Сейчас она спит

Кёсем Султан проснулась рано утром, когда над Манисой витал сон. Она накинула халат и приняла решение выйти на балкон и освежиться, чтобы сонная пелена снова не завладела ей. По прибытии на балкон, в лицо ей ударил холодный и свежий воздух. По траве гулял слабый ветерок. Он сковал Манису ледяным дыханием. Она огляделась вокруг. Всходившее солнце едва оттеняло ветви голых деревьев, будто нехотя и лениво. Не было того спокойствия, что приносили птицы своим пением, сейчас они стихли до следующей весны. Цветы постепенно высыхали и погибали. Было жаль смотреть на когда-то живую, но в нынешнее время увядающую природу. Но это означало начало новой поры. В скором времени здесь будет править холод, как король в белых роскошных одеждах, будет он расхаживать по огромной Империи Османов и в своë удовольствие губить всë живое. Кёсем находила успокоение среди извилистых деревьев, которые так завораживали еë и еë глубокую, чувственную натуру. Прошло немало времени, с тех пор, как она там находилась. Солнце уже взошло, имение начало оживать, "мать" Империи подозвала служанок, чтобы они помогли ей с одеянием и причёской. По её просьбе, ей принесли ароматный кофе. Она отпила глоток, сразу почувствовался привычный и умиротворяющий, горький привкус. Она не стала изменять своего стиля и выбрала строгий вид причёски. Тёмно-зелёное платье, под него колье и серьги, кое-где на украшениях можно было заметить золото, оно неплохо сочеталось с главными дорогими камнями – обварожительно огранëнными изумрудами. Диадемы не было, она решила не надевать еë в этот день. Сегодня прибудет Мурад. Точного времени она не знала – "Он точно будет ближе к обеду" – решила для себя Госпожа. Она знала своего сына как облупленного, так что, так или иначе, но рано по утрам он выезжал куда-либо очень-очень редко. При воспоминании о строчке в письме "Приеду к Вам с новостью" на неё нахлынуло волнение. Удары сердца отдавались в ушах, а кровь пульсировала в висках, заглушая гул чужих голосов. Следущие свои действия она помнила смутно, мысли слишком быстро пролетали в её голове. Через некоторое время ей удалось унять свою тревогу. Она сама не знала, из-за чего такое волнение у неё вызывало всего лишь пару слов в письме от сына. Кёсем Султан надеялась, что эта новость не связана с её новым любовным романом, о котором она не намеревалась в ближайшее время сообщать Мураду, да и сообщать вообще. Кёсем решила развеяться в саду. Она надела накидку и взяла перчатки. В саду она неожиданно для себя увидела своего возлюбленного, Кеманкеш стоял к ней спиной. Султанша подошла и позвала его. -Кеманкеш Паша.– негромко окликнула она мужчину. В саду были служанки, им было всë ещë необходимо сохранять официальную атмосферу. -Кёсем Султан, я, Вас не заметил, – он вздрогнул, так, как не услышал тихой поступи Кёсем. При произношении своего имени из таких родных уст, улыбка невольно появилась на его лице.– Сегодня ближе к полудню, прибудет Султан Мурад. -Спасибо за напоминание, я так и предполагала.– так же, вполголоса ответила она. Любопытные уши других людей могли зацепиться за любую частичку их разговора, поэтому, аккуратность была превыше всего. -С Вашего позволения, Госпожа, смею откланяться. У меня есть ещë нескольно дел, которые нужно уладить. -О, конечно, не смею задерживать – как-то лениво ответила женщина. Она задумалась. Снова.

***

Полдень наступил незаметно, на удивление Султанша почти не нервничала, возможно, на это повлияла короткая, но всë же встреча с Визирем. Читая первую попавшуюся под руку книгу и пытаясь сосредоточиться на тексте, женщина мельком услышала топот копыт. Она вышла на балкон, на улице, перед имением стоял жеребец и несколько янычар на своих лошадях. Слуги быстро подошли к одинокому животному, чтобы отвести его в стойло, но то не собиралось подчиняться. Конь как мог вырывался, брыкался и пытался бить копытом, Кëсем напомнил он Мурада. Это был его жеребец. Роскошный конь вороней масти, подаренный персидским послом перед началом войны,( тогда персы ещë пытались договориться с османами). За ним прекрасно следили, у него была восхитительная, блестящая грива; настолько, что кажется некоторые женщины позавидовали ли бы зверю, рассматривая свои волосы. Характер как подобает был безусловно как у владельца, не даром говорят что питомцы похожи на своих хозяев. -"Если он один, значит Мурад уже тут" Она опять занервничала. Боже! Сколько раз она злилась сама на себя, за то, что не могла успокоиться. -"Успокоиться, нужно просто успокоиться!" – теперь уже гнев в перемешку со страхом кипели в ней. Она подошла к зеркалу, посмотрела на себя. Вдох Тяжëлый и до невозможности сложный выдох -"Когда я стала такой нервной?" – вопрос появился из неоткуда и остался без ответа. Взяв в себя в руки и надку маску безразличая она опять вдохнула и выдохнула. Теперь уже совсем невозмутимая она вышла из покоев и как ни в чëм не бывало стала спускаться по лестнице. Оказавшись на первом этаже она стала искать глазами Падишаха, незаметно для себя самой она прошла в столовую, где обнаружила своего сына. Он повернулся на шуршание платья матери. -Валиде, рад видеть Вас! – мужчина встал из-за стола и подошëл к Кëсем. Он обнял еë, так крепко, будто они не виделись пару лет. -Мурад, как хорошо что ты, приехал! Она была искренне рада видеть своë чадо, после долгой разлуки. -Ну, что, не соскучились по гаремным делам? – иронично спросил Халиф. -Есть такое. – с улыбкой ответила Султанша. Если бы она ответила что-то вроде "конечно" или "очень", появился бы вопрос, почему же такая властная женщина, не рвëтся обратно, во дворец. Хотя, наверное, таким вопросом задавались многие. -Матушка, я собираю поохотиться, как Вам идея, м? – он задумчиво поднял бровь – не желаете поехать со мной? -Мурад, но, ты ведь только приехал. Я думала что ты отдохнëшь после долгой дороги – Госпожа начала возмущаться – И вообще, как прошла поездка? – строго спросила бывший регент Империи. -Ох, Валиде, ты не меняешься, всë прошло отлично. Хорошо, хорошо, давай я поеду через часик-другой. Так, ты едешь со мной? -Да – ответила на выдохе женщина. -Отлично – поспешил ответить мужчина – до встречи! – сказал он уходя из комнаты. -Как ребëнок, ей Богу! – закатив глаза сказала женщина, она была возмущена тем, что еë сын, так безответственно относится к своему здоровью. Разве можно после длительной дороги, сразу рваться на охоту? По сути.. можно, но Госпожа такого не одобряла. В раздражении, она не заметила, как страх стал постепенно утихать, а потом и вовсе пропал. -"Хм, он забыл сказать мне какую-то новость. Может, это даже и к лучшему, скажет потом. Значит, это не так важно" – размышляла та, поднимаясь по лестнице.

***

Спустя некоторое время, когда начало вечереть, в покои к "матери" Империи зашëл Мурад. -Валиде, самое время, выезжаем. – Объявил правитель. -Мурад, не поздно ли? – в смятении спросила мать. В воздухе повис вопрос. -Не думаю, Вы, поедете верхом или в карете? – вопрос был интересным. Комфорт и безопасность или свобода и скорость? Выбор был очевиден. Карета верхом – ответила женщина. -Прекрасно, жду Вас внизу. – радостно сказал Султан и сбежал по лестнице на первый этаж. Кëсем ничего не оставалось, как последовать за ним. Она поспешно вышла на улицу, где к Госпоже сразу привели кобылу. Та была очень спокойна, казалось, животное плохо понимало что вообще происходит, но пыталось ластиться к Султанше. Она легко оседлала лошадь и подъехала к Падишаху, который беседовал с Великим Визирем. -Госпожа. – Кеманкеш поклонился, а его собеседник обернулся. -Матушка, Вы, так быстро! – молодой человек удивился. Не имею права заставлять Вас ждать. Прошу меня простить, присоединюсь к Вам сию минуту. – мужская фигура освещаемая фонарями и факелами, постепенно скрывалась из виду, оставляя правительницу и Пашу наедине. Оба молчали. Мустафа хотел было что-то сказать, но уединение было незначительными и вскоре показался чëрный мустанг. За ним шли слуги, одни вели коня, а другие вели охотничьих собак, которых так любезно, в знак благодарности прислал французский король, (и которые так норовили укусить кого-нибудь). Хозяин скакуна в это время объяснял что-то слугам, а после, сев в седло, поспешил присоединиться к матери. Шаг за шагом люди утекали со двора и спешили в ближайшее охотничье угодье, оставляя имение во власти томного вечера. Кëсем не думала что поездка верхом будет настолько приятной. Она очень редко каталась на лошадях, а ведь будучи совсем молодой девушкой она готова была не слезать с коня. Еë царственный сын уже был далеко не только от неë, но и ото всех. -Валиде, Кеманкеш, присоединяйтесь! – крикнул правитель, обернувшись всего на секунду. Повернув голову влево, Госпожа увидела подъезжающего к ней Мустафу. Он приблизился на столько, на сколько это было возможно и задал вопрос как можно тише. -Ты не замëрзнешь? – в голосе не было ничего, кроме беспрестанной заботы и сладостной нежности. -Не знаю, мне жарко. – отмахнулась Султанша и двинулась дальше галопом, обгоняя возлюбленного. Она и впрямь не заметила того, что на улице было холодно, женщина даже не удосужилась накинуть шубу (хотя, это бы усложнило езду) или как минимум полушубок. Сейчас, ей было плевать, локоны выбились из причëски и спадали на лицо, волнами струились по хрупким плечам ( и она, конечно же не собиралась их поправлять). Наконец, вдали от злосчастного Топ-Капы, в котором она провела свои лучшие (как она считала) годы, она ощутила себя свободной, она почувствовала облегчение, с неë спал груз ответственности. Конечно, это всë было ненадолго, но она наслаждалась каждой секундой этого момента, смакуя им, будто бодрящим, утренним кофе. Валиде Султан вспомнила свою юность в Греции, то, как она каталась ранними утрами и наблюдала за появлениями рассветов, переливающихся яркими красками в дымке утреннего тумана. Тогда, она ещë не могла подумать, что в скором времени встретит Ахмеда, полюбит его, а потом возьмëт власть в свои руки. Когда она ещë была милой Анастасией, хотелось жить одним днëм, только настоящим, а сейчас ей приходилось постоянно думать о будущем. О пассии для дочерей, о народе, о чëртовом гареме и конечно о врагах Великой Империи Османов. Раньше ей доставляло это удовольствие, а сейчас стало тягостной привычкой, которая еë так утомляла и зачастую выводила из себя. Холодный ветер бил в лицо, но Султанша не замечала этого, погрузившись в воспоминания, не заметила она и того, что уже догнала сына. Обернувшись на долю секунды, она заметила что слуги и Визирь были так далеко, что если бы не свет фонарей, их было бы не видно совсем. -Мурад. – Султан был так увлечëн верховой ездой, что не услышал мать. – Мурад! – теперь Падишах уловил звук рядом и повернулся на него. -Отлично, ты уже здесь. Осталось немного – он указал на поворот, который вëл в лес. -Давай подождëм слуг. –попросила Госпожа сбавляя скорость. – уже совсем стемнело, разумнее будет дождаться появления света. -Хорошо – ответил ей сын – если ты так хочешь, то ладно. Они оба остановились немного не доезжая до леса. Мужчина спрыгнул с коня – прогуляешься со мной? – спросил Халиф смотря на мать. -Я не против. – ответила "мать" Империи, ещë раз посмотрев в сторону небольших огней, которые понемногу приближались. Мурад помог Валиде Султан спуститься и они побрели в сторону ближайшего поля. Они неспешно прогуливались, как когда Мурад был совсем мальчиком. Ясный месяц появился на звëздном небосводе, освещая две фигуры, мужская зашла чуть вперëд и остановилась. Он обернулся и увидел, что прислуга ожидает их. -"Они могут подождать ещë немного" – подумал он, начиная говрить. – Валиде, помнишь я заикался про кое-какую новость!–поинтересовался тот, смотря на волшебное небо. -Да. – подходя к чаду чуть ближе, ответила Кëсем. -Так вот, я решил выдать замуж.. -Что?! Ау! – его рассказал был прерван криком матери. -Валиде, всë хорошо?! Что произошло?! – правитель подбежал к Госпоже, она сразу же оперлась на его плечо. -Что ты решил сделать?! – хриплым голосом спросила Кëсем. В тусклом ночном свете, мужчина заметил отдаляющиеся шевеления в траве. Пазл сложился. Нет времени на размышления, он подхватил бывшего регента на руки и ринулся к коням. Визирь, сразу услышав возгласы напрягся, но виду не подал, надеясь на то, что ему просто показалось. Увидев бежавшего на встречу Султана он спрыгнул с коня, от резкого прыжка ноги стало покалывать, словно его ударили током. Кеманкеш побежал на встречу бегущему. -Мустафа, у нас мало времени! Некогда объяснять, возьми еë! – смотря на мать приказал управленец. –Валиде, прошу, не спи, держись! – голос дрожал, он был в панике. -Кеманкеш, доверяю еë тебе, она поедет с тобой! Всю поездку до конца, береги еë как зеницу ока, иначе тебе не жить! – грозно, будто прорычав выкрикнул молодой человек, седлая коня. Паше хватило пары секунд на то, чтобы прийти в себя и понять что происходит. Сейчас жизнь его весенней розы была в его руках. Кони взревели, Визирь максимально осторожно усадил перед собой "мать" всех Османов и через доли секунд он ехал придерживая еë за талию. Впереди гнал на своëм беспокойном жеребце еë волнующийся Мурад, по бокам, как ограда пристроились янычары с фонарями, освещая путь. Дальше всë было смутно, как будто перед этим Мустафа выпил не меньше двух бутылок вина, из-за понимания всего происходящего трудно было здраво мыслить, но он безостановочно пытался усмерить свой страх. Он должен был держаться ради них. Ради неë. Перед входом в охотничье угодье он передал женщину уже выбежавший на встречу лекарям. Когда руки оказались свободны, он заметил что них была засохшая кровь. Оглядев своего светлого коня, оказалось что правый бок был в кровяных подтëках. Взглянув в сторону входа, он увидел лишь слегка оголëнную лодыжку Султанши, по которой тонкой струйкой стекала и капала на пол и траву алая жидкость.

***

В дверь постучали. -Войдите! – послышался резкий возглас, позваляющий идти дальше. -Повелитель – к нему обратился Кеманкеш. Султан уже долгое время сидел в комнате один, не позволяя никому входить. Мустафа стал первым кому это позволили. Сначала молчали оба, пытаясь подобрать сова, первым заговорил Мурад. -Кеманкеш, это ведь всë из-за меня. Это я позвал еë пройтись! Если бы не я.. – он стал переходить на истерический вой, но его перебили – это не ваша вина, я верю, что с Госпожой всë будет хорошо. По другому просто не может быть. – успокаивал Визирь – Я был у лекарей. Они сказали, что с ней всë хорошо, сейчас она спит, ей нужен отдых. Дай Аллах, завтра мы сможем вернуться в Стамбул! -Кхм, спасибо. Если это всë – ты свободен. – хладнокровно объявил правитель. Не в праве ослушаться, Паша тихо покинул покои, оставив мужчину в полном одиночестве и с тяготящими его мыслями.