Первая и последняя часть.

Рождественские встречи 1992/1993.       Я не пойму, зачем мне в час ночной, Когда так невозможно быть одной, Холодный этот ветер, этот вечер.       Я соблазнительно виляю своими бёдрами, пока зал пребывает в шоке от моей юбочки и глубокого декольте. Что, не ожидали?       Ты словно из метели из зимы, Где можно только стужи взять взаймы… Но мы друг друга любим, любим мы…       Он безразличен и холоден, и я схожу с ума, когда понимаю, что скрывается внутри этого «снежного мальчика». Серёжа будоражит моё сознание просто упоминанием его имени. Как я могла так вляпаться?       Сколько раз я показала своё бельишко? Наверное, первый ряд уже в отключке. Филиппчик тоже не в состоянии трезво смотреть на меня после всего, что я вытворила на этой сцене.       Мой снежный мальчик, мой мираж! Нежный обманщик, верный страж!       Серёжа вовсе не нежный. Он страстный и настырный. Он Апполон что внешне, что в постели. Я таю под его взглядом, когда вспоминаю, что было прошлой ночью.       Мой снежный мальчик! Верю я, Ты мне счастье дашь! Ты мне счастье дашь!       Я вновь резко разворачиваюсь, от чего моя юбочка приподнимается выше дозволенного.       Я от тебя не слышу теплых слов, Как белый день январский, ты суров! Но ты мне зажигаешь звезды волшебных снов       Я не знаю, что такое услышать от него тёплых слов. Он говорит мне всякие непристойности, которые плавят мои чувства, заставляя поддаваться его рукам и желанию. Он словно ювелир, который лепет из метала какое-то украшение.             Твой холод согревает, милый мой! Как согревает землю снег зимой, Вовек так не согреться мне самой!       Я чувствую на себе взгляды мужчин, мальчиков и его. Он особенно смотрит на меня. Хищно, дерзко и желанно. Страстно. Влюблённо. Его холодный взгляд пронизывает до самих глубин моего тела, и я чувствую себя парящей жар-птицей.       Когда я танцую с Венгеровым, меня привлекает его чёлка. Я в ней узнаю блондинистые, густые волосы, которые ложатся на моё лицо, когда я припадаю к его губам.       Мой снежный мальчик, мой мираж! Нежный обманщик, верный страж! Мой снежный мальчик! Верю я, Ты мне счастье дашь!       Я заканчиваю эту песню кокетливой позой и слышу мелодию нашего дуэта. Да-а-а… Он сейчас выйдет на эту сцену, и мы споём песню, которая, вроде как, ставит точку в отношениях. Но я не хочу расставаться! Я хочу продлить с ним этот танец не только на час…       Я сажусь на лавочку, чувствуя, как он подходит сзади.       Не слышишь ты мои шаги, Не смотришь ты в мое окно. И мне, мой Бог, свои стихи Не посвящаешь уж давно.       Я кокетничаю с ним, приглашая сесть со мной. Он плюхается рядом, поглощая своим одеколоном. Его красная бабочка привлекает моё внимание, и я уже представляю, как она летит к чёртовой матери.       Сыграем в любовь С тобой в последний раз, Наш танец продлим На… На час.       Кладу его руку себе на плечо. Он безэмоциональный, подчиняется моим указам. Он — актёр, который играет со мной так же, как и я с ним. Он — человек, которому я готова отдать всё, что у меня есть, лишь бы он одарил меня своим холодным серым взглядом, который согревает меня как солнце жарким летом.       Сыграем в любовь, И пусть играет джаз Упоительный блюз Для нас.       Я откидываю его руку, играя с камерой. Он галантно предлагает мне свою помощь, чтобы встать, но я игнорирую его касания, чтобы не набросится на него прямо сейчас.       Сквозь дымку лет еще видны Блаженство встреч, разлуки боль…       Я машу пальцем, когда чувствую на себе его взгляд. Он смотрит мне на почти неприкрытый зад, и я робею. Но ему всё равно на мои игры. Серёжа плевать хотел, если кто-то увидит, чем он занимается. Да и мне, если честно, тоже.       И как понять, что в эти сны Мы столько верили с тобой?       Я встаю из качелей, немного отталкивая его. Он движется к некому ларьку, откуда достаёт букет цветов. Я киваю и иду вперёд. Мне до ужаса приятно, но я не могу это показать всем.       Сыграем в любовь С тобой в последний раз, Наш танец продлим На… На час.       Я сексуально виляю бёдрами, и уже чувствую неприкрытый жар из моего тела. Чёрт! Под чутким взглядом Серёжи, я становлюсь податливой рыжей кошкой.       Сыграем в любовь, И пусть играет джаз Упоительный блюз Для нас.       Он отходит от меня, когда звуки гитары раздаются в тишине. Серёжа хочет показать мастер-класс своим голосом, который ложиться на мои уши, словно мёд. Его стоны в моём сознании звучат эхом, сливаясь с моими, и я не могу контролировать своё возбуждение.       Пусть играет джаз. Пусть играет джаз. Сыграем в любовь, Сыграем в любовь, Сыграем, сыграем, сыграем… Пусть играет джаз.       Я подпеваю ему в его манере, хватая за руку. Он смотрит мне в глаза с диким желанием, которое разжигает мой огонь до невозможности. А мне ведь ещё петь сколько песен, Серёжа! Как я должна выжить?! Сыграем в любовь, м-м       Я почти заставляю себя не поддаться ближе и не поцеловать его.       С тобой в последний раз, Наш танец продлим На… На час.       Я подхожу к нему, не сумев удержаться, чтобы не прижаться к нему. Этот молодой человек не даёт мне покоя. Я в плену под его аурой.       Сыграем в любовь, И пусть играет джаз. Упоительный блюз, Упоительный блюз.       Стоять рядом с ним просто так у меня не получается. Я то трусь об него, то кокетничаю, заглядывая ему в горящие глаза. Скажи мне, Сереженька, для кого этот упоительный блюз?       Для нас.       Он идёт вперёд, и я смотрю ему в спину. Этот костюм чертовски ему идёт. Господи, когда уже конец этого шоу?!       Не слышишь ты мои шаги.       — Не слышишь ты мои шаги, — повторяю я за ним, глядя ему вслед.       Не смотришь ты в мое окно.       — Не смотришь ты в моё окно, — вновь повторяю я за ним, наслаждаясь его голосом.       Моё тело вибрирует, когда я всё ближе, и ближе подхожу к нему.       Уже давно.       Я приближаюсь и играю с публикой, как бы показывая, что я вовсе не зациклена на одном Серёже. Но зрители красноречиво улыбаются, и я смущаюсь.       Уже давно.       Да. Я влюблена в него без памяти. И что вы мне сделаете за это?! Этот мужчина — мой!       Уже давно.       Челобанов целует мою руку, и уходит прочь, а я всё ещё стою, заворожённо провожая его взглядом. Звучат первые аккорды «Осеннего поцелуя», и я смущённо иду назад, боясь поднять взгляд и найти горящие карие глаза. Но всё-таки решаю развернуться, и пробежать взглядом по первому ряду. Да. Он там. Он смотрит на меня, словно я, какое-то божество. Закусываю губу, и не могу сдержать улыбку. Сейчас ты всё поймёшь, милый мой.       *** (Пропущенная сцена из моего фанфика «Осенний поцелуй», часть «Рождественские встречи 1992/1993»).***       После окончания концерта, я сижу в гримёрке. Моя сигарета дрожит в пальцах, потому что мне страшно, что он сейчас придёт. Я затягиваюсь, стараясь успокоится, и слышу шаги. Нет! Это, что, он?!       — Алла?       Тягучий голос возвращает меня в реальность, и я даже немного расстроилась, ведь ждала совсем другого.       — Мы едем? — Серёжа закрывает двери за собой, подходя ко мне.       — Да… — неуверенно отвечаю я, вновь затягиваясь. Мне хотелось увидеть эмоции Филиппа, но он не пришёл. Неужели он не понял?       — Знаешь, — Челобанов прикасается к моему плечу, и я улыбаюсь. — Меня заводит, когда ты такая… Открытая… Эта юбка… Этот вырез…       Он целует мою шею, и я не могу сдержать стон.       — Сыграем в любовь? — его рука исчезает под моей юбкой, и больше я ни о чём не могу думать.       Я коснулась манящих губ жарким поцелуем, о котором так мечтала всё это время. Его чёлка небрежно спадает мне на лицо, когда он садит меня на гримёрный стол. Серёжа снимает с меня трусики, откидывая их в неизвестном направлении, как и я его бабочку. На одну секунду я испугалась, что сюда могут войти, но он меня заткнул поцелуем, лишь прошептав:       — Я закрыл дверь.       Я целовала его губы, спускаясь по шее. Скинув этот пиджак, я расстегнула рубашку, прикасаясь к его горячему телу. Эта сильная хватка на моей ноге меня возбуждает, и он это чувствует, спускаясь к влажному центру, раздвигая складочки, находя клитор. Я сдавлено мычу, и бёдра самопроизвольно вращаются, требуя большего трения.       Когда он вошёл в меня, мой мир перевернулся. Я стонала от удовольствия, прижимая его ближе. Его вздохи были направлены в моё ухо, и я возбуждалась больше, приближая себя к кульминации. Толчки грубые, хватка на моей талии — стальная, и я была готова взорваться от одной лишь мысли, что этот мужик имеет меня.       Кончая, я цараю его спину, пока он спускал в презерватив. Моё тело содрогнулось, пока его руки успокаивающе меня гладили по моим худым ножкам.       — Бесит, что я в коротком? — усмехаюсь я, когда начинаю одевать нормальную юбку.       — Бесит, — отвечает Серёжа, целуя мою шею.       Я стою с обнажённым верхом, касаясь его кожи своей. Меня сводит с ума мысль, что он со мной. Серёжа что-то сексуально шепчет, и я смеюсь, прижимаясь ближе. И пусть все сдохнут от зависти…              Сыграем в любовь, И пусть играет джаз Упоительный блюз Для нас.