Мы почти были

Фэнг смотрел на Джанет, её глаза были полны искренности, желания и чего-то, что невозможно было выразить словами. Он чувствовал, как её дыхание смешивается с его, как сердце в груди гудит, будто от грома. Она всё ещё была в его объятиях, прижималась к нему, теплая и хрупкая. — Целуй меня, пока мне не исполнится 18, — прошептала она, глядя ему в глаза. Фэнг задержал дыхание. Он провёл пальцами по её щеке, нежно, осторожно, будто боялся ранить. Его губы дрогнули, взгляд опустился к её губам, но он не двинулся. — Джанет… — прошептал он почти виновато. — Ты даже не представляешь, как сильно я тебя хочу. Но если я поддамся… я предам сам себя. И тебя. Она растерянно смотрела на него. Губы приоткрыты, сердце сжимается. — Ты не понимаешь… — её голос дрожал. — Я чувствую, что… я действительно влюблена. Фэнг прикрыл глаза, будто эти слова сделали только больнее. — И я тоже, — признался он, — именно поэтому я должен остановиться. Он чувствовал её руки на своей шее, её дыхание — горячее, неровное — касалось его кожи. Всё внутри него кричало: «Останься. Поддайся. Позволь себе быть счастливым». И всё же… Фэнг отстранился. Его ладони осторожно легли на её плечи, но не чтобы прижать — чтобы удержать расстояние. — Нет… прости. Я не могу, — прошептал он. Джанет застыла. Она смотрела на него с широко распахнутыми глазами, в которых мгновенно зажглось что-то болезненное. Её дыхание сбилось, губы дрогнули. — Почему?.. — еле слышно, как будто боится услышать ответ. Фэнг отвёл взгляд. Он не мог смотреть в её глаза — не в этот момент. — Потому что я знаю, что если сейчас… если я позволю себе… — он проглотил ком в горле, — я потом никогда себе не прощу. Ты слишком важна для меня, Джанет. Слишком. Молчание. Густое, почти удушающее. Он посмотрел на неё. Её глаза дрожали, губы были сжаты, будто она из последних сил сдерживала себя. — Мне нужно уйти, — добавил он тихо. — Иначе я… не удержусь. Он развернулся и направился к двери. Прежде чем выйти, на секунду задержался. — Ты… самая настоящая. И я хочу быть с тобой. Но только тогда, когда ты будешь уверена. И когда это не будет ошибкой, — сказал он, даже не поворачиваясь. И ушёл. ⸻ 🌒 На следующее утро Джанет проснулась рано, в полной тишине. Тело будто налилось свинцом. В груди — тяжесть, будто на неё опустилась плита. Она долго лежала, не шевелясь, глядя в потолок. Вчера казалось, что мир остановился. Что между ними был момент, который не повторится. А теперь… Только холод. Пустота. Она села на кровати, прижав колени к груди. В ушах всё ещё звучал его голос: «Прости. Я не могу.» И почему-то это ранило сильнее, чем если бы он просто ушёл без слов. Слёзы не текли. Она просто была разбита. Не от того, что он её отверг — нет. А от того, что он правильно поступил. А правильное… часто больнее всего. На следующее утро Фэнг пришёл в школу раньше всех. Он стоял у окна в коридоре, опираясь плечом на холодную стену. Глаза были направлены в никуда — на серое небо, на мокрый асфальт, на пустоту перед собой. Он не спал. Ни минуты. В голове снова и снова проигрывалась вчерашняя сцена. Её руки на его шее. Её дыхание, близкое, почти просящее. И её голос, дрожащий, тёплый: — Целуй меня, пока мне не исполнится восемнадцать… Он закрыл глаза. Словно эти слова оставили ожог на его сердце. Он ушёл. Сказал «нет». Остался «правильным». И всё же чувствовал себя таким, будто предал её. Что, если она подумала, что он не хочет её? Что он холодный? Что он просто оттолкнул её? Он почти слышал, как сжимаются её пальцы в кулаки. Как она одна лежит в комнате, не понимая — что пошло не так. И это было хуже всего. 📚 Позже, в школе Когда Джанет вошла в класс, её походка была привычно уверенной. Но кто знал её ближе — тот мог заметить: сегодня она не сверкает. Её глаза не светятся, губы не дразнят, движения не играют. Фэнг сидел за партой. Не поднял взгляд. Но он чувствовал, как она прошла мимо. Как в воздухе повисло напряжение, острое, как лезвие. Она не посмотрела на него. Он не позвал её. Но между ними будто прошла буря, и теперь оба ходили по обломкам. Джанет сидела у окна, подперев щеку рукой. За окном мелькали капли — утро выдалось пасмурным и тихим. Внутри класса было шумно, но до неё не доходило ни одно слово. Она чувствовала, как в груди осталось что-то недосказанное. Что-то важное, чего не случилось, хотя было так близко. И тишина между ней и Фэнгом, будто холодная стена. — Джанет? — голос Колетт вывел её из мыслей. Рядом с ней уже стояли Колетт и Нани. Обе смотрели на неё внимательно, почти тревожно. — Ты где? — Колетт села рядом, положив ладонь на её руку. — Ты с утра какая-то… не ты. Джанет отвела взгляд. — Всё нормально, — проговорила она тихо. — Просто устала. Нани переглянулась с сестрой, потом села на край парты. — Это из-за Фэнга? Молчание. — Я знала, — выдохнула Колетт. — Вы же вчера ушли вдвоём… А потом он появился один. Вид у него был такой, будто он разорвал себе душу. И ты тоже исчезла. — Он не сделал ничего плохого, — быстро сказала Джанет, будто защищая его. — Он… наоборот. Он ушёл. Когда я… — она запнулась. — Когда я была готова остаться. На миг стало так тихо, будто воздух сгустился. Нани медленно кивнула. — Значит, он поступил правильно, но всё равно сделал больно. — Да, — прошептала Джанет. — Именно. Колетт вздохнула и обняла её за плечи. — Ты сильная. Но не прячься от нас, ладно? Если хочешь поплакать — плачь. Если хочешь молчать — мы просто рядом посидим. Но не держи это в себе, Джанет. Мы с тобой. Джанет впервые за утро улыбнулась. Еле заметно, но от сердца. — Спасибо. Просто… мне нужно немного времени. — Мы дадим. Но не уйдём.