Часть 4

Амен видел ее реакцию, но напора не сбавил. Она пришла убить его, он не собирается ее жалеть. — Господин, не желала ничего дурного! — Эвтида попыталась взять себя в руки и если не исправить ситуацию, то хотя бы как-то сгладить. — Не желала? — он хмыкнул. — А чего ты хотела, когда заявилась сюда ночью? Эва надеялась, что он догадался, но мужчина все так же сверлил ее взглядом, ожидая ответа. — Хотела... — его взгляд расплавил ее на мелкие частицы. Он был злым, но при этом каким-то диким и…возбуждающим. Она не хотела себе признаваться, но эта грубость почему-то хоть и пугала, нравилась ей. — Хотела вас, господин. — пискнула она. — Меня что? — Убить? Покалечить? Выдвинуть условия, чтобы сбежать? У него были ещё варианты. Эвтида дернула запястья, но тщетно, хватка была сильна. Она хотела показать, чего же она хочет, но подходящих слов так и не находилось и потому она ничего лучше не придумала, как дернуться вперед, накрывая его губы своими. Амен настороженно замер. Это сложно было назвать поцелуем. Легкое соприкосновение губ, но оно запустило необратимую реакцию. Девушка отстранилась, глядя на мужчину, надеясь, что он наконец все понял. Он теперь не смотрел ей в глаза, взгляд сам собой опустился на ее губы. Эпистат выглядел слишком уж удивленным, будто бы только осознал, что тоже может ее поцеловать. Амен все же хотел получить ответы, но теперь его уверенности в своей версии поубавилось. Он не привык верить на слово, но абсолютно не чувствовал от нее лжи. Она смотрела на него с такой надеждой. Думала, он пощадит ее? Простит? Или сможет понять? Он так и не смог разобраться. И пусть она не руководила процессом и не была сверху, решила все же попытаться. Эва двинула бедрами ему навстречу так, как ее учили. Эпистат тут же посмотрел ей в глаза. — Не провоцируй меня. Эвтида ведь не догадывалась, что для того чтобы он сорвался хватило сейчас бы любой мелочи, любого прикосновения. Девушка настойчиво двинула бедрами ещё раз. Амен недовольно рыкнул и схватил ее за шею свободной рукой, показывая, кто здесь действительно имеет власть. Он может легко перекрыть ей доступ к кислороду, даже не напрягаясь. Мог бы и вовсе убить ее, он знал и хотел, чтобы она тоже это знала. Эва всегда мечтала, что ее первый раз будет наполнен нежностью, с человеком, которого она будет любить всем сердцем. Но Амен был не таким. Он властно сжимал ее горло, перекрывая все варианты отступлений и ей это.нравилось. Она почувствовала как внизу живота завязывается тугой узел возбуждения. Ей ещё никогда не доводилось испытывать настолько сильное влечение к кому-либо. Поэтому она толкнулась бедрами ещё раз. Теперь уже Амен довольно усмехнулся. Сама ведь напросилась. Он с остервенением сминал ее губы своими, девушка неумело отвечала, но поспевать за мужчиной было сложной. Рукой он нажал на ее челюсть, вынуждая, приоткрыть рот и тут же проник языком внутрь, исследуя его. Эвтида не знала, что поцелуи могут быть такими. Дикий, с животной страстью, заставляющий тело трепетать от предвкушения дальнейшего, заспускающий заряд возбуждение по всему телу. Только когда им обоим стало не хватать воздуха, мужчина остановился. Амен был доволен. Ему нравилось, какой разгоряченной она выглядит, от страха не осталось и следа, она ждала продолжения. — Оближи как следует. — Низко произнёс он, поднося два пальца к ее рту. Эва подчинилась, вобрала пальцы в рот и обильно смочила слюной. Она не понимала зачем, но он так следил за ее действиями, что она даже не хотела останавливаться. Охотник ведь не мог удержатся и представил, как эти пухлые губки обхватывают его член, вбирая его все глубже. Наверняка он бы доставил ей дискомфорт, но уверен, она была бы послушной и быстро научилась. Вынув пальцы, он задрал ее сорочку и забрался под белье. Стал кружить возле чувствительного бугорка, вызывая в девушке новые, неизведанные ощущения. Он наблюдал за внезапно притихший рабыней, которая пыталась понять свои ощущения. Это было удивительно приятно. Казалось все ее возбуждение сосредоточено в одном месте и Амен именно его и трогал. Его движения заставляли дыхание участится, она непроизвольно раздвинула ноги чуть шире, выбивая из него тихий смешок. Эпистат опустил пальцы ниже, к ее лону. Она была такая влажная. хотелось ее попробовать, но это потом… У него ещё будет время. Он аккуратно протолкнул свой палец внутрь. Исфет, узкая. Какая же она узкая. Она так плотно обхватывает всего один его палец, а что же будет, окажись он в ней. Эва сжалась от неприятных ощущений, Амен это заметил и решил пояснить: — Такая узкая. — Он невесомо поцеловал ее куда-то в висок, продолжая двигать пальцем. — Я должен тебя растянуть для себя, чтобы не было так больно. — Эвтида кивнула, начиная понимать о чем он. — Ты ведь, послушная неферут.сможешь принять меня целиком? — Его глубокий шёпот у самого уха вызывал мурашки и девушка послушно кивнула, ощущая, как сбилось ее дыхание. — Умница, ты заслуживаешь награды. Теперь один палец оставался в ней, а большим пальцем он продолжил делать круговые движения, доводя ее до грани. Эвтида даже и не догадывалась, что ее тело может испытывать такое удовольствие. Охотник ощутил как ее стенки начали сжимать его палец и он понимал — она близко, от того чуть ускорился. Удовольствие нарастало и нарастало, пока наконец не достигло высшей точки и не разлилось по всему телу, каждой его клеточки. Эвтида издала тихий стон, сжимая Амена. И только когда пелена оргазма спала, расслабилась под ним. Он снова усмехнулся. Уткнулся ей в шею, вдыхая ее запах и решил позаботиться о себе. Сделать ее своей он ещё успеет. Он хотел видеть, как она изнемогает от желания под ним, а не мучается от болезненных ощущения, потому подождет. Ждать он умеет очень хорошо. Эва чувствовала как он быстро работает рукой и иногда дотрагивается своим членом до ее бедер, чуть ли не входя в нее, но во время себя останавливая. Через несколько минут, Амен излился на нее, низко простонав и рухнул рядом, дабы не придавить девушку. Притянул ее к себе, обнимая. — Оставайся. В этой комнате прохладнее всего. Девушка устало улыбнулась, осознавая, что дело здесь совсем не в комнате. Утром эпистат не хотя открыл глаза. Сегодня будет важный день, нужной как следует спланировать вылазку. Напряженные думы начали наполнять его голову, пока девушка под боком чуть не зашевелилась. Казалось, он только тогда вспомнил, что спал не один. Она свернулась колачиком и укрывалась легкой простыней, плотно укутываясь в нее. Амен усмехнулся, и это ведь в такую духоту? Неведомо чтобы замёрзла? Повернулся и обнял, даря ей свое тепло. Он и не помнил, когда вот так лежал с кем-то, то было давно. Даже в юности он редко оставался на ночь с женщиной, предпочитал одиночество. Прекрасно знал каким предстает в глазах других: непоколебимым эпистатом, суровым, не знающим жалости. Однако он не был так жесток и жалость в нем была. Он чтил закон и фараона, потому не предавал его и нес это знамя в массы. Черномаги ведь тоже могли служить фараону, но решили идти иным путем. Так почему тогда злодей он в этой ситуации? Тяжело вздохнув, он все же вылез из кровати и начал собираться. Девушка так и не проснулась. Разговор с охотникам был длинный. Мнение верховного эпистата ценили, уважали, но большинство так и не смогли поверить, что это все ловушка. Потому сошлись на середине. Отправить пятнадцать человек, на большее Амен не согласился. Они как на иголках сидели всю ночь и ждали, когда другие охотники вернутся. — Задерживаются. — Констатировал Амен. — Нужно идти. — Мы дали им три часа. Прошло четыре, может что-то пошло не так, дадим им ещё время. — Не думаю, нужно идти сейчас. Там явно что-то произошло. — А если там действительно были шезму? Ты же понимаешь, что мог ошибиться? — Тизиан не хотел уколоть, сам переживал за товарищей. — Понимаю. — Поджав губы сказал он. Не мог так ошибиться, просто не мог. Чутье его не подводило. Он все продумал и перепроверил. Не мог ведь в самом деле отправить своих людей на смерть? Амен с Тизианом стали собирать остальных и идти на подмогу. Придя в нужно место, они оторопели. Все их люди.Они здесь, они живы, но с ними что-то не так. Они все лежали без сознания, но видимых травм нет, крови тоже. Охотники как можно быстрее доставили их в больницу, лекари оставили под наблюдением, но что точно с ними сказать не могли. Амен недовольный вернулся домой. Долгую томительную неделю он ждал, когда кто-то из его людей очнется, лекари делали все что могли, но тоже не были всесильны. Раздражение превратилось в спокойную, убийственно-холодную цель — убить. Реммао. Зря ты затеял игру с самим эпистатом. Он уже раскусил, что это была ловушка, раскусит и остальные его уловки. Амен разрабатывал план, как вывести его на чистую воду. Отдать должное, черномаг умел хорошо скрываться. Но и схвати его — предъявить нечего. Всего лишь их предположения, догадки, слухи. С поличным его никто не поймал, но то лишь вопрос времени. Амен прекрасно понимал, черномаг сейчас опьянен свободой и своей безнаказанностью, а потому обязательно оступиться. Амен опять стал пропадать на работе, Эвтида могла его не видеть несколько дней. Лишь то, что его вещи меняли свое местоположение, доказывало, что ночевать он все же приходил. Раз поговорить им так и не удается, она решила вечером оставить ему записку, спросить, можно ли ей сходить в гости к близняшкам, а пока направилась на рынок. Она ещё не освоилась, глаза то и дело бегали с одного прилавка на другой. В прошлый раз она так ничего и не купила, потому сегодня была настроена что-нибудь приобрести. Вокруг было столько диковинных фруктов, что ей не доводилось пробовать раньше, многие она даже никогда не видела. Все просто — в ее краях они не растут, она жила далеко от столицы Египта. — Госпожа, лучшие персики у меня, бери! Не проходи мимо! Мужчина, продавший фрукты, уговаривал Эву взять всего да побольше. У нее и правда глаза разбегались, но она решила, для начала попробовать персики. Амен не сказал ей экономить, но и тратиться сильно не хотелось. Только девушка была уже настроилась купить большую корзинку, чтобы вдоволь объесться, как услышала сбоку от себя настойчивый женский голос: — Не советую. — Сказала незнакомка, обращая на себя внимание. — Здесь они кислые, вчера тут брала, могу показать, где есть получше. — Правда? Спасибо. Эвтида доверчиво последовала за девушкой, но остановилась на пол пути. Насторожилась. Она слышала разные истории как попадают в рабство, а ей совсем не хотелось возвращаться. Незнакомка повернулась и недоуменно на нее посмотрела, не понимая, почему та застыла. — Да вот же она, палатка эта! — Тыкнула пальцем в платку на противоположной стороне. Эвтида попыталась расслабиться. Близко. Дурочка, доверилась было незнакомке и готова была идти неизвестно куда. С натянутой улыбкой она все же подошла к палатке. Уверена, ее тревожность не ускользнула от взора девушки, но та ничего не сказала. — Эй, Батис, подай госпоже лучших персиков. — Голос звонкий, красивый. — Будет сделано. Эва довольная набрала целую большую корзинку, поблагодарила девушку и поспешила уйти. Не подрасчитала только. Корзинка оказалось очень тяжелой, потому шла медленно, приходилось делать перерыв. Вскоре ее догнала та же незнакомка: — Давай помогу, тяжело ведь. — Не стоит. — Давай, вижу ведь уже устала, да и мне в ту же сторону идти. — Она пересыпала часть персиков в свою пустую корзинку и девушки двинулись вперед. — Ты лучше ходи к Батису, у него всегда фрукты все свежие и вкусные и ценник не загибает, не то что некоторые. — Фыркнула она. — Я, кстати, Заира, а ты? — Эвтида. — Представилась девушка. — Хорошо, я просто первый раз сама пошла за покупками, ещё не освоилась. — Первый раз? — Удивилась она, однако осуждения с ее стороны не последовало. — Тогда тебе обязательно нужно сходить в лавочку к Рамису, у него самые лучшие сладости! Могу тебе показать. Эва облегченно вздохнула. Ожидала от нее насмешек или что-то вроде того. Возможно, она слишком предвзята ко всем относится. Близняшки ведь тоже ничего, нужно давать людям шанс, потому решила согласится.