Глава 23 Отключиться

К тому времени, как я выхожу на улицу, город Пухантабир уже просыпается. На рынке устанавливаются прилавки, продавцы выкрикивают цены, а воздух наполнен смешивающимися ароматами экзотических специй и свежеприготовленной еды. Хаос должен быть подавляющим, но он почти успокаивает. Это отвлекает меня от мыслей о беспокойной ночи, которую я провела. Еще один кошмар после долгого времени. Когда я брожу по улицам, я замечаю Кимира, прислонившегося к стене и сканирующего глазами толпу. Я не слышала, как он выходил из квартиры так рано, и теперь мне интересно, заснул ли он вообще прошлой ночью. Его присутствие подобно магниту, притягивающему меня к нему. Он поднимает глаза, когда я подхожу, на его губах играет слабая улыбка. - Доброе утро, дорогая. Я улыбаюсь. - Тоже не спалось? - он спрашивает. Я качаю головой. - Просто захотелось подышать свежим воздухом, - лгу я, надеясь, что он не замечает. - А как насчет тебя, «дорогуша»? - говорю я, в шутку передразнивая то, как он обычно называет меня, когда мы вдвоем. Он пожимает плечами. - Иногда по ночам я никак не могу заснуть, я уже привык к этому. Не возражаешь, если я присоединюсь к тебе? На мгновение я колеблюсь, желая спросить больше, чтобы понять, что он имеет в виду. Ему тоже снятся кошмары? Если да, то о чем? Чувствует ли он ту же тяжесть и вину, что и я? Мне кажется, так трудно понять, что он думает о чем-то из этого... Я быстро улыбаюсь, а затем киваю. Мы идем в ногу, город шумит вокруг нас. Разговор начинается с обыденных тем - жары, шума, переполненных улиц. Затем, когда темы для «светской беседы» исчерпаны, мы замолкаем, продолжая идти, но в полной тишине в течение нескольких минут. С течением времени тишина становится неловкой. - Ты знаешь, - начинает Кимир, его голос становится мягче. - Я много думал обо всем, что произошло. Должно быть, это было тяжело для тебя. Я киваю, груз нашего недавнего прошлого давит на меня. - Я чувствую, что постоянно нахожусь на взводе. И я не могу избавиться от чувства вины. Сол... что с ним случилось… что я с ним сделала... Кимир останавливается и поворачивается ко мне лицом, выражение его лица серьезное. - Ты не можешь винить себя за это, Айла. Его слова призваны утешить, но они поднимают вихрь эмоций внутри меня. - Кимир, я кое-кого убил. Моего учителя. Джедая. Может быть, для тебя это мелочь, но для меня это не так. Я слышу, как он вздыхает, тень меланхолии на его красивом лице. - Ты не можешь изменить то, что произошло. - Я знаю. Это просто... Я не знаю, как жить дальше. - Я мог бы тебе помочь. Я смотрю на него. - Если ты позволишь мне, - добавляет он. - Я не хочу никакого удаления памяти, если ты это имеешь в виду. Он хихикает. Этот звук заставляет меня слегка улыбнуться. - Нет, я имел в виду, что могу помочь тебе направить эти чувства в нужное русло, использовать их в своих интересах, убедиться, что они проходят через тебя и не разбиваются о тебя. - Это такие джедайские слова, - говорю я в шутку. - Человек предлагает тебе свою помощь, а ты так легко его оскорбляешь, - он отвечает, притворяясь оскорбленным, его рука театрально прижимается к сердцу. Его глаза искрятся весельем, уголки рта приподнимаются вверх. Я хихикаю, качая головой. - И как это произойдет? - спрашиваю я, поднимая бровь. - Я не могу тебе рассказать, я должен показать тебе, - говорит он с таинственным блеском в глазах. - Тогда ладно. Покажи мне. Я бросаю вызов, скрещивая руки на груди. Я стараюсь говорить ровным тоном, но часть меня испытывает любопытство, стремясь понять, что он имеет в виду. - Веришь мне или нет, но я не могу сделать этого здесь. Слишком много наблюдающих глаз, - говорит он, его голос понижается до заговорщического шепота, когда он оглядывает шумную рыночную площадь. Я краснею, мой разум лихорадочно перебирает возможности. Что он имеет в виду? - Ч-что, черт возьми, ты планируешь?! Ты на самом деле... - я запинаюсь, мой голос прерывается, а щеки горят все сильнее. Он смеется, глубокий, искренний звук, который эхом отдается в узком переулке. - Я говорю это самым целомудренным образом, клянусь, - уверяет он меня, поднимая руки в притворной капитуляции. - Трудно поверить, учитывая твой послужной список, - возражаю, прищурившись на него. Несмотря на мои слова, я не могу не улыбнуться его игривому поведению. - Мой послужной список? Если я правильно помню, ты тоже в нем участвуешь, - он возражает с дразнящим блеском в глазах. - Я-я ... - заикаюсь я, подыскивая ответ, но не нахожу ничего. Вместо этого я отворачиваюсь, мое лицо горит от смущения. Кимир подходит ближе, его голос смягчается. - Я серьезно, я действительно хочу тебе помочь. Его слова застают меня врасплох, и я поворачиваюсь, чтобы встретиться с ним взглядом. Игривое подтрунивание исчезает, заменяясь чем-то более глубоким, чем-то искренним. Искренность в его глазах заставляет мое сердце замирать, и на мгновение я теряю бдительность. - Даже если у тебя есть привычка раздевать меня во сне. На самом деле здесь в опасности буду я. - А!? - могу только сказать с недоверием, легонько похлопав его по руке. Он ерзает, как будто мой удар действительно причинил ему боль, и смеется. - Хорошо, - говорю я тогда, кивая. -Ты можешь мне помочь. Но если ты снова попытаешься выкинуть что-нибудь смешное... Он снова смеется, звук теплый и обнадеживающий. - Обещаю, с этого момента никаких шуток. Я делаю глубокий вдох, пытаясь унять бешено колотящееся сердце. - Мх, хорошо, я хочу тебе доверять. Признаюсь, эти слова кажутся одновременно странными и успокаивающими. Мы продолжаем идти, город Пухантабыр вокруг нас живой и вибрирующий. Рыночные прилавки, люди, шум - все это уходит на задний план. Кимир подходит ко мне сзади и кладет легкую руку мне на спину, мягко направляя меня вперед. От неожиданного прикосновения по моей спине пробегает дрожь, и я инстинктивно напрягаюсь. Он, должно быть, почувствовал мою реакцию, потому что наши взгляды встречаются, и он быстро убирает руку, его прикосновение задерживается, как призрак. Я не могу избавиться от укола разочарования из-за потери контакта. - Ты голодна? - спрашивает он мягким, но испытующим голосом. Я киваю, пытаясь игнорировать то, как мое тело реагирует на его близость. - Да, - удается произнести мне, мой голос не выдает внутреннего смятения. Он улыбается, в его глазах появляется озорной огонек. - Хорошо. Я знаю как раз подходящее место. Движимый любопытством, я следую за ним по оживленным улицам Пухантабыра. Город уже проснулся, выставляются рыночные прилавки, продавцы выкрикивают цены. Мы пробираемся через незнакомые кварталы, и я понимаю, что мы направляемся в ту часть города, которую я редко посещаю. Здания здесь выше, внушительнее. Интересно, откуда Кимир так хорошо знает этот район. Мы останавливаемся перед высоким зданием, которое совсем не похоже на ресторан или таверну. - Мы пришли, - объявляет Кимир с ноткой таинственности в голосе. Я смотрю на здание, на моем лице написано замешательство. Это выглядит как роскошное здание. - Это не похоже на место, где можно поесть, - говорю, озвучивая свои мысли. Он просто улыбается и ведет меня внутрь. Интерьер элегантный и современный, совсем не такой, как я ожидала. Мы подходим к стойке, где серокожий мужчина с шишками на лысой голове приветствует нас широкой улыбкой. - Здравствуйте! Какую услугу мы можем предложить такой красивой паре? - спрашивает он, его глаза озорно поблескивают. - У нас есть номер делюкс с прекрасным видом, идеально подходящий для молодоженов. Сегодня на него действует акция. Я вздрагиваю, мое лицо краснеет от смущения. - О, нет, нет, мы не... - заикаюсь я, обращаясь к Кимиру за помощью, но он остается совершенно спокойным. - Нам подойдет делюкс номер, - Кимир говорит серьезным тоном, не выказывая никаких признаков дискомфорта. Я дергаю его за рубашку под стойкой, пытаясь привлечь его внимание так, чтобы мужчина этого не заметил. Когда он, наконец, поворачивается ко мне, я поднимаю брови и слегка качаю головой, молча спрашивая: «Что происходит?» Он наклоняется ближе, его теплое дыхание касается моего уха. - Это идеальное место для нашего урока, - он шепчет, затем выпрямляется и возобновляет разговор с серокожим мужчиной. Я стою там, мои мысли лихорадочно соображают. Урок? В роскошном номере для молодоженов? Какой урок планирует Кимир? Мужчина вручает Кимиру две карточки-ключа и желает нам приятного пребывания. Прежде чем я успеваю сформулировать внятный ответ, Кимир обнимает меня за талию и ведет к лифту. Его прикосновение твердое, но нежное, и я ловлю себя на том, что прижимаюсь к нему, несмотря на мое замешательство. Внутри лифта Кимир нажимает одну из верхних кнопок. Лифт оживает, и я, наконец, обретаю дар речи. - Ты должен сказать мне, что происходит. Он притягивает меня ближе, его рука крепче обнимает меня за талию. - Я выполняю свое обещание помочь тебе, - говорит он низким и обнадеживающим голосом. Я делаю храброе лицо, маскируя свое беспокойство игривым вызовом. - Я точно знаю, какую «помощь» ты имеешь в виду, - парирую я. Он хихикает, его дыхание щекочет мне ухо. - О? И что это? Собравшись с духом, я начинаю отвечать. - Ты хочешь, чтобы я… Но двери лифта раздвигаются, и на пороге появляются две дамы с темно-розовой кожей, черными глазами и коричневыми рожками, которые приветствуют нас теплыми улыбками. - Добро пожаловать, пройдите сюда, пожалуйста, - говорят они в унисон, их голоса мелодичны. Я закрываю рот, мои щеки горят от смущения. Почему я всегда оказываюсь в подобных ситуациях? Кимир просто улыбается, его глаза искрятся весельем. Когда мы выходим из лифта, его руки все еще на мне, я не могу не задаться вопросом, что именно он припас для меня. Две горничные ведут нас в комнату, и я поражена тем, насколько она просторна. Помещение достаточно велико, чтобы вместить сотню человек, что резко контрастирует с нашей тесной квартирой. Я не могу не задаться вопросом, что Оша и Мэй подумали бы об этом месте. Одна из служанок подходит ко мне и жестом приглашает следовать за ней, в то время как другая делает то же самое с Кимиром. - Почему? - спрашиваю, сбитая с толку. - Это часть пакета услуг для новобрачных, - горничная отвечает с профессиональной улыбкой. Я бросаю взгляд на Кимира, который уже в другом конце комнаты с другой горничной. Он усмехается, явно наслаждаясь этим. Я пристально смотрю на него, наши взгляды встречаются в безмолвной битве желаний, пока нас не уводят в противоположных направлениях. Горничная ведет меня в комнату, напоминающую массивный встроенный шкаф. - Хотите чего-нибудь выпить? - спрашивает она. - Нет, спасибо, - я отвечаю, мое замешательство растет. Горничная продолжает показывать мне множество одежды - купальники для бассейна и джакузи, вечерние платья, которые выглядят непомерно дорогими, обувь, кричащую о роскоши, и множество украшений и аксессуаров. Я киваю, притворяясь, что слушаю, хотя у меня голова идет кругом. Как Кимиру это пришло в голову? Это место далеко за пределами наших возможностей, и все же мы здесь, в то время как Мэй и Оша собирают информацию для наших миссий или дома... Меня гложет чувство вины. Мы переходим в отдельную ванную, где горничная показывает различные предметы личной женской гигиены. Я рассеянно киваю, все больше и больше ощущая, что нахожусь во сне. Наконец, она показывает мне огромный балкон с прекрасным видом, в комплекте с джакузи и бассейном, прежде чем провести меня обратно внутрь. Мы входим в другую комнату, где я слышу, как другая горничная что-то объясняет Кимиру. Как только мы входим, лицо Кимира озаряется весельем. Меня, однако, это совсем не забавляет. Горничная поворачивается ко мне со словами. - О, смотри, теперь, когда она тоже здесь, я как раз объясняла вашему мужу назначение различных объектов. Я пытаюсь игнорировать обвинения в адрес «мужа», смотрю на предметы, на которые она указывает, и мое замешательство усиливается. Некоторые выглядят как оружие - длинные и похожие на кнуты, другие похожи на странные бомбы (?) Я поворачиваюсь к Кимиру, который едва сдерживает смех. Горничная поднимает розовый предмет с черными концами. - Это устройство находится внутри и может быть активировано внешней кнопкой. Оно одно из самых популярных, поскольку доставляет массу удовольствия, по крайней мере, так говорят нам наши клиентки. У меня отвисает челюсть, когда я пытаюсь осмыслить то, что она говорит. Осознание накрывает меня, как приливная волна, и я слышу, как Кимир срывается со смеху. Поворачиваясь к нему, я вижу, как его лицо расплывается в широкой улыбке. Мое лицо горит от смущения, когда я опускаю взгляд, чувствуя, как краска приливает к моим щекам. Кимир, должно быть, сошел с ума. Я хочу провалиться сквозь пол и исчезнуть. Горничная продолжает объяснять другой предмет, но Кимир прерывает ее. - Мы поняли. Сейчас мы хотели бы побыть одни. Мои глаза расширяются в панике. Наедине с ним после всего этого? Категорически нет. Ни за что. Отчаянно желая не оставаться с ним наедине, я спрашиваю. - Есть ли другие комнаты, которые стоит посмотреть? Горничная кивает. - Вот спальня. - Тогда давайте посмотрим это прямо сейчас. Торопливо говорю я, практически пробегая мимо Кимира и горничной. Кимир наблюдает за мной, все еще забавляясь. Мы входим в спальню, и она еще роскошнее, чем предыдущие комнаты. Огромная кровать, задрапированная дорогими тканями, а из большого окна открывается потрясающий вид на город. Но я слишком взволнован, чтобы оценить это. Пытаясь восстановить самообладание, я говорю. - Это ... мило. Кимир прислоняется к дверному косяку, его веселье все еще очевидно. - Мило? Просто мило? Я бросаю на него свирепый взгляд. - Тебе это слишком нравится. Он пожимает плечами, не раскаиваясь. -Можешь ли ты винить меня? Твоя реакция бесценна. Я скрещиваю руки на груди, пытаясь выглядеть суровой, несмотря на то, что мои щеки пылают. - Какой именно урок ты планируешь преподать мне здесь? Кимир подходит ближе, выражение его лица становится серьезным. - Все дело в контроле, Эйла. Учись управлять своими эмоциями даже в самых неожиданных ситуациях. - И это, - я указываю на экстравагантную комнату и странные предметы, - должно помочь с этим? Я думаю, в это трудно поверить. Он кивает - Все это часть процесса. Я вздыхаю, чувствуя себя подавленным. - Тебя действительно слишком. Кимир протягивает руку и нежно берет меня за руку. - Да, это именно то, что говорят многие клиентки, когда «приходят» сюда. Я снова расширяю глаза, поворачиваясь к другим служанкам, надеясь, что они его не услышали. К счастью, они, кажется, заняты разговором друг с другом. Я поворачиваюсь к Кимиру и бью его по руке. - Ты свинья. - Что? «Свинья»? - он смеется. Я даже сам не знаю, что такое свинья, я обычно слышала, как Нами говорила это Локке или нашим коллегам-мужчинам, когда она имела в виду, что у них были неприятные мысли по отношению к кому-то. - Это ты. Тупоголовый извращенец. Я постоянно указываю пальцем ему в грудь. - Я не знаю, что это значит, но приму это как комплимент. Горничные снова поворачиваются к нам, жестом приглашая следовать за ними обратно в просторную гостиную. Там, на низком прозрачном столике, стоят два стакана, наполненных желтой жидкостью. Горничные вручают по одной каждой из нас. Кимир благодарит свою служанку очаровательной улыбкой и осушает свой бокал одним глотком. Я, с другой стороны, подозрительно поглядываю на свой бокал. - Что это? - спрашиваю я, осторожно нюхая жидкость. Пахнет действительно алкоголем. - Это приветственный напиток от заведения, - объясняет одна из горничных. - Это включено в пакет, - заканчивает другой. Я колеблюсь, но вид Кимира, который все еще стоит, очевидно, невредимый после того, как выпил это, немного успокаивает меня. - Хорошо, - говорю я, беру стакан и осторожно принюхиваюсь. Пахнет... хотя и довольно приятно. Горничные остаются стоять там, улыбаясь, явно ожидая, когда я выпью. Чувствуя давление, я делаю осторожный глоток, затем еще один, слегка приподнимая свой бокал, чтобы показать им, что я его выпила. Они улыбаются еще шире и говорят в унисон. - Мы надеемся, что у вас был замечательный отдых. Если вам что-нибудь понадобится, не стесняйтесь обращаться к нам. Хорошего дня, - прежде чем оставить нас в покое. Я раздраженно ставлю свой стакан обратно на стол. - Слишком настойчивы, - я бормочу. Кимир, уже растянувшийся на диване с закрытыми глазами, устало вздыхает. Я искоса смотрю на него, чувствуя смесь раздражения и любопытства. Он открывает один глаз и ухмыляется. - Я чувствую твою ненависть ко мне. Не ненавидь меня слишком сильно, Айла. У меня тоже есть чувства, ты знаешь. - Что, черт возьми, с тобой не так? - я огрызаюсь. - Какой во всем этом смысл? Он садится. - Я же говорил тебе, это для того, чтобы помочь тебе. - Как это поможет мне? – задаю встречный вопрос, расхаживая перед ним. - Играя в игру «Медовый месяц»? Странные комнаты со странными предметами, которые ... - я останавливаюсь, смущенная, не в силах закончить предложение. - Тем временем Оша и Мэй делают серьезную работу, которую мы тоже должны делать. Кимир наклоняется вперед, выражение его лица серьезное. - Это серьезно, Айла. - Правда? Потому что мне так не кажется. - Ты голодна? - он спрашивает снова, его тон странно настойчивый. - Нет, я не голодна, - огрызаюсь я, чувствуя, как во мне закипает разочарование. – Перестань избегать проблемы! Он встает, сокращая расстояние между нами. Кимир хихикает, в его глазах мелькает озорство. - Прекрасно, но я готов, а ты, возможно, захочешь что-нибудь съесть позже. Тебе понадобится энергия. - Энергия для чего? - спрашиваю, мое сердце колотится. - Для урока, - он отвечает, его голос понижается до хриплого шепота. - Ты хотела узнать, как контролировать свои эмоции, верно? Я делаю шаг назад, мой пульс учащается. - И как именно ты планируешь «научить» меня этому? Кимир ухмыляется, делая шаг ближе. - Раздвигая ваши границы. Заставляя вас встретиться лицом к лицу со своими страхами и желаниями. От интенсивности его взгляда у меня по коже бегут мурашки. - Похоже, это может заинтересовать тебя больше, чем меня, - говорю, хотя часть меня заинтригована. - Возможно, -признается он, его губы изгибаются в дразнящей улыбке. - Но ты заинтригована этим, не так ли? Я колеблюсь, воздух между нами потрескивает от невысказанного напряжения. - Возможно, - наконец признаю я, мой голос едва слышен. Его улыбка становится шире. - Хорошо. Прежде чем я успеваю отреагировать, Кимир сокращает расстояние между нами, его рука мягко ложится на мои бедра. От этого контакта по моей спине пробегает дрожь, и я чувствую, как мое сердце бешено колотится в груди. - Первый урок, - бормочет он, его теплое дыхание касается моего уха. - Доверяй себе. Я тяжело сглатываю, в голове вихрь замешательства и возбуждения. - Что ты..? - Ты была права насчет того, что у меня были другие намерения, и ты знала, но все равно решила проигнорировать это. Это сделало тебя слабой, и теперь ты находишься здесь с извращенной свинячьей головой. Я хихикаю. - Но даже в этом случае есть выход, ты все еще можешь контролировать ситуацию. - Как? - спрашиваю я, поднимая лицо, чтобы встретиться с ним взглядом. - Отпуская, - говорит он, его большой палец касается ткани моей рубашки на бедре. - Отпусти чувство вины, страх. Наслаждайся моментом. Я смотрю в его глаза, обнаруживая глубину искренности, но все равно чувствую себя немного игривой. - Похоже, это тоже может пойти тебе на пользу, - шепчу я. - Верно, - отвечает он, слегка отступая, но держа руку на моих бедрах. - Итак, ты уверен, что не голодна? Я смеюсь, напряжение немного спадает. - Может быть, немного. - Хорошо, - говорит он, его глаза мерцают. - Потому что здесь готовят лучший стейк, который я когда-либо ел, вот почему я выбрал это место. Я поднимаю бровь, не совсем веря его словам. Я не думаю, что это было причиной его выбора. Кимир заказывает еду, и я не могу не наблюдать за ним, пока он удерживает телефон в комнате между ухом и плечом, его пальцы скользят по цифровому меню на информационной панели. Есть что-то странно завораживающее в том, как он работает в режиме многозадачности, в непринужденной грации, с которой он справляется даже с обыденными задачами. Странные мысли вторгаются в мою голову - что могло произойти между нами здесь, наедине, в этом роскошном помещении? Здесь также есть джакузи... Нами рассказывала мне истории о том, что происходит внутри джакузи. И как бы мне ни хотелось казаться выше этого, мы сейчас здесь, почему бы не воспользоваться моментом? Хочешь попробовать, Кимир? Я гибкая. Я слегка посмеиваюсь над собственными мыслями. Внезапно Кимир поворачивается ко мне, его глаза расширяются от удивления. Мое сердце замирает, и я подозреваю, что он, возможно, почувствовал мое волнение. Я знаю, что он не может слышать мои мысли, но он может чувствовать чувства, черт возьми. Я быстро беру себя в руки, придавая своему лицу выражение спокойного безразличия. Он возобновляет разговор по телефону, заканчивая заказ, и я пользуюсь возможностью отойти, делая вид, что интересуюсь другими комнатами. Что угодно, лишь бы отвлечься от напряженности момента. Проходя по комнатам, я слышу голос Кимира, постоянное напоминание о том, что он занят, и это почему-то успокаивает меня. Но затем его голос умолкает. Должно быть, он закончил разговор. О нет. Я понимаю, что снова забрела в спальню. Меня охватывает паника, и я быстро поворачиваюсь, чтобы уйти, но Кимир уже у двери, преграждая мне путь. Его глаза прикованы к моим, и я чувствую, как учащается мое сердцебиение. - Что ты делаешь? - спрашивает он с любопытством в голосе. Отчаянно пытаясь найти тему, я выпаливаю. - Знаешь, я только что заметила, что здесь только одна кровать! Он заходит в комнату, на его губах играет легкая ухмылка. - Так делаются комнаты для новобрачных, Айла. Я продолжаю, мои слова вываливаются в спешке. - Ах да? Что ж, может быть, нам стоит попросить дополнительную кровать. Так было бы намного удобнее. Он тихо подходит ко мне, его присутствие подавляет. Я продолжаю бормотать о практичности дополнительной кровати, пытаясь заполнить пространство между нами словами. Кимир останавливается прямо передо мной, его глаза серьезны. - О чем ты думал раньше? Я заикаюсь. - Что? Ничего. Я просто думала об этом, - я слегка поворачиваюсь, неопределенно указывая на комнату, в которой мы находимся. Он на это не купился. Игривый тон, который был раньше, исчез, сменившись чем-то более глубоким, более интенсивным. - Айла, - говорит он тихо, но твердо. Он хочет серьезного ответа... Я тяжело сглатываю, чувствуя тяжесть его взгляда. - Я ... Я думала о джакузи. Выражение его лица смягчается, в глазах появляется проблеск понимания. - И? - И ... - я колеблюсь, мое сердце колотится в груди. - Я никогда не пробовала это - моя подруга Нами рассказала мне об этом, но здесь... Я никогда этого не пробовала, - повторяю я, изо всех сил стараясь казаться искренним. Кимир подходит на шаг ближе, его голос низкий и успокаивающий. - Хочешь попробовать? Я поднимаю на него глаза, напряжение между нами потрескивает, как электричество, - Но еда... Он мягко прерывает меня, его рука убирает выбившуюся прядь волос с моего лица. - Напоминаю тебе, что я чувствую то же, что и ты. У меня перехватывает дыхание, и я чувствую, как дрожь пробегает по спине. Его прикосновение теплое, успокаивающее, но от него моя кожа горит. - Кимир, - шепчу я дрожащим голосом. Он наклоняется ближе, его губы почти касаются моих. - Да, Айла? Я заглядываю ему в глаза и нахожу там смесь эмоций - озабоченность, желание, понимание. - Это весело, когда мы ходим туда-сюда, но… - признаю. - Ты боишься? Что должно произойти? - он спрашивает. Я закрываю глаза и делаю глубокий вдох. - Ты и я. Ты это знаешь. Его губы изгибаются в нежной, но грустной улыбке. - Ты прав, - говорит он, делая шаг назад, собираясь покинуть комнату. Прежде чем я успеваю обдумать это, я сокращаю оставшееся расстояние между нами, прижимаясь губами к его губам. Поцелуй поначалу нежный, неуверенный, но он быстро углубляется, подпитываемый невысказанным напряжением, которое нарастает между нами. Его губы все такие же мягкие, какими я их помню. Когда мы наконец расстаемся, мы оба тяжело дышим. - Это, - бормочет он, - сбивает с толку. Я киваю, чувствуя, как меня захлестывает чувство вины. - Я знаю. Ну, ты и меня сбил с толку своим поведением. - говорю я ему, пытаясь восстановить некоторый контроль над разговором. Кимир выглядит искренне озадаченным. - Что ты имеешь в виду? - С тех пор, как мы приземлились здесь, ты только и делал, что избегал меня, - говорю я, чувствуя смесь разочарования и обиды. Он поднимает бровь. - Это неправда. Если уж на то пошло, я подумал, что тебе нужно место, поэтому не настаивал. - Я никогда не избегала тебя, - говорю я, немного обиженный его обвинением. Даже чувствуя себя немного задетой из-за того, что он подумал, что. Взгляд Кимира смягчается, но он не отступает. - В первую ночь здесь я подошел к тебе, чтобы спросить, все ли с тобой в порядке, поскольку ты сказала, что устала. Ты уклонилась от моего прикосновения и сказала, что тебе ничего не нужно, затем ты ушла в свою комнату. И ты даже не разговаривала со мной два дня. Я начинаю протестовать. - Но это не…. -затем меня осеняет воспоминание. - Ах... - Ах, - вторит он с ноткой удовлетворения в голосе. -Теперь ты вспомнил? - Я не хотела так реагировать, - быстро говорю я, чувствуя укол вины. - Но ты это сделала, - мягко говорит он. - И теперь ты не можешь просто сказать, что этого не было. Правда вырывается наружу прежде, чем я успеваю ее остановить. - Я сделала это, потому что мысль о том, чтобы находиться с тобой в одной комнате, заставляла меня нервничать. Он хмурится, сбитый с толку. - Нервничать? Почему? Я делаю глубокий вдох, пытаясь объяснить. - На корабле у меня была своя комната. Когда ты приходил посмотреть, все ли со мной в порядке, нас никто не беспокоил. Но в квартире всегда кто-то есть. - Ты выбрала комнату с Ошей. У Мэй не было проблем с проживанием у своей сестры, - указывает он. - Я знаю, - говорю я, чувствуя, как меня захлестывает сожаление. - но сейчас я ничего не могу с этим поделать. Кимир подходит ближе, его взгляд смягчается. - Айла, тебе не нужно нервничать рядом со мной. Я смотрю на него, мое сердце бешено колотится. - Все не так просто, Кимир. Он протягивает руку и нежно гладит меня по руке. - Может быть, так и будет, если мы позволим этому. Я тяжело сглатываю, чувствуя напряжение между нами. - И как мы это сделаем? - Оставаясь честными друг с другом, - мягко говорит он. Я медленно киваю, осознавая правдивость его слов. - Хорошо. Итак, теперь ты можешь признать, что привел меня сюда под предлогом урока, просто чтобы делать грязные вещи. Он улыбается искренней, теплой улыбкой, которая заставляет мое сердце трепетать. - Еду принесут, и кто-то должен пойти открыть им дверь, - говорит он, избегая моих слов, и выходит из комнаты. - Эй! Ты только что сказал быть честным! Я выгоняю его в другую комнату *** Еда оказывается такой же вкусной, как и обещал Кимир. Он объясняет мне, что многие люди ходят туда просто на бизнес-ланч из-за хорошей еды и дополнительного обслуживания в номер. Когда я спрашиваю о цене, Кимир говорит, что это на удивление доступно, к моему большому удовольствию. Это заставляет меня думать, что он хотел привести меня сюда, чтобы отвлечь меня и отвлечь мой разум, он, должно быть, заметил мою меланхолию в эти дни. Иногда я с трудом верю, насколько чутким он может быть, даже если со стороны так не кажется. Возвращаясь к настоящему, я предлагаю. - Нам следует как-нибудь привести сюда Ошу и Мэй. Хотя, может быть, не в комнату для новобрачных. Кимир качает головой «Нет». - Почему нет? Я думаю, им бы это понравилось, - отвечаю я. - Они бы этого недостаточно оценили, - он говорит с ухмылкой. Я поддразниваю его. - И ты должен ценить это «достаточно», чтобы наслаждаться комнатой с видом, бассейном и шкафом, полным дорогих вещей? - Да, - просто отвечает он. Я поднимаю бровь. - И ты думаешь, я могу оценить это лучше? Кимир смотрит на меня, и я внезапно осознаю, что сижу, скрестив ноги, со стаканом какого-то прозрачного розового напитка в руке, излучая непринужденную элегантность. - Ладно, поняла, - говорю я с озорной улыбкой. Кимир смотрит на меня и улыбается в ответ. Я наблюдаю за ним, делая еще один глоток своего напитка. Возможно, пузырьки ударили мне в голову, но его взгляд кажется слишком пристальным, когда он смотрит на меня. Я допиваю свой бокал и ставлю его на маленький столик. - Итак, - я встаю, подхожу к Кимиру и обхожу маленький столик. - когда мы начнем урок? Я сажусь слишком близко к нему на диване. - Когда захочешь, - спокойно отвечает он. Я придвигаю свое лицо ближе к нему. - Сейчас, - говорю я, стараясь звучать чувственно, и меня внезапно охватывает прилив уверенности. Похоже, это не влияет на Кимира, который встает, говорит «Ну что ж» и переходит на другую сторону стола. - Итак, что касается контроля над переполняющими чувствами, когда ты не можешь заснуть, ты можешь сделать три вещи: первую я узнал, когда оказался один в ... Я слушаю, немного разочарованный, поскольку я действительно убедила себя, что урок был всего лишь отговоркой со стороны Кимира. Но сейчас он напоминает мне настоящего мастера-джедая - сексуального, мускулистого, красивого мастера. Я улыбаюсь, прикусывая губу, чтобы сдержать улыбку. Кимир замечает это и прерывает его объяснение. - Ты находишь это забавным? Моя травма забавна? Я пытаюсь снова стать серьезным, сдерживая улыбку. Я даже не слушал, что он говорил. - Вовсе нет, мастер, - говорю я, делая ударение на последнем слове, чтобы оно звучало сексуально. Что было в том напитке? - Послушай, - предупреждает он серьезным тоном, игнорируя то, как я его назвала. Затем он продолжает объяснять, как направить переполняющие чувства в световой меч. - Ты должна прочувствовать каждое маленькое чувство внутри себя, хорошее и плохое. Точно так же, как ты это делала, когда... Я стараюсь изо всех сил, но не могу обращать внимания на его слова, вместо этого сосредоточившись на его движениях, когда он приводит мне пример техники. Я глубже опускаюсь на диван, подношу руку ко рту и играю нижней губой, думая о том, насколько полезнее было бы, если бы Кимир объяснил мне эти вещи без рубашки. И воображая это. Кимир останавливается, свирепо глядя на меня. - Ты не обращаешь внимания. Я улыбаюсь , продолжая играть губами, и отвечаю. - Нет, не обращаю, - и оглядываю его с ног до головы, практически пожирая глазами. Он вздыхает, слегка качая головой, но на его губах появляется намек на улыбку. - Айла, сосредоточься. Это важно. Я тихо смеюсь, не в силах сдержаться. - Я сосредотачиваюсь, поверь мне. Он подходит ближе, его присутствие ошеломляет. - Если ты не будешь обращать внимания, мне придется найти другой способ научить тебя. Мой пульс учащается. - И каким бы это было способом? - спрашиваю я, мой голос едва громче шепота. Кимир наклоняется ко мне. - Ты узнаешь, если будешь продолжать отвлекать себя этими дикими мыслями. Мое сердце бешено колотится, напряжение между нами почти осязаемо. - О, тогда слишком поздно. Кимир слегка отстраняется, его глаза впиваются в мои с такой интенсивностью, что у меня перехватывает дыхание. - Как я и говорил, световой меч можно использовать по-разному, ты это знаешь, потому что этому тебя учат в ... Мои губы растягиваются в дразнящей улыбке. - Ты выглядишь некомфортно во всей этой одежде. Он хихикает, качая головой. - Твоя конечная цель - заставить меня раздеться? - Ну, разве не то же самое привело меня сюда? - я поддразниваю. Кимир вздыхает, улыбается и подносит руку к лицу, словно пытаясь успокоиться. - Ты играешь с огнем. Я озорно ухмыляюсь. - Я люблю огонь. Он снова вздыхает, теперь явно сдаваясь. - Ты не хочешь слушать меня сейчас, не так ли? - Это потому, что, - отвечаю я, удобнее устраиваясь на диване. - Есть кое-что гораздо более важное и стимулирующее, что мы двое можем сделать. Он приподнимает бровь, в его глазах появляется намек на любопытство. - И что бы это могло быть? Я ухмыляюсь, мои глаза озорно мерцают. - Здесь есть джакузи, верно? Кимир медленно кивает. - Да, ты говорила мне. Я начинаю расстегивать рубашку, не торопясь с каждой пуговицей. - Что ты делаешь? - недоверчиво спрашивает он. - Я собираюсь надеть купальник, - говорю я, направляясь в раздевалку и преувеличенно покачивая бедрами. -Ты должен сделать то же самое. Кимир недоверчиво наблюдает за происходящим, бросая взгляд на бутылку, которая прилагалась к еде. - Странно. Я делаю паузу, моя рубашка наполовину расстегнута, и спрашиваю. - Что? - Этот напиток безалкогольный, - говорит он. Я смеюсь, качая головой. - Тогда тем больше причин воспользоваться джакузи, - говорю я, исчезая в гардеробной. Несмотря ни на что, я чувствую легкую эйфорию. Если это не из-за выпивки, то что бы это могло быть? Я никогда себя так не чувствовала. Я начинаю просматривать купальники, которые показала мне горничная, но ни один из них не кажется подходящим. Все они кажутся слишком прикрывающими. Забавно, я думаю, поскольку это все равно купальники из двух частей. Но я хочу быть немного сексуальной, хотя бы сегодня, как только я уйду отсюда, я разберусь со своим чувством вины, если оно у меня будет.