12|Комната в которой все счастливы

После пар в институте я чуть ли не бежала домой, по пути подгоняя Валеру быть быстрее. Первый раз устраиваю какое-то подобие квартирника, а поэтому хочу, что б было все пусть не идеально, но хотя бы на положительном уровне. В запасе есть пару часов и что же я могу приготовить? Будет не большая компания из семи человек, таких казалось уже привычных и в какой-то степени родных. Позвать всех в гости я решила из соображений, что ребята постоянно либо проводят время на улице, либо в подвале. Меня это как-то сильно тронуло, что мне подумалось, что будет здорово показать им, что по мимо улицы время можно проводить по-другому. Тем более с каждым из своих гостей я хорошо общалась и почему бы не собраться всем вместе? Пока в духовке запекались сосиски в тесте, я делала бутерброды со шпротами. В конце концов у нас не застолье, а квартирник, поэтому решила, что нужно будет ограничиться одними закусками. Сделаю еще жаренные баклажаны с помидорками и на этом закончу. Казалось бы, три блюда, но нужно понимать, что ко мне в гости идут пять парней и одна худенькая девочка. А это означало, что нужно удвоить количество порций. К семи часам пришла Дилара. Не знаю, как за три часа отсутствия, она умудрилась соскучиться, но сейчас она сидела на кухне рядом и помогала мне намазывать майонез с чесноком на пожаренные баклажаны. - Вахит продолжает тебя провожать не до твоего дома? – спрашиваю я, заглядывая в духовку. Один лист выпечки был уже давно готов, поэтому я поставила второй, который уже разрумянился. - Папа увидит, не обрадуется. – Отвечает девушка и слизывает соус с пальца. – Это проблема. Не знаю, как их знакомить в будущем, папа же стоматолог, врач. Он у меня интеллигентный и никогда в группировках не состоял. У нас лет десять назад была группировка Тяп-ляп. Вот в ней почти пол Казани участвовало, у нас у однокурсницы там отец раньше был. То есть явление это не новое и у нас очень давно и почти каждый где-то как-то да засветился из тех времен. Но не папа. Боюсь, что он мой выбор не примет. - А зачем тебе их знакомить? - Ну а если мы пожениться захотим? Мне жениха на свадьбу не звать или отца? Или их на самой свадьбе познакомить что б выбора отвертеться уже не было? Я смеюсь. Считая себя очень наивной и влюбившейся практически сразу, я такой не кажусь на фоне Дилары, которая уже готова выйти замуж за Вахита. - Далеко смотришь. Мы просидели еще какое-то время. Доготовили все закуски, разложили их на кучу красивых тарелок, что я достала из серванта в зале. Парней до сих пор не было. Время переваливало за семь. Валера либо напутал чего со временем, либо вообще забыл. Я ему надаю по шее за это обязательно. Переместившись в зал, я с Диларой обсуждала предстоящий концерт в Апреле. Мы лежали на кровати и делились идеями по поводу номеров. Наконец нас с большим опозданием прервали барабанной дробью по двери. Сколько раз я говорила Туркину не барабанить, а спокойно стучать! В коридоре, я не много заволновалась приходу гостей, что мы так долго ждали, но волнение это было приятно. - Ссори. – Зачем-то на Английском сказал Марат, видимо доп. уроки Андрея ему и вправду помогали. – Мы опоздали, сборы затянулись. Но встречай, хозяйка! Я думала они ввалятся толпой, но парни весьма аккуратно проходили в квартиру и подозрительно тихо, не гагоча раздевались. Последний зашел Вова с широкой улыбкой. - Лекция по культурному поведению была проведена, поэтому жалоб от соседей за наш табор поступать не должно. – Говорил он и чуть наклонился ко мне. Я вдруг засмущалась, что он захочет меня поцеловать при всех, но этого не произошло. Вместо этого Вова протянул мне гитару, которую я не заметила до этого. – Разве что чуть-чуть. Дилара проводила всех в комнату, как будто в этом была необходимость в однокомнатной квартире. Вешалка для одежды была забита, и я повесила куртку Суворова в ванну на сушилку для полотенец. Раньше мне комната казалась гораздо больше. Но когда я вижу, что Марат с Андреем, и Зимой, сидят на полу из-за нехватки места я осознаю, что комната то у меня маленькая. Валера по-хозяйски уселся на стул за столом, Володя так же, только за другим, а мы с Диларой продолжали сидеть на кровати. - Ирок, ну Хозяйка, а! – причитал Валера, жуя выпечку. Как оказалось, парни задержались из-за сборов. Сегодня они тренировались на улице, и я вспомнила слова Кащея, про здоровую молодежь. Он сказал мне что улица выращивает здоровых парней, когда мы увиделись в первый раз. Я тогда не поняла про что он. А сейчас оказалось, что это правда ровно на половину. Парни занимались спортом, законы улицы запрещали им пить алкоголь, и они этого придерживались. Правда колотили их чуть ли не каждый божий день. Поэтому можно было сказать, что Кащей, как я узнала позже и Адидас, и вправду старались взрастить здоровую молодежь. Видя огромный аппетит ребят после тренировки, я даже пожалела, что не приготовила чего-то более сытного. Но все равно радовалась тому, что радовались они. А их восторг было не описать от того, что кто-то хоть чуточку заботился о них. - Ну, дамы. – Галантно и по-свойски начал Вова. – Гитара в ваших руках, пора бы уже узнать, как студентки эстрады поют. Я уже хотела взять в руки гитару, что лежала у кровати, как Дилара возмутилась. - Покормите, сказку расскажите, а потом спать уложите? – подруга по-доброму смеялась. – Мы спеть всегда успеем. - Как из сказок русалки? – удивился Вахит. – Думаешь вы споете, а мы уснем? - Не, Зима, как бабки ешки. – Поржал Валера и мы все вместе с ним. – Это же баба яга кормит, сказку рассказывает и спать отправляет. Мы смеялись, продолжали разговаривать и делиться впечатлениями за день. Тарелки очень уверенно опустошались и тогда Зималетдинов вдруг вспомнил. - Я ж карты принес. – Он сходил за своей курткой и вернулся с колодой карт. – В дурака кто? Марат то ли хотел потянуться, то ли сесть поудобней, и Вахит споткнувшись об него, выпустил из рук игру. Карты рассыпались по всему полу. *** Мама с Папой тогда развелись. Она устала вечно убегать от опасности вместе со мной. Любви в ней уже не осталось и это нормально, ведь из семндацати лет в браке с мужчиной, она провела с ним рядом дай бог около пяти-шести лет между ходками. Женщина думала, что если разведется, то все закончится и враги отца забудут о нас. Не смотря на развод, она разрешала Князеву без препятствий общаться со мной. Мы сидели на летней веранде за столом и играли в карты. Мама тоже любила, но сейчас пряталась где-то в доме не желая видеть Николая Николаевича. - Ир, покажи карты. – Вдруг говорит папа. - Не покажу! – Возмущаюсь я. Мне четырнадцать, а не пять и так просто он меня не разведет. - У тебя шестерка козырная, туз и валет. – Устало говорит мужчина. Смотрю в свой веер из карт. В прошлый ход я взяла и теперь у меня карт было немерено. И вправду угадал. - Как? – только спрашиваю я. - Карты считать надо. Почему тузом не покрылась? - Самую большую карту отдавать? Зачем? А если у тебя король козырной будет, я же его только им смогу покрыть. Я все таки кладу все карты перед отцом и чувствую себя глупо. Какой смысл с ним теперь играть, если он всегда знает какие у меня карты, думаю я. - И что? Ты теперь всю колоду у себя соберешь, а туз не отдашь? Мужчина берет червовый туз и разрывает карту на пополам. Потом еще раз и еще. Карты жалко, теперь одной не хватает, не поиграешь. Хотя в прочем, я потом дорисую ее. Хорошо, что карта не с картинками. Жалко только, что он меченый теперь будет. - Как теперь король покрыть? – спрашивает папа. - Никак. – грустно отвечаю я. Почему-то тогда мне думалось, что у кого самая большая карта, тот и выиграл и Отец только что разорвал мою гарантированную победу. - Бери мои карты. Если я с твоими выиграю, то ты читаешь трех мушкетеров полностью. Ха! Каждый ребенок знает, что у папы карты всегда лучше. Читать я не любила, но смотря на мой раскрытый веер на столе, я была уверенна в победе. Быстро соглашаюсь и так же быстро проигрываю. Он мухлевал, я знала, но все никак не понимала где. - Иринка ты же знаешь, что я мухлюю? – на всякий случай спросил он через кон. Я кивнула. – Но это же не значит, что я тебя не люблю? Не значит. Вот так вот и в жизни бывает. Люди мухлют, врут, карты подтасовывают, но это совсем не значит, что они не любят. Возможно они хотят уберечь. Вот и я тебя оберегаю от того, что б ты дурой тупой не выросла и книжки читать стала как мама. Карточный долг свят. Это я знала еще совсем с раннего детства, поэтому, когда папа уехал, я читала трех мушкетеров. На странице пятой я нашла червовый туз и заулыбалась. А спустя пару дней, когда дошла до середины книги нашла в ней пять рублей. Тогда я стала трясти книгу, думая, может в ней еще чего-то папа запрятал, но нет. В любом случае к середине книге мне стало так интересно, что я дочитала ее до конца. *** Играли мы на интерес, и играли долго. Было бы смешно, если бы я хотя раз проиграла. Шулерить не нужно было, рядом со мной сидела Дилара, которая вообще в карты играть не умела, а потому я решила, что мне будет достаточно обычного счета. Теперь мы сидели все на полу в большом кругу. Только Вова сидел на своем прежнем месте и смотрел как мы играем. Он перебирал струны, выдавая какие-то простенькие мелодии и общался с нами. Доигрывался последний кон. Мы остались вдвоем с Адидасом младшим. - Марат. – У меня остались две карты. Я знаю, что у него два мелких козыря и что он запросто покроет мои две шестерки, но как известно, последняя рука, хуже дурака. – Это тебе на погоны. Я кладу карты ему на плечи, а он сидит с растерянным лицом. Все взрываются хохотом, Пальто бьет друга по плечу, поддерживая, но и говоря, ну ты лох, одновременно. Зима с Турбо, идут на кухню, что б курить. Я разрешила им открыв окно на стеж и парни периодически бегали туда. Марат с Андреем пошли в след за ними. Курить им конечно при них было нельзя, но хотя б дым понюхают. Дилара же посмотрев на меня и Вову, тоже решила временно капитулироваться. Парень же, что б не терять драгоценные минуты вдвоем, наклонился ко мне, сидячей на полу и взял рукой за подбородок. По легкому оставил поцелуй на моих губах и потерся носом об нос. - Умница. – Вова улыбается и продолжает чуть тише. – Только шестерка крестовая в начале кона ушла. Я краснею. Ну чуть-чуть схитрила, ради красоты момента. Суворов поймал меня за руку, но никому ничего не сказал и теперь автоматически становился моим сообщником. Улыбаюсь ему и встаю с пола. Вова тоже встает и ставит гитару на свое место. Он обнимает меня и когда я слышу громкий вздох с его стороны, фантазирую, что это от того, что он долго не мог сделать это из-за пацанов. Мы не скрывались. Все все понимали, но Адидас старший не мог демонстрировать каких-то сильно нежных чувств на всеобщее обозрение Универсама. - Давай я всех разгоню, и мы вдвоем побудем? Смотрю в окно. Время пролетело незаметно и на улице уже темно. Сколько сейчас? Часов десять? Может уже и одиннадцатый час. Я киваю, и Вова уходит на кухню. Мне страшно. Почти ночь на дворе, а я собралась с парнем одна в квартире оставаться. Страшно от того, что… Я же не умею ничего… Ладно целовалась я один раз, когда-то было у меня такое. Но я не уверенна, что в этом хороша. А хотелось быть рядом с Вовой хорошей во всем! Ладно, спокойно, может опять фантазирую много. Страшно было неимоверно, но хотелось в разы больше. Я захожу на кухню, парни благодарят меня за хороший вечер и медленно начинают собираться. Дилара обнимает меня на прощанье. - Одна не ходи, пусть Вахит до дома проводит. – Специально громко говорю я, что б услышал тот, кому надо. Вахит уже одетый заглядывает на кухню и чуть ли не шипит. - А мне особое приглашение не нужно. Улыбаемся с подругой и пока все продолжают одеваться я подхожу к холодильнику и достаю парочку целлофановых пакетов. Запрятанных еще до того, как все пришли. - Андрей. – Зову я. Парень заходит на кухню. Он уже собирался уходить, только еще не обулся. Я протягиваю ему выпечку в пакете. Не так что б много, но штук пять сосисок в тесте я ему откладывала. – На, маму вот с Юлей угости. Парень радуется и кивает, когда он уходит за дверь, я вижу, как Вова провожает его взглядом. Он все это время стоит в прихожей за косяком. По-тихому отдаю гостинцы и Валере. Отец у него опять ушел в запой, поэтому за него я волновалась больше всех. Турбо наигранно по пацански жмет мне руку и прощаясь тоже уходит. В дверях остается только Марат. Я выхожу в прихожую, встаю рядом с Вовой и наблюдаю как Суворов младший одевается. Знала бы я пару недель назад, что первый человек, кого я встретила в Казани, станет моим долгожданным гостем? Улыбаюсь своим мыслям. Вова нервничает, что брат долго собирается и дает ему нагоняй. - Да иду я, иду. – Паренек двумя руками жмет мне руку, немного нагинаясь. – Ирина Николаевна в гостях у вас быть просто восторг, но я еще отыграюсь. - Буду ждать. – Усмехаюсь я. Отыграется, как же. Вова закрывает за братом дверь, а я иду в комнату. Сажусь на кровать и облокачиваюсь на ковер. Он мягкий и теплый, я чуть устала с непривычки, что оказывается у меня дома может быть так шумно. Все в меру приличного, как Вова и обещал, но все же чуть-чуть за этот вечер я устаю. Было весело и я чувствую себя счастливой. Казань подарила мне настоящих друзей, лучшую подружку и любовь. Которая уже зашла в комнату и легла на кровать, удобно расположив голову у меня на коленях. - Каждый день тебе удивляюсь, душа моя. – Он спокоен, но, когда я смотрю на него, в его глазах вижу нотки веселья. – Тебе с Кащеем надо играть. - Разорить его на гору золота? – Кладу руку Вове на грудь, и он тут же кладет свою поверх моей. Мне так хорошо в этот момент, что даже забываю, как это бояться всего вокруг. - Откуда у Кащея гора золота то? – Прыскает Суворов, но тут же становится серьезным. – Нагнись ко мне, что скажу. Я в ожидании какого-то секрета, что говорят только на ушко, наклоняюсь, не замечая подвоха. Этого недостаточно, поэтому парень чуть привстает и накрывает мои губы своими. Мне в миг становится жарко. Мы сплетаемся в нежном поцелуе, когда Вова рукой касается моей щеки, будто удерживая. Куда я побегу, глупый? Парень очень осторожно целует меня, его движения плавные и очень растянутые. Все мое тело покрывается мурашками, а сердце стучит в бешенном ритме. Я хочу, что б этот момент не заканчивался, что б этот поцелуй не заканчивался. Хочу, что б Вова всегда лежал на моих коленях и целовал меня как сейчас. Нежно, немного требовательно и с большим желанием, будто этого хотел всю жизнь. Когда он отстраняется и ложиться назад, как ни в чем не бывало, я немного вздыхаю, переводя дух. Мне надо совсем немного времени, прежде чем сказать: - Я не расслышала, повтори пожалуйста. И он снова тянется ко мне.