༺ 【 •⊱ Любимое оружие. ⊰• 】Лололошка, Междумирец и Джон.

━━━━━━━》❈《━━━━━━━

【 •⊱ Любимое оружие. ⊰• 】

                                   «Воображение это самое сильное оружие против реального мира. Бойся воображения, ибо только оно способно навсегда увести в самые страшные места человеческого подсознания».

                          ©Эльзарэтт—Виктория Кинэвард.

__________________________________________________________________ 2037 год до Чумы Фаро/3 день после прилёта в Лондон.       Лололошка резко сел на кровати. Его грудь что—то сдавливало, не давая сделать вдох, сердце колотилось, как заведённое. Ло вспотел, пальцы его стали холодными, как лёд, а кости болели так, словно их раздробили.       «Тянись к телефону и звони в скорую!...Нет, лучше Шэрон! Да, да, позвони ей сейчас же!»       Мироходец резко, даже слишком, «бросил» правую руку на тумбу, дотронулся до телефона, но сбросил его на пол.       «Чёрт!»       Лололошка пошевелил ногами: хоть они его полноценно слушались. Потянулся к краю одеяла, отбросил его и подполз к краю, превзнемогая боль, стискивая зубы. Дыхание всё ещё было порывистым. Лошка коснулся пола и встал. Ноги тут же стали ватными, казалось, сделает шаг — упадёт и разобьёт нос.       «Нужно дойти до кухни. Выпить две таблетки, запить специальным раствором...Чёрт, чёрт, как же больно!»       Левую ногу свело, и Лололошка упал на пол. Удар выбил вообще весь воздух из его лёгких. Парень сейчас напоминал рыбу на берегу: пытался вдохнуть несуществующий воздух, но при этом спокойно лежал и не дёргался.       «Я вот так и умру! Задыхаясь под открытым, мать его, окном!»       Неожиданно, всё прекратилось. Воздух волнами нахлынул в лёгкие, кости снова срослись, а тиски на груди разжались. Ничего хорошего это не сулило.       Лошка вскочил и со всех ног понёсся на кухню, чтобы выпить таблетки, чтобы забыться, чтобы избавиться от НЕГО. Однако ОН этого не желает, ОН никогда этого не желал. Ноги Ло сами собой подкашиваются, и он грохается на пол, больно ударяясь подбородком. Останется ссадина. Лололошка пытается ползти, но что—то тянет его назад. С каждым разом дверь от него отдаляется, руки ослабевают, в глазах всё становится ярче, как при панической атаке. Это не она. Это галлюцинации больного мозга. Ровно как и ОН. Просто глюк.       — Зря ты так считаешь, мой друг. — звучит хриплый, но громкий голос над головой мироходца. Сердце пропускает удар. Лошка не хочет его слушать, не хочет его видеть, но когда кого—то интересовало мнение «мальчишки на побегушках?» — Я реален.       — Ты лжёшь! — кричит Ло, стараясь сделать так, чтобы голос не дрожал. — Ты лжец, ты просто глюк! Тебя нету!       Тело отрывается от пола, не может пошевелиться. Лололошку разворачивает затылком к двери и переворачивает ногами к полу.       Он закрывает глаза, зажмуривается, сопротивляется. Две минуты — рекорд. Веки распахиваются, в горле застывает немой крик. Огромная чёрная масса с яркими фиолетовыми полосами, формирующимися в маску с глазами и ртом—решёткой. Междумирец. Так ОН себя назвает.       — Узри меня, собрат. Узри того, кем ты мог стать! Тебя могли боятся, тебя могли уважать, но не поздно ещё ничего исправить. — маска отделилась от черноты, подплыла к лицу парня. — Надень её, впусти меня. Мы с тобой станем полноценнее...       — Я никогда этого не сделаю, ты, хтонь. — просипел Лошка, попытавшись закрыть глаза. — Ты не можешь меня заставить... Он тут же отлетел в стену. Спина хрустнула. Из глаз хлынули слёзы.       — Твой ОМП больше не работает. Он неисправен. Я могу его починить, починить тебя. — продолжала маска.       — Лучше сдохну... — кашляя кровью прохрипел мироходец.       Боль пронзила тело с ног до головы. Кости опять раздробились, пронзив на этот раз мышцы. Лололошка издал нечеловеческий вопль. Интересно, это действительно здесь, в Англии, нормально, если человек орёт, как резаный? Никто ведь до сих пор не поднялся и не постучал в дверь, попросив быть потише. Парень же кричал, не замолкая, пока не сорвал голос. Осколки пронзили кожу, стали ворочатся в ранах. Вдруг, они вернулись на свои места, раны затянулись, боль ушла.       «Зачем ОН меня истязает!? Знает же, что я не соглашусь!»       — Не передумал, дорогой друг? — задал вопрос Междумирец, вновь подняв Ло с пола в то же положение. Окровавленный, но не сломленный Лошка презрительно смотрел на маску.       — Иди к дьяволу... — выплюнул он ЕМУ. Всё, теперь Лошке не жить...       Неожиданно, дверь в комнату распахивается с шумом. Слышится девчачий визг, потом плач. Неужели англичане всё же не бездушные твари? А нет. Они эгоисты или просто глухие. Маска отворачивается от жертвы и зло хрипит. Чернота формируется в клинки. Слышится смешок.       «— Опять ты за старое, Бугимен?»       Междумирец начинает атаку. Два клинка сразу целятся в запястья Джона, чтобы лишить того возможности использовать магию, но отскакивают от мигом образовавшегося зелёного щита. Дейви в ответ взмахивает рукой и стена из искр разбивает несколько клинков.       «— Какой же ты слабак, Буги. Неинтересно мне с тобой драться».       Маска направляет ещё три клинка в ногу, два в голову и один ровно в грудь. Джон, зевая, просто маневрирует среди чёрных клинков, вызывая свою собственную, подчиняющуюся ему Маску. Неожиданно, он вспоминает про дверь и рыдающую в проёме Сашу, кувыркается назад и захлопывает деревянную «доску». В этот же момент туда прилетает клинок.       «— Смотрю, совсем страх потерял? Уже на сестру нападаешь!»       JDH отпрыгнул от очередного клинка и быстро надел маску. Быстро создав щит, мироходец приступил к сотворению заклинания. Плавные движения рук, зелёные искры на кончиках пальцев и вот, спустя пару нехитрых движений, Маска Междумирца начинает исчезать, всасываться в черноту. Джон снимает маску, выкидывает её и, взмахом руки разрушая щит, подлетает к кровати брата. Срывая одеяло с подушками, мироходец швыряет их под падающее тело Ло. Оно падает ровно так, как Дейви и предполагал: плечи и голова — на подушки, а остальное — на одеяло.       — Я ещё вернус—с—с—с—сь! — тихо обещает Междумирец, окончательно растворяясь.       — Валяй. — отмахивается Дейви. В комнате повисает тишина. За дверью тихо.       «Неужели опять в обморок упала? Хотя, звука падающего тела я не слышал.... — подумал JDH, расправляя складки на костюме. — Вот зараза ты, Буги. Я его буквально два часа назад из ателье забрал».       Лололошка медленно распахивает глаза и очень удивляется. Откуда в Англии взялся его брат? Или это снова глюк. Лошка обхватывает ногу Джона, на что тот вскрикивает и выдёргивает её из хватки.       — Ты с ума сошёл!? Нельзя так людей пугать, дурень!       — Так ты не глюк? — слабо спрашивает мироходец, лежащий на полу. Он до сих пор не может в это поверить.       — Нет конечно. Я самый настоящий гений всех времён и народов, неповторимый Джон Дейви Харрис, а не твоя игра воображения, красавчик, — присев над братом, JDH снял очки и положил в карман. — Пойду, таблетки те принесу. Ты ведь способен полежать здесь пару минут в одиночестве?       — Да.       — Вот и умница. — мироходец пару раз легонько постучал брату по щеке и встал.       Лололошка закрыл глаза и шумно выдохнул. А если бы Джона не было? Почему он не смог ничего сделать с подсознанием сам?       «Потому что слабак». — проговорил голос Междумирца в голове.       «Пацифист» — ответил ему Ло.       Нужно бы ему стать избирательным пацифистом. Да, так будет лучше для всех.