Глава 50 "Госпожа"
9 июля 2025, 13:37Но с точки зрения Дафны, действительно удивительным было то, что у маглов может пройти целая вечность, прежде чем они поймут, что встретили именно того человека, который им нужен. Они могли даже не осознавать этого до тех пор, пока не становилось слишком поздно действовать. В магическом мире такое случалось редко, и эта связь между магией и влечением привела к некоторым проблемам в прошлом, когда брачные контракты были более распространены. Многие кровные вражды возникали из-за неверности именно по этой причине.
Чтение этой книги, казалось, сняло все следы опасений, которые Гермиона все еще испытывала по поводу того, как быстро ее и маму Дафны потянуло друг к другу. И, кстати говоря, Гермиона уже слышала, как она разговаривает по каминной сети с леди Гринграсс. Дафна улыбнулась, находя все это очаровательным. То, что мать теперь не так часто вызывала ее по каминной сети, ее вполне устраивало, ведь она никогда не хотела так часто общаться с ней, пока была в школе. Все самое интересное обычно происходило летом, так что писать домой было особо не о чем, и Дафна никогда не стала бы разговаривать по каминной сети в общей комнате Слизерина. Даже сейчас, после окончания войны, только дурак стал бы так открыто говорить о личных делах в Слизерине.
В этом семестре у Дафны была личная каминная сеть, который она делила с Трейси. Разумеется, у нее был доступ и к тому, который находился в апартаментах Гарри и Гермионы как старосты, но в предыдущем семестре Дафна была занята Гарри. Но Гермиона свободно пользовалась летучим порохом и явно наслаждалась частым общением со своим новым любовником.
"Могу я сменить позицию, госпожа?" спросил Гарри, отвлекая мысли Дафны от любовной жизни ее матери. Дафна подняла ноги с его спины, и он переместился в новую позицию. "Спасибо, госпожа". Она ухмыльнулась, не удостоив его ответом. В конце концов, он служил мебелью, а с мебелью не разговаривают. Он знал, что не должен говорить, кроме как обращаться с подобными просьбами, и она редко обращалась к нему или даже отвечала ему, когда они были в этой роли. Ему было удивительно трудно принять такую форму обучения, но, похоже, сейчас он приходит в себя. Он никогда не проявлял признаков доминирующей, сопротивляющейся личности, которая существовала во всех других аспектах его жизни. Эта его сторона, казалось, действительно исчезла навсегда в отношении сопротивления или попыток доминировать над ней каким-либо образом, но он был удивительно непослушным, попросив не участвовать в этом, даже когда она сказала ему не возражать. А когда он получал отпор, он хныкал и дулся.
Дафна часто находила это очаровательным, хотя, конечно, наказывала его соответствующим образом, шлепая каждый раз, когда он просил не делать этого. Это означало, что это происходило несколько раз в день. После этого она ухаживала за ним с мазью только для того, чтобы отшлепать его как можно сильнее, когда покраснение спадет. Но поскольку это было так восхитительно, она не наказывала его ничем более серьезным, чем шлепок. Теперь она знала, что Гарри наслаждался этой формой наказания, по крайней мере, в те моменты, когда его задница не горела так сильно, что каждый шлепок приносил настоящую боль. Его удовольствие приводило к смущению и дразнению, что само по себе служило некоторым наказанием.
Казалось, что ее представление этих моментов как формы медленной прелюдии для нее дало ему все необходимое, чтобы мысленно принять их как нечто необходимое. Однако он никогда бы по своей воле не поставил себя в такое положение, и в этом заключалась вся причина того, что это было весело. Это было не так весело, как развращать его извращения и заставлять его любить то, что он когда-то был уверен, что возненавидит, и позволять ему иметь дело со стыдом за это. Это было более обыденно, но в ее жизни не было ничего плохого в разнообразии.
После пятнадцати минут чтения и использования человеческого пуфика, она была готова к тому, чтобы использовать его с большим удовольствием. Он будет страдать только тогда, когда это возбудит его, но это доставит ей больше удовольствия. Она подняла ноги и раздвинула ступни.
"Под халат", - сказала она. "Слишком холодно, чтобы я могла открыть его, и ты должен заслужить право увидеть меня голой сегодня в любом случае, пет". Гарри покраснел, выглядя немного более покорным, чем обычно, после ее слов. Она лишь улыбнулась и смотрела, как он исчезает. На самом деле ему не нужно было ничего заслуживать, потому что ей нравилось, как он смотрел на нее, когда она была обнажена, и ей нравилось, как легко она могла возбуждать его и играть с ним. Тем не менее, было забавно держать его начеку и оставлять его в догадках.
"Хороший мальчик", - сказала она, похлопав себя по халату в том месте, где, как она знала, находилась его голова. Это был насмешливый жест, и ее тон соответствовал настроению. "Хорошо и нежно, сейчас. Речь идет о поклонении, а не об оргазме. В темноте под моим халатом я хочу, чтобы ты начал искренне верить всеми фибрами своего существа, что поклонение мне - самое важное в твоей жизни. Дело не в том, как сильно ты хочешь облегчения, когда болит внутри твоей клетки, и не в стрессе твоего дня. Прими то, как это больно - постоянно пульсировать от нужды, и позволь своим мыслям и беспокойству о чем-либо, кроме того, что ты выступаешь в роли моего питомца, исчезнуть. Просто потеряй себя в поклонении мне и в ощущениях, которыми наполняет тебя эта ужасная потребность. Но прими, что твое облегчение не важно, пока ты не заслужишь право быть важным. Как только ты заслужишь его, ты будешь вознагражден просто замечательно".
Она улыбнулась про себя, решив, что эти моменты, когда она напоминала ему о том, кем он станет, во что она его превратит, нужно повторять чаще. Похоже, это был лучший подход, чтобы довести его до конца. Более интенсивные методы можно было применять редко и, таким образом, добиться еще большего эффекта.
Дафна удовлетворенно вздохнула, почувствовав, как он поклоняется ей под халатом. Она протянула руку под халат, чтобы поиграть с его волосами, пока он работал. Она была рада, что сделала это, потому что он задрожал и издал довольно довольное мычание. Она наложила амулет под его колени, чтобы ему было немного удобнее, и он поцеловал ее внутреннюю сторону бедра в знак благодарности, поскольку знал, что не может поблагодарить ее словами. Он также знал, что ей не нужна благодарность; она знала, что он благодарен, и предпочитала тишину и комфорт. Но он все равно хотел найти способ поблагодарить ее, и ей это нравилось. Он тоже выбрал идеальный способ поблагодарить ее.
Он действительно был идеальным, как и ее нынешняя жизнь. Она широко улыбнулась, и ее стоны, потрескивание огня и тихие звуки, которые издавал Гарри, поклоняясь ей внизу, были теми звуками, которые она запомнит, когда будет вспоминать этот прекрасный момент.
Дафна была так возбуждена, что в ее тоне слышалось вожделение. Она прижала Гарри к стене и пристегнула к ней за запястья и лодыжки с помощью магических наручников, которые стали ее любимым сексуальным инструментом. Он был вытянут вверх и беспомощен, и выглядел восхитительно. Он был худым и в то же время мускулистым. Эти мышцы были полностью видны, а его пресс выглядел достаточно хорошо для ушей.
Даже с учетом того, что магия облегчает поддержание формы, а усердные тренировки не так уж и необходимы, чтобы оставаться в приличной форме, почти у всех волшебников были болезненно средние тела. Возможно, именно из-за этой легкости они были слишком ленивы, чтобы прилагать усилия к упражнениям. Но только не ее парень. Он поддерживал себя в отличной форме, и если бы он хоть раз в жизни отступил от своих тренировок, она бы взяла это под контроль, как часть их личной жизни. У него не было выбора в этом вопросе; он собирался и дальше выглядеть в такой форме. Она будет любить его в любом случае, но почему она позволит ему довольствоваться чем-то меньшим, чем то совершенство, на которое, как она знала, он способен?
Вместе с Трейси она начала заниматься спортом. Это был удобный способ проводить время с лучшей подругой, пока она ждала, когда сможет рассказать ей обо всем, что произошло между ней и Гарри. И, конечно же, Трейси будет желанным гостем, когда придет время. Она упомянула о своих планах упражнений матери, которая не упустила легкой возможности поддразнить ее, но она знала свою мать. Аэлла Гринграсс наверняка изучит маггловский распорядок дня, который нашла Дафна. Дафна не удивилась бы, если бы та уже начала заниматься этим дома.
Дафне не нужно было иметь лучшую попу или ноги, более плоский живот или меньшую талию, чтобы выделиться среди других ведьм ее поколения. По ее не очень скромному мнению, она и так превосходила их во всем вышеперечисленном. Но она не была настолько тщеславна, чтобы считать себя совершенством. Если Гарри хотел выглядеть так же хорошо, как он, она должна была позаботиться о том, чтобы и она выглядела по крайней мере так же хорошо. Это было, пожалуй, самое высокое, чего она могла достичь, потому что мужчина в наручниках перед ней был настолько совершенен, насколько это вообще возможно.
Астория до сих пор отказывалась присоединиться, но Дафна собиралась затащить ее завтра, так как она наконец убедила Гермиону присоединиться. Неожиданную помощь ей оказали родители Гермионы. Они прислали ей письмо, в котором говорилось о маггловских исследованиях, свидетельствующих о том, что физические упражнения приносят значительную пользу психике.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!