3

Я и сама не заметила, как прошло несколько недель с момента крайней встречи с Серёжей. По ощущениям ничего и не поменялось: мы так же продолжаем общение, иногда можем часами разговаривать по телефону, обсуждая всё-всë на свете. Возможно, я в очередной раз накручиваю себя, выдумывая самые тревожные исходы нашей дружбы, но меня не отпускает чувство, будто Разум что-то недоговаривает... Проснувшись в подозрительно хорошем настроении, я решила, что сегодня мне жизненно необходимо увидеть Серёжу. С каждым днём сдерживать свои чувства становится всё труднее, особенно в моменты, когда сознание предательски заставляет возвращаться к его тёплым прикосновениям и поцелуям, которые в тот вечер были наполнены какой-то абсолютно неземной нежностью. Рыжик в своей обычной манере отвечает практически сразу, вот только его сообщение меня совсем не радует. Новость о том, что у Серёжи запланировано свидание несколько шокирует. Все мои тревожные догадки и бесконечные размышления будто складываются в нужный пазл, наконец создавая ясную картину. Разумеется, мой друг взрослый и самостоятельный человек, способный сам принимать решения, но в глубине души я чувствую, как противная досада окружает меня с ног до головы. Мысленно благодарю вселенную за то, что через переписку нельзя видеть реальные эмоции, и отправляю пару слов с пожеланиями. Убираю телефон подальше и даю волю чувствам, которые мне приходится тщательно скрывать, наверное, даже от самой себя. И на что я вообще надеялась?... Крепче прижимаю к себе плюшевого кота и сильнее кутаюсь в плед, не желая видеть сейчас даже стены собственной квартиры. Я привыкла не замечать чувства окружающих и порой самым наглым способом играть на их эмоциях, но когда дело касается меня, то ситуация в корне меняется. От хорошего настроения не остаётся ни следа. *** После свидания Разум, кажется, пропал на неопределённый срок. Мы практически не общались несколько дней, а сегодня он вовсе решил не заходить в сеть и не отвечать на звонки. Я знала о тревожности Серёжи, о том, что в определённый момент он мог словить сильную паническую атаку, которую мне не ещё доводилось видеть на практике. Стрелки часов медленно преодолевают отметку десяти вечера. Пробую ещё раз звонить Серёже, но, к сожалению, это не приносит никаких положительных результатов. Волнение начинает потихоньку щекотать каждую клеточку моего тела, и я не нахожу ничего лучше чем просто поехать в офис "Vmeste". Быстро собираюсь, вызываю такси и через несколько минут уже двигаюсь в направлении башни. В какой-то степени моё спонтанное решение навестить друга в столь поздний час выглядит абсолютно несуразным. Вдруг, он вообще сейчас не один, и в таком случае мне придётся сгорать от стыда, объясняя причины своего визита? Но я слишком хорошо знаю Разума. И для того, чтобы весь день не появляться в сети должна быть действительно веская причина. Выхожу из машины, направляясь внутрь огромного здания. Марго сразу же приветствует меня, сообщая о том, что Серёжа в офисе, и это заставляет легонько улыбнуться. Лифт движется слишком медленно, но сейчас это выглядит как преимущество, во время которого я хотя бы могу обдумать какой-никакой план действий. Сжимаю ладони в кулак, чтобы унять дрожь, и делаю осторожные шаги в просторный кабинет. Оглядываюсь, пытаясь отыскать знакомый силуэт в сумрачном свете, но короткий всхлип среди идеальной тишины значительно облегчает задачу. Пути назад уже нет. Стараюсь изо всех сил отогнать собственное волнение, потому что Серёже сейчас, вероятно, как никогда нужно моё присутствие. — Серёж? Наконец, нахожу своего друга за диваном, напуганного и заплаканного с дрожащими ладонями и взлохмаченными рыжими прядями. Сердце болезненно сжимается от одного только взгляда на него, и я совсем осторожно сажусь прямо на пол рядом. — Рыжик... Серёжа реагирует не сразу, будто присматривается ко мне, пытаясь поверить в реальность происходящего. Я терпеливо ожидаю, не торопясь что-то сказать или сделать и борюсь с непреодолимым желанием крепко прижать его к себе. — Даша... — Серёжа сам тянет ко мне руки, и я с радостью принимаю друга в свои объятия. Чувствую, как дрожит его тело, как слезы скатываются по веснушчатому лицу, попадая на мою одежду, но всё это сейчас не имеет никакого значения для меня. — Солнышко... Я здесь, я с тобой, ты в безопасности, — впервые так ласково называю Серёжу, слыша только тихие всхлипы в ответ. Мы молча обнимаем друг друга, не замечая ничего вокруг. Я без конца шепчу о том, что всё хорошо, аккуратно глажу напряжённые плечи, чувствуя, как рыжик постепенно успокаивается. Пара непрошенных слезинок всё-таки скатывается по моим горящим щекам, а я лишь крепче прижимаю к себе Серёжу. Теперь всё хорошо. — Спасибо тебе, — совсем тихо шепчет Разум, немного отстраняясь. — Я такой дурачок на самом деле, знаешь... — Не говори о себе так, — заправляю рыжую прядь за ухо и совсем легонько чмокаю Серёжу в лоб. — Я должен был сразу тебе обо всём сказать, Даша... А вместо этого я просто сидел здесь и ненавидел собственную слабость. — Что? Серёж, я не совсем понимаю... — чувствую, как волнение с новой силой медленно растекается по телу. Стараюсь не накручивать себя лишний раз, предоставляя другу возможность выговориться. — После того, что произошло между нами я пытался как-то забыть это, старался много работать, но всё безуспешно, — Разум виновато опустил взгляд, утирая оставшиеся мокрые следы на веснушчатых щеках. — Я вдруг понял, что хочу быть тебе не просто другом. Но я так боялся сказать тебе обо всём, боялся, что не заслуживаю тебя... Как в его гениальную голову вообще пришли такие мысли?! Я едва не схожу с ума от одного только Серёжиного присутствия рядом, восхищаюсь его красотой, каждой веснушкой, каждым пятнышком, а он с каждым днём всё больше и больше влезает в пучину неуверенности. — Серёж, тебе не нужно совершать подвиги для того, чтобы заслужить что-то. И не стоит бояться своих чувств, потому что они определённо взаимны. Разум замирает на несколько секунд, вероятно, тщательно обдумывая мои слова, и только после поднимает взгляд, смущëнно улыбаясь. — Это правда? — Правда, рыжик. Серёжа довольно улыбается и снова крепко обнимает меня. Он окончательно успокоился, я чувствую это по его неуверенным прикосновениям и тихому размеренному дыханию. — То есть... Ты будешь со мной, правда? — Я буду с тобой. Всегда буду с тобой, солнышко, — шепчу и расплываюсь в самой счастливой улыбке, крепко обнимая любимого рыжика.