Глава 12

С помощью доброго слова и пистолета вы можете добиться гораздо большего, чем только одним добрым словом. © Аль Капоне.

***

      — …и это был не займ, а инвестиция, так они сказали, — пожал плечами Винсент.       — Ясно, будем думать, — протянул я в ответ на пересказ Винсента слов Личио Моска, с которым они вместе с Леоном Галанте встретились пару дней назад на нейтральной территории.       За время моего отсутствия произошло много разного. Всё-таки, я зря боялся, ребята под руководством опытного консильери смогли успешно организовать засаду на налетчиков, потеряв убитыми всего несколько не особо опытных магов. Но вот улов оказался хорош. Трое из шести неизвестных магов, явно итальянско-американского происхождения могли только своим видом намекнуть о том, кому мы перешли дорогу.       Разговаривать с ними было бессмысленно – клятвы. Но уже спустя всего несколько часов, прямо на столе кабинета в подвале букмекерского клуба, который Винсент оставил в качестве основного рабочего штаба, вдруг оказалось предложение о встрече. Минуя всю защиту, а также верных Винсенту людей, на столешнице, словно по волшебству, как бы иронично это ни звучало, появилось послание от Личио Моска, изрядно нервирующее моего вассала.       Как оказалось, на нас обратил внимание Джулио Андреотти, один из наиболее богатых американских бизнесменов, который по совместительству являлся главой одной из крупных мафиозных семей. Те в чем-то были похожи на шотландские кланы, только на другой стороне континента.       Этот не старый ещё маг являлся выходцем из одного не так давно основанного рода в Италии и имел тесные связи со стариком Фоссетом, в частности – у них был совместный бизнес по контрабанде некоторых запрещенных в Британии растительных ингредиентов, которые росли только на континенте.       После встречи Винсента и Леона с представителем Джулио Андреотти, который рассчитывал на личную встречу со мной, но все-таки согласился поговорить и с моим вассалом, ситуация с атакой наших объектов стала чуть яснее.       Кто-то подсказал или наткнулся случайно, но несколько лет назад Фоссет получил особый рецепт умиротворяющего бальзама, в котором использовалась одна не особо запрещенная, но достаточно редкая разновидность магической чемерицы, поставки которой и наладил увидевший золотую жилу Андреотти. Так как рецептура принадлежала Фоссету, Андреотти профинансировал производство «слез фей», а также активно распространял львиную часть произведенного товара уже в самой Америке. Фоссет же договорился с одним из прикормленных боссов Лютного, Мэттом Бергером, о распространении уже среди британских магов.       Когда же активы Фоссета перешли в наши руки, поставки «слез фей» для американского дельца кончились и он обратился к Фоссету за разъяснениями. Тот же с радостью ткнул в мою сторону пальцем, указывая на источник проблем уже самого Андреотти. Чуть подождав и разузнав о ситуации в Британии, бизнесмен послал сюда своего ручного песика — Личио Моска, который отвечал за всю теневую часть успешного бизнесмена и специализировался именно на таких проблемах. Вот он и принялся за дело, как умел.       Только способ вести переговоры тот выбрал крайне неверный.       — Он больше ничего не сказал? — пробежался я барабанной дробью по подлокотнику любимого кресла в гостиной, где мы сейчас и находились. Альберт, явно повеселевший от моего возвращения, но тут же увядший после появления Винсента, расположился на диване, а сам Блишвик уселся в ещё одном кресле, где и завершал свой не особо длинный рассказ       — Нет, только оставил адрес, как можно с ним связаться для обмена пленных, когда ты вернешься, — покачал головой Винсент. — Обычная общественная совятня, я проверял.       — Есть что дополнить? — спросил я до этого молчавшего Стампа.       — Только то, что этот итальянец довольно силен, — немного подумав, произнес Альберт. — Примерно наравне со мной. И свита у него тоже не из простых магов. Как минимум два мастера там есть… Не чета тем, что мы взяли.       — Ясно, — задумался на секунду, прокрутив в голове всю ситуацию в целом. Что-то не сходится, не стал бы макаронник действовать настолько нагло, не имея на то оснований. Уж ощущение глупого человека, судя по реакции Альберта, тот точно не производил.       — Да, кстати, есть ещё кое-что, — вдруг вспомнил Винсент, — лорд Малфой через Галанте просил срочно встретиться, как ты появишься.       — Он не сказал по какому поводу? — я поднял голову, удивлённо хмыкнув.       — Нет, — вновь пожал плечами парень. — Но скорее всего из-за этой ситуации с итальяшками.       — Да, наверное, — пригубил восстанавливающий отвар, который приготовил к моему приходу Кричер.       Собственно, с помощью портала я вернулся в дом дядюшки Альфарда, а затем уже в Блэк-мэнор, где успел только переодеться да принять горячий душ, после чего вызвал вассалов. И, хотя окрепнувшая связь с родовым алтарем наполнила меня силой, а горячая вода помогла снять усталость, истощение и иные последствия ожесточенного боя всё ещё давали о себе знать.       Впрочем, времени отдыхать не было. — Мне все ясно... Подготовьте пока пленников для обмена, — после чего сделал небольшой жест рукой, чтобы сидящий напротив Блишвик все понял однозначно.       — И, Винсент, напиши этому Моску, что мы готовы встретиться, но на нашей территории. Скажем, в твоем клубе, раз уж они и так заходят в него, как к себе домой. Завтра вечером.       — Может быть, подождать с этим? — обеспокоенно спросил Альберт. — Надо сказать, ты выглядишь несколько…       — Как дерьмо, — прямо продолжил мысль Стампа более прямолинейный Винсент. — Может быть уже расскажешь, где пропадал все это время?       — На первый вопрос — нет, ждать нельзя, с каждым новым днем ситуация усугубляется, и мы теряем деньги, репутацию, а, главное – даем врагам время на подготовку. Чтобы перебросить сюда больше сил, итальяшке нужно только время. На второй вопрос… Пока что не будем об этом, — меня передёрнуло от еще свежих воспоминаний путешествия к Хребтам Безумия. — Когда вернется Поллукс – я покажу вам наглядно. Пока что могу сказать, что время потрачено было точно не зря.       — Как скажешь… — разочарованно протянул Винсент, и его реакцию подтвердил нечитаемый хмык Альберта. Ну хоть где-то они были согласны.       — Расскажи мне теперь, что по остальным делам, — ещё раз пригубив из чашки с отваром, я приготовился слушать отчет Винсента. Мне нужно было быстро вникнуть в курс дела, прежде чем отправиться к Малфою, чтобы не попасть впросак, мало ли, что ещё он надумает обсудить между делом.

***

      — Что же до остальных, они приняли нейтралитет… — закончил Малфой рассказ о положении дел среди наших политических союзников.       — Они что?! — не поверил я своим ушам.       — Послушай, я знаю, как это выглядит… Но многие из моих «друзей», — выделил это слово Малфой, явно говоря с долей сарказма, — и так были не в восторге, что ты затеял войну с нейтралами из-за Поттера. Как и в целом негативно относятся к твоей персоне из-за общего прошлого. Конечно, всех особенно радикальных сторонников… Реддла... либо убили, либо они отправились на бессрочное свидание с дементорами, но ты успел многим оттоптать любимые мозоли и так. Когда альтернативы не было, то все эти змеи объединились против единого врага, но сейчас, когда начался передел власти и есть лицо, с которым можно договориться на более лёгких условиях, многие начали задавать вопросы, требовать гарантий…       — То есть, эти идиоты выждали момент уязвимости и решили сейчас получить кусок пирога побольше, шантажируя своей поддержкой?! — начал закипать я.       — Я бы, конечно, так не выразился, — поморщился Люциус, а после негромко вздохнул, разведя руками, — но в целом – так и есть. В открытую никто не хлопал дверью и финансово они, конечно, поддерживают кампанию Крауча, но переговоры с Гринграссом ведут многие. Пользуясь большинством, Гринграсс начал продавливать некоторые законы, которые могут ударить по бизнесу многих из наших союзников. Ну и, разумеется, они хотят услышать гарантии от тебя лично. Особенно Эйвери-старший. Он наиболее богатый и влиятельный из всех. Убедишь его – так или иначе успокоятся и остальные.       — Чудно… — я помассировал виски от накативших последствий постоянного напряжения. То, что старые рода, многие из которых открыто или в тихую поддерживали Волдеморта, будут гнуть свою линию – это я понимал. То, что особых симпатий они ко мне не питают, также было ясно.       Но, как говорится – в том, чтобы встать на сторону проигравших, чести нет. А встать на сторону победителя – это всего лишь деловой подход. После выборов практически традицией является раздача разных преференций всем причастным и урезание всего, что только можно у непричастных или противодействующих.       Премии, контракты, новые должности и различные послабления – все это как единый пирог делится между всеми партнёрами, в зависимости от их вклада в общее дело. Но вот то, что они решили поделить шкуру неубитого министра именно сейчас, стало еще одной проблемой.       — И еще кое-что, — помявшись, выдал Малфой.       — Говори уже, не тяни, — я слабо махнул рукой, продолжая хмуриться.       — Мне из-за океана поступило одно предложение… Очень крупное предложение, с несколькими нулями в золоте, а также некоторыми хорошими обещаниями. Поступило оно от уже наверняка небезызвестного тебе Джулио Андреотти. Ты же уже слышал о нем?       — Да, парни рассказали, — ответил я максимально спокойно, пытаясь унять бушующие внутри эмоции. Похоже, после каждого использования родового заклинания держать контроль над собственным гневом становилось всё сложнее.       — Так вот, этот бизнесмен, который поднялся на торговле растительными ингредиентами… А также не совсем законными сделками, очень настойчиво просил не оказывать тебе никакой поддержки на время решения вашего конфликта с производством «слез», — явно с интересом взглянул на мою реакцию Малфой. — И по оговорке Эйвери, с подобным предложением обратились не только ко мне. Да и, возможно, с другими предложениями тоже.       — И как, ты взял деньги? — немного механически спросил я Малфоя. В то, что он решит меня предать, я не слишком верил. В отличие от остальных «политических партнёров» он уже сделал слишком многое, что привязывало его ко мне сильно прочнее, чем золотые кругляши американцев.       — Разумеется нет! — надменно фыркнул блондин, рассмеявшись. — Чтобы я взял деньги у чертовых итальяшек, ещё и за предательство… Им точно потребовалось предложить бы гораздо больше! Да и эти ребята из Нового Света – совершенно не умеют вести бизнес с аристократией. Если разок дали тебе денег, то считают, что ты уже им по гроб обязан до конца своей жизни… Просто решил предупредить, что в этом конфликте мы, похоже, без союзников.       — Как и всегда… — хмыкнул я. — Что ты можешь сказать об этом человеке, Андреотти? Я узнал некоторую информацию от парней, но мне интересно твое мнение. У нас назначена встреча с Личио Моска на завтра, и мне нужно знать о его хозяине как можно больше.       — Ты же знаешь, я предпочитаю вести дела в старушке-Британии, — поморщился Малфой. — Но кое-что об этой акуле слышал и я. Выходец из не особо древней, но довольно влиятельной в Италии семьи – он быстро поднялся по криминальным ступенькам в Новом Свете. Рэкет, торговля наркотиками, проституция и прочие делишки, которые он проворачивал как в магическом, так и в обычном мире, принесли ему огромную власть и деньги, которые он конвертировал в ещё большие деньги. Жестокий, умный, беспринципный и до одурения жадный – вот, что я могу сказать об этом человеке.       Люциус вновь на пару мгновений вновь сморщил лицо, и я мог понять его эмоции. Портрет этого Андреотти выходил не самый радужный.       — Он делает деньги на всем, что может приносить доход. Разумеется, Андреотти там такой не один, да и дорогу немногим древним семьям, которые переехали в Америку, он старался не переходить… Всё-таки личная сила решает очень многое в вопросе столкновения интересов. А действительно сильных людей у него не много, да и тех он вырастил собственноручно. Но это только вопрос времени, когда ему станет мало выделенной доли… А сейчас, похоже, итальяшка решил обратить свое внимание на наше болото.       — Так ты думаешь, что сотрудничеством с Фоссетом дело бы не ограничилось?       — Сложно судить, конечно, но если то, что я слышал о нем – правда, то нет, совсем не ограничилось бы, — чуть помолчав, резюмировал Малфой. Затем раздраженно добавил: — Только вот эти пеньки предпочитают не замечать очевидного. Если подавят нас, то следующая очередь уже за ними, но куда там… — он махнул рукой, подзывая домовика, чтобы тот обновил бокал. Я немного завистливым взглядом проводил бутылку с вином, утыкаясь обратно в собственный стакан с ещё одним восстанавливающим варевом. Оно пахло не так ужасно, как остальные зелья, и лишь чуть горчило на языке, но желание выпить хотя бы немного, просто чтобы расслабиться, не отпускало.       — Что ж, понятно, — только и произнес я, задумавшись.       Во многом мои предположения были схожи с мыслями Малфоя. «Слезы феи» – только предлог, чтобы закрепиться в криминальной части магической Британии. И, скорее всего, даже если мы договоримся с Личио о совместном бизнесе – это только отсрочка перед активной частью. Но, скорее всего, до договоренностей дело не дойдет. Если Андреотти настолько нагл, чтобы посылать предложения о сотрудничестве Малфою, то наверняка подобные письма были разосланы всем заинтересованным, только вот суммы и предложения там наверняка менялись.       Без поддержки внутри Британии, которую уже не мог оказывать старик Фоссет, Моска не стал бы действовать так нагло. Вопрос только в том, кто ответил на его предложение. Дамблдор? Даже не смешно, не тот у него уровень. Гринграсс? Этот мог, но что-то мне подсказывает, что ценящий свою независимость нейтрал не стал бы впутываться в такие дела, особенно перед выборами. Особенно получив наконец в руки власть. Разве что помочь информацией или свести с нужными людьми, чтобы отвлечь меня.       Эйвери? Уже ближе, да и резон у него был – деньги и политический капитал, который тот наработает, оказав Гринграссу большую услугу. С другой стороны, прожжённый делец не может не понимать, какие последствия наступят, запусти он лису в курятник. Остальных «союзников» из числа старых семей можно ставить в тот же ряд, как и часть «светлых» семей, которые не гнушаются криминальным бизнесом.       Впрочем, так гадать можно бесконечно, кто именно поддержал Андреотти будет ясно, когда тот попытается меня убить. А в том, что такая попытка последует – я уже не сомневался. Но тут вопрос в том, кто умрет первым.       — Хорошо… Значит вот как мы поступим….

***

      — Мистер Блэк, — первым нарушил затянувшееся молчание итальянец с аккуратно зачесанными назад волосами, одетый в классическую тройку с красным галстуком, а также широкополую шляпу черного цвета, вошедший совершенно один.       Он появился, идя весьма быстро и бодро, широким, чуть летящим шагом, что выдавало в нем человека энергичного, готового действовать… ещё – очень наглого, так как сразу же после того, как тот появился на пороге открытой двери кабинета Винсента, то без лишних слов с комфортом уселся на кресле прямо передо мной, беззастенчиво осматривая всё вокруг пронзительными темными глазами.       — Мистер Моска, — в тон ему ответил я, также присматриваясь к человеку Джулио Андреотти. Пока что то, что я видел, лишь подтверждало сделанные ранее выводы.       — А я вас так и представлял, мистер Блэк, — начал степенный разговор Личио, приподняв уголки губ в намеке на улыбку. — Даже у нас, на краю земли, ходят слухи о вашей семье… Как жаль, что от нее остался всего один прямой представитель. Такая утрата для магического мира…       — Я смотрю, вы пришли на встречу один, — игнорируя чужие слова, холодно отметил этот факт вслух, сдерживая поднимающийся от такого наглого обращения гнев.       — Так и вы пришли один, не так ли? — вновь улыбнулся краем губ итальянец. — О чем нам, разумеется, известно. Как и известно о вашем скором возвращении… Не подскажете, откуда именно?       — Дела семьи, — усмехнулся я, подметив его информированность. То, что я буду вести встречу в одиночку – знало не так много человек. Попытавшись играть на своем всеведении, Личио только раскрыл своего информатора.       — Ну разумеется… — протянул Моска, откидываясь на кресле. — Я пока что не вижу моих рicciotto, разумеется, если вы не прячете их где-то под столом, — улыбнулся тот немудреной шутке, но тут же изменился в лице, когда я достал из кармана две небольшие фигурки и один интересный артефакт.       — О, нет… Зачем же так нерационально использовать пространство? Тем более, что под столом место было уже занято вот этой вот вещью, — я подбросил артефакт на ладони, от чего Моска чуть нервно дернулся. — Кажется знакомой?       — Мне кажется, что…       — О, не волнуйтесь, эта мина совершенно безвредна, — улыбнулся я, взглянув на немного побледневшего Личио, неотрывно смотрящего на магическую бомбу, а также на небольшие золотые статуэтки, невероятно детально изображающие перекошенные в ужасе человеческие головы.       — Итак, вы нашли мой небольшой сюрприз, — поначалу гневно раздув ноздри, Моска быстро взял себя в руки и непринужденно рассмеялся. — А ещё взяли виру в лице бедных Мавра и Граста… Я понимаю, это честный обмен. Но, смею заметить, что вы могли превратно меня понять, я прибыл сюда с самыми чистыми намерениями. А эта… подстраховка – лишь для того, чтобы переговоры прошли без некоторых эксцессов. Все-таки ваша семья имеет некоторую…       — Дурную славу? — помог я замявшемуся мужчине.       — О, я бы скорее сказал – репутацию людей несколько вспыльчивых, — мягко поправил меня итальянец.       — И вы, мистер Моска, зная об этом, всё ещё надеетесь выйти отсюда живым… Почему? — я задумчиво смотрел на мага, который отнюдь не выглядел испуганным. Раздраженным – да, взволнованным — вероятно, но не испуганным.       — Знаете, мы в Америке ценим деловой подход, но никогда не знаешь, что произойдет на встрече, если ты не имеешь некоторой… подстраховки. Как например всего один адрес. Такой, как «Блэк-роуд, 66»… — с намеком улыбнулся Личио, называя адрес, где в данный момент проживали Меда и Тед.       — Знаешь, Личио, — мгновенно изменил я тон, подавшись вперед, полностью осознавая, что уже практически полностью покрыт тьмой. Однако это меня не волновало. Угроза, адресованная моей сестре, полностью снесла внутренние запреты, и холодная ярость сама нашла путь наверх, проявляясь в виде пока что неоформленного выброса. Единственное, что отделяло самоуверенного мага от присоединения к статуэткам на столе – это невозможность прямо сейчас проверить, живы ли кузина и Тед. — Возможно, тебе не стоило произносить эти слова. Они не только продлили твое время, но и сделали его конечным.       — О да, я заметил, — чуть нервно поправил галстук итальянец, но тут же улыбнулся. — Все мы умрем, мистер Блэк. Кто-то раньше, кто-то позже. Не стоит просто так разбрасываться громкими обещаниями. Я же, в свою очередь, всё ещё хочу уладить некоторые возникшие между нами разногласия…       — Разногласия? — хмыкнул я, с трудом утихомиривая магию. Глаза жгло, к горлу подступил мерзкий ком тошноты, а из носа, я чувствовал, ещё немного и начнет сочиться кровь, вспышка раздражения не привела ни к чему хорошему. — Говори.       — Как вы уже знаете, я представляю здесь дона Андреотти. И он заинтересован в том, чтобы вести совместный бизнес, раз наш предыдущий партнер уже не владеет производством.       — И лучшее, что вы могли сделать, это разрушать уже принадлежащие нам объекты и начать угрожать безопасности жизней? — изогнув скептически брови, с интересом спросил я, ожидая как начнет выкручиваться Личио.       — Это была досадная… случайность, обусловленная введением в заблуждение предыдущим партнером, — пожал плечами Моска, в который раз на секунду замявшись, подбирая удобное определение. — Но за эту оплошность, помимо виры, мы готовы заплатить большую сумму в золоте. Чтобы сохранить долгие партнёрские отношения, обогащающие и вашу сторону, и нашу. Смею заметить, это самый выгодный вариант, ведь без растущего только у нас ингредиента производство бальзама невозможно. А это средство произвело настоящий фурор в Новом Свете, как и пришлось по нраву в Старом. Так стоит ли рушить возможные взаимовыгодные отношения после небольшого недоразумения?       — Что вы конкретно хотите и что готовы предложить? — не стал отвечать я на игры словами, слишком раздраженный, чтобы позволить себе увлечься всем этим.       — Полмиллиона галлеонов за приготовленную к отгрузке захваченную вами партию товара, — немного расслабившись, откинулся итальянец на кресле, закинув в рот зубочистку. — Еще сто тысяч за принесённый нашими действиями ущерб…       — Двести, – отозвался почти меланхолично.       — Что, простите? — кажется, не ожидавший такого мужчина подался вперёд.       — Двести тысяч, — повторил свою фразу. — Именно во столько я оцениваю ущерб, который вы нанесли своими действиями.       — Хорошо, — немного подумав произнес Моска. — Догово…       — За каждый объект, — вполне искренне улыбнулся я наконец. — И еще сто тысяч за двух погибших при столкновении ребят, у них были семьи, которые нужно кормить…       — Это большая сумма… — начал было итальянец.       — И еще триста тысяч за угрозы в адрес моей семьи, — вновь перебил я его. — Я знаю, насколько богат Андреотти. А я отнюдь не жаден, так что ещё сто тысяч мы отправим в фонд помощи угнетенных в результате колонизации Америки индейцев и округлим получившуюся сумму до полутора миллионов. Ради нашего долгого и взаимовыгодного сотрудничества, разумеется.       После моей речи вновь ненадолго зависла тишина. Моска, как и я, изображал видимость раздумий. Я практически полностью был уверен, что они не собираются платить. Как потомки тех семей, что ринулись в Америку в поисках наживы, Андреотти наверняка привык брать все силой, рассматривая своих партнёров как еще один инструмент. Только вот в своей цели он очень и очень ошибся.       Наверное, стоит объясниться, почему с такой наглостью и открыто действовали его люди здесь, и почему я так сильно был против. Начну издалека.

***

      Америка, а, точнее, магическая её часть, расположенная на территории обоих континентов, была открыта магами уже гораздо раньше пары тысяч лет назад. Вот только исследователи, – колонисты, которые отправились в новый мир в поисках ингредиентов, ещё невиданных магических существ и нового дома столкнулись с не слишком ласковым приемом.       Как оказалось, новая земля уже вполне себе принадлежит разрозненной цивилизации индейцев, которые были отнюдь не беззащитными жертвами, а вполне себе кровожадными, постоянно воюющими друг с другом древними племенами и странами, которые несколько походили на греческие полисы. Алгонкины, ирокезы, крики, рикара, арапахо, шайены и ещё множество различных племен в какой-то момент были вынуждены объединиться против бледнолицых захватчиков. Частично разведчики остались на индейской земле в качестве зомби или подневольными духами на службе у шаманов (ведь те совсем не чурались некромантии, магии крови и прочих отраслей магического искусства, ныне запрещенных). Частично – вернулись обратно в свои дома с рассказами о новой земле и ее возможностях.       И с тех пор несколько столетий подряд частые набеги и походы за рабами северных магов, осторожные попытки закрепиться на новом плацдарме разведчиков Римской империи, охотники на редкости китайской династии Шан да вооруженные визиты отчаянных охотников за удачей из других стран по кусочкам отхватывали у коренного населения зе́мли, ресурсы и сами жизни.       Но вот потом… После постепенного нарастания поступления в Магическую Европу множества товаров, просто не имеющих аналогов на старых землях, а также из-за их высокой стоимости и ограниченности, европейские маги вошли во вкус. Тем более, что к тому моменту практически все значимые места магического мира в жесткой, если не жестокой борьбе уже обрели своих владельцев и многие остались не у дел. Такой бескрайний магический мир вдруг оказался тесным, и многие молодые и не очень маги решили попытать счастья за океаном. Разумеется, хорошо поддерживаемые как старыми родами, так и правительствами стран, тоже желавших развития.       Хорошо подготовленные и промотивированные экспедиции с самого начала столкнулись с жестоким сопротивлением выступивших практически единым фронтов шаманов, которые не чурались никакой магии, используя духов, ликанов, вуду и ещё множество других способов, чтобы раз и навсегда выдворить со своего дома вторженцев. Они понимали, что, если не объединяться сейчас, другого шанса может и не представиться.       Только вот ранее неизвестные, но вполне себе ужасающие по мощи заклинания шаманов, от которых вначале мог защититься не каждый маг, дотошно разобранные по составляющим внутри магических школ, теперь не могли спасти своих владельцев. Магическая наука не стояла на месте, и песнопения представителей индейских магов уже не казались диковинкой. На каждое заклятие найдутся чары сильнее. В этот раз не повезло горделивым индейцам.       Но они старались. Понимая, что выхода нет, зачастую приносили в жертву целые города, вызывая древних лоа и напитывая их силой, однако все было бесполезно. Разрушенные города, захваченные места силы, артефакты, ингредиенты, растения и многое другое рекой потекли в начавшую быстро прогрессировать Европу. Что просто не могло не отразиться и на мире простецов.       Спустя всего пару сотен лет земля, которая ранее принадлежала племенам, разрослась в города, впитав в себя сотни чужих культур, магических традиций и знаний, старые рода отправились на родину, обогатив семейные хранилища артефактами, золотом и знаниями. Но уехали, разумеется, не все. И вот, когда общего врага не стало, между оставшимися в новой стране силами разных стран вспыхнул новый конфликт.       Длился он сравнительно недолго, какой-то десяток лет шла ожесточенная резня, все против всех, где верх одержали несколько представителей крупных семей, щедро поддерживаемые со своей родины людскими ресурсами.       Родов было всего двадцать, из разных стран, однако они навели хоть какой-то порядок в раздираемой междоусобной войной стране, до сих пор владея самыми лакомыми местами магического мира, создав и контролируя местное правительство. Картина полностью идентичная тому, что буквально несколько столетий назад происходило и в магической Британии со старыми родами, входящими в Визенгамот.       Остальные же не могли похвастаться ни их влиянием, ни знаниями, но богатство и власть всегда идут рука об руку. Магглорожденные, полукровки, смески магических рас, новая кровь, отщепенцы из магических семей – на бескрайних пространствах Америки каждый мог попробовать прорваться к вершине через богатство. И Джулио Андреотти был как раз из таких. Жестокий, наглый, подминающий под себя всё, что могло принести доход – он, на деле, варившись в котле естественного отбора вместе с такими же, как и он сам, едва ли сталкивался с достойным противником.       Деньги — это хорошо, и во многих ситуациях они могут заменить практически что угодно, только в мире, где царствовала магия, даже спустя тысячелетия действует лишь один закон. Закон сильнейшего.

***

      — Думаю, что мы можем пойти на такие уступки… — вновь непринужденно улыбнулся Моска, заставляя сфокусировать на нем взгляд. — Как вы верно подметили, дон Андреотти богат, а мы заинтересованы в долгом и плодотворном сотрудничестве. Когда бы вы хотели передать оговоренную партию?       — Вероятно… — немного подсчитал я в уме. — Что через неделю будет в самый раз. Надеюсь, вы освободите для меня расписание.       — Тогда я имею всё основания полагать, что и так отнял у вас много времени. Посему – до встречи, мистер Блэк! — поднялся со своего места маг.       — До... До встречи, мистер Моска. — произнес я и немного пододвинул магическую бомбу и две статуэтки. — Это вам. На долгую память.