Часть 19

Мы вступили в лабиринт, туман обволакивал нас плотным покрывалом. Это место было жутким: узкие, петляющие проходы скрывались в сером мареве, каждый шаг отдавался гулким эхом, будто стены сжимались вокруг. Мне казалось, что мы кружим на одном месте — здесь нельзя было угадать, что за углом, и неясно, куда идти дальше. Лабиринт словно дразнил нас, вытягивая время и усилия. — Где же твоя подружка? — прервала я тишину, стараясь отвлечься от этого гнетущего впечатления. Мне хотелось, чтобы тут было как можно больше народу. — Не твое дело, — сухо ответил он. — Не хочешь с ней делиться тем, что найдёшь? — предположила я, — И зачем она тебе только помогает? — У нас с Карнилой договор. Она даёт мне людей, я провожу её в темницу асгарда, — спокойно ответил Локи, скользя взглядом по окутанным туманом стенам. — Она даёт только людей? — спросила я с явным намеком, не знаю почем, но мне хотелось чтобы ему было неловко, а то слишком спокойно выглядел. — Это ревность? — в его голосе прозвучала усмешка. — Нет, нет, просто интересно — не согласилась я, — я стараюсь поддерживать беседу. Я ещё раз осмотрелась, вокруг, боясь не заметить, что-нибудь этакое в этом мрачном месте. —У вас деловые отношения, — внезапно поделился Локи. — Ну да, одним словом бог обмана, — хмыкнула я, не упуская возможности его поддеть. — Что? — Локи повернулся ко мне, удивленный. — Когда ты схватил меня в той пещере, я почувствовала от тебя тот же одеколон, что и твоей дамы, а в уголках твоих губ — следы помады. Оттенок тот же, что и у Карнилы. — А ты наблюдательная, — он скользнул глазами по туманным теням. — И вот что интересно, в прошлый раз от Карнилы пахло мужским одеколоном, но сейчас ничего такого нет. Вы меня стесняетесь? — не могла удержаться от насмешки. — Хочешь узнать причину нашей ссоры? — понял Локи — Да, — закивала я, все что угодно только бы не думать, что нас сейчас окружает. — Я уже тебе говорил и с удовольствием повторю, это не твое дело. Какое-то время мы ещё шли в молчании. От этого дрожь только усиливалась. — Ты уверен, что это то, что нужно? — спросила я, оглядываясь по сторонам. Вокруг было слишком тихо и мрачно. Лабиринт продолжал скрывать свои секреты в тумане. — Давай, ищи, — велел Локи, в его голосе слышалась неуверенность. — Придержи коней, я тебе не собака, — отозвалась я, хмуря брови. Вдруг я остановилась, вздохнула глубже и почувствовала что-то странное. — Погоди… ты чувствуешь это? Запах серы, — я нахмурилась, пытаясь разобраться в своих ощущениях. — Нет, — ответил Локи равнодушно, оглядываясь. — Ну как же! Прямо явно… Нам туда, — я указала направление, чувствуя, как странная тяжесть окутывает воздух. — Хорошая девочка, — ухмыльнулся Локи. Мы продвинулись дальше, и вдруг перед нами возникло чудовище. Огромное, извивающееся тело сороконожки. Её чёрная, блестящая кожа мерцала в свете луны. Тело тянулось на несколько метров, покрытое сотнями хитиновых ног, которые цеплялись за каменные стены и мертвые деревья, издавая скрежет. Голова чудища была увенчана огромными хищными челюстями, а из глаз лилось злобное, почти разумное сияние. — Как прелестно, — заговорило оно, и голос сороконожки был полон язвительной насмешки. — Обычно еда не пробирается в эту часть лабиринта. Что это у нас тут? Полукровка, не самый вкусный обед, но на перекус сойдёт. Я застыла, наблюдая за существом. — Лана, ты видишь кристалл? — спросил Локи, насторожившись. Но прежде чем я успела ответить, чудовище приподняло голову и втянуло воздух. — Лана? — в голосе сороконожки послышалось удивление, и её челюсти угрожающе раскрылись. — Не может быть... Ангел! Твоя энергия будет моим коронным блюдом! В огромной пасти сороконожки я заметила яркое свечение. Кристалл! Он был там, внутри. — Локи, она держит кристалл в пасти! — воскликнула я. — Да залезай внутрь и попробуй его взять, — предложила сороконожка, двигаясь ближе. — Спрячься где-нибудь! — скомандовал Локи, готовясь к схватке. Я замерла на месте, почувствовав, как кровь стучит в висках. Это чудовище было не только огромным, но и, судя по всему, умнее, чем хотелось бы. Его голос раздавался гулко, словно доносился из самой глубины лабиринта, отражаясь от каменных стен. — Какой хрупкий ангел, — прошипело чудовище, раскрыв пасть ещё шире. — Твоя энергия будет так вкусна... Жаль, что это продлится недолго. — Я же сказал спрятаться! — раздражённо бросил Локи, не отводя взгляда от твари. — Да тут негде прятаться, и нечего на меня орать! — огрызнулась я, оглядываясь на туманные стены лабиринта. — Я чувствую ваш страх, — прошипела сороконожка, но её движение слегка замедлилось. Её многочисленные лапы касались камня с едва слышным, угрожающим скрежетом. — Прям так уж наш? — Локи склонил голову набок, его голос был насмешливым. — Наверняка мой питомец боится за двоих. — Эй! — попробовала возмутиться я. — Локи, если у тебя есть хоть какой-то план, это подходящий момент его воплотить! — выкрикнула я, стараясь держаться на безопасном расстоянии. Локи не ответил сразу, его взгляд был всё ещё прикован к сороконожке. Он с наслаждением наблюдал за происходящим, как будто вся ситуация его забавляла. — О, у меня есть план, — наконец отозвался он, лениво обводя взглядом чудище. Я видела, что напряжение в его взгляде росло. Локи медленно поднял руку, и в воздухе возникли слабые нити магической энергии. Чудовище остановилось на мгновение, словно чувствовало приближение опасности, но не отступило. — Я просто убью тебя, — холодно проговорил Локи, его магия вспыхнула ярче. Чудовище яростно впивалось в магический щит, его многочисленные челюсти скрежетали, пытаясь пробить барьер. Каждое движение сороконожки сопровождалось металлическим звуком её лап по камням, а воздух вокруг нас был тяжёлым от тумана и запаха серы. Я видела, как на магическом щите Локи начали появляться трещины — будто под невероятным давлением. Чудовище рванулось с ещё большей силой. Его челюсти ударили в щит с такой мощью, что барьер затрещал, осыпаясь на глазах. Локи едва успел поддерживать его остатки, когда сороконожка была готова нанести финальный удар. Но внезапно её движения стали медленнее. Тварь резко дёрнулась, как будто что-то остановило её в самый последний момент. Чудовище зашипело и начало беспорядочно биться, словно не контролировало свои действия. Его лапы задрожали, и с каждым мгновением оно теряло контроль над собой. Я увидела, как её глаза потускнели, и с глухим ударом сороконожка рухнула на каменные плиты. Локи, тяжело дыша, опустил руки. Его лицо было напряжённым, но взгляд спокоен. Он что-то сделал, но я не сразу поняла, что именно. — Что произошло? — спросила я, переводя взгляд с Локи на поверженную тварь. — Нашёл её слабое место, — коротко ответил он, вытирая пот со лба. — Прямо перед тем, как барьер рухнул, я направил поток магии в нервный узел. Несложный фокус — и вот она, обездвижена. Чудовище больше не двигалось, его тело затихло, распластавшись по земле. Я наконец выдохнула, чувствуя, как напряжение спадает. — Не верится, что так просто, — пробормотала я, всё ещё ошеломлённая тем, что произошло. Локи устало выпрямился, его магический барьер растворился в воздухе. Он оглянулся на меня с ухмылкой, словно победа была для него делом привычным. — Я же говорил, у меня есть план, — сказал он, вытирая пот со лба. — Ничего сложного. Я только успела расслабиться, как вдруг воздух снова наполнился запахом серы. Чудовище, которое казалось поверженным, вдруг содрогнулось. Её тело начало двигаться, а глаза вновь вспыхнули ненавистью. — Локи! Она ожила! — выкрикнула я, но Локи уже обернулся, его лицо исказилось от удивления. Я тут же спряталась за его спину, вот только меня не покидало ощущение, что и там не безопасно. Сороконожка с оглушающим рёвом рванулась вперёд, ещё яростнее, чем прежде. Она бросилась на Локи, но он успел поднять руки, и магический щит вспыхнул снова, только теперь тварь ударила по нему с такой силой, что Локи пошатнулся. — Не думал, что она настолько упряма, — пробормотал он сквозь стиснутые зубы, удерживая магический барьер. Чудовище яростно впивалось в щит своими челюстями, на этот раз с ещё большей настойчивостью. На этот раз сороконожка разломала щит, так что от него ничего не осталось. Затем оно мерзко засмеялась и бросилось в атаку. Чудовище извивалось в тумане, его многоногая тень казалась ещё более угрожающей в призрачном свете лабиринта. Локи выстреливал одно заклинание за другим — то молнии, то огненные вспышки, каждый удар целился в сороконожку, но тварь лишь на мгновение замедлялась, а затем вновь шла в атаку. — Ты правда считаешь, что меня можно одолеть такими дешёвыми трюками? — прошипела она, уворачиваясь от яркого луча света, пущенного Локи. Локи мгновенно сменил заклинание — густой поток чёрного дыма устремился к чудовищу, обвивая его тело, словно намереваясь его задушить, но сороконожка разорвала магический туман своими челюстями и рванулась вперёд, став ещё быстрее. — Твоя сила, лишь питает меня, — продолжала она, её голос резонировал с каменными стенами лабиринта. — Вся твоя жалкая магия полукровки не более чем пища. Она атаковала снова, на этот раз яростнее. Локи взмахнул рукой, вызвав поток ледяных шипов, которые вонзились в её тело, но сороконожка лишь зашипела громче, отряхивая их с себя, будто это были простые песчинки. — Я становлюсь сильнее с каждым твоим ударом, — сороконожка пронеслась к Локи, игнорируя его попытку остановить её заклинанием огня. Её челюсти щёлкнули у него перед лицом, но он успел отскочить и запустить в неё фиолетовый энергетический сгусток, который ударил по её голове, но тварь лишь слегка пошатнулась. — Я не просто создал этот лабиринт, я стал частью лабиринта,— продолжала она, её движения становились всё более агрессивными. — Для силы, что внутри меня это мелочи. Я обожаю блуждающих жертв, написанных страхом и отчаяньем, так они становятся только вкуснее. Локи сделал шаг назад, его дыхание стало неровным от напряжения. Он продолжал выпускать заклинания — огненные цепи, которые пытались схватить чудовище, яркие вспышки света, ослепляющие её глаза, но каждый раз сороконожка лишь яростно вздрагивала и снова бросалась в атаку. — Раз так, я просто вытащу этот кристал из поганого рта, — выкрикнул Локи. Он не показывал ни каких признаков паники или страха, но по его дыханию я понимала, что вечно отражать атаки невозможно. Я внутренне сжалась готовясь к худшему.