Глава 91 "Пари"

11 мая 2026, 12:47
"Если ​я ​сочту ​тебя ​достойным ​оргазма, ​который ​я ​тебе ​обеспечу, ​он ​будет ​получен ​тем ​способом, ​который ​я ​сочту ​нужным", ​- ​сказала ​она ​и ​продолжила. ​"Если ​на ​твоем ​лице ​появится ​хоть ​один ​взгляд, ​который ​мне ​не ​понравится, ​когда ​я ​скажу ​тебе, ​как ​я ​заставлю ​тебя ​кончить... ​что ​ж, ​я ​уже ​сказала ​тебе ​о ​последствиях. ​Да, ​я ​абсолютно ​серьезен. ​Если ​ты ​думаешь, ​что ​я ​не ​выполню ​это, ​то ​давай, ​проверь ​меня. ​Я ​уверен, ​что ​ты ​так ​не ​думаешь, ​ведь ​ты ​знаешь, ​что ​у ​меня ​есть ​фантазия ​не ​давать ​тебе ​кончать ​целый ​год, ​а ​то ​и ​больше. ​Твоя ​любовница ​никогда ​бы ​мне ​этого ​не ​позволила, ​но ​я ​бы ​с ​радостью ​согласился ​на ​три ​или ​шесть ​месяцев". ​Он ​заскулил ​от ​этой ​мысли, ​и ​она ​захихикала. ​ ​"Если ​ты ​пришел ​к ​выводу, ​что ​твое ​собственное ​лицо ​будет ​самым ​распространенным ​местом, ​куда ​я ​буду ​кончать, ​то ​ты ​будешь ​прав", ​- ​сказала ​она. ​"Твоя ​любовница ​заставила ​меня ​согласиться ​с ​тем, ​что ​я ​никогда ​не ​буду ​заставлять ​тебя ​открывать ​рот ​или ​глаза, ​и ​что, ​если ​ты ​будешь ​вести ​себя ​как ​положено, ​я ​найду ​способ ​прикрыть ​твой ​рот, ​чтобы ​туда ​ничего ​не ​просочилось. ​Но ​если ​вы ​не ​заслужили ​этой ​привилегии ​и ​не ​можете ​самостоятельно ​контролировать ​себя ​и ​держать ​рот ​закрытым, ​я ​не ​стану ​препятствовать ​этому ​или ​делать ​что-либо, ​чтобы ​помочь ​вам ​избежать ​этого. ​Я ​не ​буду ​заставлять, ​но ​я ​с ​большим ​удовольствием ​буду ​наблюдать, ​как ​это ​происходит, ​если ​ты ​дашь ​мне ​такую ​возможность, ​так ​что ​имей ​это ​в ​виду ​и ​не ​забывай ​вести ​себя ​хорошо. ​Я ​знаю, ​что ​эта ​идея ​кажется ​тебе ​ужасной, ​так ​что ​это ​должно ​послужить ​для ​тебя ​хорошим ​стимулом ​вести ​себя ​хорошо". ​Гарри ​застонал ​и ​слегка ​кивнул. ​ ​"Я ​рада, ​что ​ты ​не ​жаловался, ​но ​я ​также ​и ​недовольна", ​- ​сказала ​она. ​"Это ​значит, ​что ​я ​проиграла ​пари. ​Я ​думала, ​что ​ты ​хотя ​бы ​незначительно ​уступишь ​мне, ​но ​твоя ​хозяйка ​была ​уверена, ​что ​ты ​этого ​не ​сделаешь, ​и ​она ​оказалась ​права. ​В ​последнее ​время ​она ​к ​тебе ​неравнодушна, ​поэтому ​проигрыш ​в ​споре ​означает, ​что ​мне ​придется ​позволить ​тебе ​кончить ​в ​меня, ​когда ​я ​через ​минуту ​воспользуюсь ​твоим ​членом. ​Обидно, ​правда. ​С ​другой ​стороны, ​это ​прекрасное ​ощущение, ​так ​что, ​думаю, ​я ​не ​так ​уж ​много ​потеряла. ​Я ​могу ​просто ​подождать ​до ​завтра, ​пока ​мне ​не ​станет ​так ​стыдно, ​что ​тебе ​захочется ​заползти ​в ​нору. ​Или ​я ​могу ​сделать ​это ​даже ​на ​следующий ​день. ​У ​нас ​вся ​жизнь ​впереди, ​так ​что ​торопиться ​некуда". ​Её ​следующий ​смех ​был ​несколько ​добрее, ​но ​Гермиона ​могла ​быть ​только ​такой ​доброй, ​когда ​они ​так ​играли. ​ ​"Ложись ​на ​спину ​на ​кровать", ​- ​потребовала ​она. ​"Я ​собираюсь ​связать ​тебя ​и ​проверить ​новые ​чары. ​В ​конце ​я ​дам ​тебе ​награду, ​но, ​конечно, ​ты ​можешь ​потерять ​на ​неё ​право. ​Я ​не ​стану ​облегчать ​тебе ​задачу, ​чтобы ​к ​концу ​ты ​все ​еще ​оставался ​достойным, ​так ​что, ​надеюсь, ​ты ​готов." ​ ​-- ​ ​Гермиона ​сжимала ​Гарри ​в ​объятиях. ​Обе ​её ​руки ​сжимали ​его ​шею, ​и ​ситуация ​могла ​бы ​быть ​опасной, ​если ​бы ​она ​не ​была ​намного ​меньше ​и ​физически ​слабее ​его, ​или ​если ​бы ​на ​ошейник, ​который ​девушка ​заставляла ​его ​носить ​наедине ​с ​собой, ​не ​было ​наложено ​столько ​защитных ​чар, ​сколько ​было ​наложено. ​Тем ​не ​менее, ​она ​действительно ​душила ​его, ​хотя ​и ​не ​могла ​причинить ​ему ​никакого ​реального ​физического ​вреда. ​Если ​бы ​дело ​дошло ​до ​этого, ​то ​чары ​заставили ​бы ​ее ​руки ​прекратить ​душить ​его ​в ​тот ​момент, ​когда ​он ​вырвется. ​Это ​было ​так ​же ​впечатляюще, ​как ​и ​её ​собственные ​устройства, ​если ​не ​более ​впечатляюще, ​учитывая ​сложность ​включения ​этой ​защиты ​наряду ​со ​многими ​другими ​полезными ​чарами, ​наложенными ​на ​него. ​ ​Гарри ​был ​привязан ​в ​положении ​полулёжа, ​когда ​его ​запястья ​и ​лодыжки ​соприкасались. ​Это ​было ​нейтральное ​положение, ​но ​он ​не ​мог ​пошевелиться ​ни ​на ​дюйм, ​а ​наручники ​были ​на ​нём, ​но ​ничего ​не ​делали, ​чтобы ​ограничить ​его ​свободу. ​Они ​все ​еще ​работали, ​просто ​в ​этот ​раз ​было ​удобнее ​надеть ​их ​на ​него ​без ​физического ​ограничения. ​ ​Она ​громко ​стонала, ​наслаждаясь ​его ​членом, ​и ​он ​тоже ​наслаждался ​ею. ​С ​другим ​устройством ​он ​быстро ​достиг ​предела ​своих ​возможностей. ​Мысленное ​воздействие ​на ​него ​оказалось ​гораздо ​сильнее, ​чем ​она ​ожидала, ​и ​это ​было ​удивительно. ​Ей ​нравилось ​играть ​с ​ним ​таким ​образом, ​и ​это ​было ​очень ​приятно. ​Однако ​это ​означало, ​что ​ей ​пришлось ​остановиться ​быстрее, ​чем ​она ​планировала. ​ ​Но ​это ​было ​не ​страшно. ​Гораздо ​интереснее ​было ​доставить ​ему ​еще ​большие ​страдания, ​чем ​она ​ожидала, ​а ​потом ​заставить ​его ​страдать ​еще ​и ​таким ​образом. ​Видеть, ​как ​он ​страдает ​от ​того, ​что ​не ​может ​кончить, ​и ​как ​ему ​больно ​от ​того, ​что ​ему ​отказали ​в ​облегчении, ​было ​лишь ​немногим ​лучше, ​чем ​наблюдать, ​как ​он ​мучается, ​находясь ​внутри ​нее ​и ​не ​чувствуя ​этого. ​ ​Она ​уже ​научилась ​получать ​удовольствие ​от ​этого ​члена, ​но ​он ​все ​еще ​мог ​задеть ​такие ​места, ​которые ​могли ​бы ​вызвать ​у ​нее ​отвращение, ​если ​бы ​она ​не ​была ​осторожна. ​Когда ​он ​задевал ​эти ​места ​во ​время ​вознаграждения, ​это, ​как ​ни ​странно, ​было ​приятнее, ​чем ​когда ​она ​сама ​оступилась ​и ​задела ​их. ​Тем ​не ​менее, ​она ​знала, ​как ​их ​избежать, ​и ​при ​этом ​не ​теряла ​надежды ​на ​то, ​что ​его ​член ​будет ​доводить ​ее ​до ​предела. ​Когда ​он ​входил ​в ​нее, ​в ​животике ​всегда ​оставалась ​заметная ​выпуклость. ​ ​Он ​также ​теперь ​знал ​общие ​для ​всех ​них ​мучительные ​места, ​и ​даже ​будучи ​связанным, ​мог ​как-то ​сдвинуть ​свое ​тело ​настолько, ​чтобы ​она ​избегала ​их, ​когда ​забывала ​или ​ошибалась ​во ​время ​своего ​бешеного ​возбуждения. ​Она ​не ​похвалила ​его ​за ​это ​после ​первого ​раза, ​потому ​что ​теперь, ​когда ​она ​знала, ​что ​он ​умеет ​это ​делать, ​от ​него ​этого ​ждали. ​Она ​не ​стала ​бы ​наказывать ​его ​за ​это, ​если ​бы ​ему ​не ​удалось ​сделать ​это ​в ​какой-то ​момент, ​пока ​он ​был ​связан, ​но ​она ​ожидала ​от ​него ​максимальных ​усилий. ​ ​Она ​крепче ​обхватила ​его ​за ​шею, ​даже ​зная, ​что ​это ​ничего ​не ​изменит ​благодаря ​чарам ​на ​ошейнике. ​Но ​ведь ​она ​не ​специально ​это ​делала. ​Она ​почувствовала, ​как ​оргазм ​накатывает ​на ​нее ​уже ​в ​шестой ​раз ​с ​тех ​пор, ​как ​она ​начала, ​и ​ее ​голос ​задрожал, ​когда ​она ​застонала. ​Она ​корчилась ​и ​выгибалась ​на ​нем ​и ​вскоре ​закричала. ​Все ​вокруг ​стало ​белым, ​руки ​обмякли, ​и ​она ​рухнула ​на ​него. ​Она ​еще ​некоторое ​время ​лежала, ​приходя ​в ​себя ​от ​интенсивности ​наслаждения. ​ ​"На ​этот ​раз ​я ​позволю ​тебе ​кончить, ​- ​сказала ​она, ​когда ​достаточно ​пришла ​в ​себя, ​чтобы ​сесть. ​"Но ​ты ​не ​должен ​произносить ​ни ​слова. ​Ты ​можешь ​ныть, ​как ​сучка, ​как ​всегда. ​Но ​ни ​одного ​слова". ​Она ​плюнула ​на ​него ​и ​влепила ​ему ​сильную ​пощёчину, ​и ​улыбнулась, ​увидев, ​как ​близко ​он ​подошёл ​к ​тому, ​чтобы ​заговорить, ​прежде ​чем ​поймал ​себя. ​ ​Гермиона ​осторожно ​взялась ​за ​его ​горло, ​чтобы ​удержаться, ​пока ​она ​скакала ​на ​нём. ​Она ​шлёпнула ​его ​ещё ​раз, ​и ​ещё, ​и ​ещё. ​Когда ​она ​отдернула ​руку, ​то ​только ​для ​того, ​чтобы ​переключиться ​на ​другую ​руку ​и ​взять ​его ​за ​другую ​щеку. ​От ​пощечин ​у ​него ​на ​глазах ​выступили ​слезы, ​и ​Гермиона ​рассмеялась, ​увидев ​их. ​Каждая ​из ​этих ​слезинок ​в ​значительной ​степени ​способствовала ​оргазму, ​который ​приближался ​в ​рекордно ​короткие ​сроки. ​ ​"Кончишь ​раньше ​меня, ​и ​будет ​три ​месяца, ​игрушка", ​- ​простонала ​она ​и ​схватила ​свою ​палочку. ​Отложив ​палочку, ​она ​вернулась ​к ​его ​горлу, ​снова ​плюнула ​ему ​на ​лицо ​и ​стала ​растирать ​его, ​наслаждаясь ​унижением ​и ​тем, ​как ​трудно ​ему ​было ​с ​этим ​справиться ​мысленно. ​ ​"Открой ​рот", ​- ​приказала ​она. ​Он ​открыл, ​хотя ​и ​с ​большой ​неохотой. ​Она ​плюнула ​в ​его ​открытый ​рот ​и ​застонала. ​"Я ​обращаюсь ​с ​тобой, ​как ​с ​грязью, ​а ​ты ​только ​терпишь! ​Блядь, ​может ​быть, ​в ​другом ​мире ​я ​была ​бы ​твоей ​сукой, ​но ​в ​этом, ​здесь ​и ​сейчас, ​ты ​- ​моя ​сука". ​ ​Она ​засунула ​два ​пальца ​ему ​в ​рот, ​не ​обращая ​внимания ​на ​его ​рвотные ​звуки, ​и ​стала ​скакать ​на ​нем ​все ​быстрее ​и ​сильнее. ​Она ​дергала ​его ​за ​волосы, ​чтобы ​успокоить ​себя, ​и ​в ​конце ​концов ​вынула ​пальцы ​изо ​рта, ​чтобы ​запустить ​обе ​руки ​в ​его ​волосы, ​когда ​она ​начала ​кончать. ​Когда ​она ​кончила ​и ​достаточно ​пришла ​в ​себя, ​чтобы ​снова ​нормально ​соображать, ​она ​посмотрела ​на ​него. ​ ​"О, ​я ​думаю, ​ты ​не ​хотел ​кончать", ​- ​сказала ​она. ​"Очень ​жаль". ​Он ​открыл ​рот, ​чтобы ​возразить, ​но ​захлопнул ​его ​прежде, ​чем ​успел ​совершить ​ошибку. ​"Ты ​спрашивал ​разрешения, ​когда ​я ​тебя ​не ​слышала?" ​Он ​покачал ​головой, ​и ​она ​бросила ​на ​него ​любопытный ​взгляд. ​"Тогда ​поторопитесь". ​ ​"Вы ​сказали ​не ​говорить, ​мисс, ​- ​пробормотал ​он, ​- ​и ​не ​кончать ​раньше ​вас. ​И ​я ​знаю, ​что ​мне ​нужно ​разрешение". ​ ​"Справедливо", ​- ​сказала ​она, ​смеясь. ​"У ​тебя ​не ​было ​возможности ​кончить, ​не ​нарушив ​правила, ​а ​это ​не ​значит, ​что ​я ​дала ​тебе ​честный ​шанс. ​Я ​также ​довольна ​тем, ​как ​хорошо ​ты ​сейчас ​себя ​контролируешь. ​Это ​дает ​мне ​надежду ​на ​то, ​что ​ты ​хорошо ​справишься ​со ​своей ​ролью ​моего ​бездумного ​объекта. ​Теперь ​я ​буду ​шлепать ​тебя, ​пока ​ты ​не ​кончишь. ​Тебе ​разрешаю ​кончить ​в ​меня, ​как ​только ​раздастся ​первый ​шлепок, ​но ​не ​будь ​идиотом. ​Контролируй ​свою ​силу. ​Я ​больше ​не ​кончу, ​а ​мне ​нужно, ​чтобы ​эта ​штука ​вышла ​из ​меня ​до ​того, ​как ​мне ​станет ​так ​больно, ​что ​я ​не ​смогу ​даже ​ходить ​без ​зелий ​и ​чар". ​ ​Она ​не ​могла ​пожаловаться ​на ​то, ​насколько ​интенсивными ​были ​его ​толчки ​вверх, ​когда ​она ​начала ​его ​шлепать. ​Она ​поняла, ​что ​если ​это ​будет ​продолжаться ​дольше, ​чем ​он ​рассчитывал, ​то ​она ​действительно ​кончит ​еще ​раз. ​ ​"Я ​сейчас ​кончу!" ​- ​стонала ​она. ​"Блядь, ​кончи ​со ​мной! ​Кончай ​со ​мной, ​или, ​клянусь, ​ты ​не ​кончишь ​несколько ​недель!" ​ ​Он ​вскрикнул, ​когда ​она ​влепила ​ему ​еще ​одну ​пощечину, ​но, ​включая ​эту, ​за ​это ​время ​она ​дала ​ему ​всего ​около ​семи. ​Это ​было ​меньше, ​чем ​она ​планировала, ​и ​сейчас ​ей ​уже ​не ​хотелось ​давать ​ему ​больше. ​Она ​была ​сосредоточена ​на ​чем-то ​гораздо ​лучшем. ​ ​Гарри ​повиновался, ​и ​она ​закричала ​ему ​в ​шею ​и ​дернула ​за ​волосы, ​кончая. ​Он ​заполнил ​ее ​до ​отказа, ​и ​она ​неистово ​затряслась ​и ​забилась. ​Оргазм ​был ​очень ​сильным ​по ​любым ​меркам, ​не ​говоря ​уже ​о ​том, ​что ​она ​даже ​не ​ожидала ​его ​испытать. ​Она ​опустилась ​и ​поцеловала ​его ​грудь, ​когда ​все ​закончилось.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!