Часть 2

Ночь в казарме развед отряда была тихая и спокойная. Фелиция спала, скинув с себя одеяла и была лишь в одной ночнушке. Близнецы Брут и Мют были укрыты по самую шею, а Рог успел упасть с кровати и был на полу, но по его виду и не скажешь, что ему было неудобно. Виктория, которая спала чутким сном, вдруг услышала какой шорох рядом с собой, а после и почувствовала, как что-то легло ей на правую грудь. Раскрыв глаза, она увидела маленького фея, который ворочался на ней с очень беспокойным видом. Ей было немного щекотно, когда его крыло притронулось к приоткрытой ключице. Ее нос начал щекотать букет из запахов лесных цветов. Сначала она хотела его осторожно вернуть в его же постель, но немного подумав, решила просто оставить все как есть. Рука что уже нависла над ним все же опустилась, и Вика пальцем погладила его сероволосую голову. Дрим в свою очередь перестал ворочаться и спал уже спокойно. Таким образом вскоре она уснула.

***

Открыв глаза, капитан отряда внезапно оказалась в странном месте, которое не было казармой. В темно-синем небе проходили росчерки белых комет, а деревья вокруг были по ее рост. Она вертела головой и замечала все больше и больше деталей. Примерно в пяти сотнях метров по прямой расстилался густой туман, а сзади нее был какой-то кукольных размеров особняк, окруженный плотным строем деревьев в виде полукруга, вокруг которого буйно росла растительность. Мягко ступая на носках она подобралась ближе к особняку. В его дворе находилась какая-то красивая женщина с белоснежными волосами и утонченной фигурой. Глаза ее были фиалкового цвета, а крылья со спины были завернуты вперед, и на ее коленях лежал маленький сероволосый ребенок с маленькими крыльями. Приглядевшись, Виктория признала в ребенка своего нового подчиненного Дримлиеля. — Мам, покажи мне еще раз танец, ну прошу – канючил ребенок у своей матери. — Больше не буду просить, честно. Женщина заливисто засмеялась и ее мягкий грудной голос словно резонировал в воздухе. — Дрим, ты ведь вчера точно также говорил, и если я тебе снова покажу, то через день ты снова попросишь – с теплой улыбкой проговорила мать. — Ну мам, просто это самое красивое, что я когда-либо видел, и тоже хочу так научиться. – пытался уговорить свою мать фей. Виктория лишь молча слушала и пыталась запомнить эту картину семейного уюта. Но тут ее глаз зацепился за что-то черное, что плыло по воздуху. Оторвав свой взор, она посмотрела в сторону черного дыма, и увидела как туман разомкнул свои объятия и в той стороне ярко горело пламя. Быстрым шагом добравшись до туда, капитан увидела тот же особняк, объятый пламенем, а во дворе стоял мужчина, что был чуть выше Виктории, в темно-красном балахоне, с резным посохом на поясе. В правой руке он держал мать Дрима, а левой ухватившись за крылья, с силой тянул их, под аккомпанемент пронзительного женского крика, что перешел на визг. Не далеко в маленьких кустах засел фей, и ошеломленно смотрел, не в силах ни двинуться, ни перестать смотреть на насилие над его матерью. И тут маг резко потянул и крылья с чавкающим звуком отделились с огромными кусками спинных мышц. Посмотрев на полуживую фею, он легким движением руки засунул ее в мешочек на поясе. А Дрим все также смотрел и не мог отвернуться от фигуры уходящего мужика. Слезы уже перестали идти, а он все сидел там, но теперь смотрел на горящий особняк. Вика поняла, что каким-то образом смогла заглянуть в прошлое своего подчиненного. Она почувствовала небольшую тяжесть на плече. Это был Дримлиель, только уже взрослый. — Дрим, что это за место и как я сюда попала? – задала интересующий ее вопрос. — Это место называется “Сад грез феи”. Скажи честно, я сейчас сплю на тебе? – догадался фей. — Есть такое. Ты почему-то пробрался ко мне посреди ночи и внаглую улегся на мне. — В общем, это особое место, куда феи попадают во сне и могут приводить сюда кого-то в том случае если захотят. Во сне бывает, что я это не контролирую – немного грустно продолжил он. — Обещай никому не говорить о том, что… Не успел он договорить, как она схватила его и прижала к своему лицу. От такого он даже опешил, но через некоторое время попытался руками обнять ее. Он заметил, что ее глаза были немного влажными, а нос шмыгал. — Если что, ты всегда можешь выговориться мне, даже не так. Всем нам. Развед отряд является большой семьей, связанной общим делом, нас не надо стесняться. – и тут она вдруг широко улыбнулась, — Кстати, ты научился танцу фей и покажешь ли его нам? От такого поставленного вопроса фей весь зарделся и попытался улететь, но цепкие ручки не дали этому случиться и начали его щекотать. Она щекотала его до тех пор, пока он не начал прерывисто дышать. Дав ему десяток секунд отдышаться она было снова потянулась к нему, но он замахал руками. — Ладно-ладно! Только перестань. – измученно проговорил Дрим. — А когда мы уже проснемся? – задала насущный вопрос Виктория. — Время тут немного быстрее протекает чем в реальности, но думаю уже скоро. Усевшись на траву и рассматривая небо, Вика завела долгий разговор обо всем и ни о чем с феем, который сидел на ее голове и болтал ногами. Ему нравилось вести непринужденный разговор со столь хищно красивой женщиной. Несколько часов спустя небо начало крошиться, а кометы перестали расчеркивать небо. Они просыпались. Дрим был очень удивлен тем, что проснулся не в своей кровати. Раскрасневшийся фей отчаянно просил прощения у капитана за то, что неосознанно пересек границу приличия, на что она просто отмахнулась. Благо все еще спали, когда они проснулись, потому никто и не потешался над ним (как он думал могло бы быть). Уже через полчаса все были на тренировочной площадке, и все выглядели по-разному: Брут и Мют до сих пор сонными, Фелиция, Дрим и Виктория в свою очередь выглядели бодрыми. Роуг же не выражал никаких изменений в своем лице. — Сегодня будет обычный тренировочный комплекс, после него в отдельном порядке проверим физический данные Дрима, потому начнем уже. – проговорила капитан отряда. Начали же они с обычного бега вокруг площадки. Один пройденный круг был равен примерно пятистам метров. В развед отряде все имели отличные физические показатели, и потому ни у кого не возникло проблем сделать десять кругов. Единственный казус который возник был связан с феем. Немного подумав, Виктория решила заставить его пять кругов пролететь, а остальные пять попытаться пробежать. Какого же было удивление всех членов отряда, когда он перебирал ногами так быстро, что они буквально смазывались, а скорость выходила такая, что он был быстрее самой быстрой в отряде, т.е. Виктории. Остальные пять кругов он просто спокойно пролетел. — А ты мог бы быстрее бежать и лететь, чем то, что ты показал? – задала вопрос Вика. — По ощущениям, да. Вот только обычно я ногами вообще не бегаю. Но вот в полете я могу такое показать! – с азартом высказался он. — Кстати о феях, я на барахолке когда-то купила кристалл с записью леса фей двухсот летней давности, где был запечатлен танец группы фей. Ты умеешь также? – спросила Мют с сияющими глазами, — Увидев его в живую, я смогу похвастаться перед подругами из других подразделений! А еще лучше самой снять и продавать копии за огромные деньги, ты представь сколько можно будет заработать! – последние слова она проговорила с предыханием. — Нет. – сказал, как отрезал он. — Возможно на праздник станцую вам, но точно не буду записывать ничего и никому показывать, а тем более продавать. — Ладно, потом обсудите это на досуге, а сейчас продолжим тренировку. – призвала всех к действию капитан отряда. Отжимания, приседания, подтягивания, растяжка и многие другие упражнения прошли быстро, с минимальным временем на отдых. В качестве турника Дрим использовал тонкую ветку ближайшего дерева. Дальше шли тренажеры с весами. И Дрим снова всех удивил, когда смог поднять над собой гантели со всеми весами. А штангу не получилось нормально поднять от земли, ведь стоя на ней, он просто не дотягивался до грифа. Также были проблемы и со всеми другими тренажерами, ведь они не были предназначены для его размеров. Он мог с ними работать только используя крылья, что не имело бы огромного смысла. И вскоре все закончили, А к фею подошел Роуг с задумчивым лицом. — Ты вообще устаешь, или делаешь вид, что бодрый после всего комплекса упражнений? – задал интересующий его вопрос, Роуг. — Ни в одном учебнике анатомии разных рас, о феях не было сказано, что они имеют такие же показатели, как у тебя. Да даже быстрый полет должен отнимать у тебя львиную долю сил, здесь же ты носишься быстрее любого самохода, а тебе хоть бы что. – чуть более эмоционально чем обычно выдал он. — Я уже много лет забыл, что такое физическая усталость. В возрасте пяти лет… – помрачнел фей, — произошло одно события, после которого я буквально начал меняться. Я это не сразу заметил, пока не разломал дерево в порыве ярости. Единственная причина моей аномальности может быть то, что у меня особенные гены и физиология из-за отца. – выдал он. — Мама от меня не скрывала этого. В общем мой отец — тринадцатый герой королевства, и первый герой-спаситель человечества. Первые десять секунд все просто смотрели на фея, а после осознания сказанного все выпали в осадок. Наименее удивленной была Виктория, единственное что ее удивило, так это то, что он так рано признался об этом, ведь она думала, что он будет скрывать эту информацию. Слишком быстро он доверился им. Но немного подумав, она поняла, что эта информация не несет в себе какой-либо опасности, даже в случае утечки. — Скажи, а каков был твой отец в обычной жизни, ты помнишь что-нибудь, и как он выглядел? – спросил его Брут, который видел старые записи о сражении героя. В этих записях единственное, что было видно это темно-синее пламя и быстро нарезаемые тела чудовищ разлома. Не было ни единой записи или картины, которая запечатлела его. Такое произошло из-за того, что он лично договорился об этом с нынешним королем. — А еще, как он смог сделать это с твоей матерью? – спросил сильно покрасневший Брут. — Сделал что? – невинно хлопал фиалковыми глазками Дрим, из-за чего на него странно начали коситься все в отряде. Фелиция же подошла к Виктории и что-то прошептала ей на ушко, на что та в свою очередь немного скривила лицо и кивнула. Дрим же на это смотрел и задавался вопросом “ почему они так на меня смотрят?” — У меня буквально три воспоминания о нем осталось, но как он выглядит я могу сказать. Представь меня, но немного повыше, с вороненными волосами и со странными глазами. У него зрачок был в форме многолучевой звезды. Также мускулатура получше, а щетина казалось никогда и не уходит с его лица. Он носил мешковатые одежды, да и в общем выглядел немного неряшливо, что-ли? — Так вот почему “маленький герой”! – воскликнула Вика, а все остальные поняли, как все же получилось появиться на свет Дриму. — А ты видел его легендарную броню? Пластинчатая такая должна быть, ну если верить записям в учебнике. А еще тот самый меч, что разрубил одним взмахов тимариновский лес вместе со всеми чудовищами. — Ни разу. – лаконично ответил он. — Мы задерживаемся, – запричитала капитан, — Дрим, осталось проверить только твою максимальную скорость полета и максимальный поднимаемый тобой вес. Ради такого события капитан выделила часть финансов отряда, чтобы узнать на что же способен сын того, кого считают легендой во всем мире. И недолго думая они начали тесты. Был проверен максимальный разгон и максимальная скорость полета при помощи кристаллов, отправляющих сигнал при входе в их радиус действия. Они были расставлены на расстоянии 50, 450 и 1000 метров за территорией площадки. Как только был дан сигнал к началу, раздался резкий хлопот и запоздалый грохот, а устройство, подключенное к кристаллам, дало просто умопомрачительные данные. 0,103 секунды, 0,146 и 0,155 соответственно. Фелиция, что стояла в конце предполагаемого пути, тут же подошла к Дриму, воздух вокруг которого расходился в мареве от жары испускаемого его телом. Чтобы не ждать долго остывания фея, его погрузили в ведро с водой, которая мгновенно начала булькать. Это было сделано из соображения того, что ткань из нитей арахны плохо переносила огонь и тепло в общем. Привязав платформу к поясу Дрима при помощи веревки из нитей арахны, все начали погружать тяжелые предметы. Максимум получилось около полутора тонны, которые Дрим с легкостью поднял воздух. — Если честно, уже даже не удивительно – высказал общее мнение Брут. — Кстати, капитан, мне нужно будет уйти после общего обеда к себе домой, я после последних выходных забыл там свой пистолет. – сказал Роуг, заслужив укоряющий взгляд Виктории. — И почему же ты вчера этого не сделал? – начала его допытывать Вика. — Забыл после того, как увидел нечто ошеломляющее. – ответил он, посмотрев на беззаботно делающего мертвые петли Дрима. — Только не задерживайся. Полчаса максимум дается. — Хорошо. Закончив с тренировками и проверками, все собрались в столовой, где каждый набрал себе всякого, а Дрим снова взял себе многое по чуть-чуть. Доев все, он заметил, что многие еще не закончили трапезничать. Он начал подходить ко всем и просить попробовать немного у других. У Роуга оторвал кусочек тушеной баранины, у Брута несколько соковых волосков от апельсина, у Виктории кусочек моркови, у Фелиции немного компота, а у Мют он несколько кусочков консервированной кукурузы. — Ты не лопнешь, все это скушав? – ехидно спросила Фелиция, смотря как уплетает маленький фей свои яства. — М-м-м, нет. – старался не отвлекаться Дрим, ведь ему вкусно. — Знаешь, я даже завидую тебе, – сказал Роуг, смотря на Дрима, – платишь обычную цену, а ешь гигантскую порцию, это как если бы я за золотой купил гору мороженного. Прикольно наверное быть тобой. — Мне нравится быть маленьким, если честно, – невинно высказался он. — Единственное, что я в себе недолюбливаю это идеальная память. Я буквально могу прочувствовать все то, что когда-либо со мной происходило заново, любое события. Хорошие события или плохие, не важно. Вспомнив, что видела Виктория во сне Дрима, она невольно вздрогнула и посмотрела на него с жалостью. В этот же момент Роуг встал и ушел к себе, а остальные же начали собираться в стрельбище. На вопрос Дрима “а что мне там делать?”, Вика сказала, что даст почитать ему литературу по методам ведения разведки.

***

Уже подойдя к двери своей квартиры, Роуг услышал чьи-то приглушенные стоны. “Опять соседка веселится с мужем, хах”, подумал он. Но как только он открыл свою дверь, он понял, насколько сильно ошибался.