Часть 3

К шести годам Ильды Олег Глебович занялся различными вычислениями, касающимися дочери. Нужно было вычислить животное-фамильяра и варианты камней и металлов для перстня. Конечно, перстень все равно скорее всего придётся ехать подбирать в Китеж-град, но облегчить задачу мастеров нужно. Материалы для перстня вычислились просто. Золото или железо в основу, а камень — изумруд, жадеит или гелиодор. Был ещё какой-то четвёртый камень, но выяснить какой, почему-то не получилось. А вот с фамильяром вообще ничего не получалось. Каждый раз цифры показывали разных животных. Это значит, что или подойдёт любое животное, или фамильяров будет два, или сначала нужно подобрать перстень. Такое, конечно, в их роду бывало, но очень редко: с невестой из другого Рода передалось. — Начнём с простого — пойдём выбирать перстень. И, пожалуй, начнём с родовой сокровищницы. Хозяин Миша, пригласи ко мне Ильду и Прохора. Минут через десять в кабинет чинно вошла красная с мороза девочка, держа за руку своего дядьку. — Ты звал, папа? — Да. Сейчас мы пойдём выбирать тебе перстень в сокровищницу Рода. Тебе пора привыкать к своему оружию. Ильда важно кивнула. О значимости перстня как главного оружия мага она знала лет с двух, а остальные подробности ей объяснил Прохор. Однако, для начала они дошли до кабинета дедушки Глеба, главы Рода. Он и привёл всех в подземелья через десяток коридоров, пяток переходов и штук двадцать лестниц. Обитые стальными полосами массивные дубовые двери за чугунными решётками легко открылись от прикосновения перстня Главы Рода. Сокровищница Ильду очень впечатлила. Всевозможное оружие, артефакты разного вида и сфер применения, доспехи, родовые средства перемещения (Ильда успела рассмотреть огромное весло с драккара, прежде чем её унесли дальше), множество разнообразных сундуков с неизвестным содержимым и, наконец, небольшой стеллаж с перстнями разных размеров, форм и составляющих. Больше всего было золотых перстней, потом шли железные и совсем немного свинцовых и платиновых. Были перстни целые, были погнутые и перекрученные — их переплавляли после обретения нового хозяина, — были блестящие и потускневшие, с выпавшими камнями и со вставленными. — Ильда, — позвал её дед. — Медленно веди рукой над полками. Начни с вот этой. Если что-то почувствуешь — говори. Ильда кивнула и медленно повела рукой над верхней полкой, где лежали золотые перстни. Один из них едва не ударил её маленькой молнией, но эта не та реакция, которую ждут от подходящего перстня. — Значит, золото — не твой металл. Теперь проделай то же самое над этой полкой. На этой полке лежали железные перстни. Всевозможные камни блестели в них: жёлтые, зелёные, красные, серые, синие, чёрные, в полосочку и в крапинку, круглые, квадратные, овальные, затейливо огранённые или просто отшлифованные. Ими пользовались самые разные предки в самое разное время. Самым старым перстнями перевалило за тысячу лет, а совсем новым не было и ста. Наконец, в углу полки засветился старый перстень, разорванный и перекрученный, с необычным, чёрным в разных оттенков оранжевого и жёлтого полупрозрачную крапинку, камнем. — Палласит, — изумлённо ахнул отец. — Так вот что за четвёртый камень всплывал в рассчётах. — Поздравляю, внучка. Палласит, или палласово железо — очень редкий камень, на палец единицам попадал. Причем, для каждого владельца обладает индивидуальными свойствами и отличный проводник магии. А этот перстень носил твой много раз прадед, Рагнар Ньёрдович. — Здорово, — счастливо пролепетала девочка, зажимая в кулачке своё оружие. — Осталось отдать его на переплавку оправы мастерам, и через недельку ты уже его примеришь. По дороге обратно дед предложил заглянуть ещё и к летательным средствам — на всякий случай. Среди всего великолепия летающих щитов, сёдел, копий, топоров, сапогов, маленьких лодок и прочих артефактов, Ильду потянуло к хлебной лопате. Неожиданно дубовой, хотя обычно их делали из липы или ольхи, длиной почти два метра, довольно лёгкой и удобной для посадки. — Ей владела Эрна Якуновна, — сообщил Ильде дед. — Пускай постоит здесь, а перед тем, как отправишься в школу, отдам. — Хорошо, деда.

***

Через два дня после этого события Ильда со своим дядькой отправились в лес на прогулку. Прохор учил княжну делать укрытия, определять стороны света, искать съедобные плоды и ягоды, различать следы птиц и животных. Одним словом всему, что поможет не погибнуть в зимнем лесу. — Это всё когда-нибудь пригодится. Ты — воин, хоть и девочка. Он так и называл её — воин. За упрямость и серьёзность. За магический потенциал, видный уже сейчас. За всё. Ильда, с лёгкостью пробираясь по рыхлому снегу на лыжах, старалась не отставать от Прохора. На свободном пространстве это было очень сложно, но на опушке дядька приостановился. — Не устала? — Нет, — Ильда мотнула головой в серой меховой шапке. — Если начнёшь уставать — говори сразу. Ты не соревнуешься, это просто прогулка. — Хорошо, Прохор. Это был обязательный уговор. — И старайся дышать носом, воздух холодный. Ильда ещё раз кивнула и улыбнулась. Лес завораживал. Среди голых неровных ветвей, чернеющих на фоне неба и снега, тут и там весело зеленели пушистые еловые и сосновые лапы. Правда, пушистыми они только казались, Ильда это узнала быстро. Снег искрился на солнце всеми цветами радуги. Где-то хрипло каркала ворона. Трещали деревья на морозе. — Идём? — Идём! И Ильда первой устремилась по хрусткому снежному покрывалу вглубь леса. Тут и там чёрными мостами из-под снега горбатились поваленные и согнутые деревья. Кусты нарядились в белые шапки. — Смотри, вон там — медвежья берлога. Видишь, глину ещё не смыло дождями, много поваленных и сломанных деревьев, веток. — Страшно… — Не бойся, мы близко не будем подходить, он не проснётся. Ещё минут через пятнадцать прогулки Ильда заметила что-то странное под одним из согнутых деревьев. — Прохор, тут какие-то следы… — Ну-ка, покажи… Твою ж!.. А ну быстро отходим. Когда они укрылись на дереве неподалёку от того места, Прохор пояснил: — Это волчьи следы. Волчица с двумя волчатами шла. Заметила, какие следочки у волчат маленькие? Вот, запомни. Их легко с собачьими перепутать. Тут на волчье укрытие уселись сразу две вороны. Из-под коряги донёсся едва слышный скулёж. — Что-то тут нечисто… — себе под нос пробормотал Прохор. — Сиди здесь, я пойду проверю. Ильда кивнула. В другой раз она бы наверняка увязалась за дядькой, но с волками шутки плохи. Она видела сверху, как Прохор подошёл к коряге, отогнал ворон и заглянул в укрытие. — Твою ж… — донеслось до неё. Ильда вздрогнула — на поверхность выплыли огромная худая волчица и два маленьких волчонка. Прохор не решился брать их в руки. — Ильда, иди сюда! Девочка нервно кивнула и примерилась. Ветка находилась метрах в трёх от земли, но внизу был огромный сугроб. Вот в него она и спрыгнула. — Посмотри, что с тем, — Прохор кивнул на одного из волчат. — Это волк магический. Их отличают от волка серого большие размеры, коричневатое брюхо у детёнышей и рыжеватое у взрослых особей, продолжительность жизни… Что там у тебя? — Он ещё тёплый. — Вот незадача… — А что случилось? — Они, видно, людям попались. Волчатам не больше двух месяцев, только ходить научились. У волчицы лапа сломана и пасть вся изодрана. Не могла охотиться. В общем… Они мертвы. Кроме твоего. Ильда всхлипнула. Она ненавидела, когда обижали животных. — Сейчас вызову подмогу, нам надо доставить его в крепость. Может, ещё удастся выходить. Прохор достал зеркальце, что-то быстро сказал в него, дождался ответа и спрятал его обратно в карман. Подошёл к Ильде, которая прижимала к себе волчонка, кое-как закутанного в её шарф. — Держи его покрепче, но не сжимай, мы сейчас пойдём к опушке, — он взял девочку на руки и двинулся обратно, легко скользя на лыжах. На опушке уже стояли сани, запряжённые тройкой гранианцев. Прохор усадил Ильду с её ношей в сани, закутывая в меховой полог, следом залез сам. Серые жеребцы, немного разбежавшись, взмыли в воздух.

***

Волчонком занялись магветеринары, но Ильда не забывала про найдёныша. Бегала к нему каждый день, помогала кормить, успокаивала, играла с ним. Прохор много раз предупреждал, что нужно быть осторожнее, иначе волк может и фамильяром стать. Но Ильда не слушала. Ей нравилось обниматься с пока ещё крошечным волком, целовать его шершавый нос, кормить с рук сушеным мясом. Один раз она оцарапала ладонь… Отец, бело-красный от ужаса, метался туда-сюда по кабинету, на диване озабоченно хмурился дед, а Ильда, не понимая за что её ругают, сидела прямо на полу с зарёваным лицом. — Прохор тебя тысячи раз предупреждал! А ты!.. Волк — фамильяр… Немыслимо! Тебе с самого рождения твердили: поцарапалась — залечи! Сразу залечи! — Я не заметила… — Не заметила!.. Из-за твоей невнимательности у тебя опаснейший дар раскроется! Ильда снова заплакала… — Я сделал всё, что мог для её безопасности, — поздно вечером отец и дед Ильды снова собрались в кабинете Главы Рода для обсуждения проблемы. — Удалось установить в её ментальном поле и ауре связку ощущений «воин — безопасность». До начала формирования третьего ядра нужно её закрепить, иначе потом будет поздно. — Точно поможет? Как представлю её превращения при каждом неосторожном слове или движении… — Ну что ты разнюнился! Обуздает свои силы — вообще сознательно оборачиваться сможет. Предки не писали бы о таком, если бы сомневались в эффективности.