Внешний мир. Часть 2

В одну особенно мрачную ночь Руи, сидя на краю своей кровати, погрузился в глубокие раздумья. Его голубые глаза отражали ужас и усталость. Он стал чувствовать, как стены комнаты давят на него, и как чувство изоляции и безысходности охватывает его. Внутренние демоны, которых он пытался игнорировать, начали поглощать его сознание. Его тревога росла, и он начал осознавать, что его старания держаться на плаву начали давать трещину. Юки, находясь в своей комнате, ощутил нарастающий стресс и боль брата через свою телепатическую связь. Его обычно спокойное выражение лица было заменено на беспокойство. Каждый раз, когда он чувствовал, как Руи погружается в отчаяние, его собственное спокойствие начинало трескаться. — Руи, ты должен успокоиться, — мысленно обращался Юки к брату, его голос был наполнен глубоким беспокойством и нежностью. — Мы вместе в этом. Я здесь с тобой. Однако Руи, уже потерявший веру в будущее, был поглощён своим внутренним адом. Его тревога достигла такого уровня, что однажды ночью он решился на крайний шаг, который казался ему единственным способом освободиться от боли. В тишине ночи, когда лаборатория погружалась в глубокий сон, Руи, под давлением внутренних демонов, начал задумываться о необратимом. Он знал, что это был крайний шаг, но внутреннее отчаяние подталкивало его к этому действию. Его руки дрожали, и каждая секунда казалась вечностью. Руи держал в руках небольшой, но острый осколок стекла, что ранее он подобрал в одной из комнат для экспериментов. Осколок слегка отблескивал от тусклого света комнаты. Он сидел в углу своей комнатки и держал острие над рукой, беспокойно и прирывисто дыша. В мёртвой тишине лаборатории каждая секунда казалась бесконечной. Первая капля крови, густая и ало-красная, медленно сорвалась с раны. Она достигла пола с тихим, но отчетливым звуком, словно дробинка, упавшая в глубокую воду. Кровь медленно мешалась с слезами, падающими на руки и пол. Юки, почувствовав резкий всплеск боли и страха, немедленно активировал свои телекинетические способности. Его глаза были полны решимости и страха, когда он бросился к стеклянной перегородке, пытаясь разрушить её. Его чувства были переполнены тревогой и желанием спасти брата. — Нет, Руи! — мысленно закричал Юки, пытаясь успокоить брата. — Блять.. Успокойся прошу тебя, остановись! Ай, в своём новом, строго охраняемом помещении, почувствовала, что что-то пошло не так. Её глубокое понимание ситуации и интуиция заставили её действовать. Спокойствие, с которым она обычно справлялась со всеми трудностями, сейчас стало её главной силой. Понимая всю серьёзность ситуации, она немедленно связалась с Никки. Никки, зная, что происходит, быстро направился к месту происшествия. Его лицо было сосредоточенным и мрачным. Он чувствовал внутреннюю борьбу, когда поднимался по коридорам лаборатории. В его взгляде было отражение глубокой тревоги и решимости. Когда сотрудники лаборатории обнаружили, что Руи пытается самовыпилиться, они немедленно вмешались. Медицинская команда, действуя быстро и слаженно, стабилизировала состояние Руи. Его тело, покрытое следами от попытки, было аккуратно перевезено в медицинское отделение. Юки, находясь за стеклянной перегородкой, был в состоянии полного отчаяния. Он наблюдал, как сотрудники лаборатории оказывают помощь брату, и его собственная боль была почти невыносимой. Каждое действие, каждый звук, казались ему напоминанием о том, как сильно он потерял связь с братом. — Мы должны что-то сделать, сказал Юки Никки, его голос был полон решимости и гнева. — Это невозможно продолжать, это разрушает нас. Никки, понимая, что ситуация требует немедленного вмешательства, посмотрел на Юки с глубоким пониманием. — Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы помочь вам, - сказал он с искренним сожалением. — Но нам нужно быть осторожными и действовать продуманно. Учёные, понимая, что ситуация выходит из-под контроля и что риски стали слишком велики, усилили меры предосторожности. Камеры наблюдения и охрана были усилены до предела, чтобы предотвратить любую возможность побега или дальнейших попыток самоповреждения.