Глава 20. «Большие деньги»

-... --- .-. - --- .-- --- .--- ...- ..- .-. -. .- .-..

Бортовой журнал…. журнал №… бортово…запись

--.. .- .--. .. ... -..- -. --- -- . .-.

Бортовой журнал, запись…

«Время нача…о ход.»

***

      Она думала, что команда потонет.       Готовилась к этому, писала завещание, вздрагивая от каждой волны, разбивающейся на мелкие капли о корабль. Шанкс же хохотал, говоря, что так даже веселее, хотя, кажется, он этим только злил Багги, по крупицам, как паук в паутину, собирая все осколки её эмоций.       Сам же, в очередную штормовую ночь, забирался в её койку и под одеяло, после замирая в нерешительности. Удивительно вообще, что она наступала, а не оставалась на задворках сознания, как что-то неизвестное и совсем ему не нужное.       Он разглядывал в полутьме приоткрытые глаза, цвета которых в этот миг не различал, а потом лыбился, когда воровка с громким цоканьем все же закрывала их, и прижималась ближе, утыкаясь носом в грудь. И он в отличие от стоп, был единственным горячим местом на её теле.       Лишь под утро приходилось уходить на свою койку, когда девчонка, в очередной раз повернувшись, полностью закутывалась в одеяло, не оставляя мальчишке ни кусочка. Ни одеяла, ни самой кровати, собственно, ведь стоило Шанксу на секунду привстать, дабы стащить своё собственное покрывало с ложа, Багги разваливался на кровати полностью. Ну или просыпался и уходил в очередное скучное приключение.       И без него на кровати было жуть как неинтересно и неуютно.       Как-то Шанкс пробовал сразу притащить к другу свое одеяло. Тогда ему казалось, что это отличная идея, поможущая не мерзнуть в койке не только ранним утром, но и глубокой ночью. Но где-то он все же просчитался. Багги в те деньки хоть и ворчал, укладываясь на подушки рядом, ночью, замерзая, забирал все одеяла, что юнга мог притащить, оставляя того ни с чем.       Багги тогда становился похож на кокон, из которого должна была вот-вот вылупиться прекрасная бабочка, вот только на утро, не в силах выбраться из тёплой западни, он становился ещё язвительнее, чем был в другие нехорошие дни, и даже то, что вор не свертывался в клубок на своей половине кровати, его не умаляло.       Возможно, Шанксу стоило ближе прижиматься к клоуну, да заключать его в объятия, убивая сразу двух морских королей одним выстрелом, но он не мог.       Клоун однажды сам подкатился к нему ночью, прижавшись настолько плотно, что Шанкс ощущал, как у того вздымалась медленно грудь своей собственной, а ещё чувствовал на ней обжигающе-горячее дыхание.       Юнге тогда стало жарко настолько, что казалось, он весь покраснел и стал таким же ярким как и собственные волосы, дыхание перехватило, и он, в попытках избавиться от этих чувств, отодвинулся подальше, случайно свалившись с кровати.       В комнате, как ему показалось, прозвучало тихое цоканье, но у юнги были настолько заложены стучащем в груди сердцем уши, что он посчитал, это выдумкой. Потому что когда нашёл в себе силы, успокоившись и поднявшись с пола, нависнуть над кроватью, поставив на перину одно из колений, Багги все ещё спал.       Отвернулся конечно, прижавшись ближе к стенке, но не отвечал на тихие вопросы, и даже не менял ритма дыхания.       А больше такого и не было. Между ними будто возникла невидимся стена и даже с вечера клоун оставлял между ними немного места, больше не прижимаясь к Шанксу носом, но все так же забирая одеяло.       Рыжий же, уходя на свою койку, засыпал. В такую рань способны просыпаться только полные идиоты. Ну и Багги с Габаном и Рейли, что с самого утра успевали пошипеть друг на друга, да перессориться.       Не в всерьёз конечно, но всё же.       Шанксу безусловно нравилось, что клоун тогда попадал в его безграничное пользование из-за ухода Габана с соседнего стула, но сам Рыжий не знал, с какой стороны от вора уместиться.       То что с одной из сторон будет Багги, он решил ещё тогда, когда юнга впервые сидел с ними за столом за обедом. А вот второго соседа Шанкс определить не мог. С одной стороны Таро, что точно выкинет что-то интересненькое, а с другой — капитан.       Он, конечно мог чередовать их каждый приём пищи, но все окружение к тому моменту уже мирилось и хорошо, если Рейли оставлял Шанксу место, а не садился по правую сторону от клоуна, оставляя пустующим стул только напротив себя.       Непозволительно далеко от Багги.       Эхх…       А ещё, если он бегал, то непременно увеличивал возможность получения подзатыльника от Донкуино одной из поварешек. А возможно и той самой, что утром разливали кашу по тарелкам.       Донкуино вообще только Багги и любил из всей команды. Он не съедал ничего в процессе готовки, а действительно помогал, поэтому иногда и получал что-нибудь этакое в качестве поощрения. И не сырую картошку, которую под шумок сували ничего не подозревающему Шанксу, а шоколад например.       Только его клоун Рыжему и не отдавал. Ну да ладно, юнга не сильно обижался, все же благодаря другу он мог в очередной несанкционированный раз получить дополнительную порцию чего-то вкусного, пускай и не сладкого, да не хрустеть чем не попадя на бочках.       От конфет же зубы портятся, верно? Пускай он их и не ест вне пустынных островов, на которых их производили. А Багги, он и беззубый будет красивым. Как самый настоящий пират!       А сегодня утром они все же причалили к острову.       Пусть и не курортному, но обитаемому и по всей видимости летнему. С пристанью, домами и вкусным запахом, витающим вокруг. И самое главное, всем вокруг было совершено безразлично их прибытие. Люди не разбегались в криках, но и не улыбались дружелюбно, как тогда, несколько лет назад.       Багги вылетела на землю даже быстрее капитана, хотя тот тоже не ждал, когда ребята спустят трап. Оставила стопы на палубе, спикировав вниз, да припала к земле. Казалось, ещё немного и начнет валяться в пыли, как кошка, которую частенько напоминала, но нет.       Она просто склонила голову, молясь кому-то, и чуть ли не рыдая, а потом, через секунду, разом поменяла настрой и метнулась обратно на корабль, размахивая руками и крича.       Гналась за улепетывающим на своих лапах, не в силах подняться в воздух, альбатросом, стараясь забрать запечатанное письмо, да разорвать его в клочья.       Шанкс вообще редко её понимал, а кто-либо другой и подавно. Мысли в голове у воровки мелькали со скоростью света. Она редко думала перед тем, как что-то сделать, просто в какой-то момент осознавала себя то тут, то там да где-нибудь ещё.       Вот она режет морковь на кухне, а буквально через секунду цапается с кем-нибудь, доказывая свою правоту, если не метает ножи в мишень, соревнуясь с кем-то в меткости. А Багги, уже года полтора, как постоянно выигрывает у всех подряд, и даже в тавернах, куда они пробираются вслед за выпившими накама.       Хотя внешне она и не была такой же заводной как и Шанкс, внутри воровки просто кипела энергия и та самая детская неусидчивость, которой в младенчестве выхода просто не было. Пускай выражалась она сейчас не так ярко, все равно была заметна в мелочах и том, как Багги сама с интересом увлекалась Шанксом и участвовала в проделках. Разве что действует эта мелочь малость осторожнее, и уличить её, если не знать наверняка, почти что невозможно. Скрывается, чертовка, в последний момент, оставляя на месте преступления только лишь его организатора, либо сбегает ещё в середине плана, не решаясь посмотреть на его завершение.       Доводит до конца юнга только карты. Это единственное чему она посвещает себя полностью, сидя в каюте с утра до ночи и порой забывая даже о еде.       Шанксу нравилось за этим наблюдать, развалившись на кровати под тусклым светом и разглядывая, как чётко тонкие пальцы вычерчивают линии по линейке, а шуршание бумаги и карандаша трущегося об неё, разрежают тишину, прерываемую тихим дыханием.       Стол в каюте юнг был завален только воровскими бумажками, и другими мелочами. Шанксу там принадлежала разве что полироль в одном из ящиков. Но и Багги ей пользовалась, шлифуя тщательно ножи, покоящиеся в любой ситуации на бедре.       Да и пополняла запасы тоже она.       Рыжий не помнил того момента, когда пастообразная субстанция заканчивалась, а баночка заменялась на новую. Да и денег у неё не было.       Ещё на столе покоился конверт, запаянный восковой печатью, который Багги передала буквально сегодня утром Оскару, а потом отвлеклась, задержав птицу на корабле. Сейчас же в глазах читалось желание общипать пернатого, вызывающе хохотки у всех пиратов.       Без понятия, кому адресовывались все её многочисленные богатства, но видимо отдавать их этому человеку, Багги, оставшись в живых, не горела желанием.       Ещё немного и она тоже понизит Оскара в бульон, пусть это и его вторая версия, с которой воровка заимела выгодные торговые отношения. Альбатрос точно знал, что они приближаются к острову, поэтому так отчаянно и пытался скрыться с корабля, постоянно крутясь рядом, хотя раньше и предпочитал выпрашивать понравившиеся печенье, или выловленную мелкую рыбу, что Багги не ценила из-за большого количества костей.       Это она ещё не знала, что её пернатый соратник идеальнейши подделывает чужой почерк. Прознай воровка, и относилась бы к почтальону с намного большей подозрительностью, либо использовала его в других делах.       — Шанкс, мне нужна помощь! — протянула она, слетая в трюмы фурией.       Она вообще ожила и похорошела, стоило заметить небольшие подергивания стрелок лог поса, спешащих настроиться на новые острова, и ощутить твёрдую землю под ногами.       Пускай и с таким же взорвавшимся бедламом на голове из-за того, что Шанкс сломал недавно последний оставшийся гребень, а пальцы не в силах собрать все это в приемлемую причёску, пускай Багги и научилась подрезать волосы так, чтобы те не замирали после этого в воздухе. Ещё у Багги съехал один носок и штанина порвалась. Да и весь он выглядел так, будто попал в ураган, и стоял в самом эпицентре. Но Шанксу нравилось. Таким его друг выглядел живым, нежели если следил бы за всем с педантичностью.       Команда точно задержится на несколько дней пополняя запасы, да развлекаясь. Может и Шанкса с собой прихватят, выслушав очередной отказ Багги, собирающейся в очередной магазинчик с карандашами, и куда-нибудь ещё.       Так что лучше прямо сейчас снарядить экспедицию по сбыту бумаги на почту, оттартанив туда все завалявшиеся мешки с просроченной прессой и спокойно вздохнуть, получив белли на лапу. Она даже Рыжему что-то купит, в качестве оплаты работы грузчика, все же любая услуга должна быть учтена.       Когда она услышала шаги, позади, то быстро метнула глаза на дверь. Габан, вальяжненько сползал по лестнице, а когда приблизился к мешкам, невообразимым образом схватил сразу три. А следом прикатился и Шанкс, запнувшийся где-то посередине дороги.       — О море, тебя даже попросить ни о чем нельзя, — она хлопнула ладошкой по лбу, а после перевела взгляд на навигатора. — Ты Габан, — пришлось даже тыкнуть пальчиком в его направлении, — работаешь бесплатно!       — Оплатишь мне бочку рома в таверне, — пожал тот плечами и двинулся наверх.       — Чего? Такого договора не было! Ставь мешки обратно, черт тебя побери!       В это время Шанкс уже поднялся и даже выхватил последний мешок прямо у Багги из рук, заставив её удивлённо озираться по сторонам.       Она не привыкла не работать. А сейчас ей не оставили ничего, чтобы почувствовать себя уверено. Габан лишь с прищуром глянул, покачав головой и отогнал в сторону Шанкса, каким-то неведанным образом освободи одну руку, и потрепав того по голове.       — Крокус сказал, что тебе не надо таскать тяжести, — Шанкс улыбнулся, оголив все зубы.       — Чего-чего? — вспыхнула девчонка, разделившись на части и подлетела ближе к мальчишке.       — Веди давай, чего разорался? — Габан подтолкнул оставшиеся позади лодыжки куда-то на лестниц, и Багги дёрнулась вслед за ними, пропав с поля зрения.       Шанкс же поудобнее перехватил мешок, рассмеявшись и поскакал следом.       Крокус, пока плавал с ними, за эти недельки успел полностью обследовать невозмутимых пиратов, выявив почти у каждого по болячке.       У Багги конечно ничего подобного не было, все же молодой организм, подкрепленный всевозможным физическими нагрузками, но он без угрызений совести нарисовал ей в созданной карточке проблемы с позвоночником, объяснив Шанксу, что вот нужно помогать своему лучшем другу, но и самому не перенапрягаться.       Рыжий принял новую предложенную игру, а вот Габан понял все без слов. Все же не таким уж и дубом был. Ещё в детстве помнил, что девочкам нельзя поднимать всякие тяжести, пускай хорошие малышки и не матерятся как сапожники.       А ещё ром нельзя глыкать как воду. Сколько им там? Шанксу тринадцать, а Багги вроде не особо младше. Только злится больше, когда мальчишка задирает нос. Подлетает мигом на несколько сантиметров, отделяя по привычке запястье и тянет за ухо вниз почти до самого пола. Привычка уже, каждое день рождение Рыжего заканчивается одинаково.       Хотя, они ж все пираты, а не аристократы какие, люто бдящие за сохранность морального облика. И не Рейли, гоняющий юнг по кораблю, заприметив издали тёмную бутыль.       Габан не мог не сказать, что попасть на пиратский корабль девчонке повезло. На их корабль. Пускай она и не рассекала в платьях, да не играла в куклы, она не пыталась всеми возможными способами выжить в Логтауне. Да у него и представить все эти девичьи развлечения, сопоставив их с Багги не получалось.       Той нравилось смеяться, злиться на Шанкса и воровать, причём настолько искусно, что порой и кто-то из команды не досчитывался очередного белли, разинув не вовремя варежку. За что потом и драила палубу, размахивая шваброй, и часто прикладывалась деревянной ручкой к какой-то спине, чей хозяин наследил в очередной раз.       Когда они вышли из трюмов, увидели как Багги медленно тащилась вперёд, паря над палубой, а её стопы медленно плелись вслед за ней.       Девчонка раздражённо пыталась заплести нечто похожее на косу, постоянно прочесывая пальцами пряди и стараясь распутать все сбившиеся колтуны. А справившись со всем этим, залетает за спины идущим вдалеке пиратам, да подгоняет.       Почту на самом деле они нашли быстро. Это было небольшое белое здание в конце городского рынка с длинным-длинным золотистым шпилем, утыкающимся в небеса. Его назначение было совершенно непонятно, но именно благодаря ему, Багги не искала здание всю свою оставшуюся жизнь, спрашивая дорогу у каждого встречного.       Альбатрос уныло тащился следом, стараясь поспевать за пиратами, да понимал, что с разносом почты он сегодня уже запоздал, и моряки в очередной раз получат утреннюю газету после полудня, если вообще получает ее сегодня.       Но Багги не долго злилась, погладила увесистый конверт с белли, возвративший настроение к таким же высотам, что и конец шпиля, выделив несколько купюр Габану на ром, а потом отцепила запястье, поднимая птицу вместе с ним в воздух и отправляя в полет. А ещё показала в след кулак, общая всевозможное, если пернатый ещё раз решится провернуть что-то подобное, не согласовав с ней. Может, однажды, она и для себя что-то полезное из этого выцепит.       После всего этого с Шанксом они остались вдвоем средь небольшого городка с бурно-кипящей жизнью. Возвращаться на корабль Багги не планировала, и если это делала она, то и Рыжий тоже соглашался. Вот только дальнейшие их планы расходились.       Воровка планировала пробежаться по магазинам, да чужим кошелькам, в поисках интересного и нужного. Как минимум прикупить себе новый гребень, да ещё один браслет на руку к уже имеющимся, а друг упорно тянул её в сторону таверен, сетуя на урчащий живот.       И после упоминания того, что он с лёгкостью мог пойти с Габаном, тяпнувшим даже на большее, чем один бочонок рома, удрученно закатывал глаза, прикладывая ладонь ко лбу и высовывая язык.       — Да сейчас я тебе такояки куплю, — прошипела воровка, отправляясь к ларьку с уличной едой.       Но до него так и не дошла, замирая возле палатки с фруктами.       Там, в небольшой корзине с уже подиспортившимися персиками и грушами, лежало нечто, не поминавшее обычный фрукт.       Ей же уже говорили, как их там…       Райские овощи?       Ох ты ж море, она все же сумеет разбогатеть!       — Ну Багги, чего замер, давай быстрее, а то все разберут и я с голоду помру!