Глава 5 : Сэцуно

На следующий день Изуку проснулся от будильника как раз вовремя, хлопнув рукой, чтобы остановить громкую музыку, доносившуюся из радио-будильника. Он вытянул руки над головой, прежде чем схватить зарядный телефон с прикроватной тумбочки, чтобы проверить, есть ли какие-нибудь сообщения. И, к его удивлению, недавно было доставлено несколько писем. Слегка потер глаза, Изуку зашел в почтовое приложение на телефоне, чтобы посмотреть, какие были письма. Он немедленно удалил все электронные письма, которые были просто спамом, и уведомления о магазинах, в которых действуют скидки. Он ответил на электронное письмо своей матери, чтобы сообщить ей, что происходит, и сообщить, что он в безопасности. Он улыбнулся, когда написал свой ответ Химико, в котором говорилось, что она продала связанных крючком пчелок с клубничной тематикой и копила деньги на дополнительные поставки. Г-н Компресс разослал небольшой набросок своей пьесы, чтобы попросить совета, поэтому он сделал себе пометку проверить ее позже в тот же день и ответить по электронной почте, когда у него появится возможность дать ему несколько советов по ней. После этого он просто проверил остальные свои электронные письма и сообщения, прежде чем наконец встать с кровати, чтобы подготовиться ко сну и всему, что оно может принести. Приготовившись, Изуку вышел позавтракать и увидел Ходзё, Сэцуно и Табе, стоящих вокруг кухонного острова. Они лениво доели свой йогурт, прежде чем поднять глаза, услышав, что он приближается. — Доброе утро, Мидория, — поприветствовал Тэйб, а Ходжо кивнул ему. Сэцуно зевнул и нерешительно помахал ему рукой. «Мы проголодались и пришли сюда. Ты только сейчас встаешь? Мидория пожал плечами: «Некоторое время я не спал, но мне просто не хотелось вставать с кровати». Сэцуно посмотрел на свой йогурт: «Мне знакомо это чувство». Ходжо похлопал человека поменьше по плечу. Табе посмотрел наверх, гадая, что теперь будет делать группа. Он знает, что они не были по-настоящему счастливы, что действовали рядом с ним, пока не поняли, что могут получить от них информацию об Изуку. Табэ оглянулся на Сэцуно, зная, что у того дня был не лучший день. Они с Ходжо отвели его вниз, чтобы, надеясь, подбодрить его. Остальные планировали что-то, о чем еще не рассказали остальным троим подробно. — Хэй , терапевт, — пробормотала ему Сэцуно. Ходжо поднял голову, когда Изуку поприветствовал его в ответ. «Послушай, я не хочу тебя беспокоить, но можно ли мне провести сетевой сеанс или что-то в этом роде? Не сегодня, но, может быть, завтра или что-то в этом роде?» «Конечно, без проблем. Ты можешь прийти поговорить, когда захочешь, — успокоил его Изуку. Сэцуно кивнул, прежде чем опереться головой на руки. Ходжо вовлек Изуку в разговор о том, какое животное было бы лучшим домашним питомцем, кроме кошек и собак. Табе и Ходзё очень интенсивно спорили о том, какое животное они предпочитают в качестве домашнего животного. Изуку спокойно отстаивал свой выбор хорька, в то время как Ходжо громко восклицал, какие змеи были бы потрясающими. Табе упомянул в разговоре птиц, что заставило всех задуматься о том, какой именно вид животных подойдет лучше. И вот позже тем же утром прибыли остальные члены якудза, чтобы увидеть Ходжо и Табэ в ожесточенном споре о перьях, в то время как Сэцуно тихо наблюдал за этим с дивана. Остаток дня пролетел без каких-либо серьезных событий. Изуку заметил, как некоторые члены якудза, такие как Немото и Куроно, внимательно наблюдали за ним, когда он выходил из спальни и офиса. Они как будто ждали, что он что-то испортит, чтобы они могли ими воспользоваться. Ух ты, он не чувствовал этого с тех пор, как работал в Лиге. Ах, приятные воспоминания. * Лишь через два дня к Мидории подошел Сэцуно. Утром Сэцуно ждал его у кухонной стойки со спокойным выражением лица. "Привет. Доброе утро, — поприветствовал Мидория. «Эй, ты можешь это сделать? Сессия? — терпеливо спросила Сэцуно. — О, ты хочешь поговорить? Сказал Изуку. «Хорошо, без проблем. В какое время вы хотели?.. «Можем ли мы начать прямо сейчас, если мы не слишком многого требуем?» Сэцуно посмотрел на комнату, в которую, как он знал, заходил Табе в последний раз. «Я просто… я просто сейчас разглагольствую о всякой ерунде». "Конечно. Мы можем начать прямо сейчас, просто следуй за мной, — ответил Изуку, жестом приглашая Сэцуно следовать за ним обратно в офис. Сэцуно заколебался, прежде чем уйти с Изуку обратно в офис. Он последовал за другим в комнату и расслабился на диване напротив того места, где сидел Изуку. Он поправил ноги, чтобы сидеть поудобнее, пока Изуку спокойно ждал, пока он скажет, когда будет готов. «Хорошо, я готов. Давайте займемся этим». «Ну ладно. Тебе комфортно с Сэцуно-куном, верно? Сэцуно кивнул. Изуку улыбнулся в ответ: — Тогда давай начнём. Теперь просто начните с того, что вы хотите начать. Если не знаешь, с чего начни с самого начала». — Хорошо, эм, пожалуй, я начну с того, что помню. Я не знаю своих родителей, думаю, они умерли или что-то в этом роде, когда я был маленьким. Я рос в приемных семьях, пока не вышел из системы, — Сэцуно уставился вдаль. «В приемных семьях было вполне нормально. Большую часть времени они просто делали минимум. Меня игнорировали приемные братья и сестры, потому что они не хотели, чтобы я украл их вещи. Кроме этого, ничего особенного не произошло, меня не оскорбляли или что-то в этом роде. В лучшем случае просто игнорировали большую часть времени». «В школе меня прозвали «Свипер», на что я не особо злился, потому что это звучало круто. Они не считали мою причуду злодейской, они просто считали ее совершенно бесполезной, если только я не стану злодеем. Но в конечном итоге это переросло из насмешек в настоящее издевательство, когда они заметили, что я — хорошая цель, которая не сопротивляется. Ребята обвиняли меня в том, что я украл их вещи из-за своей причуды, когда учитель не видел. Девушки писали фальшивые признания в любви, поэтому, когда я приходил туда полный надежд, они смеялись надо мной за то, что я им поверил. Знаешь, что это такое? Испытывать такую ​​надежду на то, что есть кто-то, кому ты нравишься, только для того, чтобы прийти туда и увидеть его самодовольное лицо, в то время как он признает, что все это было фальшивкой». Изуку кивнул: «Да. Это случилось со мной раньше, когда я учился в средней школе. Ты чувствуешь себя таким счастливым только потому, что эта надежда разбивается прямо перед тобой». Сэцуно нахмурил бровь: «Честно говоря, я не думал, что ты поймешь, каково это». Он сделал паузу, внимательно всматриваясь в выражение лица Изуку, чтобы убедиться, что тот лжет. «Ты ведь не просто дергаешь меня за ногу, верно?» Изуку покачал головой: — Я с тобой не шучу. Я бы не стал что-то выдумывать только для того, чтобы иметь отношение к тебе. Я сталкивался с тем, что в моих шкафчиках лежали фальшивые любовные письма, но я появлялся на крыше и обнаруживал, что это все время была шутка. Был другой раз, когда они заперли двери на крыше, и мне пришлось позвонить кому-то из моих знакомых, чтобы тот пришел за мной». «Черт. Ну, похоже, в этом отношении мы как две капли воды, да? Сэцуно пошутил. «После окончания школы я устроился на небольшую работу в продуктовый магазин и на дешевую квартиру. А потом я встретил девушку». Сэцуно глубоко вздохнул, потирая лицо руками. «Когда мы только начали встречаться, я влюбился слишком быстро. Я вел себя с ней как полный идиот, а она обвела меня вокруг пальца, как забывчивого дурака. Мы были вместе, казалось, долгое время, и я думал, что все в порядке. Я думал, что влюбился». «Она чувствовала себя человеком, с которым я мог бы разделить свою жизнь. Я думал, что она для меня все, что мы сможем создать нашу собственную семью, которой у меня никогда не было. Я планировал доказать ей это с помощью кольца, на которое накопил. Но потом все вокруг меня рухнуло». Сэцуно сморщил лицо, думая о прошлом. Его руки сжимались от воспоминаний, которые начали всплывать на поверхность, его руки дрожали минуту, прежде чем он успокоился. Изуку терпеливо ждал столько, сколько нужно было другому, чтобы продолжить свой рассказ. Сэцуно вздохнула: «Она ушла от меня к другому мужчине без всякого предупреждения. Ну, я не должен говорить «без предупреждения», поскольку я видел, как она с ним общалась, когда продолжала говорить, что он просто друг, с которым восстанавливается связь. Но она оставила меня вообще без денег на счету и долга по квартире, которую мы делили. Я не знал, что я сделал не так. Я колебался от вопроса, что я сделал не так, до крика на себя за то, что поверил любому слову, которое она мне сказала». «Я продолжал работать, пока не начал расслабляться из-за того, что произошло. Я начал засыпать на работе. Коллеги обвинили меня в воровстве, поскольку я признался, что у меня ничего нет. Вскоре после этого меня уволили, хотя я и говорил, что мне нужна эта работа. Я был на самом низком уровне, поэтому пошел к профессионалу, чтобы посмотреть, что я могу сделать с деньгами, которые мне пришлось украсть у других людей на улице. Они диагностировали у меня депрессию и тревогу из-за того, что произошло в моей жизни до этого момента. Я не мог позволить себе лекарство, которое они мне предложили, поэтому просто сидел в своей квартире и ел рамэн из долларового магазина, пока домовладелец в конце концов не выгнал меня на улицу». Изуку написал небольшую заметку в своем блокноте. «Хорошо, давайте рассмотрим это. Можете ли вы рассказать мне немного больше о том, что вы чувствовали в эти моменты? Только если чувствуешь себя комфортно». * Ходжо зевнул, спускаясь вниз, и увидел, как Тэйб осматривает ящики. Табе продолжал рыться в ящиках и шкафах, вынимая множество предметов. Ходжо увидел маленькие контейнеры для специй, а также бутылку соевого соуса. — Эй, что ты делаешь? «О, доброе утро! Я думаю, Тоя-Кун разговаривает с Мидорией в комнате, — небрежно ответил Табе, осматривая две почти одинаково выглядящие бутылки. Он пожал плечами, прежде чем добавить их к растущей куче контейнеров на кухонной стойке: «Я слышал, как они разговаривали, когда спустился вниз, чтобы посмотреть, где Сэцуно, поскольку его не было в спальне. Что ты делаешь так рано?» — Мне хотелось пить, — пожал плечами Ходжо, идя на кухню, где Табе все еще рылся в ящиках. — Что ты делаешь на кухне? «Я осматривался, чтобы посмотреть, чем можно перекусить перед обедом. Поскольку я могу пробовать еду, не чувствуя, что мне нужно заполнить пустую пустоту, я хочу ощутить все вкусы, которые есть в этом месте, — ответил Тейб, широко ухмыляясь и ярко сверкая зубами в ответ на своего друга. «Теперь, я думаю, я просто возьму специи, так как не хочу есть все, что есть в холодильнике. Ох, и приправы тоже. Ходжо вопросительно приподнял бровь: — Ты уверен, что это хорошая идея? Приправы и специи имеют прекрасный вкус только тогда, когда речь идет о еде. Если еды не будет, тебя, возможно, ждет адская поездка. — Ты хочешь присоединиться ко мне? — спросил Табе, держа бутылку, как указку, прямо перед лицом своего более высокого друга. Ходжо бросил взгляд на бутылку ранчо в руке Табе. — Конечно, почему бы и нет. * Сэцуно тяжело вздохнул, откинувшись на спинку дивана. Он ухмыльнулся Изуку: — Ух ты, это отняло у меня много сил, а мы еще даже не закончили с моей трагической предысторией. Изуку немного рассмеялся над шуткой друга. «Я думаю, ты остановил основную историю, когда домовладелец выгнал тебя». «Да, этот чувак был старым ублюдком», — Сецуно немного рассмеялся, прежде чем успокоиться и продолжить. «В любом случае, меня выгнали на обочину, имея с собой лишь рюкзак с вещами, поскольку бывшая уже забрала с собой почти все. Все, что она не взяла, мне приходилось продавать за дополнительные деньги, так что у меня почти ничего не оставалось. После всего, что произошло, я потерял надежду. Я потерял надежду, что когда-нибудь у меня будет нормальная жизнь. У меня не было семьи, которая меня поддерживала. У меня не было любви, которая была бы рядом со мной. У меня не было работы, дома или денег на моем банковском счете. Единственное, что у меня осталось, — это долги». Сэцуно продолжил: «Я начал жить на улице. Иногда я спал в этом потрепанном автобусе на свалке или на пляже, заваленном мусором. Я крал еду из магазинов или копался в мусорных контейнерах, чтобы найти что-нибудь, что можно было бы использовать или съесть. Я крал деньги у прохожих, но карты не брал, потому что так меня было бы легче поймать. Было... трудно жить на улице. Я либо постоянно бежал, либо был постоянно начеку, потому что не хотел, чтобы кто-нибудь украл у меня, когда я ложусь спать». «Долгое время было темно. Я начал думать о том, что, возможно, я виноват в том, что она ушла. Я просто чувствовал себя никчемным, как будто я был всего лишь куском трансгендера, которого еще не собрали в мешки для мусора. Я просто чувствовал себя пустой тратой пространства, — Сэцуно глубоко вздохнул, — и я подумал, что лучший способ избавиться от этого чувства — избавиться от себя. * Сакаки быстро спустился по лестнице, отдохнув в своей комнате дольше, чем он ожидал. Спустившись вниз, он заметил, что там было немного людей, за исключением двоих на кухне. Подойдя ближе, он увидел, что Табе и Ходзё находятся на кухне, а на столе лежит множество специй и приправ. «Блех, я не знал, что соевый соус такой соленый. Так много натрия», — заявляет Табе, прежде чем облизать небольшую кучку специй на ладони. «Почему перец такой острый?» «Почему, здравствуйте! Что происходит? Сакаки невнятно произнес слова, потому что все еще чувствовал себя немного сонным, хотя и не мог снова заснуть, как ему хотелось. Табе быстро вымыл руки водой, прежде чем перейти к бутылке с приправой. «Что это за беспорядок?» «Мы пробуем кое-что из этого», — объяснил Табе, пробуя с ложки немного кетчупа. «Ах, на вкус это отличается от того, что я ожидал, или совсем не так, как я ожидал. Я не знаю, как это описать. Просто много томатного вкуса». "Почему?" Сакаки наклонил голову и заметил бутылку корицы. Ходжо вздрогнул от вкуса чесночного порошка на языке, прежде чем услышать кашель Табе от горошины перца, которую он только что откусил. Ходжо пожал плечами: «Для развлечения». Сакаки улыбнулся внезапной мысли, которая пришла ему в голову. Он указал на бутылку: «Ах, эй, попробуй немного корицы. Я знаю, что он такой вкусный, потому что я люблю виски с корицей». Ходжо посмотрел на небольшой контейнер: «Хм, я никогда не пробовал его без десерта, как булочки с корицей». «Оооо, это просто прекрасно! Просто сделайте большой глоток. У него потрясающий вкус. Имейте в виду, есть небольшой ожог, хотя это могло быть из-за виски, — ответил Сакаки, ​​подперев подбородок рукой. Он улыбнулся, наблюдая, как Табе и Ходжо высыпают в руки чуть большую сумму. «Давай, попробуй». Табе и Ходжо переглянулись и пожали плечами. Они поднесли ладони ко рту и практически бросили в рот большое количество специй. В одно мгновение они поняли, что им не следовало доверять Сакаки. Ходжо был первым, кто потерпел огромную неудачу. Он тут же начал кашлять, изо рта вышло коричневое облако специй. Его руки упираются в стойку, прежде чем он побежит к кухонной раковине. Он наклонил голову, чтобы набрать холодную воду, текущую из крана. Реакция Табе была более запоздалой. Казалось, он не мог понять, что оно горит, пока не начал тихо кашлять, перешедшее в более агрессивный кашель. Он медленно подошел к раковине позади Ходжо, прикрывая рукой рот. Ходжо заметил, что его друг тоже нуждается в помощи, и решил схватить опрыскиватель для раковины. Сакаки истерически рассмеялся, когда Ходжо лихорадочно передал распылитель Табе, который в данный момент топил внутреннюю часть рта. * «Поэтому я хотел просто положить этому конец, потому что я больше не хотел быть частью этого, понимаешь? Жизнь отстой. Но прежде чем я смог это сделать, Капитальный ремонт нашел меня. И он сказал, что я мог бы стать достойным мусором, если бы помог с его идеей сделать мир лучше, чем он есть сейчас. Поэтому я согласился. И именно тогда я встретил Табе и Ходжо после того, как Капитальный ремонт вернул меня в один из штабов. После этого мы все как бы сблизились, потому что Восстановитель нашел нас и сделал из нас нечто большее, чем просто мусор». Сэцуно громко вздохнула: «Я не могу лгать. Как-то приятно отпустить все это. Ох, спасибо, что выслушали. Изуку улыбнулся: «Для меня это не проблема. Если ты когда-нибудь захочешь поговорить со мной почти о чем-нибудь, ты можешь прийти поговорить со мной». — Итак, чувак-терапевт, — серьезно посмотрел на него Сэцуно, — Мидория, мне кое-что интересно. "Что это такое?" «Ну, во-первых, Тейб сказал, что это помогло ему понять, что он чувствует по поводу своей причуды и прочего. Как будто ты на самом деле его не осуждал и все такое. Почему ты это сделал?» — спросил Сэцуно. «Это легко. Мне нравится помогать всем, чем я могу. И я отчасти знаю, каково это, когда твои сверстники относятся к тебе по-другому. Я знаю, как они будут так осуждающе относиться к твоим причудам и тому, как ты выглядишь. Я могу это понять. Например, откуда мне знакомо чувство признания себя фальшивым, — засмеялся Изуку. «На самом деле это была одна из самых легких сторон того, что мои старые одноклассники делали со мной». Брови Сэцуно поднялись: «Правда? Означает ли это, что вы чем-то похожи на нас? Типа мусор? — Сэцуно, ты не мусор. Ни ты, ни Табе, ни Ходжо, ни кто-либо здесь не мусор. Я не считаю тебя никчемным или бесполезным мусором. Я бы никогда не увидел никого подобного. «За исключением Старателя », — он оставил невысказанным в своих внутренних мыслях. «Я просто скажу, что знаю немного больше из личного опыта о том, как с вами и другими обращались из-за чего-то, что вы не могли контролировать». Сэцуно начал на него: «Табе рассказал мне то, что ты сказал о том, что не существует такого понятия, как злодейские причуды». "Конечно. Мы начали дискуссию о том, что причуда не делает кого-то злодеем, когда наша официальная сессия закончилась, — ответил Изуку. Сэцуно спросил: «А как насчет моей причуды? Моя причуда буквально воровать вещи. При этом я мог бы быть только преступником или каким-нибудь злодеем низкого уровня, ожидающим своего часа». «Совсем неправда. Ваша причуда на самом деле довольно интересна. Если ты хочешь взглянуть на это в другом свете, просто подумай, что ты можешь с этим сделать без каких-либо плохих намерений, — Изуку прикусил губу, думая о том, как по-разному использовать свою причуду. Он начал рассуждать о некоторых возможностях, которые пришли ему в голову: «Вы можете украсть пистолет из рук грабителя, чтобы у ограбленного человека был шанс сбежать. Вы можете украсть любое оружие из чужих рук, чтобы спасти чью-то жизнь. И ты можешь делать потрясающие фокусы, чтобы развлекать людей». Сэцуно какое-то время молчал, а затем улыбнулся уголками рта. «Кем я буду, когда выйду отсюда?» «Это вам решать в вашей новой жизни. Это будет новая страница для тебя, чтобы начать вместе со своими друзьями», — сказал Изуку. — Знаешь, Мидория, ты круче, чем я думал. * Изуку открыл следом за Сэцуно гостиную и увидел Сакаки, ​​сидящего за кухонной стойкой с самодовольным выражением лица. Табе и Ходзё сгорбились на диване, что заставило Сэцуно автоматически броситься к ним, чтобы выяснить, в чем дело. Изуку тоже был обеспокоен, пока не заметил знакомый коричневый порошок, рассыпанный на столе, который еще не был убран. Изуку снова посмотрел на двоих других на диване: «Вы ели корицу, не так ли? Это опасно для вашего горла и легких!» — Расслабься... Они не так уж много ели... Это даже не ложка, — медленно говорил Сакаки с ручкой, почти ухмылкой Чеширского Кота на лице. — Я ненавижу тебя, — Ходжо посмотрел на него в ответ. Сакаки выглядел польщенным: «Спасибо».