Глава 18 : Иринака Джой

Прошел всего день с тех пор, как произошла драка между двумя мужчинами. Чисаки была дальше от остальных и ближе к лестнице. Было еще раннее утро, когда Куроно бросился вниз по лестнице и побежал на кухню. Чисаки попытался последовать за Куроно, чтобы увернуться от него и снова попытаться подняться по лестнице. «Хари!» "Не. Я не в настроении для этого, — пробормотал Куроно с таким взглядом, что заставил Чисаки отступить от лестницы. Было несколько моментов, когда они состязались в пристальных взглядах, словно дикие кошки в переулке. — Если попытаешься проследить, я раскрою им еще один твой секрет. — Ты бы не посмел, — бросил вызов Чисаки, преодолевая смертельный взгляд Куроно, чтобы попытаться приблизиться к нему. Куроно прищурился на него. Он зажал рот ладонями и заорал на членов реформаторской группы: «ЧИСАКИ ПЕРЕДАЛСЯ ДЛЯ МИССИИ ЯКУДЗА!» "ТЫ-!" — закричал Чисаки, когда его уши покраснели от воспоминаний о том времени. Куроно побежал вверх по лестнице, когда громкий смех Раппы эхом разнесся по комнате, разбудив Рикию от сна на диване. Иринака смотрит, как все смеялись над секретом, который рассказал Куроно. Он оглянулся и увидел Чисаки, прислонившегося к лестнице, с заметным взглядом вверх, из-за которого мешки под глазами действительно выделялись на его лице. В течение нескольких дней в его голове крутились слова Чисаки и советы Мидории, пока все это не привело его к откровению, которое он получил вчера после битвы, которая произошла между Чисаки и Куроно. Он узнал, в чем заключается единственная преданность Чисаки. Иринака осторожно подошла к Изуку, избегая настороженных взглядов других членов реформированной группы. Они промолчали, за исключением Раппы, который все еще хихикал над раскрытым секретом, когда он сказал: «Я обещаю, что честно приду к вам на настоящий сеанс. Мне просто нужно с тобой кое-что обсудить, если ты не против. Мидория спросил с испытующим выражением лица: «Правда?» «Я много думал о вещах. И я хочу попробовать еще раз, — сказал Иринака, нервно потирая руки. Мидория осмотрел его с ног до головы, отмечая язык его тела и то, насколько он сильно отличался от того, что он пробовал в последний раз. Мидория ответил кивком, который заставил Иринаку расслабиться. Он провел Иринаку в офис, сообщив остальным, что он будет внутри своего офиса. * — Итак, Иринака-кун, ты уверен, что готов? — спросил Мидория. Он кивнул: «Да». Мидория поерзал на своем месте, чтобы устроиться поудобнее. — Хорошо, начинай, когда захочешь. Иринака начала: «Ну, то, что я сказала тебе вначале в прошлый раз, было правдой, пока она медленно не превратилась в ложь. Людям не нравилась моя причуда, потому что она была слабой, а родители были строгими. Но была одна вещь, о которой я удержался, чтобы рассказать вам о своей прежней жизни. «Я средний ребенок. Когда я вырос, у меня были старшая сестра и младший брат. Меня всегда сравнивали с ними, поскольку они оба в разных аспектах добивались большего успеха, чем я. Моя сестра преуспела в спорте, а мой брат превосходно учился». Иринака призналась. «Моя причуда их разочаровала из-за двух факторов, с которыми они всегда меня сравнивали. Причуда моей старшей сестры была более сильной. А потом вскоре появился мой младший брат, и его причуда по сравнению с моей была не такой слабой. «Со мной обращались строже, чем с двумя другими, поскольку во мне не было ничего особенного. Меня пытались отдать в спорт, но меня всегда отвергали или отправляли на скамейку запасных. Я старалась учиться очень усердно на уроках, но мои оценки были ничем по сравнению с более высокими баллами, которые всегда получал мой брат. Меня критиковали за все, что я делал, в то время как мои братья и сестры могли делать то же самое и не быть за это наказанными». Иринака объяснила, прищурив глаза. «Если мой брат занимался спортом и не добивался успехов, ему прощали, поскольку он был более прилежным и не таким спортивным. Если бы моя сестра не успевала на уроках, они могли бы забыть об этом, поскольку она всегда усердно работала во время тренировок». «Для меня никогда не было передышки, поскольку они всегда заставляли меня становиться лучше и всегда сравнивали меня с ними. «О, у тебя четверка?» Ну, твой брат получил пятерку с плюсом, так что ты, должно быть, недостаточно старался!» — О, ты не смог пробежать милю? Ну, твоя сестра входит в команду по легкой атлетике, и она финишировала в пятерке лучших во всей школе. Так что тебе следовало стараться больше!» Всегда строг со мной, хотя казалось, что они никогда не были так строги с ними». «Итак, моя старшая сестра занималась легкой атлетикой, плаванием и волейболом. Мой младший брат был представителем класса, членом клуба выступлений и дебатов и всегда был на доске почета. А я был средним ребенком со средними оценками и входил в группу. Я играл на блокфлейте». «Мои родители были очень непреклонны в том, чтобы я вел определенный образ жизни, став врачом или юристом. Итак, я начал занятия на уровне колледжа еще в старшей школе. Моей сестре уже назначили стипендию из-за того, чем она занимается спортом, а моему брату еще не нужны были дополнительные занятия, поскольку он был еще достаточно молод, чтобы не иметь с этим дела». Иринака пожала плечами. «Они давали немного свободного времени, но не так много, как другим моим братьям и сестрам. У моих братьев и сестер появилось больше времени, поскольку моя сестра тренировалась со своими друзьями, которые занимались спортом, а мой брат учился со своими друзьями во время тусовок. У них мог быть целый день, а у меня — полдня, поскольку у меня было не так уж много друзей, с которыми я мог бы провести время. И снова у меня были только знакомые, а не много друзей». * — Итак... переодевание для миссии? — громко спросил Раппа. Чисаки молчал у стены, скрестив протезы рук. Он избегал их взглядов, глядя вверх по лестнице. «Мне просто интересно узнать, как это сработало. Вас раскрыли или маскировка сработала? - прокомментировал Сакаки. «Я имею в виду, у меня длинные волосы. Ребята, вы думаете, я пройду мимо без подозрений? — О, определенно, — кивнул Ходжо. Тейб вслух задумался: «Хммм. Интересно, кто из нас был бы наиболее убедительным, если бы мы ради развлечения работали под прикрытием женщины». «Я чувствую, что смогу это сделать», — прокомментировал Тойя, пожав плечами. — Ладно, подожди, думаю, у меня это получится, — Немото поднял руку. Раппа сделал паузу, думая, что это соревнование. Он взглянул на своего друга: «Как ты думаешь, я смогу это осуществить?» «Да, я думаю, мы могли бы быть действительно сильными и устрашающими девочками», — похвалила Рикия. — Ты так думаешь? «О, я знаю это. Я знаю, что мы справимся, — кивнула Рикия. * Иринака теперь лежал на диване, спустив ноги с подлокотника. — Но, конечно, я не сделал того, что они хотели. Вместо этого я пошел на бизнес-курс, который предлагал университет. На этих курсах я много узнал о деньгах. Я преуспел лучше, чем кто-либо на этом курсе, с моими собственными навыками. Однако меня отчислили из колледжа, так как мои родители узнали, что я не поступил на специальность, на которую они меня назначили вначале. Я так долго скрывал это, так как покупал подержанные учебники и не позволял им видеть большую часть моего прогресса. Они меня разжевали. Ставят ультиматум: либо я вернусь в школу по выбранной ими специальности, либо меня выгонят. Я решил собрать свои вещи и убраться оттуда. Я некоторое время жил у своего соседа по комнате, так как он был милым. «Благодаря моему опыту в бизнесе я легко нашел работу, поскольку нашел ее, чтобы избежать того факта, что меня выгнали из университета незадолго до окончания последнего года обучения. Но, судя по моим оценкам, они просто заставили меня пройти долгую подготовку, прежде чем меня поместили в кабинку». - заметила Иринака. « «Я очень много работал, чтобы сохранить свою работу, поскольку я был не так хорош, как другие. Я не ложился спать допоздна, беря на себя смены после того, как меня вызвали по болезни. Я был единственным человеком, на которого люди могли рассчитывать, что он позаботится о бюджете, поскольку это было то, в чем я был лучше всех», — продолжила Иринака. «Я сделал все, что мог, для этой компании». Мидория заявил: «Похоже, что-то произошло». «Что-то произошло. Что-то действительно большое». Иринака ответил, устремив взгляд в потолок. «Я очень защищал компанию, потому что мне приходилось иметь дело со многими клиентами, которые жаловались по телефону. Все они требуют возмещения и тому подобное. Я думал, что это просто заурядная чушь, которую люди пробуют, когда хотят чего-то бесплатного от компании чего-то подобного. Я всегда выходил из себя из-за них, передавал их кому-то другому или вешал трубку, когда они начинали кричать, чтобы не потерять работу из-за ответных криков». «Но это были не просто жалобы. Я понял это на собственном горьком опыте, когда на следующий день пошел на работу и узнал, что компания находится под следствием после того, как я проработал там пять лет. Я был настолько предан этой компании только для того, чтобы узнать, что это мошенническая компания. Она начиналась как легальная компания, но постепенно стала коррумпированной и выманивала у людей деньги за последний год, когда я там работал». — объяснил Иринака, уклоняясь от поднятия рук во время разговора. «Но я не заметил ничего плохого, поскольку мое внимание было в основном сосредоточено на деньгах, которые мы зарабатывали. Я просто думал, что к компании стали больше доверять, и именно поэтому она получала гораздо больше денег, чем средний объем продаж. В то время я ни о чем таком не думал. Возможно, если бы я вовремя заметил, я мог бы принести больше пользы. «После этого я остался без работы». Иринака вздохнула, глядя на свои пальцы, пока Мидория записывал пункты в свой блокнот. «Я все еще мог остаться в своей квартире, поскольку у меня была относительно дешевая квартира, которую я мог легко себе позволить на деньги, накопленные за все эти годы. Я эффективно распределял еду и сбережения, так как хорошо умел составлять собственный бюджет. Я пытался найти другие места, которые меня бы устроили, но репутация компании сопровождала меня, куда бы я ни пошел. Если меня где-нибудь нанимали, то либо мои проблемы с гневом мешали, либо я становился слишком настойчивым, на их вкус». «Я думал, что мне больше не придется беспокоиться о том, что я бесполезен, поскольку я работал в Якудза. Я подумал, что снова смогу быть полезным. Но потом я понял, что мне не следовало вкладывать в это всю свою преданность, когда я действительно думал о том, что ты сказал мне в тот день и о том, что сказала Чисаки. Сказала Иринака с грустным выражением лица. «Как бы то ни было, я прошу прощения за попытку поговорить с вами под ложным предлогом, чтобы попытаться получить от вас информацию». — Я принимаю твои извинения, — спокойно улыбнулся Мидория. Иринака расслабилась на диване, когда они начали больше говорить о ее умении считать деньги и составлять бюджет. * Иринака спокойно вышел из кабинета, а Мидория последовал за ним. Ходжо посмотрел на него, приподняв бровь. — Привет всем, — поприветствовала Иринака. Рикия усмехнулась: «Ну, на этот раз ты ничего не сломал. Это улучшение». — Так ты член группы? — спросил Тэйб. Иринака кивнула: «Я готова измениться, как и все вы. Я очень рад быть частью этой группы». Тойя улыбнулся: «И у нас есть еще один!» Мидория прошел мимо остальных со счастливым выражением лица, заметив, как расслабились напряженные плечи Иринаки, когда он сел рядом с Тенгаем и Немото. Он подошел к Чисаки, которая стояла, прислонившись к стене возле лестницы. Мидория подошел со спокойным выражением лица. "Ты знаешь. Я хотел стать героем, когда вырасту, чтобы помогать людям». Чисаки прищурился. Синяк на его лице был очень заметен по краске на щеке. «Какое это имеет значение?» — У меня есть одно замечание, — мягко сказал Изуку. — Я стал терапевтом, чтобы помогать людям другим способом, поскольку героям нужна помощь, как и гражданским лицам. Я стал человеком, с которым можно поговорить со многими людьми, похожими на тех, кого вы раньше обидели своими действиями. Мирио, Ночной Глаз и Эри. «Я до сих пор удивлена, что этот старый герой действительно выжил после такой большой раны», — прокомментировал Чисаки. Мидория помолчал в течение долгой паузы, молча глядя на Чисаки со скрытым раздражением. «Я пришел к пониманию того, что понять человека — значит по-настоящему узнать, как он выглядит и что он думает, как знать этот мыслительный процесс». Чисаки усмехнулась: «И ты согласился принять нас, хотя знаешь, что я сделал с Эри. Я понятия не имею, куда вас ведет этот мыслительный процесс. «Я уже разговаривал с Мускулом и Мунфиш, я не боюсь говорить с вами или слушать вашу сторону. До тех пор, пока вы будете правдивы в том, чего вы действительно хотите». - ответил Мидория. — И пока я не уверен, чего ты на самом деле хочешь. Вы должны выяснить, что для вас значит больше. Идеал якудза, который вы создали, следуя своему плану, или идеал якудза, который был до этого. Или, может быть, на самом деле для тебя так много значит не Ши Хассайкай. Чисаки пристально посмотрела на него, прежде чем отвернуться, когда Мидория направился на кухню. Он собрал всю еду в одну тарелку для единственного человека, который не спустился вниз на ужин. * Мидория постучал в дверь Куроно с тарелкой с едой, балансирующей на одной из его рук, как официант, и бутылкой с водой, заткнутой в сгибе локтя. «У тебя все в порядке? Как вы себя чувствуете?" «Я не пострадал физически. Я не сделал ничего, что могло бы навредить себе, если ты это хочешь знать, — ответил Куроно через дверь. «Я хорошо справляюсь». «Приятно это слышать. Я пришел сюда, чтобы накормить тебя ужином, я не могу позволить тебе оставаться так долго без еды», — ответил Мидория. — Еще я принес тебе немного воды. Куроно открыл дверь, чтобы увидеть его, Изуку заметил мешки под его глазами, которые соответствовали тем, которые Чисаки пыталась скрыть от него ранее. Его глаза выглядели усталыми и благодарными, когда он с благодарной улыбкой взял тарелку у Изуку. — Это очень любезно с вашей стороны, — сказал Куроно, ставя тарелку с едой на ближайшую плоскую поверхность, чтобы он мог поесть позже. «Немото дал мне что-нибудь легкое во время обеда». Мидория наблюдал, как Куроно с довольным вздохом сделал большой глоток воды из бутылки. — С тобой действительно все в порядке? «Рано или поздно мне станет лучше. Я просто не хочу сейчас видеть его лицо больше, чем необходимо, — мягко признался Куроно. — Спасибо за еду, Мидория-кун. — Нет, спасибо, — грустно улыбнулся Мидория. — А если тебе понадобится с кем поговорить, ты знаешь, где меня найти. «Еще раз спасибо. Спокойной ночи тебе, — сказал Куроно с еще одной благодарной улыбкой, прежде чем закрыть дверь.