Глава 29 "Мысли"
3 апреля 2025, 08:33"Ты промокла, любимица", - сказала она. Она посмотрела на Гермиону и усмехнулась. "И твой язык - мой. Мисс Гермионе придется это заслужить, а тебе нужен перерыв". Гермиона открыла рот, чтобы возразить, но Дафна заговорила прямо над ней. "Если ты получишь это, не успев привыкнуть, это будет так сильно, что ты даже не получишь удовольствия, Гермиона. Просто доверься мне в этом. Я думаю, ты согласишься, что до сих пор все было замечательно, не так ли?".
Гермиона кивнула. "Я скажу, что терпела его долгие годы. Думаю, я уже заслужила это, даже если не получаю прямо сейчас".
"Я буду иметь это в виду", - сказала Дафна, смеясь, когда прикрепляла страпон. Она вздрогнула, почувствовав, как настоящая копия Гарри входит и растягивает ее. Он действительно был таким чертовски огромным. Это было почти слишком, и это было идеально. Она не могла дождаться настоящей версии, но пока что она будет создавать свои собственные удовольствия. "Но сейчас я хочу трахнуть тебя, так что я оставлю за тобой право решать, как это произойдет".
Гермиона ухмыльнулась, как коварный Слизерин, и быстро переместилась на колени Гарри. Она терлась о его стоящий в клетке член и смеялась ему в лицо. "Посмотри на себя, Гарри", - пропела она. "Ты в целомудрии, а я только что трахнула твою подружку. Я была неправа раньше. Ты не щенок. Ты рогоносец."
В тот момент, когда слова покинули ее рот, Гермиона поняла, что совершила огромную ошибку. Она не знала, насколько плохо будут восприняты ее слова, пока она их произносила, но ближе к концу она смогла почувствовать, как изменилось настроение в комнате. Лицо Дафны стало холодным, а ее палочка фактически ткнулась в шею Гермионы. Гермиона могла честно сказать, что никогда еще ни одна ведьма не пугала ее так, как Дафна в тот момент, а ведь она сражалась с Беллатрисой Лестрейндж!
"Ты никогда, никогда не скажешь этого снова", - прошипела Дафна ей на ухо. "Я ясно выразилась, Гермиона Грейнджер? Ты не скажешь этого. Ты не будешь предлагать или намекать на это. Ты даже не позволишь этой мысли появиться в твоей голове, даже в виде запретной фантазии, которую ты держишь взаперти от всех остальных. Сама идея умрет навсегда, и она умрет прямо сейчас. Это понятно?" Гермиона судорожно кивнула, не в силах заставить свой голос работать, чтобы принести хоть какое-то словесное извинение.
"Хорошо", - сказала Дафна. "Потому что такую идею я никогда не рассматривала и не буду рассматривать. Сделать из Гарри рогоносца - это наименее возбуждающая вещь, которую я могу себе представить. Мой покорный питомец не из тех мужчин, которые становятся рогоносцами; с чего бы это? Если бы я могла его трахнуть, я бы это сделала. Я хотел бы иметь свободу для этого больше, чем вы можете себе представить, но пока у меня ее нет. Это единственная причина, по которой наш нынешний спектакль может хотя бы смутно напоминать ту ужасную возможность, которую ты только что, не подумав, подкинула ему. Но дело не в этом, и я не потерплю, чтобы ты снова намекал на это, даже в шутку. Я никогда не поступлю так с ним, и если я еще раз услышу слово "рогоносец" из твоих уст, клянусь Мерлином, тебе придется за это ответить".
"Все в порядке, госпожа", - сказал Гарри, прежде чем Дафна смогла продолжить свою тираду против Гермионы. "Я знаю, что ты не поступишь так со мной. Я доверяю тебе". Дафна подавилась тем, что собиралась сказать дальше, и в комнате воцарилась тишина. Гермиона наблюдала за происходящим, ошеломленная словами Гарри и испытывая облегчение от того, что он прервал откровенно ужасающую тираду Дафны, которая была направлена на нее.
"Ты слишком совершенна, любимая", - пробормотала Дафна. "Я не заслуживаю тебя, но однажды я стану такой. Я обещаю".
То, с какой любовью Дафна говорила с ним, застало Гермиону врасплох. Она не ожидала, что это прозвучит так сильно и так искренне, а не будет смешано с фантазией. Глубина очевидной любви Дафны к Гарри была единственной вещью, которую Гермиона не ожидала увидеть заранее.
Гарри собирался заговорить, но внезапный крик удовольствия Гермионы прервал его, когда Дафна прижала ее к себе, ее руки и ноги развалились от шока и удовольствия, вызванного тем, что Дафна трахает ее. А потом Гарри все равно не мог говорить, потому что рот Дафны накрыл его рот и яростно обжимал его, пока Гермиону трахали.
Гермиона забыла об этой паре и погрузилась в свой собственный маленький мир, получая такое удовольствие, какого никогда не испытывала раньше. Когда под ней была твердая, большая рама Гарри, а сверху ее трахала меньшая, мягкая рама Дафны, Гермиона кричала в экстазе, который раньше не считала возможным. Но во время всего этого было ощущение, что она прервала интимный момент между ее лучшим другом и его любовницей. Ее трахнули очень хорошо, но Дафна так и не поцеловала ее, и у нее не было возможности подарить Гарри грубые поцелуи, которые, как она видела, Дафна так часто дарила ему сегодня вечером. Она так и не смогла проверить, вызовет ли ее укус его губ почти до крови такую же или даже близкую к такой же реакции болезненного возбуждения, как у него, когда Дафна делала это с ним, или он будет просто терпеть от нее.
Она не испытала близости. Ее просто зажали между ними, трахая членом чуть меньшего размера, чем член Гарри, который был в ней раньше, и который был в Дафне сейчас. Время от времени член Гарри в своей клетке касался ее клитора, напоминая ей о его уникальном положении. Стоя на коленях, он выглядел таким сильным и в то же время готовым подчиниться любой жестокой прихоти. Все это было очень волнующе, и это заставляло ее извиваться и кричать от еще большего удовольствия.
Гермиона была непослушной. Она вела себя как сука со своим лучшим другом, пытаясь издеваться над ним так сильно, чтобы он плакал, используя годы их дружбы и свои знания о нем, чтобы задеть те места, которые, как она знала, причинят ему боль. И так оно и было, но он не реагировал. Он не выглядел расстроенным, словно она предала его, и, казалось, понимал, что исполнение ее фантазии не означает, что она относится к нему по-другому.
Она не была уверена, сколько оргазмов она испытала к тому времени, когда Дафна наконец перестала целовать Гарри, но дерганье за кустистые волосы заставило Гермиону вскрикнуть и вернуло ее в настоящий момент.
"Поцелуй его", - потребовала Дафна. "Извинись. Он был так добр к тебе. Сегодня он позволил тебе говорить ему самые ужасные вещи. Ты сказала ему сегодня такое, что я бы не осмелилась сказать, а ты все время смеялась. Ты знал, что делал, и делал это с радостью. Теперь поблагодари его за то, что он охотно терпит это ради тебя, и извинись за то, что была достаточно глупой и стервозной, чтобы думать, что тебе сойдет с рук назвать моего парня рогоносцем. В противном случае, я сейчас же засуну эту штуку тебе в задницу, и когда я закончу с тобой, мы вообще покончим с тобой здесь".
Гермиона отчаянно хотела избежать этого. Точнее, части "закончим". Часть с "задницей" была пугающей, но она будет страдать от этого, если потребуется. Может быть, однажды она даже сможет с радостью принять страпон в свою задницу, если будет должным образом подготовлена к этому. Но потерять это было гораздо важнее. Она извинилась бы в любом случае, даже без угрозы, но было очевидно, что извинение было принесено как для Дафны и ради Дафны, так и для Гарри.
"Мне жаль, Гарри", - просто сказала Гермиона.
"Все в порядке, мисс", - ответил он. "Спасибо, что трахаешь мою девушку, пока я не могу".
Дафна рассмеялась, ее серьезное настроение на мгновение прервалось. "Ты слишком идеален", - сказала она. "Ты идеальный, очаровательный дурак". Она снова начала глубоко целовать своего парня, а Гермиона хихикала, наблюдая за этим. Его согласие и небольшой намек на знакомое нахальное выражение лица говорили о том, что он не расстроился из-за нее.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!