Глава 80

Помимо ​трех ​мальчиков ​были ​еще ​как ​минимум ​два ​довольно ​спорных ​кандидата. ​ ​ ​Кушина ​Узумаки ​и ​Микото ​Учиха. ​Кушина... ​никогда ​не ​сможет ​заменить ​Хирузена, ​не ​с ​той ​ролью, ​которую ​она ​должна ​была ​исполнять ​в ​Конохе. ​ ​ ​ ​Между ​тем, ​родословная ​Микото ​усложняла ​для ​нее ​жизнь. ​Не ​с ​нынешней ​репутацией ​Учих, ​которая ​росла ​за ​последнее ​время ​так ​как ​они ​делают ​все ​чтобы ​деревня ​была ​в ​безопасности... ​изнутри, ​но ​опять ​же, ​не ​все ​любят ​закон... ​даже ​среди ​законопослушных ​людей, ​некоторые ​просто ​считают ​что ​у ​них ​и ​так ​слишком ​много ​власти ​в ​деревни. ​ ​ ​Хирузен ​откинулся ​на ​спинку ​стула, ​скрестил ​руки ​и ​положил ​трубку ​на ​стол, ​показывая, ​что ​их ​“неформальная” ​беседа ​подходит ​к ​концу: ​"Если ​все, ​что ​вы ​трое ​здесь, ​чтобы ​жаловаться ​и ​суетиться ​из-за ​пустяков, ​то ​как ​я ​понимаю ​мы ​уже ​подготовились ​к ​войне? ​Что-нибудь ​еще?" ​ ​ ​Они ​замолчали ​и ​в ​конце ​концов ​покачали ​головами, ​заставив ​Хирузена ​задуматься, ​чего ​же ​они ​на ​самом ​деле ​хотели ​от ​него? ​ ​ ​ ​Должен ​ли ​он ​просто ​стереть ​Учих ​и ​Сенджу ​только ​потому, ​что ​они ​не ​могут ​спокойно ​спать? ​ ​ ​ ​Хирузен... ​не ​смог ​даже ​увидеть ​тени ​своих ​товарищей, ​которыми ​когда-то ​были ​Хомура ​и ​Кохару, ​в ​то ​время ​как ​Данзо... ​при ​всей ​его ​силе ​и ​способностях ​выполнять ​работу, ​его ​радикальное ​мышление ​начинало ​становиться ​все ​более ​надоедливым ​и ​навязчивым, ​кажется ​он ​начал ​шагать ​во ​тьму. ​ ​ ​Но ​это ​был ​еще ​не ​конец. ​ ​ ​У ​старейшин ​была... ​привычка ​переговариваться ​с ​ним ​перед ​настоящим ​советом, ​чтобы ​они ​могли ​немного ​повернуть ​дело ​в ​свою ​пользу, ​и ​Хирузен ​знал, ​что ​он ​был ​немного ​предвзят ​в ​их ​пользу ​из-за ​своего ​невежества. ​ ​ ​ ​После ​того ​как ​они ​покинули ​его, ​вскоре ​он ​тоже ​вышел. ​Проходя ​по ​знакомому ​коридору ​в ​здании ​хокаге, ​он ​вскоре ​вошел ​в ​комнату, ​заполненную ​старейшинами, ​которых ​он ​только ​что ​видел, ​и ​лидерами ​кланов. ​ ​ ​Успокоившись ​и ​вздохнув, ​Хирузен ​посмотрел ​на ​командира ​джонинов ​деревни ​- ​Шикудо ​Нара, ​когда ​тот ​выпрямился ​в ​один ​из ​редких ​моментов ​внимательности: ​"Командир ​Нара… ​ты ​установил ​дипломатический ​центр ​миссий?" ​ ​ ​"Да, ​сегодня ​мы ​закончили, ​лорд ​хокаге" ​Сказал ​Шикудо, ​когда ​другие ​посмотрели ​на ​него, ​все ​эти ​дипломатические ​миссии ​будут ​считаться ​миссиями ​как ​минимум ​B-ранга, ​а ​ожидаемое ​количество ​шиноби ​и ​куноичи ​полностью ​зависит ​от ​решения ​хокаге. ​ ​ ​ ​То, ​что ​будет ​опубликовано ​снаружи. ​Военные ​миссии ​будут ​варьироваться ​от ​убийства ​высокопоставленных ​целей ​на ​основе ​разведки ​до ​создания ​аванпостов. ​ ​ ​"Как ​всем ​здесь ​уже ​известно, ​Ханзо ​из ​Амегакуре ​позволит ​войне ​произойти ​на ​окраине ​его ​земли. ​За ​каждую ​разрушенную ​деревню ​он ​ожидает ​оплату ​в ​виде ​вооружения ​шиноби, ​печатей ​и, ​конечно ​же, ​денег ​ ​ ​Но... ​Ханзо ​- ​человек ​слишком ​сильный, ​чтобы ​ссориться ​с ​ним, ​и ​если ​он ​предлагает ​нам ​метод ​решения ​наших ​проблем, ​ожидается, ​что ​мы ​примем ​его. ​ ​ ​ ​Однако ​таких ​условий ​нельзя ​ожидать ​от ​страны ​рисовых ​полей, ​водопада, ​травы ​и ​горячих ​источников. ​ ​ ​Дипломатические ​миссии ​будут ​сосредоточены ​на ​этих ​землях, ​и ​несколько ​миссий, ​которые ​мы ​должны ​выполнить ​для ​Ханзо ​бесплатно, ​будут ​включать... ​освобождение ​некоторых ​оккупированных ​земель..." ​ ​ ​Смысл ​был ​ясен. ​Им ​придется ​действовать ​как ​мясники ​Ханзо. ​ ​ ​"Вы ​предлагаете, ​чтобы ​Коноха ​начала ​войну" ​Как ​обычно, ​быстро ​набрасываясь ​и ​не ​ходя ​вокруг ​да ​около, ​глава ​клана ​Абураме ​спокойно ​заключил. ​ ​ ​На ​данный ​момент ​в ​совете ​воцарилась ​тишина. ​Хирузен ​заметил ​у ​многих ​были ​вспышки ​молчаливого ​негодования. ​ ​ ​ ​Но ​Хирузен ​знал, ​что ​все ​за ​столом ​поняли ​одну ​вещь. ​В ​тот ​момент, ​когда ​враг ​найдет ​подходящее ​время, ​чтобы ​начать ​войну, ​он ​будет ​полностью ​готов. ​ ​ ​ ​Конохагакуре ​сильна. ​Пожалуй, ​самые ​сильные. ​Но ​если ​троим ​удастся ​достичь ​уровня ​подготовки, ​при ​котором ​они ​чувствовали ​достаточно ​сил, ​чтобы ​встретиться ​с ​Конохой, ​тогда ​Хирузен ​чувствовал, ​что ​им ​придется ​столкнуться ​с ​огромными ​потерями, ​защищаясь. ​ ​ ​"Первый ​хокаге..." ​Немного ​задумчиво ​начал ​Хирузен. ​"И ​Мадара ​Учиха ​создал ​деревню, ​чтобы ​ни ​один ​ребенок ​не ​столкнулся ​с ​войной, ​в ​которой ​не ​было ​бы ​никакого ​смысла..." ​ ​ ​Многие ​заерзали ​на ​своих ​местах, ​и ​даже ​Ята ​Учиха ​немного ​потерял ​дар ​речи, ​прежде ​чем ​его ​губы ​тронула ​приятная ​улыбка, ​резко ​контрастировавшая ​с ​тонкими ​губами ​Данзо, ​а ​его ​глаза ​укоризненно ​сузились. ​ ​ ​"Второй ​хокаге ​назначил ​меня ​третьим ​хокаге, ​прежде ​чем ​пожертвовать ​своей ​жизнью ​против ​сил, ​развернутых ​третьим ​райкаге ​во ​время ​его ​переворота ​против ​второго ​райкаге. ​ ​ ​ ​Коноха ​построена ​на ​духе ​жертвенности, ​и ​если ​это ​означает ​пожертвовать ​нашей ​моралью, ​нашими ​ценностями ​и ​даже ​нашими ​жизнями, ​чтобы ​защитить ​жизни ​нашего ​будущего ​поколения, ​чтобы ​они ​могли ​безопасно ​развиваться... ​мы ​должны ​делать ​то, ​что ​необходимо" ​ ​ ​Хирузен ​глубоко ​вздохнул. ​Он ​был ​свидетелем ​крупных ​сражений, ​но ​никогда ​не ​был ​свидетелем ​или ​даже ​инициатором ​войны. ​ ​ ​ ​Подавив ​последнюю ​каплю ​колебаний, ​Хирузен ​неожиданно ​тихо ​заметил ​для ​такого ​потрясения: ​ ​ ​"Подготовьте ​людей ​к ​дипломатическим ​миссиям. ​Теперь ​все ​вы ​будете ​выполнять ​приказы, ​связанные ​с ​войной, ​и ​соответствующие ​клановые ​привилегии ​прекратятся ​до ​тех ​пор, ​пока ​война ​не ​будет ​успешно ​завершена. ​Каждая ​дипломатическая ​миссия ​A-ранга ​и ​выше ​должна ​быть ​успешно ​завершена, ​и ​провал ​невозможен." ​ ​ ​Его ​холодные ​слова ​наполнили ​комнату ​леденящей ​тишиной, ​когда ​все ​они ​тихо ​встали ​и ​поклонились, ​показывая, ​что ​они ​принимают ​ситуацию ​без ​малейшего ​писка ​сопротивления. ​