Глава 5. Омут памяти

      Геллерт Гриндевальд. Сильнейший тёмный маг всех веков. Он стоял в одной из комнат своего пристанища, если это можно так назвать. В стекле он рассматривал своё отражение, которое плавно переходило в молодую девушку, очень похожую на него. Он рассматривал там свою дочь, наблюдал за ней,как она сидела на диване и читала книгу. Он восхищался ей, не видел в ней недостатков. Для него, она была безупречной. Сам Геллерт не мог поверить, что именно от него такое прелестный ребёнок смог появиться на свет. Ради неё он был готов пожертвовать всем, чтобы та жила идеально. Все противники Гриндевальда считали, что слабостей у него нет, но кто бы мог поверить в то, что его слабостью является маленькая гриффиндорка?        По комнате раздался стук, мистер Гриндевальд обернулся и посмотрел на мужчину, который зашёл в комнату. Вокруг его глаз был ожог, который постепенно проходил. Хельмут хотел палочкой исцелить себя, но тёмный волшебник приказал ему это не делать, в напоминании о том, что он не смог одолеть волшебницу без палочки. После мужчины зашла высокая женщина. С чёрными,как ночь волосами— Винда Розье. —Мистер Гриндевальд,— мужчина подошёл ближе к тёмному волшебнику. Он начал его страшиться после того, как он не смог выполнить простейшее задание. Привести его дочь. Геллерт Гриндевальд рассердился на него, что кинул в него Круциатус.— Позвольте мне выполнить то задание... Я обещаю, в этот раз я вас не подведу...        Голос Хельмута стал более хриплым от страха. Гриндевальд подошёл к нему вплотную уставившись ему в глаза. Взгляд тёмного был неживым, пугающим. —Как ты выполнишь его? М? Ты её без палочки не смог забрать. А тут, когда она всё время будет ходить с ней, да ещё и с друзьями. Сможешь?        Голос был всё строже и строже. Раньше он мог положиться на Хельмута, но после этого, точно нет. Геллерт указал приспешнику на дверь, тот вышел из комнаты. Отвернувшись, он вновь уставился в окно. —Она не пойдёт ни с кем. Отправляй сколько хочешь,— Винда Розье, единственная кто не боялась Гриндевальда. Она могла перечить ему, но Геллерт ни разу не гневался на неё.— Если ты хочешь с ней поговорить, то ты должен сам прийти. —Сама знаешь, я не могу. —Мог бы, если захотел. Геллерт...— Винда подошла к Гриндевальду и взяла его за плечо.— Она не маленькая девочка. Сейчас ты ей уже не нужен. Признай это.— она взяла тёмного волшебника за подбородок и заставила перевести на себя его взор. Глядя в глаза, она ему сказала:— Кого бы ты к ней не отправил, она одолеет его. Сам Дамблдор обучал её сражаться. Ты думаешь после этого всего ты ей нужен? Я не думаю. Ей не 5 лет, она не станет тебя слушаться. Признай, что ты ей больше не отец... —А кто ей отец? Альбус Дамблдор?— голос стал строгим, пугающим.— Я не позволю, чтобы он отнял её у меня. —Он уже это сделал и ты сам дал ему шанс забрать её, вспомни. Оставь её и не мучай. Ведь ты даже не пришёл на похороны её матери... Этого она тебе не простит никогда.        Последние слова были сказаны шёпотом. Взгляд Гриндевальда изменился, он стал более мягким. После этих слов Розье вышла прочь из комнаты. Он вновь остался в своих чувствах. Думая о всём. В глубине своей души он знал, что всё сказанное Виндой правда. Но признавать это пока вовсе не хотел. Как отец может отпустить собственного ребёнка?        Он вспоминал, когда 17 лет назад он только увидел её мать. Она была прекрасна. Изумительна. Женственна. Когда он впервые взял на руки свою дочь. Он любил Алексию, как мать своего ребёнка и даже больше.        Гриндевальд подошёл к стэнду с книгами взмахом руки выдвинул Омут памяти. Приложив палочку к виску, он вытащил из себя светло-голубую нить. Взмазнув палочкой, он выкинул её в Омут. Нагнувшись, он начал тонуть в своих воспоминаниях.        Одиннадцатый день рождения его дочери. Долгожданный день. Геллерт Гриндевальд видел маленькую девочку у пруда. Она была в красивом, длинном голубом платье. Её светлые волосы заплетенные в высокий хвост. Он сразу же понял, что это была его дочь. Его София. Он начал подходить к ней, как она сразу повернулась к нему и с криками "-Папа!" побежала к нему. Он поднял её на руки, как тут же она очень крепко обняла его. Из дома, который находился рядом с прудом вышла девушка. Лет 30. Темно-каштановые волосы,были распущены и идеально подходили к её бирюзовому платью, в котором она была. Она подошла к Гриндевальду и поцеловала того в щёку. Маленькая девочка, которая пылала от счастья, повернулась к своей матери с радостным тоном произнесла: —Папа приехал,— София поцеловала отца в щёку. Ещё тогда она не подозревала, что её отец- это страх всей магической Европы. Она считала его добрым, ведь всё что рассказывала ей мама про него — это самое светлое. Для неё он был героем до поры до времени.        Алексия улыбнулась дочери. Геллерт отпустил её на землю, за его спиной стояла женщина, Винда. Алексия движением руки поприветствовала её. Они были в хороших отношениях, даже подругами. —Что ж, давайте пройдём в дом,— волшебница указала дверь, и взяла дочь за руку,— Еда стынет, зря готовила что-ли.— Геллерт перехватил руку дочери и посмотрел на свою бывшую девушку, если это можно было так назвать. —Я хочу прогуляться с ней сейчас, еда подождёт, далеко не убежит.        Он даже не спрашивал у неё разрешение. Алексия молча кивнула и пригласила Винду с ней поесть. Розье улыбнулась ей и она взяла её под руку, они вместе скрылись за дверями дома. Гриндевальд повёл свою дочь к озеру, он присел на траву и смотрел, как его дочь бегала с одной кувшинки на другую. Она сорвала цветочек и подойдя к отцу вручила ему, он взял его и надел дочери за ухо. Жёлтый цветок от кувшинки идеально подходил к её глазам и подчёркивал её красоту. —Ты надолго приехал? Я не хочу чтобы ты уезжал. — голос маленькой волшебницы был жалок, что затронуло сердце тёмного. Он знал, что находится с нею рядом будет опасно для неё. Его враги только и ждут, когда он покажет свои слабости, как бы Гриндевальд не хотел, он мог остаться с дочерью. —Я не могу, милая моя...— рядом с ней Геллерт чувствовал себя слабым. Изначально он и поверить не мог, что этот ребенок его творение. Он не хотел признавать это. Но спустя несколько месяцев, когда это чудо появилось на свет, он признал. Он обещал, что никто не посмеет тронуть её, он дал обещание защищать. —Да, мама говорила, что ты не можешь...Так ты надолго? —Надеюсь, что да. — маленькая девочка обняла своего отца, так крепко, насколько могла. Он обнял её в ответ, в надежде не отпускать её. Он не хотел, чтобы та видела в нём чудовища, но рано или поздно, кто-то расскажет ей о том, кто на самом деле её отец. —Хочешь я тебе какое-то покажу... Только маме не говори, ей не нравится когда я так делаю.        Гриндевальд молча кивнул ей, она взяла его за руку и повела в лес, который находился рядом с домом. Всю дорогу они молча шли, пока не вышли на поляну. Она была заполнена цветами разных оттенков, разных видов. Девочка приподняла руки наверх и все цветы которые были на поляне начали кружиться в воздухе. На этот момент волшебник был в изумительном шоке, он восхищался своей дочерью. София побежала в середину поляны, сквозь её волосы проходили цветы. Белоснежные пряди волос блестели при свете солнца. Геллерт смотрел на свою дочь с любовью, с восторгом. Он был счастлив в эти минуты, так как ещё не был. Неожиданно для него, девочка взлетела в воздух. "Она может летать..."— прошептал тёмный маг. Она была великолепна. Уже в 11 лет она обладала такой силой, что же ждёт её в будущем. Все цветы вернулись на своё место. София опустилась на землю и с счастьем на глазах побежала к отцу. —Ты видел как я могу,— Геллерт приспустился на одно колено. Он поправил пряди волос, которые выпали во время полёта и с гордостью посмотрел на неё. —Это изумительно. Просто невероятно. Ты обладаешь выличайшим даром, дочь моя. Ты станешь величашей ведьмой в истории и я этим очень горжусь.— София вновь прижалась к своему отцу. Он поднял её на руки, как пёрышко.        Через пару минут они оказались у дома, зайдя внутрь, перед ними находился стол, полоный еды. Геллерт опустил её с рук и посадил за стол, сев рядом с он. Алексия поправила ему галстук, который стал наперекосяк после того, как он опустил дочь с рук. Они сидели за стол, общаясь между собой. Они шутили, обсуждали будущее Софии. Соф посмотрела в окно и заметила сову вдалеке. Она с криками побежала к окну и отрыв его дожидалась. Сзади к ней подошла Винда и придержала её за плечо. Приземлившись на подоконник, Соф забрала у неё письмо и реверансом поблагодарила её. Это вызвало и Винды и Алексии умиление. Они переглянулись меж собой, Розье обратно села на своё место и смотрела на реакцию девочки. Соф неуклюже начала распечатывать его, она была рада, что там оказалась печать школы "Хогвартс", она мечтала поступить туда из-за рассказов Альбуса Дамблдора. Когда она распечатала его, то прочла его в слух, по всему дому разнеслись крики с радостью. Она начала прыгать от счастья, бегать по всему дому со словами "Я буду учиться в Хогвартсе!!!", пока её мать не забрала письмо и не положила на полку. Девочка обиженно посмотрела на мать и фыркнув ей, она отвернулась. —Порадуешься завтра. А сейчас спать, время уже поздней. —Сейчас только 9...— девочка сложила свом руки на груди и злобно смотрела на свою мать. Она же спородировала её действия. София не стала спорить с ней и посмотрела на отца,— Папа, почитаешь сказку? —Конечно.        Гриндевальд взял свою дочь за руку и повёл на второй этаж в комнату.        Он прочёл ей 3 сказки, ведь под первые две она не могла уснуть, а под третью с удовольствием закрыла глазки. Гриндевальд осторожно покинул её комнату, спустившись на первый этаж, он собирался уходить. Винда уже ждала его на улице. Как только он направился к выходу, его остановил голос сзади. —И не попрощаешься? — повернув голову, он увидел симпатичную женщину. В прекрасном бирюзовом платье. —Я подумал ты уже спишь. —Я не про себя. Что ты творишь?— голос изменился, из нежного он стал строгим, жёстким. Она спустилась к нему по лестнице и очень близко подошла к нему.— Почему ты так поступаешь? Она не видела тебя три года. И ты уходишь не попрощавшись с ней. У неё праздник. —Я не могу с ней попрощаться, потому что она расстроится и из-за этого, я не смогу её покинуть. Её слезы остановят меня, но я должен уйти. —Геллерт, тебя практически нет в её жизни. Ей нужен отец, она скучает по тебе. Этой осенью она поступает в Хогвартс, она хочет чтобы ты отпраздновал это с ней, разделил её счастье. А не чтобы ты читал ей эти проклятые сказки,— Алексия прикоснулась своей рукой к его щеке, его взгляд резко изменился,— Геллерт, я боюсь за неё. С каждым днём её магия становится не управляемой. Она может сдержать её в себе, не может обуздать. Я не могу обучить её, потому что не разбираюсь в магиии такого уровня. Она может летать, исцеляет цветы, животных. Я не знаю, что мне делать... —Альбус может обучить её. Я уверен, он позаботиться о ней, защитит её в Хогвартсе. Я ему доверяю,— Геллерт убрал её руку от своего лица и направился к выходу,— Скажи ей, что я люблю её.        Всё начало размываться, Геллерт вернулся в реальный мир. Его взгляд стал слабым, он притронулся своей рукой к щеке, вспоминая прикосновение Алексии. Он выкинул Омут памяти в сторону. Он был зол. Зол на себя самого, что не ценил Алексию, что не навещал свою дочь. Он сам настроил свою Софию против себя. Сам показал ей, кто он на самом деле. От его гнева по комнате начали летать разные предметы. Посмотрев в зеркало, он не узнавал самого себя. В отражении был волшебник, вид которого был жалок. Взмахом палочки, он вышвырнул зеркало в камин. От бессилия, тёмный маг рухнул на пол. —Прости меня, Алексия. Я не стал для неё отцом, которого ты просила...— по щеке тёмного покатилась горячая слеза.