Глава 101

Помимо ​фарфоровой ​маски ​с ​фиолетовыми ​глазами ​женщины, ​Кай ​заметил ​много ​других ​вещей. ​Скорее ​намеки, ​от ​которых ​у ​него ​на ​мгновение ​перехватило ​дыхание. ​ ​ ​ ​Ярко-рыжие ​волосы ​женщины ​были ​собраны ​в ​два ​идеальных ​пучка. ​Из ​каждого ​пучка ​из ​волос ​свисали ​две ​бумажные ​бирки. ​ ​ ​На ​левом ​было ​написано ​- ​“Укрощение ​лисы” ​ ​ ​На ​правом ​- ​“Все ​еще ​на ​вершине.” ​ ​ ​Его ​взгляд ​ ​скользнул ​вниз. ​На ​женщине ​было ​светлое ​платье, ​что ​также ​означало, ​что ​ее ​изгибы ​были ​открыты ​другим. ​ ​Стройная ​и ​выпуклая ​в ​нужных ​местах, ​немного ​недостающий ​по ​сравнению ​с ​его ​сенсеем, ​заметил ​Кай. ​В ​конце ​концов, ​он ​честный ​мальчик. ​Но ​что ​привлекло ​его, ​так ​это ​обнаженные ​ноги ​женщины. ​Нет ​он ​не ​был ​футфетишистом, ​дело ​было ​в ​другом. ​ ​ ​Он ​был ​сосредоточен ​только ​на ​одной ​паре ​ног ​в ​течение ​двух ​лет. ​Сморщенные ​они ​или ​нет, ​он ​сразу ​узнал ​эти ​ноги. ​ ​ ​Только ​молчаливые ​намеки, ​которые, ​как ​знал ​Кай, ​эта ​фигура ​давала ​намеренно, ​вызывали ​у ​него ​раздражение. ​Вернув ​давление ​фуиндзюцу ​на ​свое ​тело ​в ​норму, ​Кай ​посмотрел ​на ​женщину. ​ ​ ​ ​Возможно, ​не ​его ​дело ​говорить ​так... ​властно, ​но, ​черт ​возьми, ​он ​любил ​Мито, ​и ​выдавать ​себя ​за ​ее ​более ​молодую ​личность ​основываясь ​на ​фотографии ​которую ​он ​также ​видел ​в ​особняке ​Узумаки ​в ​Конохе, ​совсем ​не ​хорошо ​и ​не ​правильно! ​ ​ ​"Это ​дурная ​шутка" ​Нахмурился ​Кай. ​"Ты ​могла ​бы ​сделать ​несколько ​вещей, ​например, ​сорвать ​похороны ​или ​что-то ​еще, ​но ​не ​выдать ​себя ​за ​мертвую ​женщину? ​Это ​0 ​баллов ​с ​моей ​стороны" ​ ​ ​Цунаде ​и ​женщина ​за ​маской ​были ​ошеломлены, ​прежде ​чем ​они ​моргнули, ​и ​дама ​в ​маске ​хихикнула: ​"О, ​ты ​так ​думаешь? ​Ты ​ранишь ​мое ​сердце, ​дорогой. ​Итак? ​Ты ​выглядишь ​достаточно ​раздраженным. ​Что ​ты ​сделаешь ​с ​этим?" ​ ​ ​Кай ​заметил, ​что ​чакра ​женщины ​была ​ниже ​уровня ​даже ​генина. ​Он ​понял, ​что ​это ​техника ​подавления ​чакры. ​Но ​это ​также ​означало, ​что ​женщине ​потребуется ​время, ​каким ​бы ​коротким ​оно ​ни ​было, ​чтобы ​снова ​использовать ​чакру, ​и ​это ​будет ​его ​шанс ​чтобы ​он ​мог ​что-то ​сделать ​с ​ней. ​Но... ​ ​ ​«Какого ​черта ​Цунаде ​выглядит ​так, ​словно ​ей ​весело…?» ​ ​ ​ ​Кай ​был ​ошеломлен. ​Разве ​Мито ​не ​была ​ее ​бабушкой? ​Неужели ​в ​ней ​не ​было ​ни ​капли ​сострадания? ​ ​Даже ​Кай ​чувствовал, ​что ​ему ​это ​не ​нравиться ​и ​это ​оскорбляет ​память ​Мито... ​но ​кажеться ​что ​Цунаде ​это ​совсем ​не ​волновало? ​ ​ ​В ​это ​было ​трудно ​поверить. ​ ​ ​"Если ​только…" ​ ​Он ​секунду ​колебался. ​Опять ​же, ​он ​знал, ​что ​никто ​вокруг ​него ​не ​знал, ​что ​он ​может ​чувствовать ​намерение ​в ​их ​чакре. ​В ​то ​время ​как ​женщина ​перед ​ним ​могла ​даже ​скрыть ​свои ​намерения, ​Цунаде ​не ​могла ​этого ​сделать. ​ ​ ​ ​Несмотря ​на ​хмурое ​выражение ​лица ​его ​сенсея, ​она ​была ​весела ​и ​внутренне ​даже ​посмеивалась! ​ ​ ​"Один ​из ​способов ​узнать..." ​Ухмыльнулся ​Кай, ​когда ​все ​его ​намерения ​совпали. ​Его ​мускулы ​напряглись, ​и ​все ​его ​тело ​кричало ​о ​чувстве ​агрессии, ​которое ​он ​редко ​показывал. ​ ​ ​Он ​облизнул ​пересохшие ​губы ​на ​секунду, ​а ​затем, ​после ​минутного ​логического ​размышления, ​прощупал ​почву, ​как ​и ​собирался. ​Конечно, ​если ​бы ​у ​него ​был ​геймерский ​склад ​ума, ​он ​бы ​знал, ​на ​какой ​риск ​идет, ​поскольку ​сражаться ​было ​бы ​проще. ​ ​ ​"Если ​ты ​хочешь ​выдать ​себя ​за ​Мито-саму... ​по ​крайней ​мере, ​ ​тебе ​нужно ​было ​бы ​сделать ​такие ​же ​пальцы ​на ​ногах ​как ​у ​нее. ​У ​нее ​были ​уродливые. ​Толстые, ​мускулистые, ​и ​часто ​вонючие! ​Ее ​ногти ​торчали ​и ​все ​такое. ​А ​твои ​же, ​явно..." ​ ​ ​Каю ​не ​нужно ​было ​видеть, ​как ​его ​жизнь ​проносится ​мимо ​него, ​чтобы ​двигаться ​на ​высокой ​скорости, ​поскольку ​уклоняться ​было ​проще, ​чем ​тратить ​миллисекунду ​на ​дзюцу ​замены ​тела. ​ ​ ​Выражение ​лица ​Цунаде ​застыло, ​когда ​удар ​женщины ​в ​маске ​вонзился ​в ​землю, ​прежде ​чем ​образовались ​массивные ​разрывы, ​которые ​вытолкнули ​куски ​земли ​вверх ​и ​вырвали ​с ​корнем ​деревья. ​ ​ ​"Ох… ​теперь ​я ​чувствую ​боль ​и ​раздражение" ​Сказал ​ее ​мелодичный ​голос, ​когда ​Кай ​нахмурился ​еще ​сильнее ​и ​на ​этот ​раз ​стоял ​на ​своем. ​"И ​что? ​Вся ​эта ​драма ​была ​просто ​чушью?" ​ ​ ​Его ​слова ​остановили ​женщину ​на ​месте, ​когда ​он ​исчез ​в ​дымке, ​а ​в ​следующую ​секунду ​он ​превратился ​в ​пожилую ​Мито, ​которая ​заговорила ​своим ​постаревшим ​голосом: ​"О, ​Кай, ​позаботься ​о ​Кушине. ​О, ​Кай-кун, ​прими ​миссию. ​О, ​сопляк, ​учись ​усерднее. ​О, ​мальчик, ​твое ​фуиндзюцу ​не ​на ​высоте..." ​ ​ ​ ​Каждый ​раз, ​когда ​эта ​"Мито" ​говорила, ​выражение ​ее ​лица ​иногда ​выражало ​доброту, ​а ​иногда ​раздражение, ​как ​будто ​она ​была ​самой ​настоящей ​Мито. ​ ​ ​*Пуф* ​ ​ ​Кай ​вернул ​себе ​свой ​образ, ​и ​стал ​ждать ​его ​ответа. ​Нет, ​он ​не ​пытался ​как ​либо ​играть ​с ​чувствами, ​но, ​черт ​возьми, ​Кушина ​плакала ​сильнее ​всех, ​и ​из-за ​чего? ​Обман? ​ ​ ​ ​Какими ​бы ​логичными ​ни ​были ​доводы ​женщины... ​Кай ​чувствовал, ​что ​дал ​достаточно, ​чтобы ​потребовать ​объяснений ​взамен. ​И ​он ​определенно ​был ​полон ​дерзости, ​которая ​раздражала ​обеих ​женщин ​перед ​ним, ​что-то, ​что ​Кай ​чувствовал... ​даже ​от ​женщины ​в ​маске. ​ ​ ​"Что ​случилось…" ​Шум ​привлек ​Микото, ​которая ​стояла ​рядом ​с ​Цунаде ​и ​держала ​свой ​шаринган ​на ​готове, ​бросала ​осторожный ​взгляд ​на ​женщину ​в ​маске. ​ ​ ​Но ​ее ​слова ​только ​вызвали ​реакцию ​Цунаде, ​которая ​взмахнула ​рукой ​и ​дала ​сигнал ​птенцу ​Учиха ​не ​двигаться, ​в ​то ​время ​как ​фигура ​в ​свободном, ​но ​тонком ​платье ​и ​Кай ​продолжали ​смотреть ​друг ​на ​друга. ​ ​ ​А ​потом ​она ​шагнула ​к ​нему, ​заставив ​Микото ​напрячься, ​но, ​увидев, ​что ​Цунаде ​не ​двигается, ​ей ​тоже ​нужно ​было ​оставаться ​на ​месте, ​иначе ​ее ​оштрафуют ​за ​неподчинение... ​снова. ​ ​ ​Очень ​скоро ​женщина ​возвышалась ​над ​Каем. ​Ее ​спокойный ​взгляд ​прижал ​его ​к ​земле, ​когда ​ее ​приглушенный ​шепот ​повторился ​достаточно ​тихо, ​чтобы ​только ​он ​мог ​ее ​услышать: ​ ​ ​ ​"Мне ​действительно ​очень ​жаль. ​Никаких ​оправданий ​этому, ​правда. ​Но ​я ​бы ​сказала, ​что ​то, ​что ​я ​сделала, ​было ​полезно ​для ​меня, ​тебя ​и ​Кушина" ​ ​ ​"Чем?" ​ ​ ​"Выгодно ​для ​меня, ​потому ​что ​я ​свободна ​от ​своих ​прежних ​обязательств ​и ​могу ​оказать ​поддержку ​там, ​где ​она ​нужна. ​Я ​должна ​поблагодарить ​тебя ​за ​это… ​и ​со ​временем ​я ​это ​сделаю. ​Выгодно ​для ​Кушины, ​потому ​что ​она ​получила ​единственное ​полное ​наследие ​Узумаки, ​которое ​покоилось ​во ​мне. ​И ​полезно ​для ​тебя, ​потому ​что ​я ​позволила ​Кушине ​поделиться ​им ​с ​кем ​угодно. ​Мы ​оба ​знаем, ​с ​кем ​она ​поделится ​им, ​как ​только ​начнет ​практиковать ​сама" ​ ​ ​Кай ​усмехнулся: ​"И ​ты ​думала, ​что ​она ​не ​хотела ​бы ​знать ​правду?" ​ ​ ​Она ​больше ​не ​объясняла, ​когда ​ее ​рука ​опустилась ​ему ​на ​голову ​и ​взъерошила ​волосы: ​"Я ​имела ​в ​виду ​то, ​что ​сказала. ​И…" ​ ​Ее ​нежное ​воркование ​превратилось ​в ​ледяной ​шепот, ​когда ​она ​наклонилась, ​а ​ее ​рука ​была ​лишь ​несколько ​напряжена. ​мышцы, ​чтобы ​не ​спутать ​его ​волосы, ​"Что ​это ​было ​с ​пальцами ​ног?" ​ ​ ​"Ах. ​Я ​имел ​в ​виду, ​какими ​бы ​они ​были, ​если ​бы ​я ​не ​массировал ​их ​каждый ​день. ​И ​это ​подводит ​меня ​к ​следующей ​части… ​как ​насчет ​того, ​чтобы ​я ​продолжал ​свои ​услуги? ​Я ​мог ​бы... ​может, ​помассировать ​тебе ​все ​тело ​и ​сделать ​его ​красивее..." ​ ​ ​Ее ​хихиканье ​отразилось ​эхом ​сквозь ​маску, ​когда ​ее ​глаза ​на ​секунду ​блеснули. ​Тем ​не ​менее... ​как, ​черт ​возьми, ​она ​все ​еще ​держала ​свою ​чакру ​и ​намерения ​настолько ​скрытыми, ​что ​в ​данный ​момент ​было ​вне ​пределов ​его ​понимания. ​ ​ ​"Как-нибудь ​в ​другой ​раз, ​когда ​я ​действительно ​почувствую ​усталость. ​Как ​видишь… ​возраст ​- ​это ​всего ​лишь ​цифра. ​Это ​разум ​должен ​оставаться ​молодым" ​ ​ ​"Хорошо, ​я ​ничего ​не ​понял" ​Выпалил ​Кай. ​ ​ ​ ​"Ты, ​наверное, ​поймешь. ​Я ​предлагаю ​удалить ​эту ​метку... ​ты ​можешь ​оставить ​себе ​оболочку ​метки, ​чтобы ​подтвердить ​свой ​статус ​в ​Конохе, ​но ​остальное ​не ​нужно" ​ ​ ​Кай ​посмотрел ​на ​тыльную ​сторону ​своих ​ладоней. ​"Нет ​никакого ​смысла ​оставлять ​это ​в ​качестве ​проверки ​моих ​навыков ​позже, ​хах. ​Конечно, ​я ​бы ​простил ​тебя ​после ​того, ​как ​ты ​уберешь ​метку" ​ ​ ​Женщина ​усмехнулась, ​держа ​обе ​его ​руки, ​в ​то ​время ​как ​печати ​на ​его ​руках, ​как ​Узумаки, ​так ​и ​Сенджу, ​были ​полностью ​опустошены: ​"Не ​то ​чтобы ​мне ​нужно ​было ​твое ​прощение, ​нахальный ​паршивец…" ​ ​ ​"Хм, ​будь ​хорошим ​мальчиком. ​Я ​буду ​поддерживать ​связь ​только ​с ​тобой ​в ​Конохе, ​Цунаде ​это ​знает. ​Мне ​не ​нужно ​говорить ​тебе, ​чтобы ​ты ​не ​распространял ​новости ​об ​этом, ​верно?" ​ ​ ​"Ах, ​да, ​конечно. ​Могу ​я ​спросить ​тебя ​кое ​о ​чем?" ​ ​ ​"У ​меня ​много ​дел, ​о ​которых ​нужно ​позаботиться… ​но, ​конечно ​же, ​твоя ​команда ​сегодня ​уезжает, ​так ​что ​да?" ​ ​ ​"Это ​дзюцу ​трансформации?" ​ ​ ​Ухмыляясь ​под ​маской, ​она ​хихикнула: ​"Это ​секрет. ​Повзрослей ​и ​тогда ​узнаешь" ​ ​ ​"М?" ​Прежде ​чем ​Кай ​успел ​поделиться ​своими ​мыслями, ​тело ​женщины ​мгновенно ​исчезло, ​гораздо ​быстрее, ​чем ​его ​собственное. ​ ​ ​*** ​ ​ ​Команда ​Цунаде ​покинула ​Удзушиогакуре ​через ​три ​часа ​после ​того, ​как ​Рудзи ​Узумаки, ​Удзушиокаге, ​предоставил ​им ​свою ​печать ​принятия, ​которая ​будет ​доставлена ​их ​Хокаге ​и ​ознаменует ​конец ​их ​миссии, ​но. ​... ​как ​только ​Хейдзе ​ушел, ​к ​удивлению ​даже ​команды ​Цунаде, ​внезапно ​печать ​исчезла ​ ​в ​пространственно-временном ​ниндзюцу. ​ ​ ​Узусиогакуре ​только ​что ​оборвал ​последний ​контакт ​с ​внешним ​миром.