Часть 1

Возможно, тебе не стоило испытывать судьбу, и жать руку статуе. Возможно, тебе никогда не следовало приезжать в Гравити Фолз. Возможно, тебе не нужно было возрождать демона. Это было… Неправильным действием. Сперва, когда ты совершила рукопожатие, по руке словно прошелся огонь. Кисть будто обожгло, а твоя улыбка медленно сползала вниз, видя пред собой того, кому эта статуя принадлежала. Это уже не походило на забаву. Все очень напоминало грядущий ужас и бедствие. Камень спал, яркий объект стоит пред тобой, а он, нервно трогая свое «тело», медленно переводит взгляд на тебя. – Ты… – Его зрачок сужается, а треугольная фигура поднимается над землей, с изысканной аккуратностью поправляя галстук бабочку. – Должно быть, любишь безумие? Ты чуть дрогнула, делая шаг назад. В ответ на это желтый тип начинает истерично смеяться, оглядываясь по сторонам. – Забудь, это неважно, я свободен. Ты… – В мгновение он приблизился к тебе, сокращая расстояние. Его черные ладони приподняли подбородок, дабы твое лицо смотрело чуть выше, на него. – Освободила меня. Знаешь, что это значит? Ты отрицательно покивала, еле стоя на ногах. Становилось страшно, страшнее с каждой секундой. – Что мы теперь друзья. Понимаешь? – Его нижнее веко чуть поднялось, словно выражая улыбку. – Лучшие друзья. *** А с этого момента, пожалуй, твоя жизнь пошла в странном, хаотичном, но не менее приятном ритме. Каждый твой день проходил с беседами и голубой чашечкой чая. Каждый вечер, где ты рисовала, шел под наблюдениями – и ты это знала. Наверное, это некая гордость, слушать похвалу на свои работы от столь неоднозначной личности? …Наверное? Некоторые работы ты с трепетом посвящала ему. А он, восхищаясь, дарил комплименты. – Куколка, когда я реализую задуманное, я хочу, чтобы ты стала моим личным художником. Такие навыки на вес золота! Вот здесь – он стоит, опираясь ногой о череп, поправляя корону. На другой – пьет вино. Интересно, правда, чем? Ты предпочла не задаваться этим вопросом. Потом как-нибудь найдешь ответ. На третьей – держит в руках землю, обнимая ее. – Куколка, это выглядит очень правдоподобно! Мне кажется, ты улавливаешь суть! Тебя как-то и не смущали его разговоры о том, какие у него изощренные планы на будущее. Он же твой друг, нет? Вряд ли его слова имеют мрачный оттенок. Все будет хорошо. А от того и творчество твое несло «позитивные аспекты». Одну ли точку зрения вы имели? Правильно ли разделяли мнение? Это, пожалуй, вряд ли. Покорить и обнять – вещи совсем несхожие. Но разве это имеет вес? Вы же друзья, нет? Не накручивай себя, дорогая! Он твоя муза, твой просветитель. Все будет чудесно. В конце концов, это же ты подарила ему свободу. И, к сожалению, еще одну возможность покорить и уничтожить вселенную. *** Мужчина в коричневом пальто стоял, поправляя очки. – Я в тебе разочарован. – Он, чуть помедлив, оглянулся сперва на хижину, затем на то, что образовалось в небе. Он это уже видел. Он знал, что это действительно конец. Он знал, что обмануть Билла больше не выйдет. – Крайне разочарован. А тебя глушило и убивало чувство стыда. Ощущение крови на ладонях, ведь это твоя вина. Было дурно, и ты, не выдержав, убежала. Никто за тобой не стал гнаться. Это никому не нужно. Как и ты сама, в прочем. Ты предатель. Ты потеряла репутацию, и теперь не сможешь ухватиться нигде. Ты стала никем для каждого, и лучшее, что может произойти, пожалуй, смерть. В целом, не то чтобы какой-то процент здешних людишек не думал о том, как хорошо могла бы отыграться на тебе карма. Хотя, в его мире она существует? Разве? В его мире кармы нет. Лишь уничтожение неугодных. По горячим щекам струился поток холодных, нестандартно обжигающих слез. Взгляд терял фокус, и ты даже не смотрела, куда бежала. В прочем, это не было важно. Это не имело веса. Пряди твоих чудесных волос падали на лицо при любой попытке «передохнуть» (уверена, кто-то из жителей бы поправил твое ударение!), мешая. Ни увидеть, что впереди, ни подышать. – Вот это да, кого я вижу! – Металлический голос был слышен где-то вблизи. Мгновение, и ты уже в ладони демона. Словно кукла. Куколка. – Ты пропускаешь все самое интересное, куколка! – Он рассмеялся, поправляя шляпу. – Неужели ты планировала убежать от меня? Мне казалось, мы были ТАК близки! Ты хотела разорвать нашу связь? Ты отрицательно кивнула, с ужасом смотря на компаньонов демона. Каждый из них словно пожирал тебя взглядом, от чего на душе становилось втройне неуютно. У Билла явно изощренные вкусы на компанию. Как-то ты сюда и не вписываешься, дорогая. – Одно смешно, так глупо попасться! Какая жалость. Ну ничего, у нас еще представится возможность поболтать. И она случилась. *** Железные прутья вокруг добивали и без того плачевное моральное положение. Ну… Ты взглянула на трон. «В прочем, не все так плохо?» Если опустить факт того, что ты, кажется, больше походила на куклу в коробке, чем на человека. Ну или как птичка. Клетка была уж очень схожа. – Ну что ты, разве не рада? – Он ехидно «улыбался» глазом, пиля тебя взглядом. – Ну же, куколка, улыбнись – твой «возлюбленный» всего добился. Разве ты не должна быть горда и рада за меня? На шее больно потерся «ошейник». А как его назвать иначе? Его ладонь потянулась к клетке, доставая тебя оттуда. Теперь, ты сидела на руке демона. – Вообще-то, жалкое зрелище. – Он ехидно посмеялся, потянувшись к тебе второй рукой. Черный палец аккуратно поправил волосы, поднимая подбородок. – В тебе нет абсолютно ничего необычного. Знала? Ты опустила взгляд. Это сеанс оскорблений? Унижений? Ну, не то, чтобы это кто-то слышал. Вряд ли камень может ощущать происходящее вокруг. По крайней-мере, болтать с его троном ты не была намерена. – Потому ты и куколка. Аж смотришь и приторно. Такая вся обычная. Как куклы с полок. Сотни одинаковых. – Он сам уменьшился в размерах, чтобы ваша разница была менее ощутима. Но с рук – не убрал. – Одна из Пайнсов, кстати, была безбашенной. Я даже хотел ее позвать в тусу, представь себе. Ты заинтересованно кивнула, продолжая слушать. – Но знаешь, в чем ваше главное отличие? – Ты чуть наклонила голову, слушая его. – Ты оказалась даже более безбашенной. Ну вот какой разумный человек бросит всех ради демона?! Мне даже не пришлось тебя подначивать или обманывать, ты просто очередная наивная дурочка! Ты даже не выбирала – ты мгновенно решилась. Ты удрученно вздохнула, неуверенная, как трактовать его слова. – Но я не говорил, что мне это не нравится. – Его веко чуть сузилось, а взгляд стал более «кошачьим», заинтригованным. – Это чудно́. Это интригует. Потирая ладони, невольно сглатываешь. И к чему это он ведет? – Интересное замечание – ты не камень. – Его ладонь постучала по трону, словно напоминая о том, какая участь была уготована другим жителям городка. – Это, мне кажется, лучшая благодарность за то, что и я не камень. Видишь? Мы в расчете, куколка. Ты выдохнула. – Но, знаешь, мне всегда было интересно, каково вам – людям. Вы, кожаные мешки, влюбляетесь. Прям как ты. – Его ладонь медленно провела большим пальцем у твоей щеки, указательным пальцем подтягивая внезапно появившуюся цепь. – Мне знакомо понятие «любви», я люблю делать больно, я люблю наблюдать за страданиями. От этих слов по твоей спине прошла тонна мурашек, а горло стало чуть давить. Не критично – словно знает, когда нужно остановиться. Как добиваться своего, но не делать больно. Пока-что?.. – Вы странные. Ты странная. Я ведь даже не подобен тебе, и это та черта безумия – которую я в тебе люблю. Нужно быть абсолютной идиоткой в подобной. Цепь натянулась сильнее, а палец стал перебирать пряди. – И в этой черте мы, кстати, схожи. – Его ладонь с твоей фигурой приближалась вплотную к его лицу. Цепь перестала тянуть, а рука поглаживала твою голову. Прищуренный глаз тщательно наблюдал за твоими эмоциями, выслеживая малейшие изменения. Удовлетворенно хмыкая, Билл закидывает ногу одну на другую. – Но это мы, кстати, еще сможем обсудить. В конце концов, у нас с тобой целая вечность впереди. – Единственный глаз «целует» твой лоб. – Только у нас с тобой, куколка.