Chapter 11.

В кабинет вошли несколько полицейских. Стоявший спокойно Джемаль, вдруг дернулся и со всей силы ударил Омера, отчего тот упал и неудачно ударился головой об стол. — Омееееер! — Кывылджим тут же кинулась к нему, пока полицейские надевали наручники на Джемаля. Он держался за голову и пытался улыбаться, что бы не напугать жену ещё больше. Её глаза намокли и она развернулась к Джемалю, которого уводили из кабинета. — Ты! — Кывылджим кинулась на него, но, пришедший Метехан крепко держал её. — Я сделаю всё, чтобы ты сел надолго! Мой муж пару лет назад перёнес серьезную операцию. Если с ним что-то случится, тебе не поздоровится! Джемаля увели, и Кывылджим вернулась обратно к Омеру, который сидел на полу, также держась за голову. Она осмотрела его голову и заметила кровь на том месте, которым он ударился об стол. — Омер, у тебя кровь! — он сидел также неподвижно и молча смотрел на неё. — Почему ты не сказал? Почему ты вообще молчишь? Ты можешь говорить? — Папа, что с тобой? — Метехан присел рядом с Кывылджим. — Скажи, что-нибудь! Омер немного поморщился и тихо произнёс: — Меня немного тошнит и болит голова, поэтому я сижу неподвижно, в надежде, что это пройдет. — Метехан, вызывай скорую! — глаза Кывылджим расширились, когда она услышала это. — Тебе немедленно нужно обследоваться! — Подожди, сынок. — он дал знак не звонить. — Кывылджим, отвези меня. Я в состоянии идти сам. Когда они добрались до больницы, Кывылджим придерживала Омера, помогая зайти внутрь. Его забрали на КТ и прочие обследования, чтобы исключить риск рецидива. Прошло не менее 40 минут, прежде чем Омера отвели в палату и поставили капельницу, оставив наедине с женой, в ожидании полных результатов. Она сидела около его кровати, держа за руку, которая была свободна от капельницы, и гладила его по голове. — Не плачь, милая. — он аккуратно стёр слезы с её щёк. — Я в порядке, там просто царапина! Скажи, как ты? Он ничего не сделал тебе? — Нет, — она оглядела себя. — Только немного порвал блузку. — Я куплю тебе сто таких блузок! Через десять минут зашёл доктор. Результаты обследования показали наличие небольшого сотрясения мозга, но, необходимо было наблюдаться в дальнейшем. — Господин Омер, мы задержим вас здесь до вечера. После чего, вы можете отправляться домой, но, соблюдайте постельный режим пару дней и принимайте нужные лекарства. Такая перспектива не очень его устраивала, но, увидев суровый взгляд жены, Омер понял, что лучше ему действительно оставаться в постели следующие пару дней. Приехав домой, Кывылджим тут же скомандовала Омеру лечь в постель, сказав, что принесёт ужин через двадцать минут. Компанию в кровати ему составил Альп, который значительно вырос, с тех пор, как Омер нашёл его в лесу. По размеру он был больше Томаса, но, по-прежнему, немного опасался его. Кывылджим покормила Гюнеш, Метехана и Томаса и собрала поднос, чтобы покормить Омера. Когда она зашла в спальню, то увидела милую картину: Омер лежал на кровати, прикрыв глаза, а на нём улёгся Альп. Она аккуратно поставила поднос на тумбочку и погладила собаку. Омер тут же открыл глаза. — Ой, пришла моя медсестра! — он погладил её по ноге. — Что у нас сегодня на ужин? — Твоё любимое блюдо! — А десерт к нему полагается? — Какой десерт? — Нуууу… — Омер закрыл глаза и вытянул губы трубочкой. — Хотя бы такой! — Сначала ужин съешь! После ужина, Кывылджим легла рядом с ним, положив голову ему на грудь. — Ты правда расторг контракт с Джемалем? — Угу! Будем заниматься им вместе с тобой. — он крепче обнял её и притянул к себе. — Отдыхай, сегодня был тяжелый день! Утром Омер проснулся от знакомого звука. Открыв глаза, он повернул голову вправо и увидел Кывылджим, которая кормила Гюнеш. — Доброе утро! А мне полагается такой завтрак? — Доброе! — она обратила на него внимание. — Тебе полагается салат из свежих овощей, омлет и чай. — Вот ты жадная! Она показала ему язык и закончила кормить малышку, запахивая халат. Омер взял дочь к себе на руки и посадил на себя, играя с её кудряшками. — Какая славная малышка у нас получилась, вся в меня! — он засмеялся, краем глаза посмотрев на жену. — Да, моя принцесса? — Конечно, вся в тебя, от меня ничего! Я пошла завтрак принесу! — Эх, Гюнеш, вот характером ты в маму, такая же злюка бываешь! Кывылджим принесла завтрак, забрала Гюнеш и ушла в детскую. — Вся в папу, ну, как же! — она играла с дочкой и говорила сама с собой. — Мои волосы, мои глаза! Ты моя куколка! Гюнеш вдруг встала, держась за маму, и сделала два шага навстречу ей, упав в её объятия. Кывылджим округлила глаза, встала, вместе с Гюнеш на руках, и побежала в спальню. — ОМЕР! — Что я успел ещё натворить, пока был один? — от неожиданности он пролил на себя чай. — Ну, рассказывайте! Переведя дух, Кывылджим села на кровать и сверкающими глазами посмотрела на него. — Только что Гюнеш сделала первые шаги, с моей поддержкой! — Почему ты меня не позвала? — Издеваешься? Это доли секунды! — она положила малышку на кровать. — Теперь нужно тренироваться, чтобы закрепить этот навык! Гюнеш заползла на Омера, который успел снять мокрую футболку, удобно уселась и принялась бить по его груди, а затем крутить его соски, отчего он закричал: — Ай, Гюнеш! — Омер аккуратно убрал её руки, взяв их в свои. — Нельзя так делать, папе очень больно! Всё-таки, от мамы в тебе тоже много чего… — он посмотрел на Кывылджим, которая ждала его ответа. — Она, иногда, также делает, только с другой целью! — Омер, сейчас как тресну! — А чего тресну сразу? У меня сотрясение вообще-то! — ему явно доставляло удовольствие издеваться над ней. — Слушай, а в твоём чудо-наборе случайно нет зажимов? Я кое-что придумал! — Каких зажимов? — до неё не сразу дошёл смысл, но, потом она, всё же, легонько хлопнула его по бедру. — Нет! Даже не думай! На пару дней больничного Омера, Кывылджим осталась дома. Айше привезла ей необходимые документы, которые нужны были для работы из дома. Няню они также отпустили на пару дней выходных. После обеда Омеру позвонила Нурсема и спросила, может ли она навестить их, поскольку услышала от Метехана о его здоровье. — Кывылджим, вечером к нам зайдет Нурсема, надеюсь, ты не против? — Нет, почему я должна быть против? Я никогда не препятствовала твоему общению с семьёй… — она немного подумала. — Даже с госпожой Пембе, Фатихом и Гёркем. — Гёркем не моя семья! — Но, она жена твоего племянника, так или иначе мы все связаны. — Я не хочу с ними плотно общаться, да и они не горят желанием. — Хорошо, я поняла! Закроем эту тему! К ужину Кывылджим накрыла стол и, дождавшись Нурсему и Метехана, все сели ужинать. — Госпожа Кывылджим, — после ужина они разместились в гостиной, Нурсема сидела с Гюнеш на руках, которую очень заинтересовало её платье. — Гюнеш очень похожа на вас! Услышав это, Кывылджим тут же развернулась к Омеру и показала ему язык. Тот насупился и обиженно спросил: — А от меня совсем ничего, Нурсема? — Дядя, твои черты тоже есть, но, черты от госпожи Кывылджим более выражены. А так, в ней можно узнать вас обоих! — Ну, хорошо! — Омер, услышав это, явно повеселел. — Как дела дома? — Как обычно… Тяжело! — Нурсема вздохнула. — Фатих и Гёркем периодически ругаются, она уходит в ночные клубы и не следит за ребёнком. Мама, всё также, грозится, что скоро умрёт от бесконечных ссор и скандалов. Папа не обращает внимания ни на что. У нас, разве что, Мустафа и Нилай живут в мире и согласии, во всём друг друга поддерживают! На работе тоже невыносимо, атмосфера гнетущая! — Переходи в нашу компанию, Нурсема! — Кывылджим погладила её по плечу. — Будем, как раньше, работать вместе! У нас есть проект детского лагеря, там понадобится твоя помощь! — А можно? — глаза Нурсемы загорелись, но, резко потухли. — Вдруг отец не разрешит? — Я поговорю с ним! — Омер мягко улыбнулся ей. — Думаю, он хочет, чтобы ты была счастлива и будет не против! Проводив Нурсему, они разошлись по своим комнатам. Кывылджим ушла в душ, пока Омер расстилал постель и переодевался в пижаму. Выйдя из душа, она заметила, что на её половине кровати Альп и Томас дерутся за место. — Так, разошлись! — она взяла на руки Томаса и легла с ним на кровать. — Видите, вам обоим хватит места здесь! Кывылджим легла на бок, и Томас прижался к ней, начав тереться мордочкой об её живот. Омер долго смотрел на это зрелище и решил спросить: — Ты, часом, не беременна? — Нет, с чего ты взял? — Смотрю, как Томас трётся об твой живот. — Он не прекращал периодически это делать, даже после рождения Гюнеш. — она почесала кота за ушком. — Если бы я была беременна, то скоро мне бы предстояли роды. — Ты хотела бы ещё детей? — Нет… — её лицо приняло серьезный вид. — Омер, мне надо тебе кое-что рассказать. — Я слушаю. — Тогда, при родах… В начале операции у врачей был выбор: спасти меня или спасти Гюнеш. Спасли обеих, но, у меня была ещё одна остановка сердца… Поэтому, если бы я и хотела ещё детей, то мне попросту больше нельзя так рисковать собой. — Кывылджим! — он вдруг вскочил на кровати принял сидячее положение. — Почему я об этом узнаю только сейчас? Почему ты мне не сказала? — Я запретила Неслихан говорить об этом потому, что твоё состояние тогда было очень хрупким. У тебя был нервный срыв! Он крепко обнял её и много раз поцеловал в макушку. — Я понимаю, что ты скрыла это, чтобы защитить мою нервную систему, но, больше ничего не скрывай, хорошо? — Прости… — она кивнула в ответ. — Больше не буду. Кывылджим проснулась посреди ночи и, не обнаружив Омера в постели и решила пойти, поискать его в другие комнаты. На кухне послышался шорох, и она отправилась прямиком туда. Омер стоял в одних спортивных штанах около холодильника и что-то в нём высматривал. Кывылджим на цыпочках подошла к нему и прошептала на ухо: — Почему не в постели, больной? Он подпрыгнул на месте и обернулся к жене: — Ты меня до смерти напугала! Думаю, чем перекусить. — он оглядел её снизу до верху. — Но, кажется, я придумал кое-что поинтереснее! Она и пикнуть не успела, как оказалась сидящей на кухонном столе, плотно прижатой, с двух сторон, руками Омера. — Кот поймал свою мышку! — он облизнул губы и крепко поцеловал её, отчего низ живота Кывылджим начало приятно скручивать. — Теперь не убежишь! — С ума сошёл? — она нехотя отбивалась, но, почти сдалась. — У нас дети спят! — Дети пускай спят, им никто не мешает! — Омер уже наполовину снял с неё халат и уже стягивал её трусы, попутно, в миллионный раз, изучая её грудь. — Пришло время отремонтировать кухню! Он прикрыл её рот рукой и был готов соединить их тела, как вдруг они услышали звук шагов, которые приближались в их направлении. Быстро натянув на себя штаны и завязав халат Кывылджим, они сделали вид, как будто ничего не произошло. Через секунду на кухню зашёл Метехан. — Папа? Сестра Кывылджим? — он потирал сонные глаза, уставившись на них. — У вас тоже бессонница? — Нет, сынок, мы встали попить воды. Кывылджим перевела взгляд вниз и увидела свои трусы, которые незаметно, пяткой, подвинула так, чтобы Метехан их не заметил. — Твой отец немного проголодался, поэтому встал в три часа ночи немного перекусить. — она ткнула Омера в бок. — А я проснулась от жажды. Надеюсь, Гюнеш не решит проснуться сейчас! Они рассмеялись и разошлись спать. Через неделю в Стамбуле выпал снег. Приближался Новый год и нужно было определяться, где его отпраздновать. Омер предложил вариант провести новогоднюю ночь в их доме, а после улететь на острова. Это устроило всех и решение было принято единогласно. — Кывылджим, ну, вы готовы? — они решили выбраться на один день в их дом вместе с Гюнеш. — Давайте быстрее, иначе встанем в пробку из-за снега! Пока они были в дороге, Гюнеш, сидя в своём кресле разглядывала снежный город, а вторую половину пути решила поспать. Они добрались достаточно быстро, несмотря на снегопад. Вокруг их дома было очень красиво, деревья стояли в снегу и под ногами тоже хрустел снег. Омер припарковал машину и взял Гюнеш на руки, которая всё ещё спала. Зайдя в дом, они уложили её в кроватку и пошли на кухню, заваривать кофе. — Так красиво за окном! — Кывылджим мечтательно смотрела во двор. — Настоящая зима! — Да! Нужно будет обязательно показать снег Гюнеш, она его ещё никогда не видела! Их диалог прервал не слишком сильный стук в ворота. Они вышли на террасу, чтобы убедиться, что им не показалось, и, тут же, стук повторился снова. Открыв дверь, они посмотрели вниз и увидели перед собой маленькую девочку, лет четырех-пяти, которая была в одной кофте, несмотря на холодную погоду. Её лицо было в слезах, а на щеке была царапина, которая кровоточила. — Помогите, пожалуйста!