Глава 81 "Доминирование"
2 марта 2026, 08:18Она нежно поцеловала его, затем села обратно и снова задрала юбку. "На колени", - приказала она. "Я одновременно и твоя любовница, и твоя девушка, но я хочу, чтобы ты понял, что это относится ко всем аспектам наших отношений. И твоя любовница, и твоя подружка отхлещут тебя по заднице так сильно, что ты никогда не забудешь, что заслуживаешь гордости за свои достижения. А когда я закончу, мы пройдем через это и отпразднуем как следует, потому что ты перестанешь преуменьшать, и мы не будем делать вид, что этого не было. Хотя все будет так, как будто этого не было, потому что это останется в прошлом. Теперь на колени. Мне не нужно говорить ни слова. Ты просто будешь терпеть, как хороший мальчик, до самого конца. Я не буду использовать наручники, чтобы убедиться в этом, потому что я знаю, что они мне не нужны. Конец связи, питомец".
Он выглядел так, как будто его уже убедили ее слова, когда он перевернулся к ней на колени, и, вероятно, так оно и было. Тем не менее, она собиралась довести дело до конца и убедиться в этом. Кроме того, за наказанием должна была стоять любовь, и они оба это чувствовали. Она также чувствовала, как он набух в клетке, и ухмылялась, забавляясь тем, что ее господство над ним возбуждало его даже в таких ситуациях. Он был полностью развращен и превращен в ее послушного питомца, и не было никаких сомнений в том, какую роль он хотел бы играть с ней в эти дни.
Он был таким доминантом и такой силой природы, что никто в Визенгамоте не посмел бы произнести ни одного отрицательного слова или даже вопроса. Даже она не смогла бы. Но в их личной жизни его роль заключалась в том, чтобы подчиняться ей вот так. Видеть его таким, каким он был в воспоминаниях, и знать, что по мере его совершенствования всё будет только лучше, - всё это делало его покорность ещё более удивительной для неё.
Однако теперь настало время наказать его. Она начала шлепать его по заднице, войдя в устойчивый ритм, который не был ни слишком быстрым, ни слишком медленным. Она не обращала внимания на количество ударов, потому что это было неважно. Важен был результат, и она добилась от него громких рыданий, прежде чем решила, что хватит с него и руки, которая уже немного побаливала. Она могла бы продолжить, если бы ей понадобилось, но она сделала достаточно. Его попка была красивой и красной, но бывало, конечно, и хуже. Собственно, сейчас было еще хуже.
Она вызвала расческу, купленную специально для этой цели. Он знал об этом, и она видела напоминание об этом на его лице каждый раз, когда он видел ее. Она снова и снова опускалась на его попку, и он всхлипывал задолго до того, как она закончила. Она отметила, что на его заднице появились волдыри и скоро появятся синяки. На этом она собиралась закончить, но не могла отделаться от ощущения, что чего-то не хватает.
"Встань, а потом ляг на кровать так, чтобы твои бедра находились на краю", - сказала она ему. Он пошел и сделал это, а она засмеялась: "Наверное, я должна была сказать, что ты должен стоять на коленях. Я иногда забываю, насколько ты больше меня. Я бы коснулась земли, но не на коленях".
Он все еще всхлипывал, а она свободной рукой любовно ерошила его волосы. "Почти готово, любимый, - сказала она. "Теперь возьми постельное белье. Оно тебе понадобится". Он застонал и закричал, когда услышал, что с его брюк снимают ремень. "Тише."
Она с сомнением взяла ремень и постучала им по его заднице, заняв позицию сбоку от него. "Я хочу, чтобы ты отвечал мне правдиво, любимый, потому что я думаю, что для тебя важно сказать все это вслух", - сказала она, надавливая рукой на его верхнюю часть спины. Она изо всех сил ударила его ремнем по заднице и, дождавшись, когда его крик затихнет, продолжила. "Ты гордился собой сегодня?"
"Да", - слабо произнес он сквозь рыдания.
"А я гордилась тобой?" - спросила она после того, как нанесла ему еще один удар по заднице.
"Да", - снова ответил он.
Теперь последовал важный вопрос. "И ты снова будешь преуменьшать свои достижения?" - спросила она после очередного удара плетью.
"Нет", - слабо ответил он. Он получил еще одну порку, но после этого она отбросила ремень в сторону и поспешила на кровать, чтобы притянуть его к себе. Он обмяк в ее объятиях, и его плечи затряслись от рыданий.
"Еще один вопрос, - прошептала она, обнимая его и гладя по волосам. "Знаешь ли ты, как сильно я тебя люблю?"
"Да", - всхлипнул он. "Спасибо тебе. Я так тебя люблю".
"Я знаю, Гарри", - ответила она. "И я знаю, что тебе, вероятно, не нужно было ничего, кроме лекции. Но все же я..."
"Нет, мне это было нужно", - перебил он. "Спасибо."
"Я так горжусь тобой". Она поцеловала его в макушку. "Ты такой замечательный, и ты делаешь меня самой счастливой ведьмой на свете с того момента, как я просыпаюсь, и до того момента, как я засыпаю. Даже когда я вижу сон, я все равно счастлива". Она призвала мазь. "Перебирайся ко мне на колени, чтобы я могла позаботиться о твоей попке, любимица. После этого я сниму с тебя эту клетку, и ты займешься со мной любовью, чтобы мы могли отпраздновать то, какой ты была сегодня замечательной, хорошо?"
Он кивнул и вытер глаза. Она сцеловала оставшиеся слезы с его щек, а затем наложила мазь и несколько чар, чтобы помочь ему вылечиться. Его задница была уже на пути к выздоровлению, и с помощью магии она полностью заживет до того, как они лягут спать. Она отперла клетку, пока он не понял, что она ее сняла, и рассмеялась над его удивленным, взволнованным вздохом.
"Я только что сказала тебе, что мы собираемся делать, глупый мальчик", - сказала она. "Ты ведешь себя так, как будто мы не трахались Мерлин знает сколько раз каждый день, когда наконец-то смогли это сделать". Она быстро стянула с себя юбку, а вслед за ней и трусики на пол. "На этот раз прелюдия не нужна и не желательна. Мне просто нужно, чтобы ты был внутри меня. Позволь мне обхватить тебя и заняться со мной любовью, любимая, и не смей делать ничего, что могло бы сделать это менее приятным для тебя. Это значит, что ты кончишь, если почувствуешь, что хочешь этого. Но что еще более важно, тебе лучше не останавливаться, пока я не скажу, а это произойдет не раньше, чем я буду заполнена по крайней мере несколько раз и, скорее всего, после того, как я закричу до хрипоты". Его стон совпал с ее стоном, когда он медленно ввел свой член в нее.
"О, Мерлин, ты такой охренительно огромный, я даже не могу дышать", - простонала она, с трудом выговорив последнее слово. Она обвила руками его шею, а ногами - талию.
"Теперь быстрее, малыш", - поощрила она через несколько минут. "Теперь я более чем готова к этому, и нам не придется ждать моего выздоровления так часто, как раньше. Я поговорила со своим другом-целителем, и он дал мне несколько чар, которые я могу применять так часто, как захочу, не опасаясь переусердствовать. Это значит, что отныне у тебя нет причин не быть во мне каждый день. Так что трахай меня глубоко и жестко. Ты мой сексуальный раб, поэтому тебе нужно поторопиться, заставить меня кончить и наполнить меня. Я устал ждать!"
Он застонал от возбуждения, и она засмеялась, прежде чем он заставил ее застонать, ускорив темп и дав ей начало того, что она только что дразняще требовала от него.
"Да, да, вот так, малыш", - сказала она. "Вот так. Я так люблю тебя".
--
"Стори, это на тебя не похоже", - сказала Дафна, хмуро глядя на сестру.
"Я не знаю, что делать, Даф, - сказала Астория, вздыхая. "С каждым днем становится только хуже. Кроме как просто пойти и прямо попросить об этом..."
"А разве это не то, что ты бы сделала?" "Если нет, то я сделаю это сама, прежде чем позволю тебе просто сдаться".
Астория застонала. "Хорошо. Но если я это сделаю и ничего не получится, это будет так неловко. Я решила смириться с тем, что тот, за кого я выйду замуж, не сможет сравниться ни с этим, ни с ним, и что я должна просто наслаждаться всем этим, пока могу. Но если я пройду через это, то, вероятно, все изменится".
Дафна нахмурилась, обдумывая сказанное. Она не была агрессивной или инициативной, чтобы настаивать на этом, но она также не думала, что ее сестра близка к тому состоянию, в котором она сейчас находится. Она всегда знала, что Стори, да и Трейси в меньшей степени, будет тяжело видеть, как она, её мама и Гермиона в полной мере наслаждаются Гарри, а сами не могут этого сделать. Но она была удивлена тем, как сильно эта трудность давит на её сестру.
То, что она не спешила перевезти некоторые свои вещи, не было неожиданностью. Но то, что она подумывала все бросить, потому что считала, что это, сколько бы ни длилось, навсегда разрушит ее сексуальную жизнь, потому что ничто другое не сможет сравниться с этим, было определенно неожиданностью. Дафна не думала, что ее сестра так быстро откажется от этого, тем более что Гарри явно обожал ее. Теперь, когда они больше не учились в Хогвартсе, все могло быть по-другому. Не нужно было поддерживать видимость, проводя время в общей комнате, и появилось больше свободного времени, которое они могли бы посвятить сближению друг с другом. Это всегда происходило, когда они оставались наедине вдвоем, и Дафна предполагала, что теперь ее сестра будет использовать такие возможности.
"Я не хотел подслушивать, но не смог удержаться", - сказал Гарри, выходя из ванной и чувствуя себя очень неловко. Астория замерла, а Дафна могла бы уколоть себя за то, что забыла о нем. В голосе Астории было столько разочарования и отчаяния, когда она пришла в спальню Дафны, чтобы поговорить с ней, что Дафна уделила сестре все свое внимание, и где-то по пути она, должно быть, забыла, что Гарри был в душе. Их спальня и ванная комната были соединены, и у Гарри не было бы другого выхода из ванной, кроме как через дверь, в которую он только что вошёл, за исключением аппарирования. Но он мог бы случайно подслушать множество разговоров, прежде чем понял бы, что аппарирование было бы хорошим выбором, чтобы избежать неловкой ситуации.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!