55. Принц мела

Альбедо сидел на корточках перед Сахарозой, поглаживая ей волосы и ушко, успокаивая её нервную систему. Он сидел прямо перед ней, убаюкивая своим спокойным взглядом и гипнотизируя своим голосом. Он напевал песню придуманную Алисой однажды, песню о Альбедо и Барбатосе. —Он рождён из света и мела, Результат искусного дела. Из ниоткуда появился, уйдёт в никуда. С чего же вдруг такая сила, Рисует лица и массивы. Как может видеть всё так живо, тот кто не живёт... Напевала Алиса хваля создание своей подруги Рэйндоттир, она всегда относилась к алхимику как к собственному, родному сыну. Алиса никому так не доверяла, как доверяла своему мужу и Альбедо. Парень названный в честь одного из этапов великого деяния своего учителя. Когда он только появился на свет, он действительно был... Альбедо в его теле не было ни одного шлака, какие были у его клонов, он был светочем жизни, бел как мел, а его взгляд был светлее чем само солнце. Но со временем... он перестал символизировать всего-лишь вторую стадию создания философского камня. Со временем он сам стал как философский камень. Благодаря искусству кхемии и алхимии, живое олицетворение философского камня было способно обратить воду в вино, железо в золото, а алмазы в рубины. Он был способен жизнь создать и он же способен эту жизнь отнять. Альбедо даже не нужно было доставать из ножен, сделанное им же при помощи трансмутации киноварное веретено. Он знал тысячи если не миллионы способов оборвать жизнь. Он мог отравить противника, подсыпав или подлив яд в чашку с напитком собеседника, он бог убить человека взглядом. А слова алхимика били в сердце больнее любого клинка, ведь слова живого философского камня не были похожи на через-чур лёгкую шпагу, что носит сейчас Джинн, его слова не походили и на грубые удары двуручным мечом господина Рагнвиндра, а также его слова били быстрее копья Розарии. Его слова были подобны медицинскому ножу, что аккуратно надрезают кожу и незаметно подкрадываются к жизненно-важным органам, а затем... собеседник уходил из помещения вперёд ногами. Джинн и господин Рагнвиндр однажды прознали о губительной способности слов Альбедо, поэтому уже через месяц, рыцари Ордо Фавониус перестали удивляться падающим с высоты дипломатам Фатуи. Ведь когда Джинн или Дилюку надоедало пререкаться с высокомерными выскочками из Снежной, то они отправляли их к главному алхимику, а затем уже через час или два(это зависело от стойкости горе-дипломата) с крыши штаба Ордо Фавониус вниз головой падал тот самый дипломат, напрочь разбиваясь об каменную брусчатку. Это было идеальным способом избавления от проблем, в конце-концов у Снежной не возникнет вопросов если окажется что один из их жителей, совершил самоубийство в Мондштадте. Да и даже вопросы возникнут, всегда можно было сказать что бедняга настолько соскучился по родине, что наложил на себя руки. А Снежную редко волновали умершие солдаты, поэтому посылать их к Альбедо, действительно было идеальным вариантом. —Он помнит миллионы песен, Шутник, который в тайне даже и не весел. Одиночество протянет ему ещё стакан, Сумеет бард сыграть на лире, Свободу, счастье или гибель. Пусть нет морщин, но знает жизнь и смерть не по годам. Напевала когда-то эти строки с толикой грусти и тоски в голосе Алиса, она знает всё. Она знает всю историю Тейвата вдоль и поперёк даже лучше Моракса, ведь она была там. Она была везде где только можно, она была одной из тех кто поддерживал восстание против Лоуренсов, это Алиса замешана в большинстве самых важных моментов из истории всего Тейвата. Что ещё о ней можно говорить, коль даже к Мораксу, к одному из старых божеств Тейвата, Алиса относилась как к пузатой мелочи. Алиса была воистину самой могущественной женщиной в Тейвате, а вместе с этим самым сильным живым существом в принципе, что могло существовать в Тейвате. Альбедо не знает на что действительно способна Алиса, но если основываться на том, что рассказывали учитель и Скирк... ни один архонт не поможет, если однажды Алиса придёт в ярость. В прошлый раз, когда она была зла, она основала ведьмин шабаш... и уничтожила все храмы в которых поклонялись Селестии и небесному порядку, одно только её имя "Алиса путеводитель" могло заставить дрожать архонтов, не говоря уже о простых смертных. Но сейчас не об этом всём, сейчас все мысли Мелового Принца сосредоточились на больной Сахарозе, что заболела сразу после прибытия Сайно и Тигнари. Ради неё он даже пропустил собрание четырёх архонтов, на которое был приглашён весь Ордо Фавониус. Сахароза наконец начала клевать носом, чему алхимик очень обрадовался. —Сахароза, я уже перепробовал всё что мог, но остался лишь один метод... прости, но мне придётся это сделать. -сказал Альбедо, приподнимая тело Сахарозы одной рукой, и расстёгивая пуговицы на её платье второй рукой. Сахароза сделала глубокий вдох, она всё ещё не спала, но и не сопротивлялась. —Делай... что нужно. -смущённо ответила девушка. К тому времени как Сахароза договорила, платье уже было отброшено в сторону, вместе с одетой под неё рубашкой, а большая часть тела накрыта тёплым одеялом, сделанным также алхимиком из шерсти магов бездны. Парень оторвал себе мизинец а после положил в ложбинку между парой грудей. —Спи Сахароза, к тому времени как ты проснёшься, я уже подготовлю эликсир. -прошептал на ухо девушке Альбедо, полностью накрывая её тело одеялом и оставляя лишь её глаза не накрытыми.

***

Девушку разбудил громкий грохот, словно кто-то уронил кучку стеклянных склянок. Тут же осознав ситуацию Сахароза попыталась встать, но знакомые перчатки схватили её за плечи и уложили обратно в кровать. —Прости, я пытался пройти тихо. -произнёс Альбедо, поднимаясь на ноги. —Спал хоть минуту? -спросила девушка —Неа, мне нужен сон, мне нужны ответы. —Выяснил хоть что-то? —Больше чем что-то Сахароза. Оказалось мы паниковали с тобой зря ты не больна чем-то серьёзным и не беременна. Это наследственная болезнь, свойственная носителям твоей крови и тебе подобным, я уже напоил тебя эликсиром, так что больше нас это не потревожит. -произнёс алхимик зачёсывая волосы назад сильнее обычного. Сахароза сделала глубокий вздох и надела свои очки. Как оказалось, платье и рубашка также вернулись на свою хозяйку. —Злая? Я могу сходить до таверны, если это будет нужно. -сказал Альбедо посмотрев на возмущённое лицо Сахарозы. —Да... а ещё, давай сыграем в священный призыв семерых. Пока болела, не могла даже до колоды дотянуться, играть хочу не могу, была бы здесь Диона я бы тогда вообще была самой счастливой девушкой в Монде. -ответила Сахароза. —Хорошо, попробую уговорить Дилюка отпустить коллегу по раньше. -сказал Альбедо, направляясь на первый этаж, после чего послышался звук запирающейся двери. Здесь всегда, пахнет мятой.