Глава 140

Военный ​совет ​пребывал ​в ​полнейшей ​тишине, ​но ​когда ​было ​объявлено ​о ​полном ​уничтожении ​союзных ​сил ​в ​Узушиогакуре. ​В ​ту ​же ​секунду ​всплыло ​множество ​схешков. ​ ​ ​Коноха ​была ​загнана ​в ​угол ​не ​только ​другими ​деревнями ​шиноби, ​но ​и ​дайме, ​что ​дало ​Кумо, ​Иве ​и ​Кири ​достаточно ​времени, ​чтобы ​подготовиться ​и ​переместить ​свои ​силы. ​ ​ ​ ​Ива ​привела ​людей, ​Кири ​профинансировал ​вторжение ​достаточным ​количеством ​людей ​и ​транспортом, ​в ​то ​время ​как ​Кумо ​пошла ​на ​самый ​большой ​риск, ​поручив ​самому ​райкаге ​возглавить ​атаку. ​Конечно, ​в ​случае ​успешного ​вторжения ​райкаге ​заслужил ​бы ​наибольшее ​количество ​дивидентов. ​ ​ ​Но... ​это ​был ​полный ​провал. ​Выжил ​только ​третий ​райкаге... ​и ​выяснилось, ​что ​у ​Ивы ​было ​еще ​много ​шиноби, ​готовящихся ​вторгнуться ​в ​Кумо. ​ ​ ​ ​Тем ​не ​менее, ​все ​произошло ​слишком ​быстро, ​и ​райкаге, ​хвастающийся ​непревзойденной ​скоростью, ​нашел ​открытую ​схему ​и ​уничтожил ​половину ​рабов ​Ивы, ​вынужденных ​вступить ​в ​войну, ​а ​другую ​половину ​заставил ​отступить... ​в ​одиночку! ​ ​ ​ ​Но ​это ​не ​все. ​Хандзо ​открыто ​осудил ​три ​деревни. ​Теперь, ​когда ​кота ​вытащили ​из ​мешка, ​Ханзо, ​которому ​до ​сих ​пор ​не ​заплатили ​свою ​долю ​за ​открытие ​границ ​страны ​Дождя, ​ухватился ​за ​шанс, ​когда ​третий ​хокаге ​увидел ​возможность ​и ​предложил ​еще ​одну ​денежную ​сделку ​страна ​Дождя ​внезапно ​поддержала ​Коноху ​и ​вытеснила ​всех ​остальных ​шиноби... ​прежде ​чем ​вытеснить ​и ​Коноху ​за ​свои ​пределы. ​ ​ ​Воистину, ​на ​войне ​никому ​нельзя ​было ​доверять. ​ ​ ​Но... ​напряжение ​не ​спало. ​Все ​взоры ​теперь ​обратились ​на ​Узу, ​которые ​по-прежнему ​продолжали ​держаться ​особняком, ​и ​если ​раньше ​они ​избегали ​общения, ​говоря, ​что ​им ​не ​нужна ​помощь ​в ​войне, ​то ​теперь ​они ​калечили ​посланных ​в ​их ​сторону ​посланников ​и ​уничтожали ​любую ​исследовательскую ​группу. ​Даже ​посланники ​Хирузена ​хотя ​и ​не ​были ​уничтожены, ​но ​и ​не ​были ​приняты. ​ ​ ​Было ​ясно, ​что ​Узумаки ​востанавливаются, ​и, ​будучи ​маньяками-печатей, ​какими ​они ​были ​... ​клан ​рыжих ​был ​полностью ​самодостаточным. ​Но... ​Откуда ​у ​них ​появился ​джинчурики? ​ ​ ​Тем ​не ​менее ​грандиозный ​замысел, ​который ​привел ​ко ​второй ​войне, ​был ​полностью ​сорван. ​Сама ​Суна ​отступила ​в ​пустыню, ​как ​только ​жители ​деревни ​поняли, ​что ​их ​использовали, ​чтобы ​держать ​Коноху ​в ​оккупации. ​ ​ ​У ​Кумо ​не ​было ​причин ​идти ​на ​войну. ​Деревня ​скрытого ​Облака ​и ​Киригакуре ​ ​почти ​не ​пострадали ​и ​больше ​всего ​пострадали ​Ива ​и ​Суна. ​ ​ ​Прямо ​сейчас ​Хирузен ​посмотрел ​на ​всех, ​включая ​слегка ​взрослую ​Цунаде, ​которая ​привлекла ​всеобщее ​внимание ​по ​нескольким ​причинам. ​ ​ ​"Мы ​получили ​просьбы ​о ​перемирии ​от ​Суны ​и ​Ивы" ​Начал ​Хирузен, ​сразу ​же ​услышав ​многочисленные ​насмешки ​и ​заметный ​гнев ​от ​матриарха ​Инузуки, ​но ​к ​этому ​времени ​все ​уже ​знали, ​насколько ​переменчивы ​вещи ​и, ​что ​более ​важно, ​это ​сохранило ​бы ​жизни.. ​ ​ ​"Шикудо-сан..." ​Хирузен ​посмотрел ​на ​главу ​клана ​Нара, ​сидящую ​рядом ​с ​ним. ​ ​ ​"Да, ​хокаге-сама. ​За ​год ​этой ​войны ​Конохагакуре ​потеряла ​в ​общей ​сложности ​221 ​чунина ​и ​89 ​джонинов. ​Помимо ​них, ​потери ​включают ​209 ​чунинов ​и ​96 ​джонинов. ​Ожидается, ​что ​из ​них ​44 ​чунина ​и ​11 ​джонинов ​досрочно ​уйдут ​на ​пенсию ​из-за ​характера ​их ​ран" ​ ​ ​"Но, ​судя ​по ​сообщениям, ​Сунагакуре ​понесли ​почти ​двойные ​потери. ​Наши ​стычки ​с ​Кумо ​в ​стране ​Горячих ​Источников ​были ​в ​лучшем ​случае ​минимальными. ​Теперь ​ясно, ​что ​деревня ​Скрытого ​Дождя ​была ​в ​первую ​очередь ​частью ​этой ​войны, ​чтобы ​совершить ​набег ​на ​Узушиогакуре. ​Пока ​нет ​никаких ​новостей ​о ​мирных ​усилиях, ​но, ​учитывая, ​как ​страна ​Дождя ​начала ​мобилизовывать ​людей ​для ​нападения ​на ​любых ​иностранных ​шиноби, ​ясно, ​что ​мы ​либо ​вступим ​в ​войну ​с ​деревней ​Скрытого ​Дождя, ​либо ​продолжим ​войну ​в ​наших ​собственных ​границах" ​ ​ ​"Суна ​и ​Ива ​желают ​прекратить ​боевые ​действия ​и ​готовы ​выплатить ​компенсацию ​в ​определенной ​степени, ​но ​нет ​ничего ​конкретного, ​пока ​Кумо ​не ​сделает ​то ​же ​самое. ​Письма ​от ​дайме ​предполагают, ​что ​владыки ​Молнии, ​Ветра ​и ​Земли ​весьма ​недовольны. ​Тем ​не ​менее, ​какое-то ​время ​это ​не ​повлияет ​на ​нас" ​ ​ ​"Каковы ​размеры ​репараций, ​которые ​обсуждались ​до ​сих ​пор?" ​Спросил ​лидер ​Абураме. ​ ​ ​Шикудо ​закрыл ​глаза ​и ​вздохнул, ​уже ​ожидая ​возмущения, ​и ​пробормотал: ​"Ива ​предлагает ​урегулирование ​в ​размере ​10 ​миллионов ​ре, ​а ​Суна ​готова ​заплатить ​5 ​миллионов ​ре" ​ ​ ​После ​минутной ​тишины ​военный ​совет ​превратился ​в ​коктейль ​из ​хлопающих ​столами ​в ​негодовании, ​рычания, ​стонов, ​гневного ​смеха ​и ​угроз ​смерти, ​но... ​ ​ ​Как ​только ​все ​уладилось, ​они ​поняли, ​что ​возмещение ​ущерба ​на ​самом ​деле ​было ​просто ​формальностью. ​Не ​пойдут ​же ​они ​на ​войну ​из-за ​того ​что ​не ​довольны ​сумой? ​ ​ ​Конечно, ​у ​Конохи ​были ​силы, ​чтобы ​пойти ​на ​войну, ​но... ​могло ​ли ​высшее ​руководство ​Конохи ​отправить ​шиноби ​на ​войну, ​которая ​была ​на ​пороге ​окончания, ​только ​из-за ​репараций, ​которые ​они ​не ​получили ​бы ​в ​приемлемом ​для ​них ​размере? ​ ​ ​Нет. ​ ​ ​*** ​ ​ ​За ​исключением ​Кумогакуре, ​которые ​в ​конце ​концов ​отступили, ​но ​так ​и ​не ​ответили ​на ​перемирие ​и ​не ​заплатили, ​боевые ​действия ​в ​конце ​концов ​прекратились. ​ ​ ​ ​Но ​все ​просто ​не ​могло ​вернуться ​на ​круги ​своя ​так ​легко. ​Пострадало ​много ​жизней, ​но... ​в ​Конохе ​дела ​обстояли ​намного ​лучше, ​чем ​в ​других ​деревнях. ​Если ​бы ​их ​планы ​увенчались ​успехом, ​только ​Суна ​стала ​бы ​мишенью ​этой ​войны, ​но ​все ​оказалось ​не ​так ​просто. ​ ​ ​Теперь ​у ​Ивы ​были ​свои ​проблемы ​не ​только ​в ​деревне, ​но ​и ​с ​великаном, ​известным ​как ​дайме ​земли. ​Во ​всех ​смыслах ​и ​целях ​деревня ​шиноби ​могла ​уничтожить ​дайме... ​но ​в ​то ​время ​как ​деревни ​шиноби ​можно ​считать ​концентрацией ​для ​роста ​чакры ​и ​ее ​практик, ​сами ​даймё ​культивировали ​свои ​собственные ​силы, ​которые ​охраняли ​королевскую ​власть. ​ ​ ​На ​самом ​деле, ​деревня ​шиноби ​была ​просто ​военизированным ​вариантом ​организации, ​использующей ​чакру. ​Даже ​в ​стране ​огня ​был ​знаменитый ​храм, ​полный ​монахов, ​которые ​могли ​бы ​посоперничать ​с ​джонинами. ​ ​ ​Подобные ​религиозные ​и ​культовые ​фракции ​контролировались ​и ​финансировались ​непосредственно ​дайме, ​и ​это ​само ​по ​себе ​также ​держало ​в ​напряжении ​многие ​деревни ​шиноби. ​ ​ ​Но… ​Кая ​это ​не ​касалось. ​Войны ​не ​было, ​так ​какой ​могла ​бы ​быть. ​В ​отличие ​от ​первой ​мировой ​войны ​шиноби, ​в ​которой ​погибли ​каге... ​эта ​была ​не ​такой. ​ ​ ​Однако ​война ​повлияла ​на ​его ​жизнь. ​ ​ ​Во-первых, ​Нагато, ​Яхико ​и ​Конан ​превратились ​в ​огромную ​занозу ​в ​заднице. ​Он ​предпочитал ​Цуме, ​которая ​любила ​заниматься ​своими ​делами, ​отдыхать ​с ​Куромару, ​а ​затем ​присоединяться ​к ​нему ​за ​закусками ​или ​чем-то ​еще, ​бездельничая ​и ​любуясь ​его ​работой. ​ ​ ​ ​Яхико, ​оказался ​жадным ​до ​знаний, ​он ​хотел, ​чтобы ​его ​научили ​всему, ​даже ​если ​знания ​не ​удерживались ​в ​его ​голове ​и ​быстро ​из ​нее ​вылетали. ​ ​ ​Нагато ​также ​стал ​несколько ​невыносимым. ​Почему? ​Потому ​что ​он ​на ​самом ​деле ​был ​способен ​всему ​научиться, ​и, ​таким ​образом, ​это ​разжигало ​его ​желания. ​ ​ ​ ​Кай ​все ​еще ​ощущал ​в ​Нагато ​вспышку ​недовольства, ​но ​не ​кем-то ​конкретным, ​а ​самой ​ситуацией. ​Все ​это, ​однако, ​исчезало, ​когда ​появлялась ​помидорка ​и ​заверяла ​что ​как ​старшая ​научит ​его ​всему ​что ​нужно ​Узумаки! ​Пфф, ​как ​будто. ​Самой ​Кушине ​приходилось ​время ​от ​времени ​консультироваться ​с ​Каем, ​чтобы ​понять ​несколько ​вещей ​или ​с ​Цунаде, ​если ​та ​была ​свободна. ​ ​ ​Наконец, ​Конан... ​была ​терпимой. ​Черт, ​из-за ​нее ​он ​даже ​получил ​навык, ​который ​прокачал. ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​[Оригами ​(5/5): ​Искусство ​складывания ​бумаги.] ​ ​ ​Но... ​она ​слишком ​сильно ​увлекалась ​оригами, ​сказав, ​что ​это ​единственное, ​что ​она ​помнит ​о ​своей ​матери... ​это ​грустно, ​но ​почему ​Кай, ​будучи ​сиротой, ​действительно ​чувствует ​себя ​мелодраматичным ​по ​отношению ​к ​другой ​сироте? ​ ​ ​Но ​такие ​слова ​и ​ее ​янтарные ​глаза, ​полные ​надежды ​на ​любовь, ​вызвали ​настоящую ​реакцию ​у ​Микото, ​которая ​целый ​день ​не ​отпускала ​Конан ​и ​продолжала ​гладить ​головку ​довольной ​девочки. ​ ​ ​Когда ​Кай ​попытался ​воспользоваться ​этим, ​сказав, ​что ​хотел ​бы ​вспомнить ​свою ​умершую ​мать, ​поцеловав ​Микото, ​он ​получил ​взгляд ​шарингана. ​ ​ ​Это ​дискриминация ​сирот ​по ​разным ​обстоятельствам! ​ ​ ​Но ​самым ​заметным ​изменением ​было ​в ​Орочимару. ​Кай ​не ​знал, ​что ​произошло, ​но ​он ​собрал ​свое ​дерьмо ​и ​ушел ​из ​больницы. ​Даже ​в ​тот ​редкий ​момент, ​когда ​Кай ​встречался ​с ​ним, ​он ​не ​чувствовал ​никаких ​негативных ​эмоций. ​На ​самом ​деле ​Орочимару ​никогда ​не ​чувствовал ​себя ​более ​счастливым. ​ ​ ​Видимо ​в ​его ​жизни ​происходило ​что-то ​хорошее. ​ ​ ​Тем ​временем ​Цунаде ​использовала ​все ​свои ​связи, ​чтобы ​выяснить, ​кто ​преследует ​Сенджу ​Если ​она ​сначала ​заподозрила ​Данзо, ​то ​ситуация ​с ​тремя ​деревнями ​и ​Узумаки ​действительно ​породила ​у ​нее ​здоровое ​сомнение ​в ​том, ​что ​за ​всем ​этим ​действительно ​могут ​стоять ​шпионы. ​ ​ ​Но ​окончание ​войны ​означало, ​что ​у ​Цунаде ​не ​было ​причин ​удерживать ​гражданских ​лиц, ​которых ​она ​когда-то ​призвала ​обратно. ​Но ​это ​будет ​длительный ​процесс. ​Цунаде ​нужно ​будет ​помочь ​использовать ​много ​средств, ​чтобы ​снова ​открыть ​несколько ​направлений ​бизнеса ​и ​помочь ​гражданским ​лицам ​создать ​хорошее ​прикрытие. ​На ​этот ​раз, ​однако, ​она ​держала ​информацию ​об ​этих ​людях ​при ​себе ​и ​дала ​понять ​хокаге, ​что ​предоставит ​ему ​информацию ​только ​во ​время ​чрезвычайной ​ситуации ​S-ранга, ​что ​было ​достаточно ​разумно. ​ ​ ​ ​Наконец, ​Джирайя... ​ ​ ​Кая ​искренне ​огорчило, ​что ​первая ​книга ​Джирайи ​- ​“Повесть ​о ​бесстрашном ​ниндзя” ​опустилась ​на ​дно ​литературного ​рынка. ​ ​ ​Но ​чтобы ​это ​его ​растроило, ​Джирайя ​вместо ​этого ​собрал ​свои ​вещи ​и ​на ​некоторое ​время ​покинул ​деревню, ​чтобы ​путешествовать, ​оставив ​Каю ​короткое ​наследство ​в ​виде ​стопки ​журналов. ​На ​следующий ​день ​Минато ​связался ​с ​Каем ​и ​тоже ​передал ​ему ​свою ​долю ​наследства. ​Каю ​было ​все ​равно, ​в ​конце ​концов, ​это ​была ​потеря ​Минато. ​ ​ ​И ​как ​будто ​все ​возвращается ​на ​круги ​своя... ​ ​ ​Именно ​это ​наследство ​окончательно ​изменило ​раздражение ​Яхико, ​Нагато ​и ​сдерживаемое ​разочарование ​Наваки. ​ ​ ​Как ​хранитель ​наследия... ​его ​работа ​заключалась ​в ​том, ​чтобы ​следить ​за ​тем, ​чтобы ​его ​сверстники ​были ​на ​верном ​пути. ​