Chapter 1

Сентябрь 1991 года. На дворе очередное пасмурное висконсинское утро. Густым молочным туманом окутано все: окружающий пейзаж, дома, дороги и ползущие по ней машины. На лобовое стекло «Шевроле Камаро» упали первые капли дождя, ознаменавшие начало проливного ливня. Они продолжали ползти по мокрому шоссе в сторону университетского городка. — Мы вообще когда-то доедем? — пробормотала невысокая шатенка, сжимая кофе в одной руке и газету в другой. Сидевший за рулём и сосредоточенно вглядывающийся в дорогу мужчина прохладным тоном произнёс: — Минут через двадцать, — и в очередной раз тряхнул головой, откидывая спадающую на глаза тёмную челку, — что по новостям? — Дэниэл заметил, что спутница сложила газету. — Ну… чья-то машина вылетела под поезд, никто не пострадал. Дальше сплошная политика. Одна дурацкая политика, — сделав глоток обжигающего кофе, Гвен скривилась, — Господи, я же просила! Они снова забыли сахар. — Есть что-то более жизнеутверждающе? — продолжил он, вглядываясь в бегущие за стеклом капли. — Сейчас посмотрим. Статья о Джеффри… Джеффри Дамере. — Звучит не очень обнадеживающе. А что пишут? — все же уточнил с интересом. — Следователи обнаружили сотни фрагментов костей в лесу Огайо, адрес, по которому Дамер признался в убийстве своей первой жертвы, — зачитала, опуская взгляд на фотографии под статьёй. — Он сам роет себе могилу, я прав? Гвен не ответила, продолжая внимательно вглядываться в зернистые изображения. Журналисты урвали возможность сфотографировать Дамера в зале суда, сидящего на скамье и глядящего прямо перед собой пустым взглядом. Казалось, он заранее смирился. — Гвен? — Дэниэл, все еще ожидая ответа, повернулся к ней и глянул на газету, — О, фото и прав-… — Дэниел, тормози! Он рванул и резко вжал тормоз в пол. Автомобиль тряхнуло, когда он встал аккурат перед другим автомобилем, новеньким Хаммером. От резкого торможения из шин повалили облака дыма, из машины один за другим вывалились четверо подростков. Парень с водительского сиденья был явно в шоке, и сразу заорал: — Идиот, ты чуть не разбил мне машину! Если бы мы не спешили на какой-то клятый курс, мы бы тебе врезали. — И тебе тоже, сука, — обратился его друг к Гвен. — Эй, сопляк, не… — начал Дэниел, но Гвен прервала его, сжав предплечье, — не говори больше ни слова. Черный Хаммер отъехал под визг шин. Гвен отложила насквозь промокшую в кофе газету, и принялась оттирать брюки и блузку, от медленно высыхающих брызгов. — Тебе лучше не приближаться к ключу зажигания, — нахмурилась она и принялась застегивать куртку. — Извини, я действительно не хотел чтобы так получилось, — сказал Дэниел, припарковываясь. Он вытащил портфель с необходимыми для лекции бумагами. Их пригласили в Висконсинский университет в Мэдисоне, прочесть лекцию для студентов по психологии убийц и маньяков. Они побрели через парковку и аллею в поисках необходимого входа, пока не наткнулись на табличку «Факультет психологии». После недолгого ожидания заведующий кафедрой психологии взял инициативу в свои руки и провел их в огромную аудиторию, большинство мест которой уже были заняты. Они как раз вовремя. Пока Гвен выкладывала на стол необходимые материалы, Дэниел делал то же самое со своим комплектом. На экране за их спинами проступила тема сегодняшней лекции: Психология убийц и маньяков. — Доброе утро, студенты. Меня зовут доктор Гвен Коллинз, я психиатр и психотерапевт, — представилась Гвен и указала на Дэниела, вальяжно прислонившегося к столу и скрестившего руки на груди, — а это мой коллега, криминалист Дэниел Уильямс, — названный выпрямился, приветственно приподнял руку и улыбнулся. — Прекрасно, давайте начнем с простого вопроса. Кто может сказать мне, в чем разница между обычным убийцей и маньяком? — спросила она. В зале поднялось несколько рук. Она наугад выбрала рыжую девушку в экстравагантном наряде. — Я думаю, что убийца — это тот, кто намеренно убивает другого человека, будь то хорошо знакомый человек или незнакомец. В агрессивном состоянии он может убивать беспорядочно, но также способен к планированию. А серийный убийца — это тот, кто либо психически болен, либо просто испытывает желание убивать. В большинстве случаев это происходит из-за плохих отношений в семье или жестокого обращения в детстве, из-за чего ребёнок, вырастая, в конечном счёте теряет контроль над собой и может начать убивать. Серийный убийца — это тот, кто убивает множество людей. Его серия убийств обычно длится месяцы или годы, и он убивает людей в определенное время. — Исчерпывающий ответ, благодарю, — с нотой удивления произнесла Гвен, — в связи с моей работой, я встречала много разных людей. В том числе много убийц. Я специализируюсь на них. Я работала с женщинами и мужчинами, молодыми и старыми. Моя работа заключается в том, чтобы выяснить, был ли акт убийства совершенным спланировано и осознанно, или убийца страдает тяжёлым психическим заболеванием. Требуются недели, месяцы, а иногда и годы, чтобы проанализировать сущность человека, совершившего преступление, собрать информацию от его близких людей, окружения, а также независимых источников информации, и не всегда ты можешь дать однозначный ответ. А теперь я предоставляю слово Дэниелу. — Спасибо, Гвен, — улыбнулся он и заложил руки за спину, — Как вы все знаете, я криминалист. Моя работа заключается в работе непосредственно на месте преступления. Я анализирую и интерпретирую вещественные доказательства, а затем сообщаю о выводах в судебную систему, — с этими словами он поднял пластиковый пакет. Многие студенты прикрыли рты руками, и по залу поползли шепотки, — Как вы все уже поняли, это нож, а именно нож, который обнаружили на месте преступления. Мать использовала его для лишения жизни троих своих детей. Впоследствии Гвен работала с этой женщиной, у нее диагностировали шизофрению и биполярное расстройство с агрессивными наклонностями. Дэниел подошел к кафедре и вернул пакет с ножом в портфель. Затем он показал студентам остальные привезенные ими вещи — порванную футболку с пятнами засохшей крови, молоток, шарф, пистолет. — Как же бежит время, мы уже подходим к завершению нашей лекции, — бросив взгляд на часы, Дэниел обнаружил, что они пробыли здесь на двадцать минут дольше положенного, — Есть ли вопросы? По залу разнесся мальчишеский голос. Он сидел в среднем ряду, в белой кепке с «Колорадо», тот самый парень, с которым Дэниел и Гвен чуть не попали в аварию. — Что вы думаете о деле Дамера-каннибала? — выпалил он, снова не подумав. В аудитории воцарилась тишина. Все студенты, замерев, ждали ответа, что неудивительно — эта тема волнует каждого американца уже три месяца. Гвен и Дэниел переглянулись. — Что ж, это ужасное во всех смыслах дело, — начал Дэниэл, — Мы не имеем опыта работы в подобных делах, так что, думаю, это все, что можем ответить. Пусть профессионалы, работающие над этим делом, решают, какое наказание назначить мистеру Дамеру. Так что спасибо вам всем за внимание и будьте осторожны, чтобы тоже не превратиться в убийц, — пошутил он, и Гвен незаметно ударила его по руке. В рядах начавших собираться студентов прокатился смешок. — Извините, — раздался мужской голос, — это была весьма полезная для студентов лекция, материалы… впечатляют. Думаю, они долго не забудут все поднятые здесь проблемы, — одобрительно кивнул он, — о, прошу прощения, я до сих пор не представился. Мэтью Смит, ваш коллега. Я работаю над делом Джеффри Дамера. — Сочувствую. Мы можем чем-то помочь? — дежурно вставил Дэниел, продолжая собирать вещи. Гвен молча глядела на мужчину. — Я пришел скорее к доктору Коллинз, при всем уважении, — он перевел взгляд на Гвен, — Судя по вашим статьям, Вы профессионал своего дела и это ваш профиль. Я думаю, Вы идеально подошли бы для этой работы. Гвен удивлённо моргнула: — Что за работа? — Ни к чему вас не принуждаю, вам стоит обдумать моё предложение и дать ответ позже, но нам очень нужен специалист подобного профиля. Я занимаюсь медико-психиатрической частью дела Джеффри Дамера. Ваша задача будет состоять в том, чтобы доподлинно выяснить, нет ли у мистера Дамера действительного психического расстройства. Ваша привычная работа, вы проделывали то же самое десятки раз, этот не будет отличаться. Все сессии необходимо записывать на плёнку, а затем воспроизводить на судебных заседаниях, на которых Вы также сможете присутствовать. Сердце застучало куда-то в макушку, все тело облил липкий жар и мгновенно вспотели ладони. — Мое последнее дело закончилось неделю назад. Я планировала взять отпуск по крайней мере на месяц. Не знаю, готова ли взяться за новое дело прямо сейчас. — Возможно, нам удастся убедить суд, что Дамер болен. Его семья будет признательна, и я уверен, что он бы тоже это оценил. Мы не знаем, что у него на уме. Тюремная жизнь нелегка, и он совершил достаточно серьезные преступления, чтобы гарантировать пожизненное. Другие заключенные превратят его жизнь в сущий ад. Мы были бы рады вашей помощи. Мистер Дамер и его семья знакомы с этим, как и его адвокаты, судья и начальник тюрьмы Висконсина. Все зависит от Вашего решения, — закончил Смит с надеждой в голосе. В голове Гвен была полнейшая пустота. Ей явно требовалось немного времени, чтобы осмыслить подобное предложение. — У меня есть время на полноценные размышления? — Безусловно, но будет лучше, если позвоните до конца недели. Если согласитесь, вот контакты мистера Риверы, это начальник тюрьмы, он будет ждать вас в понедельник утром, — он протянул ей визитку с информацией. — Довольно скоро, — тяжело вздохнула она. — Нет причин задерживаться. Но Вы подумайте, — улыбнулся Мэтью Смит и, обменявшись рукопожатиями, удалился. — Ого, неожиданно, — присвистнул Дэниэл, — но я думаю, тебе нужно соглашаться, получишь уникальный опыт. — Мне это не нравится. И я переживаю. Я раньше никогда не общалась с такими убийцами, а теперь вот так резко должна проработать с ним минимум несколько месяцев? — Просто будь профессионалом, как всегда, и ты справишься, — Дэниел хлопнул Гвен по плечу, — в конце-концов, у всех психиков есть что-то общее.