Часть 1

Он мог поклясться чем угодно, путешествия - лучший антидепресант. Развеяться, посетить необычные места, новые города, страны... Газ сам не понимал, зачем внезапно купил билет в Глазго. Вечером, не попрощавшись с друзьями и сыном, наскоро собрав в сумку самое необходимое, рванул в аэропорт. Рейс в Глазго, оттуда в американский Портленд. Куда дальше? Он ещё не решил. Наверное, чем большее расстояние разделяло его и Шеффилд с надоевшими до чёртиков проблемами, тем лучше. Такие нехитрые расчёты привели мужчину в полупустой аэропорт городка. Газ думал, он увидит нечто иное, чем угрюмых сотрудников аэропорта, ряды серых пластиковых кресел, почти облупившуюся краску на стенах коридоров, пыльные окна, сквозь которые не видно неба, не то что самолёты. В растерянности он опустился в одно из таких кресел. Настроение на нуле, хочется бросить всё и вернуться домой. Но нет, врождённый авантюризм не давал Газу покоя. Если он сдрейфит, уйдёт сейчас, кем он станет? С его умом и сообразительностью, он не пропадёт. Значит, пора оставить родные Пенаты? Мужчина достал билет, долго рассматривая его в ярком, изредка мигающем свете ламп. Его волшебный пропуск к свободе. Сколько раз в детстве, он мечтал покинуть город, отправиться хотя бы в Глазго. Жестокая судьба явно спорила с мечтой, раз за разом напоминая молодому человеку, где его место. На табло загорелись долгожданные цифры. Сейчас или никогда! Он бегом пересёк пустой зал ожидания, чуть не сбив с ног пожилого мужчину. Невнятно пробормотав извинения, Газ оказался рядом с терминалом. Руки дрожали, ноги отказывались подчиняться. Что происходит? Вяло улыбнувшись хмурому охраннику, протянул ему документы и выложил все металлические предметы в лоток. Бояться не стоило. Всё прошло гладко. Газ поспешно рассовал вещи по карманам. В последний раз обернулся, рассматривая зал, словно надеясь, кто-нибудь всё же пришёл его проводить. Надежда угасла, зал оказался пустым. Будто подгоняемый обидой и тоской, мужчина поспешно покинул здание аэропорта. *** В самолёте ему снился сын Нейтан и бывшая жена. Они снова были семьёй, самой настоящей. Газ был счастлив. Накопившиеся проблемы исчезли, Шеффилд процветал, как когда-то в годы его детства: работал завод, магазины, стройки, школы и детские сады. Люди были другими: вежливыми, добрыми, понимающими. Газ удивлялся, зачем куда-то ехать, если на Родине так прекрасно? Эйфория таяла, когда он просыпался. Не было ничего, кроме воспоминаний, выцветших фотографий в альбоме, чувства утраты и сожаления. Его оазис, его рай, его дом, пусть не такой идеальный, остался где-то внизу, за многие сотни тысяч миль. Газу показалось, он резко постарел на лет десять. Иногда, жизнь не справедлива к нам, даже если мы этого не заслуживаем.