Часть 5

Господин Шарма шагал по коридору, сжимая в руках флакон с мазью от ушибов. "Опять носилась по конюшне всю ночь", — ворчал про себя он, представляя, как Деви, вся в синяках, будет отнекиваться от его нравоучений. Резиденция была подозрительно тиха — он не увидел ни Деви, ни друзей. Он распахнул дверь без стука — и застыл. — КАКОГО АСУРА ЗДЕСЬ ПРОИСХОДИТ?! В постели Деви, запутавшись в простынях и друг в друге, спали двое его лучших друзей. Камал, как медведь, прикрывал собой ее половину кровати, а Доран развалился с другой стороны, приобнимая рукой ее талию. В голове Кайраса застучал одинокий таракан, делая ставки: кто отправится на тот свет первым — он от разрыва сердца или они, когда он придушит их собственными руками. Все трое вздрогнули. Камал резко повернулся, закрывая Деви спиной; Доран поднялся на локоть, пальцы непроизвольно сжались на ее боку, неосознанно приготовившись защищать. У Деви замерло сердце. Она посмотрела на мужчин, не понимая, что происходит. Только через несколько секунд она рискнула аккуратно выглянуть через плечо Камала, видя взбешенного брата. Первым в себя пришел Доран: — Кайра-а-ас, доброе утро. Выспался? — промурчал господин Басу, расплываясь в наглой невозмутимой ухмылке. — Доран! — шикнул его Камал. Кайрас задохнулся от возмущения: — Да вы что, ублюдки, совсем страх потеряли? — охрипшим голосом произнес он. — Кай... — начал Камал. — Да как вы могли?! — повысил голос Шарма. — Кай... — пискнула Деви. — Ты молчи! — брат ткнул в нее пальцем. — Ты хоть понимаешь... Доран быстро закрыл уши Дивии, не давая ей услышать то, что брат в порыве гнева мог наговорить. — КАЙРАС! — громыхнул Камал. — Выйди, мы сейчас придем. Господин Шарма скрипел зубами. — Три минуты, — прошипел он. Затем взгляд упал на сестру. — А с тобой... мы поговорим позже. Дверь захлопнулась с таким треском, что с потолка посыпалось. Доран убрал руки. — Что он сказал? — Что "поговорит" с тобой, — Камал рухнул на подушки, закрыв глаза. — Твою ж... — О нет... — Деви схватилась за голову. — Нет-нет-нет. Он меня убьет. — Не волнуйся, сначала он прикончит нас. У тебя будет фора, — Доран хрипло рассмеялся. Камал притянул ее к себе, уткнувшись лицом в ее волосы: — Он тебе ничего не сделает. Я не позволю. — Удар примем мы, — Доран перевернулся, подпирая голову рукой. Его глаза блеснули. — Ну что, господин Рай, готов? Камал выругался. — Надень кольцо, если выйдешь из комнаты, — сказал он Деви, уже натягивая шервани. Мужчины вышли, оставив ее в тишине.

***

Господин Шарма влетел в свой кабинет, доставая припасенный виски. Обычно он предпочитал вино, но сейчас понимал, что его будет недостаточно. Плеснув себе немного в стакан, он залпом выпил. Крепкий напиток обжег горло. Камал и Доран без стука зашли в кабинет. Камал сел в кресло, спокойный, но сосредоточенный. Доран же в свойственной ему манере развалился на диване с хитрющей ухмылкой. Кайрас сверлил глазами друзей. Если бы взглядом можно было убивать, тут бы уже валялось два кошачьих трупа. — Прежде чем ты начнешь орать, знай, что ей все понравилось — Доран даже не пытался сделать виноватый вид. Господин Шарма молча запустил в него стаканом из под виски. Доран, хохоча, легко увернулся. Стакан со звоном врезался в стену над его головой, рассыпаясь осколками. — Доран! — Камал резко развернулся к нему, сжимая подлокотники кресла. Голос стал низким и опасным. — Будь так добр — заткнись. Господин Басу сел и примирительно поднял руки. — Я жду объяснений, — Кайрас выдавил сквозь зубы. Камал выпрямился, встречая его взгляд: — Мы с Деви встречаемся. Уже пять месяцев. Кайрас сдавленно застонал, как будто ему вбили кол между ребер. Ладони закрыли лицо, пальцы впились в кожу. — Мы... стали близки в первую ночь после моего возвращения, — продолжил Камал, намеренно избегая подробностей. — Той же ночью я сделал ей предложение. Собирался отправить тебе официальное письмо, как только вернусь в резиденцию. Доран догадался раньше. Ее внезапный интерес к библиотеке Рай... Улыбки за столом... Это проклятое зеленое сари в цветах их рода... Кайрас медленно опустил руки. Его глаза блестели — не от слез, а от бессильной ярости. — Как вы посмели? — он прошептал так тихо, что они еле расслышали. Пальцы сжали переносицу до побеления костяшек. — Вы же знаете, что она... самое важное, что у меня есть. — За кого ты нас принимаешь? – оскорбился Доран. — Мы бы не сделали ничего, чего бы она не желала. Господин Шарма схватился за грудь — сердце билось так, будто хотело вырваться. Его Деви. Его малышка, которая... — Ей же всего... — начал он. — Двадцать три, — резко оборвал Доран. — Она уже взрослая, Кай, смирись. Комната закружилась. Кайрас опустился в кресло, вдруг ощутив свой возраст. Перед глазами проплыли картинки: Деви в пять лет — цепляется за его палец... В двенадцать — первый клинок в ее руках... Вчера — женщина с горящими глазами, целующая Камала... Новый стакан с виски оказался в его руке. Он выпил залпом, но горечь во рту не шла ни в какое сравнение с горечью в душе. Камал первым нарушил молчание: — Никто никого не совращал. Деви сама приняла решение. Взрослое, осознанное решение. Кайрас молча поднялся, отставив стакан и подошел к окну, оперевшись плечом на стену. — Чья это была идея? — спросил он уже без прежней злости. Доран расплылся в довольной ухмылке. — Ну да, действительно, как я сам не догадался? — закатил глаза Кай. — Кто еще мог подбить их на... это. Он перевел взгляд на Камала. — А ты? Ты же всегда был благоразумным. Как ты мог допустить... Камал сжал кулаки, но молчал, принимая удар. Его челюсть напряглась. Кайрас покачал головой, и голос его стал ядовитым: — И она тоже хороша... Ведет себя как... Он не успел договорить. В следующий момент его спина с глухим стуком ударилась о стену. Камал схватил его за грудки и вжал в тведый камень, глаза горели холодным огнем. — Советую тебе очень хорошо сейчас подбирать слова, — его голос звучал тихо, но очень угрожающе. — Это моя женщина, и я не позволю никому ее оскорблять. Даже тебе. Она теперь под моей защитой. Кайрас, прижатый к стене, медленно кивнул. Как бы он ни злился, авторитет Камала всегда был непоколебим. — Кай, — голос Камала смягчился, но рука не отпускала. — Я люблю Деви, правда. И я знаю, что это все не должно было произойти... вот так. Он медленно отпустил его, отступив на шаг. Его пальцы разжались, но в глазах еще тлели угли гнева. Он вернулся к своему креслу, тяжело опускаясь в него. В комнате повисло напряженное молчание, прерываемое только тяжелым дыханием Кайраса, опирающегося о стену. Доран, наблюдавший всю сцену с привычной усмешкой, решил разрядить обстановку. Он лениво потянулся, как кот на солнце, и его глаза весело сверкнули: — Видел бы ты ее, когда он ей предложение сделал... — Не понял, — у Кайраса дернулся глаз. Они его доконают. Определенно доконают. Самое время попросить садовника выкопать ему могилку в саду. — Я все ви-и-дел, — продолжил Доран, только сейчас замечая подозрительно быстро бледнеющего друга. — Что? Я не мог пропустить такое зрелище! Камал молча отвесил ему подзатыльник, а господин Шарма рухнул в кресло, мысленно моля хотя бы об обмороке. Желательно, с последующей амнезией. Доран только рассмеялся, потирая затылок — неисправимый, как всегда. Камал выпрямился в кресле, его голос зазвучал твердо и четко: — Кай, я не шутил насчет предложения. — Его пальцы сжали подлокотники. — Я люблю Деви. Давно. И собираюсь жениться на ней, независимо от твоего согласия. Кайрас поднял на него усталый взгляд. — Ты думаешь, я стал бы... — Камал сделал паузу, подбирая слова, — трогать ее, если бы не был уверен на все сто? Она будет моей женой. Уже сказала "да". Доран неожиданно добавил, отбросив шутливый тон: — Он даже фамильное кольцо отдал. Камал кивнул, не отрывая взгляда от Кайраса: — Я не использовал бы ее для развлечения. Решился только когда... — Он замолчал, но смысл был ясен: когда был готов связать с ней жизнь. Кайрас вздохнул, принимая решение, хоть и понимал, что от его слов ничего не поменяется. Не дай он согласия на брак — Деви сбежит к Камалу через окно. — Айшвария, позови сюда Деви. Служанка показалась в двери. — Господин Шарма, госпожа отказывается выходить. Кайрас закатил глаза. — Зови, скажи, что ее господин Рай ждет.

***

Деви вошла и на нее уставились три пары глаз. Камал сразу встал и подошел к ней, обняв. Он тихо прошептал ей на ухо: — Все хорошо, не волнуйся. Доран тоже поднялся и подошел ближе, вставая рядом с Деви. Камал развернулся, освобождая проход для нее, но не двигаясь с места. Деви вцепилась в его руку, немного прячась за его плечо. Кайрас горько усмехнулся. — Хороших ты себе защитников нашла. — Лучших… Тебе ли не знать? – Не удержавшись, съязвила Деви. Кайрас раздраженно выдохнул, постукивая пальцами по столу: — Ну, и что ты мне скажешь в свое оправдание? Деви почувствовала, как ладонь Камала сжимает ее пальцы в ободряющем жесте. Она сделала шаг вперед: — Я люблю Камала... и сама хотела этого. — Голос дрожал, но не прерывался. — А Доран? — Кайрас скривился, будто пробуя кислый лимон. Деви моргнула, не понимая: — Вас сегодня было... трое, — с отвращением прошипел Кайрас. Щеки Деви вспыхнули малиновым румянцем. Она опустила глаза: — А, это... — ее голос стал едва слышным, — они предложили... а я согласилась. Кайрас застонал, как раненый зверь, и запрокинулся в кресле. Стакан виски исчез залпом. Он прикрыл глаза ладонью: — Сгиньте с глаз моих, пока я не передумал, — махнул он другой рукой. — Что...? — Деви не успела договорить. Доран уже был за ее спиной, открывая дверь. Камал одним движением подхватил ее на руки, вынося за пределы кабинета. В коридоре он прижал ее к стене, поднимая ее взгляд на себя: — Он согласился. Насчет свадьбы. Деви вглядывалась в его глаза, ища подвох. Потом взглянула на Дорана — тот стоял, скрестив руки, и искренне улыбался. Ее радостный визг разнесся по коридору. Она повисла на Камале, зацеловывая все лицо — как будто боялась, что он испарится. Камал засмеялся, прижимая ее крепче к себе. Доран шагнул вперед, когда она успокоилась, и протянул руку: — Поздравляю, дружище. — В его голосе не было ни капли привычного сарказма. Камал сжал его ладонь в ответ. Деви вдруг осознала, что плачет, и поспешно вытерла щеки рукавом.

***

Прошло несколько недель, и резиденция Рай расцвела в преддверии свадьбы. Двор утопал в гирляндах из жасмина и роз, а воздух был пропитан ароматом сандала и пряностей. Слуги суетились, расстилая алые ковры от главных ворот до мандапы, украшенного золотыми драпировками. Камал стоял у входа, облаченный в зеленое шервани с золотой вышивкой. Он нервно перебирал рукоять кинжала за поясом, украдкой поглядывая в сторону женских покоев. — Перестань ерзать, — Доран хлопнул его по плечу, сам щеголяя в фиолетово-золотом ангархе, который, вопреки обычаю, был слегка расстегнут на груди. — Ты же не мальчишка на первой свадьбе. — А это и есть первая, — буркнул Кайрас, стоящий чуть поодаль. Он был одет в строгое синее шервани, но нарочито хмурился. — О, господин Шарма, — обернулся к нему Доран, — а вы все еще здесь? Я думал, вы уже сбежали в Гималаи и стали монахом. Кайрас скрипнул зубами, но не успел ответить — заиграла музыка, и все взгляды устремились к выходу. Деви шла к мандапе, окруженная свитой женщин, ее ноги оставляли алые отпечатки хны на белом шелке, расстеленном под ногами. Золотое сари переливалось в лучах заката, а тяжелые украшения звенели при каждом шаге. Она не видела ничего, кроме Камала, стоявшего под свадебным балдахином. Когда она подошла ближе, он протянул руку, и его пальцы дрогнули, едва коснувшись ее ладони. — Ты прекрасна, — прошептал он так тихо, что только она услышала. Рам Дубей начал читать мантры, обвязывая их руки священной нитью. Кайрас, стоявший рядом как старший родственник, скрепя сердце, бросил горсть риса в священный огонь. — Пусть хоть зерна знают, каким трудом мне это все далось, — проворчал он, но когда Деви украдкой ущипнула его за локоть, уголки его губ дрогнули. Позже, когда празднование было в самом разгаре, а гости уже достаточно опьянели, чтобы не замечать условностей, Деви схватила Камала за руку и потащила в тенистый уголок сада. — Ты знаешь, что по традиции мы должны сидеть там до конца праздника? — приподнял бровь Камал, но позволил ей притянуть себя к беседке. — А по моей традиции, — она встала на носочки, обвивая руками его шею, — мы должны были сбежать еще до начала церемонии. Он рассмеялся и наклонился, чтобы поймать ее губы в поцелуе, но тут же отпрянул, услышав покашливание. — Неужели нельзя хотя бы сегодня обойтись без подглядываний, Доран? — вздохнул Камал, не оборачиваясь. Из-за деревьев вышел господин Басу с кубком вина в руках. — Простите, молодожены, — он протянул кубок, — но Кайрас просил передать, что если вы не вернетесь через пять минут, он лично придет за вами и будет капать на мозги. И, кажется, на этот раз он не шутит. Деви застонала, но Камал, смеясь, взял ее за руку. — Не переживай, скоро мы останемся одни. Доран, — обратился он, — возьми-ка на себя господина Шарма. Ему не помешает расслабиться. Господин Басу понимающе оскалился, направляясь к более крепким напиткам.

***

Праздник близился к завершению, и гости один за другим подходили к молодым с поздравлениями. Но когда подошла очередь Дорана, он, помимо основного подарка, протянул Камалу небольшую, но роскошную шкатулку. Камал взял ее с большой осторожностью, уже замечая хитрющий огонек в глазах друга. Деви, напротив, заинтересованно наклонилась, но Кайрас, сидевший рядом, резко вскинул руку. — Нет! Я не хочу знать, что там внутри! — он закрыл глаза. — Доран, ты невозможен. — А что? Ты предпочитаешь, чтобы я подарил им очередной серебряный поднос? — фыркнул Доран. — Скучно. А так хоть повеселятся. Когда последние гости разошлись, а шум праздника сменился тишиной ночи, Камал и Деви наконец остались одни. В свете ламп они начали разбирать подарки. — Давай посмотрим, что там у Дорана, — усмехнулась Деви, протягивая руку. Камал вздохнул, но все же открыл ее. Внутри лежал изысканный набор ароматических масел в хрустальных флаконах, перо на серебряной цепочке, шелковая лента и книга в кожаном переплете с весьма… наглядными иллюстрациями. Деви заглянула внутрь. Ее брови поползли вверх. — О-о-о… Это… — Да, — Камал закатил глаза. Сверху книги лежала записка: "Пользуйтесь. Но если что — зовите. P.S. Лента проверена лично. P.P.S. Камал, не закатывай глаза." — Клянусь, у меня в кабинете будет висеть львиная шкура, — едва сдерживая смех, сказал Камал. — Позже, — Деви потянула его к кровати. — Сначала сами проверим прочность ленты…