Интронизация | 4.01

      На созыв явилось всё высшее командование АПП. Именно то, что я и созывал, через третьи-четвёртые руки, которые прямо сейчас уже находились в одном помещении, ожидая прибытия остальных и Лунга.       Отсутствие самого дракона напрягало всех, ведь обычно он всегда присутствовал с самого начала, а не дожидался сбора остальных. Да и место сбора не было тем обычным местом, где всех собирал покойный глава АПП.       Перешёптывания вроде «Где Лунг-сама?» уже расползались по комнате... Наверное. Все они вообще не были на английском или русском, и оттого я просто не мог их разобрать. Послушать, о чём они шептались, было бы интересно, но не так уж важно.       — Господа! — громко крикнул я, привлекая всеобщее внимание. — Вам, наверное, интересно, почему вас здесь собрали и где Лунг.       Аматэрасу оттолкнулась от стены, где она стояла, словно охранник, ожидая, пока все войдут и начнётся шоу. Оружие она не брала, да и противогаза на ней не было. Лишь маска-домино.       — Что ж, перед тем, как я раскрою эту тему, я должен поинтересоваться, все ли здесь?       — Тебе ли такое спрашивать? — спросил один из пришедших. Мужик лет сорока где-то на глаз. — Не вижу я здесь Они Ли. Правую руку Лунга-сама.       — Ну об этом я тоже скажу, не переживайте, — отмахнулся я, проходя мимо него. — Вы можете все присаживаться и не беспокоиться ни о чём.       — Здесь нет стульев, урод, — заявил один из самых молодых. — Здесь вообще ничего нет.       — Будто бы нас привели на убой, — подметил ещё один. Самый спокойный. — Нет ни стола, ни девушек, ни даже кальяна.       Место, где раньше все собирались, было обычной VIP-зоной, откуда даже проституток не выгоняли. Блядство, алкоголь и наркота сопровождали все важные дела АПП, хотя что-то действительно важное Лунг решал лично.       Содомия и ром отлично держали дисциплину, но для этого нужно было сначала заиметь тех, что будут это распространять ниже.       — Вы же все японцы, — произнёс я, пройдя мимо всех, ступая на сцену. Шест был уже давно убран. — Здесь пол чист. Я лично его вымыл, если вам интересно.       До сегодняшнего утра в этой комнате было невероятно грязно. Конечно, здесь убирались, но уж очень часто здесь находились люди, а глобальную уборку делали раз в месяц. Может, чаще, может, ещё реже.       Эми запрыгнула ко мне на сцену, сразу же развернувшись и усевшись, глядя на собравшихся.       — Кто-то из вас, тупиц, уже должен был догадаться, что здесь происходит, — произнесла Аматэрасу. — А то вас как-то даже маловато.       Здесь было тринадцать человек. Больше, чем многие могли бы подумать, прикидывая численность лидеров АПП, но меньше, чем должно было быть. Хотя здесь и было всё высшее командование банды, но «менеджеров среднего звена» в банде явно намного больше.       Немного странно было то, что среди них все были японцы. Неужели Лунг предпочёл оставить у руля японцев, чтобы не давать повода для непослушания на высшем уровне, оставляя недовольство «крестьянам»?       — И что мы должны были знать? Особенно от вас, гайдзины.       — Ох, — улыбнулся я и щёлкнул пальцами, указав на парня. — Тогда мы форсируем всё и перейдём к самому весёлом. Вы все либо присягнёте на верность нам, либо вы отсюда не выйдете.       Дверь в этот момент открылась. Кавасаки вошёл в комнату, а дверь позади него закрылась, будучи теперь облеплена проклятиями. Ходил Кавасаки уже намного лучше, но всё ещё неестественно.       — Сколько их там?       — Около сотни, — сразу же ответил на мой вопрос Кавасаки. — Никто из них не понимает, что происходит.       — Кавасаки уже продался вам? — возмутился самый молодой. — Продал задницу прямо перед носом дракона? Он знает, что вы здесь…       — Лунг — мёртв, — прервал я его, произнеся это абсолютно спокойно. — Его убил я, как и Они Ли.       Смерть этих двоих произошла вчера, но город всё ещё не был в курсе того, что произошло. Протекторат и Выверт уже, безусловно, поняли, но не остальные. Никаких заявлений ещё не было сказано, никаких действий ещё не было предпринято.       Никто ещё не мог с ходу предпринять что-то после смерти Лунга и Они Ли.       Так просто за один день ни одна мало-мальски крупная организация не может совершить поворот и сделать что-либо. Даже мне — тому, кто осуществил это — не было подвластно просто так взять и воспользоваться преимуществом.       — И прежде, чем вы начнёте кричать, что это невозможно, — продолжил я до того, как они открыли рты. — Я вам как раз продемонстрирую то, как примерно это произошло. Взгляните все на Кавасаки.       Кто-то повернулся, чтобы посмотреть на него. Кто-то нет, но это было не так уж важно для того, чтобы показать им всё. Мне понадобился лишь щелчок, за которым последовал взрыв крови и внутренностей, что коснулись каждого из присутствующих.       Кроме нас с Эми. Я побеспокоился о том, чтобы прикрыться проклятиями от всего этого безобразия. Эми всё равно вздрогнула от неожиданности.       — Вот… — смотрел я на то, как сятеи отплёвывались от крови и кусков плоти Кавасаки. — Примерно как-то так умерли Они Ли и Лунг. Хотя от Лунга хоть что-то осталось.       Молодой сятей вынул пистолет из штанов, всё ещё покрытый кровью. Прерывать его я не стал, позволяя выпустить в меня всю обойму. Ни одна пуля не достигла меня, будучи перехваченными проклятиями.       Сандалии стукнулись об пол, и я легко и быстро подошёл к этому парню.       — Самый первый кейп в мире был убит битой. Обыкновенной битой, обычным человеком, — вырвал я пистолет из рук парня. — Люди хрупкие существа, но, несмотря на всё это, против кейпов до сих пор сражаются кейпы. Почему?       — Против солдата ты выдвигаешь солдата, — произнесла Эми. — Против рыцаря — рыцаря, против царя — царя. Царя может убить кто угодно, но царём вместо этого он не факт, что станет.       Пистолет был откинут мною в сторону, пока я глядел на парня, который отступил от меня. Мой взгляд прошёлся по другим присутствующим.       — Верно. Обычный человек может убить кейпа, но от этого обычный человек не станет кем-то особенным. Вы все просто куча обезьян, которые подчинялись Лунгу. Не потому, что он был вам полезен, а потому что вы были ему полезны. В живых вы все здесь, потому что новым господам вы полезны так же.       — Да пош—!..       Тот же самый парень, что стрелял в меня? попытался что-то сказать против, но сразу же замолчал, ведь его голова резко повернулась на сто восемьдесят градусов. Спустя секунду тело упало на землю.       Тишина была оглушающей, но её нарушила Эми.       — Надо было это делать в открытой комнате, — прикрыла нос сквозь маску девушка. — Меня тошнит от их дерьма.       Запашок был неприятен, но всё ещё не доходил до того, чтобы было невозможно дышать. Да, кровь и другие телесные жидкости, что украшали комнату, пахли, но они ещё не гнили.       Взгляд упал на пол. Сандалии запачкались кровью.       — Ты силён, — произнёс самый старый сятей, взглянув на Эми. — Только ты зря думаешь…       Ещё один щелчок пальцами, и этот парень закричал от боли, схватившись за руку. Мелкая сороконожка вывихнула ему палец. Точно такие же сороконожки были на каждом из них, совместно с другими проклятиями.       Эту комнату я контролировал полностью.       — Я не зря думаю, что я здесь главный, — повернулся к этому сятею я, подойдя ближе. — Ты хотел мне угрожать? Вот так просто угрожать человеку, который уже убил двоих твоих коллег? Действительно?       Старый сятей взглянул на меня с болью в глазах, смотря снизу вверх. Его лицо дёргалось. Я смотрел на него лишь с лёгкой улыбкой, которая, безусловно, должна была раздражать.       — Аматэрасу, — обратился я к Эми, не глядя на неё. — Что должны делать подчинённые перед боссом в Японии?       — Поклониться?       — Верно, — подтвердил я. — Только вот простым поклоном они просто выражают своё уважение. А есть ли у них к нам уважение? Ха, нет, конечно. Но их жизни в наших руках. И они уже оскорбили нас.       — Ты хочешь услышать извинения?       — Конечно, — прошёл мимо старого сятея я. — Просьбу о прощении и взятии в подчинённые. Я хочу увидеть вашу догэдза, — обратился я уже к остальным.       Чтобы понять чужую культуру, нужно что-то намного большее, чем поверхностные знания или наблюдения. Для меня и американская культура была чуждой, не говоря уже про японскую, китайскую и другие культуры, что были намного древней.       Тем не менее в каждой культуре было право силы. Его понимали абсолютно все, поэтому к нему я и обращался.       — Если мы не увидим вашу догэдза, то…       Замолчав, я взглянул на уже упавших на колени сятеев, склонивших голову к полу, запачканному кровью. Все из них склонились, хотя заметить то, кто был честен, а кто нет, было легко.       Никто из них не делал это от всего сердца.       Их позы были неидеальны. Они пугались крови и кусков тела, но продолжали держать позу из страха. Эми засмеялась, глядя на них всех. Да так, что чуть не потеряла маску, которую в последний момент подправила.       — Какие же они жалкие! Ха-ха-ха! — свалилась на спину Эми. — Такие гордые, но ради жизни засунули свои языки в задницы! Ха-ха-ха!       — В этом есть своя красота, — улыбнулся я. — Тем не менее их догэдза не завершена. Не хватает… ммм… слов. Нужных слов. Удивите меня.       Вновь забравшись на сцену и усевшись рядом с Эми, я стал ожидать этих слов, глядя на них всех. Никто из них не поднимал головы. Никто не смотрел на нас. Но молчание они долго не продержали.       — ПРОШУ ПРОЩЕНИЯ!       Они прокричали это все в унисон, заставив широкую ухмылку выползти на моё лицо. Только вот они не закончили.       — ПРОСИМ ПРИНЯТЬ НАС КАК СВОИХ ПОДЧИНЁННЫХ, ВЕЛИКИЙ ОЯБУН! ПРИНЯТЬ В ВАШУ СЕМЬЮ!       — Что ж… — схватился за подбородок я, глядя на них. — Каким оябуном я был бы, если бы отказал вам?       Их верность однозначно была под вопросом, но для начала и такого вполне хватало. Для функционирования АПП они были необходимы, и так просто от них избавиться было невозможно, если я не хотел допустить полного развала банды.       Может быть, они даже останутся на своих местах.

***

      Алая жидкость жгла язык, отдавая странным привкусом. Вкус вина был непонятен, заставляя лишь вертеть бокал в руке, а не наслаждаться им. Может быть, это вино и было весьма дорогим, но я сомневался в его качестве.       С другой стороны, почему здесь не могло быть дорогого вина?       — Мы подчинили этих бездарей, — произнесла Эми, отпивая из своего бокала, опираясь на перила. — Хотя я бы ещё засунула им бомбы в голову, чтобы они точно слушались меня.       Взгляд упал вниз, где сятеи объясняли новые правила. Мы же с Эми стояли на высоте, словно небожители, глядя на чернь, которая прекрасно видела нас. Моё лицо они могли разглядеть без труда, а вот Эми стояла к ним спиной.       — Можно было, — протянул я, крутя бокал, наблюдая, как образуется водоворот в жидкости. — Но это не так интересно. Представление же было весьма интересное, согласись.       — Ммм… не особо, — ответила Эми, поскребя солнце на макушке. — Это было забавно, конечно, и даже смешно, но мой метод был бы намного эффективней.       — Дело совсем не в эффективности, — ответил я, резко перестав крутить бокал. — Не совсем в ней. Для неё мне надо вообще бросить всё, чем я сейчас занимаюсь.       — Тебе противно всё это? — кивнула в сторону стоящих внизу людей она. — Силы у тебя достаточно, чтобы это изменить.       — Нет, — кратко обронил я, улыбнувшись и отпив вина. — Как раз в удовольствии и есть дело. Я же по сути своей гедонист. В каждом из нас эта тяга есть, просто кто-то скрывает её за высокими ценностями, а кто-то предаётся ей полностью.       — Значит, просто смена говорящей головы, — отвернулась Эми. — Наркота, блядство и убийства.       — Ни первое, ни второе меня не привлекают, — ответил я, выпрямившись и поставив бокал на перила. — Убийства же… Убийства сами по себе ничего не значат. Можно сказать, что это просто механическое действие, такое же, как и ходьба, удары и всё остальное.       — Они итог. Итог труда, — помешивала жидкость в бокале Эми. — И заслуга тем, кто это заслужил.       — Да, можно и так сказать. Чтобы убийство было чем-то, кроме убийства, нужно чтобы был контекст. Положительный или отрицательный. На Они Ли и Лунга мне было всё равно. Я их не знал, и мне они не были интересны. Не друзья и не враги. Я на самом деле куда больше расстроился тому, что это было так просто, чем тому, что пришлось это сделать.       Редко у кого были такие прекрасные, благородные смерти, которые транслируют с экранов. Большинство людей же погибали жалко. Может, кто-то в мучениях, а кто-то моментально, но это не было чем-то, что происходило величественно и круто. Смерть вообще не была чем-то крутым и величественным. Она просто была.       — Говорят, что у убийц есть своя философия. Свой кодекс, по которому они убивают, — почесал шрам я. — Вот, к примеру, ты. Почему ты решила прибегнуть к убийству?       Эми взглянула на меня, нахмурившись со сложным выражением лица.       — Не задумывайся слишком сильно. Просто скажи причину, по которой, на твой взгляд, они заслужили смерти.       — …они хуже меня.       — Ммм?.. — удивлённо моргнул я. — Ха, мне это даже кого-то напоминает. Конец у этого человека был печальным.       — Если он сдох, то явно был неудачником, с которым у меня нет ничего общего, — фыркнула Эми. — По какой причине убиваешь ты?       — Ну… — взглянул я на толпу внизу. — Убийство это просто ещё один инструмент для достижения целей. Ничего возвышенного и поэтического.       — Но ими можно наслаждаться.       — Можно. Если убийство является самоцелью, — снова взял бокал я. — Это опасно, конечно, но я этим грешу. У меня есть целых семь человек, которых я хочу убить не по какой-то определённой причине, кроме того, что мне хочется увидеть их мёртвыми.       — И кто это, если не секрет?       — Может быть, ты сама их увидишь в скором времени, — ответил я, отпив вина. — По крайней мере, часть из них точно. В город они явятся. Тц, оно всё ещё невкусное.       — Ну, не хочешь говорить, как хочешь, — допила свой напиток Эми, оттолкнувшись от перил. — Я всё равно убью любого, кто смотрит на меня сверху вниз. Любого идиота, который будет утверждать, что я глупее его.       — Хорошая цель, — улыбнулся я. — Поэтому мы нападём на здание Протектората на этой неделе.       — А?.. — удивилась она. — Зачем это? Разве мы не планировали сначала разобраться с наркоманами?       — Никто из героев не умрёт. Да и уничтожать Протекторат мы не будем. Просто нужно отвлечь их на восстановление своих ресурсов, чтобы они не мешались и не пытались уничтожить нас, пока мы подбираем всю банду.       — Не логичней сразу же отправиться разбираться с теми, кто решил проигнорировать сбор?       — Они не представляют угрозы, — пожал плечами я. — Да, у них есть какие-то ресурсы и деньги, но вот весомой силы за ними не стоит. Обычные люди. С ними можно решить проблемы, когда уже эти идиоты будут полностью под контролем и будут понимать своё положение.       — Какие-то слишком сложные схемы, — покачала головой Эми. — Ими правили страхом и силой. Это скоты, которым только волю дай, чтобы перегрызть друг другу глотки. Пустить их на убой ничего не стоит.       — Толпой гасят и льва. «Эффективно» избавиться от всех проблем в городе, чтобы не получить удар в спину, когда придут те, кто обитают за его пределами.       — Ты просто хочешь устроить ещё какое-то шоу, — фыркнула она, догадавшись об этом. — Дай угадаю, ты будешь проводить дебаты с Кайзером на тему идеологии и транслировать это всему городу?       — Хм… — почесал я подбородок. — Это на самом деле неплохая идея, но я планировал просто заставить его себя разоблачить.       — О, ты знаешь его личность?       — Я знаю личность каждого кейпа, который стоит внимания. Так уж случилось, что большинство из них находятся в этой стране.       — Тогда какая моя фамилия? — спросила она. — Если ты знаешь личности каждого кейпа, что стоит внимания, а я определённо стою внимания, то какая моя фамилия?       Такой вопрос на мгновение заставил меня замолчать, перед тем как усмехнуться и повернуться лицом к девушке, поставив бокал обратно на перила. Бокал всё-таки упал вниз, но я не особо за это переживал.       — А она имеет значение?       — Ну ты же утверждаешь, что знаешь каждую личность, что скрывается под масками кейпов, — ухмыльнулась Эми, будто бы бросая мне вызов. — А я твоя инвестиция. Ты должен её знать.       — Если бы она была важна, — ответил я. — Только какой толк мне от знания её? Твоя семья мне не интересна, раз ты уже передо мной.       — Ага, — протянула Эми, шагнув ближе ко мне и смотря прямо в глаза. — Только ведь ты знал обо мне ещё до того, как случился мой триггер.       — Хм?.. — приподнял я бровь, улыбнувшись этим любопытным глазам с уникальным разрезом. — С чего ты взяла?       — Это скорее предположение, в котором я не до конца уверена, — выпрямилась девушка, закрыв глаза. — Просто очень уж странно ты себя ведёшь для шестнадцатилетнего школьника.       — Прочла обо мне на ПЛО?       — Что-то в этом роде, Грег, — её глаза вновь открылись. — Навела кое-какие справки, которые не особо сходятся с тем, что я знаю. Грег Ведер вообще кажется другим человеком.       — Ммм… Так ли это важно?       — Нет, не важно, — решила она. — Но мне интересно. Хорошо было бы знать союзников.       — Ради такого нужно больше времени, — отвернулся от неё я, подойдя к перилам. — А так у нас общие цели, и мы не хотим убить друг друга. Этого уже достаточно на данный момент.       Её бокал оказался рядом со мной на перилах, заставив взгляд пройтись по руке, задержавшись на белых перчатках. Экзотическое лицо скрылось за чёрно-белой маской, оставляя видимыми только глаза.       — Я начинаю думать, что ты не просто так решил, что мне нужен белый цвет. И почему предложил Аматэрасу, — заговорила Эми. — Только вот я не кукла.       — На это ты не соглашалась, — кивнул я. — Да и кукол, как я знаю, в бой не пускают. Их закрывают и показывают лишь для того, чтобы ими покрасоваться. Тем более что ты мне не принадлежишь.       — Ммм… — задумалась Эми. — Отказываешься уже от меня?       — Нет, конечно. Мне нужна ты и то, что ты умеешь делать. Найти кого-то такого это задача со звёздочкой. А один, — развёл я руки в стороны, — увы, я не смогу сделать то, что хочу.       Самая лучшая замена Эми прямо сейчас даже червей не кормила, так как от этой замены вообще ничего не осталось. Другим вариантом была команда Трещины, хотя они были намного менее удобны. Впрочем, иные были бы в этом отношении ещё хуже.       — Что ты вообще там хочешь?       — Поменять всю сцену кейпов, — взял я её бокал, покрутив в руке, словно нож. — Можно даже сказать, что моя цель — это цель полоумного идиота в спандексе. Довольно банально.       Эми мне, конечно, не поверила, но я уже не собирался больше говорить об этом. Стакан, точно нож, влетел в пол возле толпы, резко привлекая внимание сначала тех, кто был рядом, а потом и остальных.       Перепрыгнув перила прямо на ската, я взглянул на Эми, протянув ей руку как предложение. Руку она не взяла, но перила перепрыгнула. Вниз она не полетела только потому, что я вызвал ещё одного ската.       — Господа, — спустившись, ступил со ската я. — Вам были объявлены новые правила и дано немного времени, чтобы их осознать…       — Да пошёл ты!       Выкрик из толпы заставил меня замолчать на мгновение, бросив взгляд на толпу. Говорящий, естественно, не повторил это, прячась за толпой. Мой взгляд обратился на сятеев.       — Чей-то подчинённый только что послал меня, — сказал очевидное я. — А за подчинённых отвечает их господин, не так ли?       Они прекрасно поняли значение моих слов, в отличие от толпы их подчинённых. Если они не накажут своих подчинённых, то я уже накажу их, а как это будет, они прекрасно видели.       — Кто это сделал?! — крикнул один из сятеев. — Живо сознались!       Толпа удивилась, и сначала казалось, что они ничего не сделают. Пока кто-то из них не стал распихивать людей, проходя вперёд. Такая смелость меня даже удивила, заставив внимательно рассмотреть лицо идущего.       Сятей потянулся к пистолету, но я остановил его жестом руки. Парнишка, а он выглядел весьма молодо, на мгновение запнулся, увидев лицо своего сятея.       — Это ты послал меня? — улыбнулся по-доброму я. — И опозорил своего господина?       — Да, тупой ты кусок говна! — крикнул он абсолютно нагло с акцентом. — Мы не собираемся подчиняться тупому гайдзину!       Позади него все поддержали его, став выкрикивать оскорбления. Мой взгляд обратился к сятеям, но не для того, чтобы они заткнули всех, нет. Моя взгляд был обращён к поясу одного из них.       — Дай мне свой ремень.       — Что?.. — удивился рядом стоящий сятей, который и заставил этого парнишку выйти. — А, да, сейчас.       Проклятия вылезли из моих рукавов сразу же бросившись к парнишке, пока руки разрывали ремень, превращая его в тонкую, но крепкую верёвку. В хлыст. По качеству он был весьма плох, но вполне сгодится.       — Эй-эй-эй!.. — парнишка запаниковал, когда его тело стало что-то толкать вперёд, не давая вырваться. — Что за херня?!..       — Как тебя зовут? — обратился я к сятею. — У наказания должно быть имя.       «Хлыст» был протянут ему. Парнишка тем временем уже оказался рядом с нами, спиной к толпе. Сятей взял у меня из рук «хлыст» с уже зарождающимся пониманием в глазах.       — Сато Дзиро.       — Дзиро, значит, — усмехнулся я, взглянув на притихшую толпу. — Тогда выполняй наказание. Три сотни ударов.       Сато взглянул на меня, а потом на парнишку, который пытался вырваться. Проклятия держали его абсолютно крепко, расставив его руки и ноги в стороны. Размышления отражались на лице Дзиро.       — Он тебя опозорил. Это же твой подчинённый? Бей.       Дзиро молчал. Толпа стала возмущаться, крича, чтобы он не подчинялся, заставив меня нахмуриться.       — Дзиро, — привлёк его внимание я. — Бей.       — Да пошёл он!       — Пошли его!       — Тупой гайдзин!       Дзиро дрогнул и замахнулся. Хлёсткий удар заставил всех замолчать, парнишку вскрикнуть, а меня зашипеть. Хлыст обмотался вокруг ладони, что зажала его. Щека болела весьма неприятно.       Кровь брызнула на лицо под шумный испуг толпы.       — Позор должен быть смыт, — открыл я лишь один глаз, пытаясь вытереть другую часть лица от крови. — Кто из вас накажет этого парнишку? Или вы хотите закончить, как Сато Дзиро?       Страх наполнил комнату, а мой взгляд проходил по сятеям, ожидая их решения. И среди них нашёлся один человек, который вышел вперёд с решительным выражением лица.       Будто бы самурай, который был опозорен действием его товарища.       — Горо Исикава, — взял из моих рук он хлыст. — Мне стыдно за то, что я был знаком с Сато Дзиро.       — Исправь это, — ответил я, отойдя и позволяя всем видеть его и парнишку. — Три сотни ударов. Без жалости.       И сразу же парнишка завопил от боли. Первый же удар порвал рубашку, оставляя видимый след. Исикава дал лишь секунду ему на осознание боли перед тем, как нанести ещё один удар. И ещё, и ещё, и ещё, и ещё…       Считать я не стал. Да и не собирался я это делать, наслаждаясь тем, как звучит хлыст.       — Высшая степень жестокости ради жестокости, — женский голос разрезал вскрики парнишки. — И всё из-за вашей глупости и гордости.       Эми ступала невозмутимо в своём белом наряде с одним белоснежным полотенцем, глядя на толпу. Полотенце было как раз кстати. Не хотелось размазывать кровь или пытаться протереть глаза.       В крови могло быть много всякой гадости.       — Благодарю…       — И вот, каждый из вас может оказаться на его месте, — отмахнулась от моих слов благодарности Эми, обращаясь к толпе. — Двадцать пять… И вам повезёт, если вы окажетесь на его месте, а не на месте… Сато Дзиро.       Получилось вытереть лишь лицо и немного выжать волосы, которые поменяли свой цвет. Успели пропитаться, как и кимоно, которое вытереть полотенцем уже не получится.       Полотенце было аккуратно сложено.       — Дракон довольствовался тем, что уже получил, — продолжила Аматэрасу. — А нам этого мало. Наркоманы, нацисты, наёмники? Пф… Это то, от чего стоит избавиться. То, от чего стоило избавиться давным-давно, а этот ублюдок дракон просто сидел!       «Как-то уже поздно для ораторства, — подумал я, не прерывая Эми, смотря, к чему она ведёт. — Да и весь город зачем мне?»       На должность руководителя чем-то большим, чем одной командой, я подходил слабо. Мне абсолютно не было интересно руководить целым городом. Слишком большая ответственность.       — Мы жадные. Мы хотим всего, что вы можете нам дать, — засмеялась Эми. — И если мы это получим, то и вы получите всего того, что хотите. Если, конечно, не окажетесь слишком жадными.       «Они просто пушечное мясо», — хмыкнул я. Для каждой банды и организации подчинённые были лишь ресурсом. Для кого-то этот ресурс был важным, а для кого-то, например, для нас, они были лишь расходным материалом.       Тем более что в глазах Эми все стоящие здесь были расходным материалом в ещё большей степени, чем для меня.