Глава 9 : Дейдоро Сакаки

Дейдоро резко сел, глубоко вздохнув после плохого сна, который ему только что приснился. Он откинул длинные черные волосы с потного лба. Затылок стал липким, когда холодные руки коснулись кожи. — он поворчал , потирая щеку тыльной стороной ладони. Он до сих пор помнит звуки разбивающихся о стену бутылок и детский смех из его кошмарного сна. Дейдоро потер лицо руками, вспоминая прошлую ночь. Как ни странно, он чувствует себя трезвым. Он медленно встает с кровати и идет к двери своей спальни. Он выглядывает из открытой двери и видит все двери вокруг себя, зная, что остальные спят в своих комнатах. Остальные, кроме Раппы и остальных, еще не знают. Он сглотнул и, спотыкаясь, спустился по лестнице. Судя по взгляду в окно, солнце еще не взошло. Ого, он не просыпался так рано с тех пор... ...он не знает, сколько времени прошло. Когда Изуку нашел его, Сакаки висел на подлокотнике дивана вверх ногами, и кровь приливала к его голове. В тот момент, когда Изуку вошел, Сакаки ссутулилась на земле. — Хееееееей, терапевт, — Сакаки дружелюбно помахал пальцами от пола. «Мне нужно поговорить с тобой. Можно мне провести сеанс?» "Хорошо..?" — ответил Изуку, все еще немного шокированный внезапностью своей просьбы. Его больше беспокоило то, как долго другой висел вверх тормашками. Сакаки, ​​спотыкаясь, ел, вставая на ноги, используя диван, чтобы поддержать себя и встать. Он прошел мимо него, чтобы первым добраться до офиса, а Изуку последовал за ним.   * Изуку звякнул ручкой и посмотрел на Сакаки, ​​который с любопытством осматривал свой офис. «Тебе удобнее с Сакаки-куном или с Дейдоро-куном? Или ты хочешь, чтобы я называл тебя прозвищем?» — Э-э, Сакаки. Это похоже на сакэ, — ответил Дейдоро, слегка невнятно произнеся свои слова. Он кашлянул, пока Изуку готовил блокнот, чтобы делать записи. «Хорошо, ты можешь начать в любой момент, когда будешь готов». Дейдоро втянул воздух сквозь зубы. Он заставил себя сосредоточиться на своих словах: «Думаю, мне следует начать с самого начала или, по крайней мере, с того, насколько я могу вспомнить». «Эм, в моей жизни не было мужского присутствия, если вы не догадались», — пошутил он. «Я думаю, он упал, когда мама сказала ему, что беременна. Я никогда не видел своих бабушку и дедушку, поэтому предполагаю, что они не были частью общей картины. В любом случае, она не была в восторге от ситуации, когда ей приходится иметь дело с сыном, работающим официанткой, и без чьей-либо помощи». Дейдоро прищурился: «Насколько я помню, ей было трудно, но она была относительно хорошей матерью. Пока она не начала бороться с сохранением работы и необходимостью работать больше смен. Она начала пить, когда мне было четыре…пять? Четыре или около того. — Что произошло, когда в силу вступила твоя причуда? — спросил Изуку, записывая в блокноте. Звуки царапания ручки по бумаге заполнили недолгую тишину, прежде чем Дейдоро продолжил свой рассказ. «Ее это не особо волновало, поскольку это было похоже на причуду моего биологического отца. Но потом она поняла, что моя причуда означает, что я могу фактически напоить ее, и ей не придется покупать еще дешевый алкоголь, чтобы погнаться за кайфом», — указал на него Дейдоро. «Вы видите, куда я иду? Моя причуда внезапно стала удивительной, потому что, по ее словам, ей «не нужно было больше тратить деньги». «Но обратная сторона этого в том, что я почувствовал себя слегка подвыпившим с тех пор, как получил это», — Дейдоро посмотрел на потолок. Он разжал и закрыл руки, коснувшись кончиками пальцев кончика большого пальца. «Иногда я спотыкался о разные вещи, и мне приходилось цепляться за все, что можно, чтобы не упасть лицом вниз. Большую часть времени мои ноги просто тряслись. Чаще всего это происходило после того, как я использовал это на ней, потому что это сделало бы меня супер-пупер неуклюжим». «Даже сейчас я все еще чувствую это через наручники. Либо так, либо я слишком к этому привык, и не могу сказать, исчезло ли оно из-за наручников. По крайней мере, я могу лучше ходить по полу в наручниках, вместо того, чтобы быть вынужденным ползать по полу или искать альтернативные маршруты, — тихо сказал Сакаки. Он не сводил глаз с наручников, покачивая рукой в ​​воздухе перед лицом. «Свободен ли я от этого или просто пытаюсь себя убедить? Ты знаешь?" Изуку нахмурил брови, увидев мрачное выражение лица Сакаки. Дейдоро резко кашлянул, прежде чем снова откашляться: «После того, как проявилась моя причуда, дом наполнился большим количеством еды, поскольку она не тратила деньги на алкоголь. А когда ей хотелось подзаработать, она приводила в дом мужчин с работы официанткой. Она рекламировала, что я могу напоить их, и им не придется ничего пить. Так что, конечно, они будут платить половину стоимости спиртного, а моя мама получит еще больше денег на расходы». «Иногда она просто приводила случайных мужчин обратно в дом и все время держала меня в моей комнате. Тогда я не знал, что происходит, но могу догадываться, что происходит сейчас. Иногда она позволяла им приходить в мою комнату и делать все, что они хотят», — вспоминает Сакаки. Он замахал руками, когда брови Изуку обеспокоенно взлетели вверх. «Ничего плохого. Они просто хотели бы воспользоваться преимуществами моей причуды, поскольку практически всем нравится ощущение опьянения. Если бы кто-то из них попытался сделать что-нибудь кроме этого, другие пьяницы избили бы их и выгнали бы». Изуку продолжал писать в своем блокноте, пока не остановился, поскольку Сакаки замолчал. Изуку поднял глаза и увидел, что другой глубоко задумался, сосредоточившись на своих туфлях. Он подождал несколько минут, пока Сакаки вспоминал свои мысли. «Я помню один случай, когда моя мать все еще была трезвой с того дня. В доме было четверо парней, и один из них, новенький, пытался что-то сделать со мной, пока я был на кухне. Этот урод зашёл на кухню, чтобы я мог использовать свою причуду. Я к этому привыкл, поскольку на данный момент это обычное дело, но он подходил ко мне так близко. Я сказал ему отступить, так как мне не нужно прикасаться к нему, чтобы это сработало. Поэтому он решил просто начать прикасаться ко мне из ниоткуда, — Дейдоро задремал, запустив пальцы в свои длинные волосы. «Не помогло и то, что мои волосы стали достаточно длинными, чтобы он мог их ухватить». "Что случилось?" — спросил Изуку. Сакаки вернулся к реальности и ответил ему: «О! Я использовал на нем свою причуду, пока он не споткнулся. А потом я ударил его ржавыми кухонными ножницами в ногу. Затем я быстро отступил, когда он начал кричать». «Моя мать бросилась посмотреть, что произошло после того, как он закричал. Но она заметила, в каком я состоянии, и сразу же выгнала парня из дома вместе с остальными». Сакаки влажно усмехнулся. «Это было единственное ясное воспоминание о том, что моя мама была очень трезвой и даже немного подвыпившей. Всю ночь она вела себя так, как вела бы себя обычная мама. Она следила, чтобы этот гад меня нигде не тронул. После того инцидента она больше никогда не приводила домой парней, чтобы те использовали мою причуду, сколько бы денег они ни предлагали». «После этого она, э-э, постепенно начала переставать пить или использовать мою причуду как спасение. Она начала работать усерднее и на заработанные деньги отправила меня в школу. Когда она уходила на работу, я сам шел в ближайшую государственную школу». — Дела стали лучше? "Ага. Большую часть времени она была трезвой, но иногда бывала пьяной, так как могла бросить все за один раз. Она в основном спала после того, как выпила. Она меня не ударила или что-то в этом роде. Хотя однажды она бросила лампу в стену и несколько бутылок спиртного, когда была в депрессии, — рассеянно промурлыкала Сакаки. «Меня это никогда не поразило, но иногда меня пугало, когда она делала это из ниоткуда». * Табе отдыхал на подушках дивана, пока Ходжо и Тойя играли в видеоигры. Они проснулись в свое обычное время и увидели, что Изуку еще не проснулся. По крайней мере, они все так думали, пока Тойя не указал, что из-под двери его офиса выглядывает свет. Значит, это должно было означать, что Изуку с кем-то разговаривал. Затем они подумали, что это будет Раппа, пока не увидели, как он спускается вниз с Рикией, которая зевает, желая им доброго утра. Все трое наблюдали, как Раппа перепрыгивал с одной ноги на другую, а Рикия лениво потягивался. Затем они увидели, как они вдвоем вышли на спарринг. Один за другим, в конце концов, все начали спускаться вниз, а Раппа и Рикия продолжали ссориться снаружи. Шин выглядел так, словно не спал, а Тенгай выглядел очень хорошо отдохнувшим. Иринака смотрел куда-то между ними двумя. Куроно, Чисаки и Сакаки еще не спустились вниз. Табе снова сосредоточил внимание на игре, в которую играли Тоя и Ходзё, в то время как Иринака и Тенгай начали о чем-то разговаривать. Табе оглянулся на офис и предположил, что единственным возможным человеком, который мог там находиться, был Сакаки. Прошло некоторое время, когда Рикия и Раппа вернулись внутрь с пятнами травы на коленях штанов и вокруг всей одежды после боевого поединка. Шин сосредоточил свое внимание на яростной паре, пока Раппа от всей души смеялся, обнимая Рикию рукой, как будто он был старым другом. Иринака присвистнула им: «Эй, просто чтобы убедиться, вы уверены, что вы оба не сможете пробить наши наручники, поскольку они меньше ваших?» Раппа упрямо отворачивается от Иринаки, а Рикия вздыхает. Он подошел к Рикии и без особого энтузиазма потянул за наручник, подавляющий причуды. «Да… нет. Ничего не могу с этим поделать. Манжета по-прежнему такая же прочная, как наша, но чуть меньшего размера, чтобы поместиться на вашем запястье». «Раппа, что ты знаешь о терапевте? Да ладно, я отчаянно нуждаюсь в информации. Мне нужно узнать что-то полезное, — Шин уставился на Раппу, его мешки под глазами выглядели очень выпуклыми. Даже кривые очки не могли скрыть мешки под глазами. Раппа дает ему лучшее: «Ты дурак?» Посмотрите, что Табе когда-либо видел: «Ну, я ухожу. Я вообще не ДОЛЖЕН вам ничего говорить». Раппа указал на троих, сидящих на диване: «И они тоже не делают этого с тех пор, как ушли», — он сделал паузу, прежде чем посмотреть на них прямо. — Подождите, вы уже ушли? Ходжо несколько мгновений смотрел на них, прежде чем ответить растерянным тоном: «Нам пришлось уйти?» «Я думал, что это скорее подразумевается, что если мы хотим реформироваться, мы больше не являемся частью Ши Хассайкай», — сказал Тойя, нахмурив брови. Тойя снова посмотрел на Табе с тем же растерянным взглядом: «Мы должны были уйти?» «Ну, эм, я думаю, что говорю от имени всех нас троих, поскольку говорю, что мы с уважением уходим в отставку со своих должностей». Тэйб вздрогнул. Он встал с дивана и обратился к Куроно более официально: «Мы не станем врачами, когда реформируемся. Но мы хотим продолжать нашу жизнь реформированной. Поэтому мы навсегда прощаемся с Ши Хассайкаем». «Эй, это было более уважительно, чем то, что сделал... другой», — отвечает Тенгай, осуждающе глядя на Раппу. Раппа скопировал его взгляд с самодовольной ухмылкой: «И ты пошел на хуй». * «В любом случае, школа была отстойной, но все было нормально… в основном. Надо мной смеялись, потому что я часто спотыкался. Это не помогло, когда старшеклассник узнал о моей причуде и прокрался в школу с алкоголем, чтобы посмотреть, что произойдет, если я выпью немного и воспользуюсь своей причудой. Так я узнал, что эффекты моих причуд зависят от того, сколько я пью. Если я много пью, моя причуда сильнее. Так что я могу превратить кого-то из подвыпившего или пьяного в совершенно пьяного». «Было ли что-нибудь хорошее из школы, что ты можешь вспомнить? Например, твой любимый класс, учитель или что-то в этом роде? — Э-э, был один человек… одноклассник. Изуку заглянул в свой блокнот: «О?» Дейдоро расслабился на подушках дивана. — Да. Мы выросли и стали довольно близкими людьми. Ох, она была очень милой, я был в нее немного влюблен. Она заставила меня снова отрастить длинные волосы, потому что говорила, что я ей нравлюсь с более длинными волосами. Она сказала, что я выгляжу очень красиво, поэтому я продолжил его отращивать. Иногда во время обеда она заплетала ее, прежде чем я пошел на урок физкультуры в следующий урок». «Когда она узнала о моей причуде, она вообще не подумала, что я плохой или странный ребенок. Она просто сказала, что это звучит немного круто», — продолжил Сакаки. «Она общалась со мной не для того, чтобы добиться от меня чего-то вроде чувства, которое моя причуда вызывает у людей. Честно говоря, они просто хотели пообщаться со мной. В школе мы большую часть времени проводили друг с другом, поскольку у нас обоих было не так уж много друзей. Мы стали так близки, как пиаааа в капсуле. Мы проводили время до школы, во время школы и после школы». Дейдоро вздохнул: «К сожалению, ей пришлось перейти в другую школу в последний год обучения в старшей школе. После этого мы потеряли связь». «Она звучит очень любезно». — Да, у нее не было причуд, — Сакаки посмотрел на него. «Как и ты». Изуку на мгновение замер, прежде чем медленно поднять голову и увидеть темные глаза Сакаки, ​​смотрящие на него без намека на враждебность. «Как ты...?» «Я слышал, как вы все говорили вчера вечером, когда пошел за водой. Не волнуйся, чувак. Я никому здесь не говорил, — Сакаки немного невнятно произнес слова, успокаивая терапевта. Он немного кашлянул, чтобы прочистить горло. Он почесал затылок, пока Изуку ждал его ответа. «В любом случае, это своего рода причина, по которой я решил прийти и поговорить, поскольку я хотел дать вашей идее реформы реальный шанс». Дейдоро ухмыльнулся: «Ты чем-то напомнил мне ее. Я мог понять, почему ты не так откровенен в своих ответах, когда Немото допрашивал тебя после боя с Раппой. Я знаю, каково было моей подруге, когда она была более скрытной в этом отношении, особенно из-за людей, которым она не знала, может ли она полностью доверять. Мне приходилось защищать ее в те времена...» Изуку перевел разговор обратно на него, что заставило Дейдоро взять трубку после того, как его друг сменил школу. Он начал говорить о том, каким пьяным он себя чувствовал бы, даже если бы ничего не пил. «Во всяком случае, тогда, после того как она уехала, я пристрастился к выпивке после окончания учебы. Как будто полностью привязан к тому моменту, когда я рыл все, что мог, в поисках хоть капли спиртного. Моя мама к тому моменту уже протрезвела. Когда она узнала об этом, она не хотела, чтобы я закончил так же, как она, поэтому потащила меня в один из этих центров для алкоголиков, чтобы помогать людям реабилитироваться». Изуку спросил: «Это помогло?» "НЕА!" Сакаки вскинул руки вверх. «Во-первых, мне было неприятно с ними разговаривать. Мне приходилось сидеть в кругу и вести эту странную светскую беседу, просто делать упражнения и все такое. Но из этого центра меня выгнали на втором сеансе, когда мне стало скучно, и я случайно всех облил, потому что пришел туда пьяный. После этого я пошёл в другое место, но там просто не могли понять, что это часть моей причуды. Я не мог просто так бросить пить, это БУКВАЛЬНАЯ часть моей причуды». Изуку кивает с мягким выражением лица: «Ты не можешь измениться или выбраться из этого так же быстро, как все, поскольку ты сталкиваешься с этим всю свою жизнь». «Я пробовал с ними. Они не слушали. К тому времени я посетил три разных центра, но они либо не воспринимали меня всерьез, либо напрягали меня до такой степени, что я разрушил весь прогресс, которого я достиг, пытаясь исправить это». Сакаки выдыхает: — Я все еще почти подвыпивший из-за последствий этой причуды. Единственная положительная сторона в том, что это зависит от того, сколько я пью, а поскольку здесь нет ничего алкогольного, с каждым днем ​​я становлюсь немного трезвее. Эти наручники подавляют это чувство опьянения, но мне нравится чувствовать некоторые фантомные эффекты и абстиненцию, потому что это всегда было на протяжении всей моей жизни. Здесь нет кнопки выключения, как в случае с причудой Сорамицуо. «Так что формально ты трезв, но ты все еще чувствуешь это», — резюмирует Изуку. «Да, но я все еще чувствую что-то или, по крайней мере, намек на что-то. Или, может быть, мне это просто кажется?» Сакаки пожал плечами и откинулся на спинку дивана. "Я не знаю." «В конце концов я сбежал из квартиры матери, несмотря на то, что она не хотела, чтобы я уходил так скоро, поскольку у меня не было работы, и я не собирался поступать в колледж. Так что я как бы ушел, когда она однажды пошла на работу, и ушел с письмом, в котором была ложь о том, как я нашел работу, которая также могла бы дать мне дом, - Дейдоро провел рукой по волосам с мрачным выражением лица, размышляя о эта память. — Это было так много лет назад. «Большой парень в конце концов нашел меня на пожарной лестнице, когда я пил сакэ прямо из бутылки. Он сказал что-то об этикете употребления сакэ, и я сказал ему, чтобы он пошел на хер. Но затем он начал рассказывать о своих планах и своей организации. У него была крыша, под которую он мог меня поместить, и алкоголь, который он мог доставить мне бесплатно. Поэтому я согласился. Вот так я и присоединился». Изуку расслабил плечи, пока Сакаки продолжал рассказывать о некоторых своих воспоминаниях. Изуку высказал хорошие мысли о том, как можно противодействовать своей причуде, модифицировав средства, подавляющие причуду, чтобы превратить их в украшения или прописать ему настоящие лекарства, которые помогут подавить эффекты причуды. Он упомянул, что обдумывал эти идеи специально для Табе, но они также могут ему помочь. * Когда эти двое вышли, они не удивились, увидев всех внизу. Куроно и Чисаки подняли глаза со своего места у стены и прищурились, когда увидели руку Дейдоро, небрежно охватившую шею Изуку, когда они выходили. «Хорошо, хорошо. Итак, буквально в конце вечеринки. Они просто находят меня снаружи, подвешенного, со всеми этими украшениями, и я просто смеюсь до упаду. Я вишу вверх тормашками на этой странной карете-тыкве, которая стояла у них на крыше. Вызвали полицию, я выбегаю оттуда, как летучая мышь из ада, а потом просыпаюсь в своей комнате с большим количеством денег в карманах, чем то, с чем я ушел из дома». "Ух ты. Отключения электроэнергии — это нечто другое». «Я чувствую, что каждый должен испытать хотя бы один опыт в своей жизни, чтобы по-настоящему понять, каково это», — Дейдоро протянул руки. «Я почти уверен, что втянул всех остальных в потерю сознания из-за того, сколько я выпил того пунша с шипами, который они отсиживали». "Вот и все! С меня достаточно стресса из-за этого!» — рявкает Шин, резко вставая. Дейдоро откинул голову назад, а Немото сердито подошел к ним: «О чем вы говорите?» "Этот!" Немото обвел рукой комнату, прежде чем указать двумя пальцами на Изуку: «Ты!» "Кто? Я?" Изуку положил руку на грудь, словно касался воображаемого жемчуга на шее. Дейдоро фыркнул, увидев выражение лица Немото. Шин указал на него, яростно жестикулируя: «Да, ты! У меня было достаточно времени, чтобы понять тебя. Я провел так много времени среди лжецов, но вы чертовски сбиваете с толку своими рассказами! Я знаю, ты что-то скрываешь! — Как ты думаешь, что я скрываю? — спросил Изуку. Трио выглядело обеспокоенным на диване, их игровой процесс был приостановлен, чтобы они могли прерваться, если что-то пойдет не так. «Разве ты не отклоняешься от этого? Я устал не спать по ночам, пытаясь понять, что ты имел в виду. Так что просто скажи мне. Мне это надоело!» Изуку сглотнул, выпрямившись: — Я скажу тебе все, что ты хочешь, в пределах разумного, если ты прямо спросишь меня, что ты хочешь услышать. «После боя я спросил тебя, какой тип причуды ты использовал во время боя. Ты единственный, кто слышит без этих чертовых наручников. «И я говорил тебе, что вообще не использовал никаких причуд во время боя. Я также уважал желание Раппы вообще отказаться от оружия, чтобы мы могли вести честный рукопашный бой». «Черт побери. Какая у тебя причуда?! - крикнул Немото. Рикия изучал ситуацию, как будто это было драматическое шоу по телевидению, а Раппа был рядом с ним. «Я не могу сказать тебе, в чем моя причуда». «Сукин сын» Изуку закончил, перебив Шина: — …если у меня нет причуды. — Что за загадочность… — Немото сделал паузу, его глаза расширились, когда в комнате стало еще тише. "Что вы сказали?" Изуку раскачивался взад и вперед на подушечках ног. Дейдоро спокойно стоял рядом с ним, пока остальная часть группы ждала его ответа. «Я не могу сказать вам, в чем моя причуда, если у меня ее нет». Немото моргнул, выискивая какие-нибудь признаки того, что Изуку лжет. Никакого нечестного движения вообще не было. Раскачивание взад и вперед продолжалось лишь мгновение, чтобы показать, как он нервничал. Он не мог лгать, не так ли? — У тебя нет причуды? Изуку молча покачал головой: — Я лишен причуд. Это ответ на ваш вопрос?» И на эти слова все отреагировали. Немото уставился на Изуку, бросая взгляд на все, что он мог видеть, чтобы убедиться, что терапевт вообще не лжет. Дейдоро стоял рядом с Изуку, положив руку ему на бедро, заставляя его сказать что-нибудь со скучающим выражением на его спокойном лице. Табе, Ходзё и Тойя медленно встали, когда Изуку признался, словно готовясь блокировать его от любых атак. Раппа все еще смотрел, а Рикия сидел на диване. Он оглянулся и увидел, что у Рикии отвисла челюсть, и подбил ее локтем. Тенгай остановился на своем месте, где медитировал, и медленно, как сова, повернул голову в сторону Немото и Изуку. Его лицо застыло, рот молча открылся. У Иринаки больше всего эмоций среди всех, кто преувеличенно ахнул от этого открытия. Куроно в шоке прижал руку ко рту, совершенно не ожидая такого исхода, когда проснулся в тот день. Он оглянулся и увидел своего верного друга в застывшем положении. Чисаки смотрел на Изуку большими золотыми глазами с растерянным выражением лица. Его глаза взглянули на Куроно, как будто он пытался убедить себя, что слышит правильно, когда терапевт подтвердил, что у него нет причуд. Он прислонился к стене, поднял дешевые протезы рук и закрыл лицо глубоким вздохом. Чисаки пробормотал руками: — Что, черт возьми, представляет собой моя жизнь?