Фальк

Корп окинул оставшуюся троицу долгим взглядом. — Решаете, кто больше похож на стукача, капрал? — спросил Спарв. — Придержи язык. Фальк. К Фальку уже вернулась природная надменность. Он тряхнул кудрями и прошествовал в экзекуторскую, свысока глянув на Корпа, который превосходил его и по званию, и по росту. Корп поджал губы и проследовал за ним. Почему-то казалось, что экзекуция ждёт вовсе не Фалька. За спиной нервно хихикнул то ли Сторк, то ли Спарв. От обоих можно было ожидать. Впрочем, Корп склонялся к мысли, что смеялся всё-таки Спарв. Фальк стоял посреди экзекуторской, выжидательно глядя на Корпа. Корп отвечал тем же. Первым не выдержал Фальк. — Итак, я больше всего похож на стукача, капрал? — насмешливо спросил он. — Кто зачинщик? — Я, — глазом не моргнув ответил Фальк. — Ты? — переспросил Корп. — Да, капрал. Корп нахмурился. — Вы разочарованы, капрал, — с неуместной проницательностью сказал Фальк. — Хотели приберечь зачинщика на конец. Думали, это Спарв? — Это всегда Спарв, — отмахнулся Корп. — Кроме тех случаев, когда это не он. Фальк усмехнулся. — А смешного мало, Фальк, — заметил Корп. — Если это действительно ты, то ты мало того, что подверг жизнь товарищей опасности, но и струсил, не признался сразу. Красивое лицо Фалька дёрнулось. — А моя жизнь уже ничего не значит, капрал? — Подвергать опасности самого себя хотя бы не бесчестно. Фальк молча расстегнул крупную фибулу в форме соколиной головы и позволил плащу упасть на пол. — Подними, не надо сцен. — Простите, капрал. И снова Фальк совладал с собой, с достоинством поднял плащ, не отрывая от Корпа взгляда. — Это действительно ты? — Я не стал бы вам врать, капрал. — Ты уже соврал, когда не признался сразу! — Молчание — это не ложь, капрал. — Хорошо. Пусть будет по-твоему. Фальк кивнул и развязал пояс. — Зачем было лезть в Сад, Фальк? — Мы хотели поглядеть на Вещунью. — Мы? — переспросил Корп, и в голосе его лязгнул металл. — Мы. — Все мы, — спокойно сказал Фальк и вышагнул из штанов. — Мы спорили о том, говорит она или показывает грядущее видениями, и поэтому я предложил просто сходить в Сад и посмотреть. — Просто сходить, — сквозь зубы повторил Корп. — В Сад. К Вещунье! — Я знаю, что она рвёт человеческую плоть когтями, я не дурак, капрал, — с достоинством сказал Фальк. — Уверен? — едко спросил Корп. — Но мы же живы! На нас ни одной царапины… — Фальк встретился взглядом с Корпом и уточнил: — Из Сада — ни одной. — И что же, Вещунья верно предсказала твою долю? Про порку не забыла? Фальк вздохнул: — Мы не успели её поймать, капрал. Нас самих поймал патруль. Корп задумчиво кивнул. — Ты не отказываешься от своих слов, Альрик? Фалька этот переход на имя явно покоробил, и он поджал губы: — Нет, капрал. — Даже понимая, что зачинщику положено самое суровое наказание? — Толстая трость, капрал? Ваше право. Корп покачал головой. Для кого-то самое суровое наказание — это порка тростью, но не для Фалька. — А что тогда? Кнут? — надменность Фалька дала трещину, голос дрогнул. — Кнутов в казарме не держим, — отрезал Корп. Он огляделся, за неимением стула сел на колоду и похлопал себя по колену: — Укладывайся.