Глава 2

Глава 2

Люблю когда Лондон встречает мен естественной для него прохладой. Пора бы достать своё пальто, осень здесь очень влажная. Когда я возвращаюсь домой, то вижу письмо которое лежит под моей дверью. Бумажное, такое я сто лет не держал в руках. Это приглашение на выставку. Выставку Эмили. Она решила проложить наше совместное дело? « Дорогой Хью! Я приглашаю тебя на свою выставку «Красные нити любви», и надеюсь что ты примешь моё приглашение. Ты являешься важной частью этого события. 25.10 18:00 С радостью, Эмили » В этом была вся она. Девушка которая появляется резко и без предупреждения, но будто бы ничего и не произошло. Для чего это? С какой целью? Я рву это письмо и бросаю в мусорку в прихожей, и забываю об этом надолго. Мой напарник Джин сегодня разрывает мой телефон. В одном из наших центров сломалась музыкальная аппаратура, он ждет когда мы сможем обновить состав техники. Но прошу, только не сегодня. После горячего душа, я выхожу с полотенцем которое крепко завязано на нижней части моего торса и выпиваю свежий кофе. Конечно же после прибытия я решил отдохнуть, сам не заметил как начал дремать на сером диване в зале, раскинув руки в разные стороны, а телефон на моей груди. От вибрации моё тело нервно вздрагивает, будто бы вот вот я должен был упасть в бездну. Сонными глазами смотрю на экран «Стелла отправила вам запрос на подписку». Какая к черту Стелла? Её профиль тоже закрыт, но именно по фото профиля она мне кажется очень знакомой. Я отбрасываю телефон на ковер и сплю пока мне не позвонит Джин. Телефон снова завибрировал, и я нехотя потянулся за ним. Джин был на линии, и я поднял трубку, прищурившись от яркого света экрана. — Хью, ты где? — раздался взволнованный голос Джина. — Нам срочно нужно новое оборудование, иначе сегодняшний вечер пропадет. — Ладно, ладно, я встаю, — буркнул я и поднялся с дивана, стараясь привести себя в порядок. — Встречаемся через час у магазина. Когда я наконец добрался до магазина музыкальной аппаратуры, Джин уже был там, ожидая меня с нетерпением. Мы быстро обсудили, что именно нужно купить, и отправились внутрь выбирать новое оборудование. Джин всё время что-то говорил, но я был погружен в свои мысли, размышляя о письме Эмили и том, что оно значило для меня. После покупки оборудования мы направились в бар, наш любимый «Золотой лев». Это место всегда приносило мне чувство уюта и спокойствия. Заказав по бокалу пива, мы устроились за угловым столиком. — Тяжелые времена, дружище, — начал Джин, отпивая пиво. — Весь этот бизнес с музыкальными центрами... Иногда кажется, что мы тянем слишком тяжёлую ношу. — Да, работа не сахар, — согласился я, чувствуя, что разговор наконец-то плавно переходит к личным темам. — Ты знаешь, я расстался с Эмили. Джин поднял брови. — Правда? Почему? — Мы оба много работали, а наши отношения без обязательств вдруг начали казаться слишком серьёзными, — объяснил я, смотря на пузырьки, поднимающиеся в моем бокале. — Она решила заняться своим искусством, а я — своим бизнесом. Это было лучше для обоих. — Понимаю, — задумчиво сказал Джин. — А как тебе живется одному? — Прекрасно, — улыбнулся я. — Я свободен, могу делать что хочу. Недавно в клубе познакомился с девушкой, но она показалась просто куколкой. Джин хмыкнул. — Знаешь, иногда лучше быть одному, чем в плохой компании. Мы сидели в баре еще некоторое время, обсуждая всё на свете — от работы до личной жизни. Было приятно просто быть в компании друга, не думая о завтрашнем дне. Пиво медленно разливалось теплом по телу, и я чувствовал, как постепенно уходит напряжение, накопившееся за последние дни. Когда мы вышли из бара, вечер уже плотно обнял Лондон своей прохладой. Я накинул пальто и посмотрел на Джина. — Спасибо, что вытянул меня сегодня, — сказал я. — Это было нужно. — Всегда пожалуйста, — ответил Джин с улыбкой. — Держись, Хью. Мы справимся. Я кивнул и направился домой, чувствуя себя немного легче.

***

Когда я наконец вернулся домой и лег в постель, усталость накатила на меня тяжелой волной. Глаза закрылись сами собой, и я погрузился в сон. Я сидел на берегу холодного Рейна, чувствовал, как ледяной ветер пронизывает до костей. Волны неспокойно били о каменистый берег, их шум заглушал все остальные звуки. Вдохи давались с трудом, каждое движение грудной клетки причиняло невыносимую боль. Я задыхался, словно весь воздух вдруг исчез из этого мира. В отчаянии, я опустился на колени, борясь за каждый глоток кислорода. Вдруг я услышал чей-то голос, мягкий и обволакивающий, как шелк. Этот голос напоминал о чем-то знакомом, теплом. Я повернул голову и увидел изящные руки, протянувшиеся ко мне, и лицо девушки, с которой недавно познакомился в клубе. Её глаза светились добротой и пониманием, словно она знала меня целую вечность. — Дыши, Хью, — прошептала она, касаясь моего лица. — Просто дыши. Её прикосновения были лёгкими, почти невесомыми, но в них была такая сила, что я почувствовал, как воздух снова наполняет мои легкие. Боль начала отступать, и я смог вдохнуть глубже. В её присутствии весь мир казался менее враждебным, а дыхание стало более свободным. — Ты не один, — сказала она, её голос был подобен утреннему бризу. — Я всегда рядом. Я смотрел на неё, ощущая, как её руки продолжают нежно касаться моего лица и груди. Её прикосновения были словно нежные лучи солнца, которые согревают после долгой зимы. Я чувствовал тепло и заботу в каждом её жесте, и это придавало мне сил. Мир вокруг нас начал меняться, холодный берег Рейна превратился в уютное место, где царили покой и тепло. Я снова мог дышать, и каждый вдох приносил облегчение. "Руки незнакомого человека успокоили меня, как будто они знали все мои тайны и слабости, даря утешение и силу, которых я так отчаянно искал." Проснулся я резко, с судорогой в ноге, которая пронзила меня как удар молнии. Промассировав икру, я понял, что снова уснуть не получится. Решение пришло само собой — пробежка. Натянув спортивную одежду и кроссовки, я вышел на улицу, где утренняя прохлада Лондона бодрила и освежала. Бег помогал мне не только держать тело в форме, но и очищал разум. Я бежал по набережной, стараясь не думать о недавних событиях, просто наслаждаясь ритмом своих шагов и звуком дыхания. Вернувшись домой, я приготовил себе кофе и овсянку, наслаждаясь тишиной раннего времени. Сидя за кухонным столом, я снова вспомнил о той незнакомке из клуба, которая подписалась на меня в Инстаграме. Её лицо и изящные руки были так отчетливы в моём сне, что я не мог выбросить её из головы. Я открыл телефон и зашел в Инстаграм, чтобы проверить её запрос на подписку, но к моему удивлению, её заявки уже не было. В каком-то порыве я решил, что должен найти её. Возможно, это было связано с тем, как её прикосновения успокаивали меня во сне, или с тем, что она казалась знакомой и близкой, несмотря на нашу краткую встречу. Начал я с подписчиков клуба, где мы проводили последнее мероприятие. Сначала это казалось глупой затеей, слишком много людей и мало шансов, но я не сдавался. Спустя два часа поиска, листая бесконечные профили, я наконец нашел её. Профиль был закрыт, но я сразу узнал её по аватарке — те же глаза, которые смотрели на меня во сне. Не задумываясь, я подписался на её профиль. Теперь оставалось только ждать. Отставив телефон, я вернулся к своей овсянке и давно остывшему кофе. На улице уже светало, и новый день начинал разгораться в лучах утреннего солнца. Мы подписались друг на друга, и я решился написать:       – Привет, как ты?       – Спасибо, хорошо, а ты как? – Ответа я ждал не долго. Дальнейший диалог развивался медленно и натянуто. Её ответы были вежливыми, но без особого интереса. Мы обсудили её работу, и я узнал, что она подрабатывает в маленьком цветочном магазине в центре Берлина. Она рассказала, что обожает цветы и создает букеты, которые приносят людям радость. Я упомянул, что недавно видел красивую композицию цветов на её странице. На этом наш диалог иссяк. Я не любитель длительных общений, да и она наверное считает меня странным, особенно после того как я во все сообщения вставлял такие смайлики “ : ) ”. Да, во мне проснулся какой-то дикий интерес узнать её, провести время, и хочу признаться что её фото были достаточно скромными, но почему-то в них витала сексуальная энергия.

***

Спустя две недели я снова оказался в Берлине. На этот раз поездка была связана с рабочим заданием — мне предстояло выступить диджеем в одном из популярных клубов города. График был довольно насыщенным, но я знал, что у меня будет немного свободного времени, которое можно было бы провести с интересной компанией. С коллегой, с которым мы работали над подготовкой, мы решили провести вечер в ресторане суши. Этот ресторан был известен своим качественным обслуживанием и отличной кухней. Мы заказали разнообразные блюда, и я наслаждался каждым кусочком свежих суши, пробуя новые вкусы и наслаждаясь разговором. — Хью, как тебе Берлин? — спросил коллега, беря палочки. — Город замечательный, — ответил я, — и работа тоже. Мне нравится здесь быть. — Это хорошо. Надеюсь, вечер в клубе пройдёт отлично, — заметил коллега, поднимая бокал. — У тебя есть планы после работы? — Да, — сказал я. После ужина мы вернулись в отель и продолжили обсуждать детали мероприятия. Мои мысли время от времени возвращались к Стелле. Я решил, что напишу ей и предложу встретиться после работы. Вечером, после того как я прибыл в клуб и все приготовления были завершены, я написал Стелле: — Привет, Стелла! Я снова в Берлине и буду работать диджеем в клубе сегодня вечером. Было бы здорово увидеться. Если у тебя есть время, приходи. Ответ пришёл довольно быстро: — Привет, Хью. Я планировала провести вечер в этом же клубе, но у меня уже есть планы, и я не люблю их менять в последний момент. Однако я могу прийти в клуб, если ты не против. Я почувствовал лёгкое разочарование, но понял её позицию. Решив, что это лучший вариант, я ответил: — Конечно, Стелла. Буду рад тебя увидеть в клубе. До встречи! Когда вечер наступил, клуб начал наполняться посетителями, и атмосфера стала оживлённой. Я зашёл за пульт и начал подготовку к своему выступлению. Музыка заполнила пространство, и люди начали танцевать, наслаждаясь вечерним настроением. Ночной клуб, погружённый в тьму, развертывается передо мной как таинственная сцена, где каждое движение и световой эффект будто бы вынесены на суд театрального зрителя. Стены, окружённые кожанными панелями, отражают свет в розовых и синих оттенках, создавая ауру невидимой иллюзии. На потолке, увенчанном хромированными элементами, медленно вращаются диско-шары, как звезды, слепящие своим мерцанием сквозь молочные облака дыма. Здесь запахи смешиваются в сложный букет: аромат свежего табака и чуть уловимый привкус шампанского, перебиваемый порой запахом дорогостоящих духов, что витают в воздухе, словно незримые спутники. Плотная завеса звуковой волны несётся из динамиков, резонируя с вибрациями напольных плит, и каждый ритм, каждый бас, будто бы искрится в воздухе, проходя сквозь мозаичный пол. Свет прожекторов, режущий мрак, словно шахтёрский фонарь, пробивает пронизывающие лезвия, разрезая тьму клубного пространства на фрагменты, как снежинки на зимнем ветру. Люди — живые картины, пишущие свой рассказ в клубном пространстве. Они танцуют, как марионетки на нитях, которые кажутся неуловимыми в зыбком свете. Каждый взгляд, каждое прикосновение можно почувствовать как отголоски неведомых историй, живущих в каждом движении. Барная стойка, изысканно оформленная, притаилась среди теней, обрамлённая лентами света, превращая стеклянные бутылки в драгоценные камни, отражающие каждую каплю жидкого золота. Официанты, одетые в элегантные чёрные фраки, скользят между посетителями, как тени, несущие на своих подносах коктейли, что сверкают в их руках, как метеоры в ночном небесном океане. Среди смеха и разговоров, вибрации музыки и звуковых переливов, клуб представляет собой сложное полотно, где каждый штрих и цвет, каждая мелодия и световой эффект создают обманчивое чувство безвременья. Здесь, среди танцев и теней, каждый момент имеет свою уникальную эстетическую ценность, незаметно и стремительно переплетающуюся с собственной историей ночи. Я написал Стелле придёт ли она. Да, придёт, но вот уже 1:00 ночи, а я работаю до 5:00 утра с перерывами. Ещё минут двадцать я погружаюсь в работу, а затем в толпе ищу её. Но не нахожу, а вдруг она не придёт? Танцующие пары, как тени в старинных фресках, рассыпались по залу, поднимая и опуская руки в преддверии сна. Музыка плавно перетекала из одного трека в другой, и вдруг в этом живом хаосе, как мгновенное озарение, я увидел её. Под мягкий, почти полусонный аккорд, она двигалась с грацией, что была почти осязаема, как утренний туман, медленно стекающий по древним улицам. Свет, падающий на неё, искрился, как последние лучи заката, в глубоком омуте ночи, рисуя светлые, почти прозрачные контуры её силуэта. Каждый шаг, каждое лёгкое прикосновение пальцев к воздуху, было, как поэма, написанная в ритме сердца. И это было больше, чем просто наблюдение — это было ощущение, что каждый её танцевальный шаг переплетался с музыкой, создавая уникальный трепет, который отголоском касался моего собственных эмоций. Иногда мы стараемся закрыть двери наших сердец, как хранимые в старом сундуке секреты, но даже при закрытом замке, иногда лишь взгляд одного человека может открыть их, словно магический ключ, раскрывающий тайны, которые мы сами пытались скрыть.

И это мне чертовски не нравится…