шаг

      Мотив, напоминающий летний вечер во время грозы, пронзал мои забытые воспоминания. Тот звук, который я так любила в давнем прошлом, заставил моё тело проецировать своё неравнодушие. Ангел с облачно-белыми крыльями и того же цвета волосами искусно владел клавишами пианино.

Как и когда-то мной.

      Каин знал, что я слышу. От него ничего нельзя было утаить, и тот факт, что он знает об этом, отдаёт в бездне моей души теплом.       Ежедневно приходила под дверь комнаты с музыкальным инструментом, откуда исходил почему-то важный мне набор нот. Каин исполнял мелодию для себя — как я думала, но со временем осознание пришло. Ни одного раза мы не пересекались, нам было это не нужно. Наслаждаясь безусловным присутствием друг друга, чувствуя друг друга без контакта.       Но в один из разов я решила стереть эту границу — присутствие заменилось желанием наших душ.       Светлый вечер, солнце касается горизонта. Я не помнила ничего о Каине — но познала, что он мне близок. Те три года беспамятства, по всей видимости, были раскрашены моментами с Каином, но он также опасался перейти черту моих утерянных воспоминаний.        Насыщенные болью дни, утраченные чувства превратили моё обитание в отряде в ад, но ангел, дарящий мне гармонию, будучи лишь в моих мыслях, стал мне местом умиротворения душевной бури. Так что я не побоялась использовать шанс восстановить мой внутренний покой.       — Эту мелодию с каждым разом ты играешь дольше и дольше. — Открыв дверь, что была барьером между нами, я вошла в комнату, облокотившись о стену.       Каин, не прекращая играть, его могучее тело облегала белая рубашка и черные брюки, как сочетание света и тьмы, лишь пронзил взглядом через зеркало, стоявшее позади пианино. Закатное солнце создавало чёткий контур его профиля, я, в свою очередь, посмотрела в его глаза.       Тёплый свет создал иллюзию бездонности глаз, в которых моё сознание утопало, мимические морщины около глаз ангела сморщились, на его губах прорезалась лёгкая улыбка. Он посмотрел в мои глаза на секунду, и в эту же секунду я могла подумать, что он смущён своим срочным перемещением глаз на инструмент.       — Да, ты права. Приятно проводить время за игрой. С каждым разом хочется дольше, — продолжая перебирать пальцами, но с мягкостью в голосе произнёс он.       Причина? Неужто моего присутствия? Ведь наблюдала за закономерностью — когда я покидала дверь, мелодия исчезала, будто она исполнялась для одной меня. Ни разу не считала по времени, сколько могла провести рядом с ним, но время спешило, в считаные мгновения проходили часы, и приходилось спешить в комнату, чтобы не столкнуться с Каином.       — Почему ты играешь лишь эту мелодию? Ты же наверняка знаешь сотни произведений, ты живёшь дольше чем сотни лет. — На удивление, я была разговорчивее обычного. Робко шагнув ближе, спрятав сцепленные руки в замок за спину, наше расстояние сократилось до метра.       — Ты сама знаешь ответ, — он взял ноту выше. Начал играть быстрее, будто показывая настроение, но всё так же никак не передавая этого через язык тела.       — Как я могу знать ответ? Я ведь не знаю тебя. — Ещё один робкий шаг.       — Знаешь. — Нажав всей площадью ладоней по клавишам, по комнате раздался неприятный звон пианино. Дёрнувшись, я стала пристально изучать его лицо.

Знаю ответ или его?

      — И то и то. — Будто прочитав мысли, он взглянул на меня сквозь то же зеркало.              Глаза ангела приняли неестественный природе, но привычный мне, красный оттенок. Неестественный по описанию ангелов, но не самого Каина. Такая отличительная черта делала его ещё уникальнее среди всех, кого могла знать. Создавалось впечатление, что что-то вышло из-под контроля — но лишь на миг.       Каин встал и повернулся ко мне, склонив голову. Сжав кулаки, простояв так пять секунд, он тяжело выдохнул, разжал руки и, отпуская эмоции, взглянул на меня уже небесными глазами.       — Хочешь сыграть?       Я? Никогда не умела. Я не творческий человек — я человек логики. Но отказать не могла.       Кивнув, подошла ближе. Он сел чуть левее, отведя правое крыло чуть поодаль за спину, предлагая сесть рядом. Не смея смотреть, но чувствуя меня. Я села, взглянув с гордой осанкой на ангела, он же в свою очередь положил левую руку на инструмент и произнёс:       — Дай мне свою руку.       Произвольно, я подчинилась его приказу. Протянула правую руку, он нежными движениями начал использовать её как свою. Начав всю ту же породнившуюся мне мелодию, лишь наблюдала, как он медленно, но в тот же момент свободно владеет инструментом. И моей рукой.

И мной.

      В секунду воспоминания накрыли меня, я выдернула свою ладонь.       Я вспомнила. Краткий ностальгический момент, как в том же положении, но в другой обстановке, я и Каин наслаждались мгновением за пианино.       Что за чертовщина?!       Каин испуганно взглянул на меня, сменив моментную эмоцию с одной на другую. Лицо проецировало надежду. Похоже, осознание произошедшего к нему пришло быстрее, чем ко мне. Ища что-то в глазах ангела, мой голос задрожал.       — Я действительно тебя настолько хорошо знаю? — не контролируя, по щеке потекла слезинка, будто отголоски прошлого ранят тяжелее ран.       — Да. — Каин бережно коснулся тёплыми пальцами моей щеки, смахивая слезу. Его лицо расплылось в улыбке, но он отвернулся, будто пытаясь спрятать свои эмоции, всё так же продолжая держать меня за щёку.       Он боится.       Боится, что отвергну? Или вспомнила чего лишнего? Мне было не важно. Каин был единственным «человеком», который смог разжечь во мне приятные чувства. И не только в настоящем времени.       Робко коснулась пальцами ладони, державшей меня за щёку. Я желала его тепла, рука бессмертного была таковой. Взгляд Каина резко переметнулся на меня. Пытался прочесть мой настрой, а я лишь прижалась ближе к согревающей мою душу руке помощи. Прикрыла глаза. Рука парня скользнула к затылку, приятно поглаживая.       На своей памяти я никогда такого не испытывала — в чём уже сомневалась. Терпеть невозможно.       Распахнула глаза, я встала. Каин посмотрел на меня снизу вверх. Найдя опору для колена рядом с бедром Каина, а вторую ногу расположила между его, я трепетно коснулась одной ладонью бархатной щеки ангела, другой уперлась в крепкое плечо. Медленно сокращая дистанцию между лицами, мы соединили наши лбы, синхронно прикрыли веки. Дыхание участилось.       Каин осторожно примостил руку на моей талии, вторую вернул на затылок.       — Ты единственный, кто смог заставить меня такое чувствовать. — Выдохнув, прошептала ему в губы.       Моё замороженное сердце оттаяло, я снова смогла чувствовать.       — Я помню, — шепнул он. Видимо, ничего не изменилось с тех забытых пор.       Каин сжал ткань на моей спине, я ощутила, как на его лбу заиграли морщинки, жалостливые от дикого желания. Каин не нарушал границу, ждал, чтобы её снова пересекла я.

Я же её разрушила.