если это было платой за колдовство. Всё начиналось в погоне за силой и в ней же заканчивалось. Не существовало другого Нумы, кроме Нумы-колдуна. Он догадывался, что пропитан этим насквозь и отсутствие в его мешке игл или яда ничуть не облегчит его участь в случае провала, но мысли об этом не пугали. Теперь он следовал воле Саурона и это придавало жизни какой-то тайный смысл. Служение врагу всего мира уже было для Нумы лучшим из возможных оружий. Не имело значения, кто в конце концов повергнет его врагов — он сам или тот, кому он служит. Саурон не просил Нуму клясться ему в верности, но, если бы попросил, тот без раздумий сделал бы это. Жаль только, что времени у него остаётся всё меньше и меньше. Нума засыпал яму землёй и прикрыл дёрном. Он решил идти вперёд после заката, чтобы зыбкие сумерки помогли ему остаться незамеченным. Они давно служили ему верным плащом, и он рассчитывал на них. Близость эльфийского леса вселяла тревогу и заставляла беспокойно сжимать кулаки. Раны на ладони ныли, не давая уснуть. Разводить огонь было слишком опасно, и Нума просто сидел, прислонившись спиной к стволу дерева и прикрыв тяжёлые веки. В такие моменты он думал о том, что может больше не подняться. Любое место, где усталость придавит его к земле, могло стать его последним приютом. Пройдёт много лет, прежде чем года удостоят его погребения. — Когда-нибудь, но не сейчас… — в полубреду шептал Нума. — Не сейчас…

• • •

Гэндальф прибыл в Лотлориэн в тревоге и беспокойстве, которые ничуть не ослабли с дороги, несмотря на успокаивающие чары эльфийских владений. Едва спрыгнув с лошади, он стал расспрашивать эльфов о Радагасте и Бильбо. Добрались ли они? Всё ли с ними в порядке? Ему сказали, что владычица Галадриэль давно ждёт его, и у неё он обязательно получит все ответы. Это немного успокоило Гэндальфа. Он молча последовал за эльфами на просторную террасу, где его уже ждали. Владычица Галадриэль обернулась к нему с величественным спокойствием и жестом пригласила за стол. — Приветствую тебя, госпожа, и благодарю за гостеприимство, — проговорил Гэндальф, слегка наклоняя голову в знак приветствия. — Садись, Митрандир, ты устал с дороги. — Прости за мою спешку, госпожа, но я должен знать… — Твои друзья уже здесь, не беспокойся, — мягко прервала его Галадриэль. Они сели друг напротив друга и по пристальному взгляду владычицы Гэндальф понял, что ему придётся ответить на её вопросы, прежде чем задавать свои. — Ты знаешь, что меня тревожит, — спокойно начала она. — Я храню это место от зла, приходящего извне, уже очень долго, Митрандир, но ты вынудил меня впустить его в самое сердце Лотлориэна. Я чувствую, что вместе с вами в мой лес пришла великая сила… Неужели это то, о чём я думаю? Гэндальф тяжело вздохнул, беспокойно расправляя складки плаща на колене. — Боюсь, что это так, госпожа. — Сила Врага сейчас в наших руках? — её нежный голос вдруг стал глубже, и Гэндальфу стало не по себе. Неужели в битве с искушающей силой кольца он не мог рассчитывать даже на самых мудрых? Галадриэль почувствовала его сомнения и продолжила с нарочитым безразличием. — Почему ты привёз его сюда, а не в Ривенделл? Неужели ты ценишь мой совет выше совета владыки Элронда? — Ривенделл — место для раздумий, — неохотно отозвался Гэндальф. — Нам же нужно действовать, не теряя времени. Наше спасение лишь в стремительности… — Ты знаешь, Митрандир, что Элронд твоей спешки не одобрил бы, — проговорила Галадриэль, не сводя с него проницательного взгляда. — Почему решил, что я одобрю? — Я помню твою решительность и пылкий нрав минувших времен, госпожа. Я знаю, что они не исчезли и теперь. Спокойное выражение дрогнуло на лице Галадриэль, она тревожно свела брови. — Моя решительность вынудила меня пойти против воли Валар, Митрандир. Я не хочу больше совершать тех же ошибок. Мы не можем рассчитывать только на себя… Разделив решение столь важного вопроса с Советом ты приобретёшь больше, чем потеряешь. — Я разделяю его с тобой, госпожа, — заметил Гэндальф. — Нет, — покачала головой Галадриэль — Ты уже решил всё один и теперь лишь пытаешься соблюсти приличия. У тебя плохо выходит, Митрандир. — Может быть, — сдался Гэндальф. — Ты права, госпожа, тебе ведомы мои мысли и потому ты не можешь ошибаться. Но тогда ты знаешь также, что я не желаю ничего для себя. Меня беспокоит только будущее Средиземья. Быть может, я слишком дерзок в своих стремлениях, но в мыслях моих благо. Я пришел в этот мир из-за кольца и долго ждал, когда оно выдаст себя. Я знаю о нём всё, что известно древним свиткам Минас Тирита. Я знаю, что мы должны делать, и для этого мне не нужны осторожные рассуждения эльфов. Прости, госпожа. Галадриэль слушала его с вниманием и не стала спорить, когда он замолчал. Слова Гэндальфа звучали самоуверенно, но правдиво, и ей нечего было на это ответить. — Кольцо должно быть уничтожено, — выдохнул Гэндальф после долгой паузы. — Это наш единственный путь и рассуждать здесь не о чем. — Как ты его уничтожишь? В Средиземье нет кузнеца превосходящего Саурона в мастерстве. — Кольцо может быть уничтожено в огне Ородруина, где было выковано. Гэндальф знал ответы на все возможные вопросы о кольце, у него было время задать их себе сотни раз. Он прожил в Средиземье куда больше одной человеческой жизни и многое успел сделать, но то, что происходило сейчас, было гораздо важнее всего прочего, и тревожное предчувствие не покидало Гэндальфа ни на минуту. Галадриэль внимательно взглянула в его сосредоточенное лицо, она чувствовала, что мысли Гэндальфа беспокойны и спутаны. Он взял на себя слишком тяжелую ношу. Оттого ли, что не сумел разделить её с другими, или оттого, что опереться ему было, на самом деле, не на кого. — Ты не хуже меня знаешь, Митрандир, что Ородруин спит уже много лет, — нахмурилась владычица. — Знаешь и ты, что он проснётся, когда властелин Мордора вернётся в свои владения, — в тон ей отозвался Гэндальф. На секунду между ними повисло напряжённое молчание. — Не говори мне, что хочешь разбудить Саурона и рискнуть миром во всём Средиземьи, ради попытки уничтожить кольцо, — отчётливо выговаривая каждое слово, произнесла Галадриэль. — Я не стану будить его, — глухо отозвался Гэндальф. — Он уже пробудился. Саурон скрывается в Дол-Гулдуре. — Откуда тебе это известно? — Галадриэль поднялась с места и в беспокойстве отошла к краю террасы. — Я был там. — Что ты видел? — Совсем ничего, — Гэндальф поднялся следом и встал рядом с ней, спокойно глядя на верхушки деревьев. — Крепость вроде Дол-Гулдура должна быть полна тёмных тварей, но я не встретил там никого. Он не хотел, чтобы я нашёл его раньше времени, и спрятал их. — Ты решил, что Саурон вернулся лишь потому, что не нашёл в Дол-Гулдуре орков? — Не пытайся обмануть себя, госпожа. Хочешь доказательств? Поговори с Радагастом, он может рассказать тебе больше о Некроманте и его мертвецах. Я не могу тратить на это время. Кольцо пробудилось, его хозяин тоже. Вопрос времени, когда они найдут друг друга. — Как ты заставишь Саурона вернуться в Мордор? Как пронесёшь мимо него кольцо? — Нужно создать угрозу Дол-Гулдуру, чтобы Саурон был вынужден искать себе более надёжное убежище. Сейчас он слаб и не захочет ввязываться в бой. — Напасть на крепость, Митрандир? Какими силами? — спокойствие владычицы постепенно уступило место волнению. — Всеми, что можно собрать за несколько дней. — Ты предлагаешь мне рискнуть жизнями эльфов ради твоего безумного плана. Как я могу на это согласиться? Галадриэль отошла к столу и снова вернулась к Гэндальфу, не находя себе места. — Как ты можешь отказаться? — волшебник наконец оторвал взгляд от горизонта и сурово посмотрел ей в глаза. — Твои владения ближе всех прочих, эта роль предначертана твоему народу свыше. — Это лишь твои домыслы… — Посмотри мне в глаза, госпожа, и скажи, что я вынуждаю тебя взять на себя то, с чем мог бы справиться сам! — не выдержав воскликнул Гэндальф. — Ты хочешь избежать опасности? Хотел бы я рисковать одним собой, но моих сил недостаточно, чтобы изгнать Саурона из Дол-Гулдура! Галадриэль опустила глаза, беспокойно прокручивая на пальце кольцо Нанья. Гэндальф знал, о чём она думает. Некоторых вещей нельзя избежать, как бы не хотелось. — Я соберу для тебя армию, Митрандир, — наконец произнесла Галадриэль с прежним спокойствием. — Дай мне два дня, и мы двинемся на Дол-Гулдур.

• • •

Никто не запрещал Бильбо покидать отведённую ему комнату, никто не останавливал, и он с удовольствием пользовался предоставленной свободой. Эльфы-галадримы предпочитали строить свои жилища в ветвях деревьев — мэллорнов. Бильбо успел обойти много удивительных мест, переходя от одного мэллорна к другому, по лёгким, но надёжным мостикам. Ему нравилось разглядывать изящное убранство эльфийского дворца, где стволы деревьев были неотличимы от величественных колонн, а густая крона походила на украшенный резьбой потолок. Всюду Бильбо встречал улыбающихся ему эльфов и оставалось только гадать, были здешние жители от природы так приветливы или их забавлял необычный вид хоббита. В любом случае, Бильбо был не в обиде. «Посмотрел бы я на лица хоббитов, встреть они в Шире одного из этих эльфов, — думал он. — Тут только слепой бы не удивился». Третий день в Лотлориэне разбудил Бильбо ласковым солнцем и птичьим пением. Обычно по утрам хоббит любил поваляться в постели, но сегодня свежий воздух и движение влекли его гораздо больше. Уже обследовав добрую часть мэллорна владык и его окрестностей, он решил спуститься и прогуляться по земле. Дома, в Шире, Бильбо любил иногда выйти утром и идти куда глаза глядят, пока не устанут ноги или места́ вокруг не станут казаться совсем уж незнакомыми. Несмотря на то, каким странным и необычным казалось ему всё вокруг, Бильбо чувствовал себя в Лотлориэне спокойно, будто часть его души всегда бродила вот так среди эльфов. А может это была заслуга хорошего воображения мистера Бэггинса. Узкая дорожка из гладких белых камней привела Бильбо к небольшому озеру. Вода с хрустальным звоном сбегала между камнями и падала вниз, поднимая в воздух облако мелких брызг. Это походило на музыку, и Бильбо невольно замер, прислушиваясь. Простояв в завороженной неподвижности с четверть часа, Бильбо понял, что это, пожалуй, самое уединенное место Лотлориэна, в котором он бывал. За это время он не увидел ни одного эльфа, и даже голоса их были здесь не слышны. Должно быть, в своей задумчивости Бильбо ушёл дальше, чем собирался. Хорошо бы отыскать потом обратную дорогу, будет стыдно, если эльфам придётся его разыскивать. Бильбо присел на камень и подпёр щеки ладонями. В глубине его спокойствия, как подводное течение, шевелилась хорошо скрытая тревога, которую не могли исцелить даже чары Лотлориэна. В глубине души Бильбо всё время помнил об оставленных друзьях и о кольце, притаившемся на дне его кармана. В первый день Бильбо зашил злополучный карман, чтобы не потерять кольцо и лишний раз к нему не прикасаться, но на следующее утро нитки оказались разорваны. Кольцо было на месте, но страх, пронзивший Бильбо в этот момент остался в груди занозой. Должно быть, он сам разорвал шов и не заметил этого, но чувство, будто кольцо обладает собственной волей, от этого только усилилось, и Бильбо уже не мог его игнорировать. «Оно будто живое. Оно хочет мне зла», — думал он. Впрочем, у этого страха была и другая сторона — Бильбо ни на секунду не забывал о том, что в его кармане ни награда, ни подарок, а ловушка. Кольцо-обман. Кольцо-проклятие. Что-то ядовитое, проникающее в кожу от каждого прикосновения, каждого взгляда… Это немного ослабляло влияние кольца, Бильбо просто не мог так отчаянно хотеть то, что уже успел возненавидеть. — Вот ты где, Бильбо, далеко забрался. Я везде тебя ищу! Голос Гэндальфа вырвал Бильбо из размышлений. — Гэндальф! — радостно воскликнул он, поспешно вскакивая с места. — Не знал, что ты уже здесь! — Я прибыл вчера вечером, но ты уже спал. А утром, только взошло солнце, пропал куда-то, даже не поздоровавшись. — Доброе утро, Гэндальф, — улыбнулся Бильбо. — Рад, что ты вернулся так скоро. — Обычно, в Лотлориэне чужакам спится крепко, — заметил волшебник. — Кольцо не даёт тебе покоя? — Нет, вовсе нет. Знаешь, здесь сны мешаются с явью, — Бильбо неопределённо махнул рукой в сторону шепчущихся деревьев. — Я совсем не чувствую усталости. Кажется, будто я могу совсем не спать, или… на самом деле я сплю, не просыпаясь, всё это время. Гэндальф усмехнулся. — У тебя чистая совесть, Бильбо, иначе прибывание здесь не пошло бы тебе на пользу. — Мне кажется, тут и мёртвый почувствовал бы себя лучше, здесь всё такое… — Бильбо не смог подобрать подходящее слово и молча сел на прежнее место, уставившись на бегущую воду. Гэндальф присел рядом, опёрся головой о посох и прикрыл глаза, прислушиваясь к чудесной музыке. — Ты ошибаешься, — вздохнул он после долгой паузы. — Лотлориэн умеет не только исцелять, но и терзать. Он снимает усталость, но вместе с тем — выпускает наружу страхи и сомнения, похороненные глубоко в душе. Не все могут противостоять им. Бильбо задумчиво нахмурился. — Мои страхи не так сильны. Гэндальф открыл глаза и внимательно посмотрел на него. — Именно поэтому мне понадобится твоя помощь, — серьёзно сказал он. — Кольцо не имеет над тобой такой власти, как над людьми или эльфами. Ты слишком мал и прямодушен для него. Бильбо недоверчиво поморщился. Не слишком то эти слова были похожи на комплимент. — Мы на пороге большой войны, — вздохнул Гэндальф. — Рассеянные по всему Средиземью силы врагов ждут своего часа. Они ждут господина, что сплотит их и уничтожит ненавистные народы людей, эльфов и всех, кто попадётся им на пути. Если кольцо вернётся к Саурону — Средиземье падёт. Бильбо с трудом сглотнул ставший в горле ком. Гэндальф быстро оглянулся на обступившие их деревья, будто что-то почувствовав, но вокруг по-прежнему не было ни души, и он продолжил: — Мы должны уничтожить кольцо, тогда сила Саурона будет рассеяна и он не сможет вернуться вновь. Сделать это можно только в огне Ородруина, в Мордоре, где он его создал. — Так давай уничтожим его! — с готовностью отозвался Бильбо. — Я могу хоть сейчас отдать его тебе. — Я не могу его взять, — возразил Гэндальф. — Никто не может. Никто не справится с этим лучше тебя, Бильбо, понимаешь? Бильбо мотнул головой. — Нет, не понимаю. Подожди, Гэндальф, — запинаясь от волнения пробормотал он. — Ты хочешь, чтобы я отнёс кольцо в Мордор? Это же за полмира отсюда! Постой, постой… Бильбо прервался, чтобы перевести дыхание. У него звенело в ушах и этот звон мешал связно говорить, к горлу подступала тошнота. — Я ещё не дошёл до Эребора, а ты уже посылаешь меня к Ородруину! А как же Торин? — Успокойся, Бильбо. Ты слишком волнуешься, — Гэндальф похлопал его по плечу. — Я думал, поход закалил тебя… — Не делай этого, — перебил его Бильбо. — Не пытайся запутать меня этими «успокойся», Гэндальф! Ты не заставишь меня поверить в себя, если будешь говорить: «Бильбо, ты ведь уже не такой, как раньше, тебе это под силу». Я всё такой же. Я согласился на один поход, поверив тебе. Если хочешь, чтобы я отправился в Мордор, расскажи мне всё. Без недомолвок и хитростей. Волшебник посмотрел на него и невесело усмехнулся. — Ладно, я расскажу тебе всё. Но будь готов — это знание влечёт за собой ответственность. — Ты всё равно хочешь возложить её на меня, так что я предпочту знать, во что ввязываюсь, — буркнул Бильбо. — Через два дня армия эльфов двинется на Дол-Гулдур, чтобы вынудить Саурона оставить крепость, — начал Гэндальф. — Как только он вернется в Мордор, ты отправишься из Лотлориэна на юг. Тебе не придётся идти пешком, на это у нас нет времени. Бильбо недоуменно нахмурился. — Что ты имеешь в виду? — Орлы помогут нам застать Саурона врасплох, с их помощью ты окажешься в Мордоре раньше, чем враг стянет туда силы и развернёт защитные укрепления. Едва гора проснётся, кольцо будет уничтожено и всё закончится. Гэндальф сжал пальцы на посохе и глубоко вздохнул. — Мы и правда можем победить Саурона? — спросил Бильбо со смесью надежды и сомнения. — Ты уверен, что орлы захотят нам помочь? — Уверен, — кивнул Гэндальф. — Орлы служат Манвэ, так же как я, они не откажут Средиземью в помощи. — Если кольцо сгорит, это убьёт Саурона? — Да, в этом можешь не сомневаться. — А эльфы смогут победить его в Дол-Гулдуре? — снова спросил Бильбо, пристально глядя на волшебника. — Мы скоро это узнаем, — вздохнул тот, хмуря брови. — Спящие силы приходят в движение, теперь всё будет зависеть только от скорости.