Глава 18: Но когда бушующий шторм утих, под волнами два сердца обрели покой. Больше не нужно расставаться, больше не нужно страдать. Колокол может теперь напрасно предупреждать о чём-то.

Примечание Автора:Вот оно! Обещанный срыв! Или, по крайней мере, его начало. Объятия, долгожданные объятия, много слёз и пара панических атак, но.       С детьми всё будет в порядке. Они есть друг у друга. С ними всё будет в порядке, я обещаю!       В каждой главе я просто поражаюсь вашим комментариям. Я обожаю каждый из них. Большое вам спасибо! Кто-то из вас оставляет мне пару слов, кто-то — длинные эссе, и вы не представляете, как много для меня значит каждый из них. Спасибо также всем, кто оставил мне советы и ресурсы для редактирования!       Некоторые из вас выразили заинтересованность в создании дискорда для этого фика, и я рада сообщить, что мне удалось его создать! Так что, если вы хотите, чтобы у вас было место, где можно обсуждать этот фик, делиться хедснейками, подсказками и сюжетными ходами, пожалуйста, присоединяйтесь ко мне на этом сервере! (без дополнительных пробелов)       https://discord.gg/QspWbxe       Предупреждение о триггерах в этой главе: панические атаки, жестокая смерть персонажа на экране (но это же Чёрная Борода, так что...), ЧУВСТВА. Возьмите с собой салфетки.       Багги было что сказать. Эта глава в два раза длиннее предыдущей. Я ни о чём не жалею.       Надеюсь, вам это понравится <3

____________________

Но когда бушующий шторм утих, под волнами два сердца обрели покой. Больше не нужно расставаться, больше не нужно страдать. Колокол может теперь напрасно предупреждать о беде.

(Спит в Глубине)

____________________

      Шанкс здесь, Шанкс стоит прямо перед ним, спиной к Багги, между ним и Чёрной Бородой, между ним и морскими пехотинцами, между ним и Роджерами, и Багги кажется, что его грудь вот-вот разорвётся.       Он видит, как люди вокруг них падают, не в силах противостоять хаки Шанкса, но ему не хватает сил даже взглянуть на них, он слишком занят тем, что видит перед собой.       Все смотрят на них, смотрят на Шанкса так, будто не могут поверить, что он здесь, не могут понять, зачем он пришёл, а Багги хочется смеяться, кричать и плакать, потому что это Шанкс . Даже если бы Багги не было здесь, он бы пришёл, даже не зная о происхождении Огненного Кулака, он бы пришёл. Потому что Огненный Кулак — брат Соломенной Шляпы, потому что Белая Борода — союзник, пусть и доставляющий неприятности, потому что Огненный Кулак — всего лишь ребёнок, когда всё сказано и сделано, потому что эти чёртовы морские пехотинцы устраивают ещё одну публичную казнь ради Дэви Джонса! Шанкс ни за что бы не остался в стороне. Ни за что, чёрт возьми.       — Надеюсь, ты не против, если я вмешаюсь, Багги? — непринуждённо спрашивает Шанкс, и Багги слышит в его голосе беспокойство, слышит невысказанное: ты в порядке, ты ранен, кого мне нужно убить , что его хаки кричит.       Шанкс никогда не умел справляться с угрозами для своего народа, и Багз знает это лучше, чем кто-либо другой. Поэтому он посылает своё собственное хаки, соединяясь с Шанксом, используя своего друга в качестве якоря, чтобы не упасть, и рявкает раздражённым голосом, который лишь прикрывает облегчение, растекающееся по его венам:       — Ты опоздал, придурок! А твой протеже — грёбаная угроза!       И Шанкс улыбается, а Багги не видит этого, потому что его друг всё ещё отвернулся, но он может почувствовать это, и этого ему достаточно.       — Маа, маа, Багги, мне пришлось поставить маленького Кайдо на место, прежде чем он разграбил территорию Ньюгейта, и он настойчивый маленький засранец, надо отдать ему должное. Кроме того, — добавляет Шанкс, и Багги может только представить ухмылку на его лице. — Я знал, что у тебя всё под контролем. Буквально, судя по тому, что я видел.       — Это был худший каламбур из всех, что ты когда-либо использовал идиот! — Багги кричит, потому что это так и есть , каламбуры Шанкса всегда ужасны , и он игнорирует страдальческие вздохи Крокуса и Рэйли, потому что до сих пор он отлично справлялся с тем, чтобы не обращать на них внимания, и сейчас он не собирается останавливаться, а ещё к чёрту их , они не имеют права судить о том, как Шанксы и он разговаривают друг с другом, они потеряли это право два десятилетия назад, когда бросили их, ясно?       А потом Чёрная Борода открывает рот, и, честно говоря, лучше бы ему этого не делать, потому что сейчас он не может сказать ничего такого, что убедило бы Шанкса не убивать его.       — Чт... как...       — Хаки, — Шанкс перебивает его. — Наличие Дьявольского плода не делает тебя непобедимым, третьесортным .       Урок, который Багзу никогда не нужно было усваивать (то, что он чуть не утонул через несколько секунд после того, как съел свой фрукт, определённо показало ему это), но мир, похоже, с удовольствием напоминал ему об этом самыми болезненными способами.

____________________

      Хаки Шанкса по-прежнему крепко обвивается вокруг него, вокруг него и Рокстара, и Багги слегка расслабляется в его хватке. Он просто хочет выбраться отсюда, подальше от этого бардака, этого острова и этих людей, и он знает, что Шанкс вот-вот схватит их с детьми и сделает это, но они оба понимают, что сначала нужно разобраться с противником, если они хотят сбежать без проблем.       Всё в порядке. Багз уже давно сдерживает свой гнев. Он может продержаться ещё немного. Может быть.       (Шанкс сейчас здесь. Он может это сделать. Он может .)

____________________

      — Рыжий… — начинает Ньюгейт, потому что, очевидно, старик забыл, как определять настроение и когда лучше держать рот на замке, но Шанкс не обращает на него внимания.       — Убирайся отсюда к чёртовой матери, Ньюгейт. Это больше не твоя битва.       И, на самом деле, Ньюгейту следовало уйти, как только Огненный Кулак и Соломенная Шляпа покинули поле боя, следовало прислушаться к своим чёртовым детям и уйти вместе с ними, но нет-нет-нет, Ньюгейт просто обязан был быть «героем» и устроить им грёбаный Роджер перед теми, на ком Роджер провернул этот грёбаный трюк.       Багги по-прежнему очень, очень хочет ударить этого человека, но он довольствуется тем, что Шанкс словесно уничтожает его. Шанкс действительно, действительно хорош в этом, хотя и использует этот талант редко.       — Я не думал, что вы настолько жестоки, чтобы заставлять своих детей беспомощно наблюдать издалека, как вы умираете, пока они убегают, Ньюгейт.       И да, я это сделал, вот словесное потрошение, и оно великолепно .       — По крайней мере, проявите порядочность и дайте им возможность как следует попрощаться с вами и быть рядом, когда Дэви Джонс придёт за своими.       Великолепно.

____________________

      (Даже если воспоминания давят на него, даже если ему всё труднее скрывать дрожь в руках, даже если он просто хочет уйти отсюда, Багги остаётся на месте и без тени страха наблюдает, как его лучший друг читает лекцию самому сильному человеку в мире, и он так чертовски гордится им. Они прошли такой долгий путь от двух уличных крыс, которыми были когда-то, и Багза не волнует, что остальной мир, похоже, не хочет этого признавать. Он всё равно собирается насладиться этим моментом.)

____________________

      А затем Ясопп доказывает всем, кто ещё сомневается, что Шанкс и его люди стали императорами не по ошибке. Выстрелы звучат абсурдно громко в оглушительной тишине площади. Люди Чёрной Бороды падают на землю один за другим с пулями между глаз, ни одна пуля не пропадает зря. Только Ван Аугуру удаётся избежать смертельного выстрела, но не пули в плечо, и тогда сигнатуры хаки, за которыми следил Багги, внезапно оказываются прямо там, и Лаки Ру хватает Ван Аугура за голову, и хруст сломанной шеи следует за выстрелами, когда последний из пиратов Чёрной Бороды падает на землю мёртвым.       Быстро, чисто и эффективно.       Багги, чёрт возьми, любит «Акагами», даже если они такие же сумасшедшие, как их капитан.       

____________________

      Он чувствует, что Роджера этот шаг поверг в полный шок, и ему хочется усмехнуться над их замешательством, но он сдерживается, по-прежнему отказываясь признавать их существование, в то время как они игнорировали его на протяжении последних двух десятилетий. Вместо этого он быстро улыбается Дамиану, доктору Шанкса, который уже осматривает его и Рокстара, когда он и остальные Акагами присоединяются к своему капитану на площади.       — Ничего такого, что не могло бы подождать, док, — тихо говорит Рокстар. — Но, может, стоит проверить детей. Якорь выглядел не очень хорошо, как и Огненный Кулак. Предупреждаю, Якорю ввели чудодейственное лекарство Иванкова после того, как его отравили в Импел-Даун, и он едва избежал второй дозы.       Длинноволосый блондин в солнцезащитных очках яростно хмурится. — Передайте капитану, что я хочу поговорить с ним о неуважении к медицинским работникам, как только всё закончится, — требует он, направляясь к «Куску Спаддилла». — И не думайте, что я не проведу для вас обоих полное обследование как можно скорее!       — И в мыслях не было, док! — обещает Рокстар, слегка радуясь при мысли о том, что доктор устроит Иванкову взбучку.       Честно говоря, и Багги тоже.

____________________

      — Эта война закончилась, Ньюгейт. Не спеши так быстро расставаться с жизнью, когда ты отдал её тем, кого выбрал в качестве детей.       Голос Шанкса спокоен, ровен, холоден, и Багз ненавидит его, ненавидит, потому что Шанкса таким можно увидеть только тогда, когда он трезв, зол и ему больно, хотя никто другой не смог бы распознать в этом коктейле эмоций именно этот.       Чёрная Борода всё ещё пытается ускользнуть от Шанкса, но отрубленная рука и тела его товарищей вокруг мешают ему сбежать. Да и сбежать он всё равно не смог бы. Не с Шанксом, который сейчас здесь, не в окружении стольких людей, которые были бы рады пронзить его сердце при малейшей возможности. Черт, Багги сделал бы это сам, если бы пришлось, даже если он очень рад, что ему не придется этого делать, потому что он так близок к срыву, и ощущение, что из-за него пропал другой Голос, определенно подтолкнуло бы его к краю пропасти в этот момент.       — Мне очень понравился Четвёртый Командир Тэтч, — говорит Шанкс, и его голос по-прежнему холоден, а Багги вздрагивает.       Тэтч был порядочным человеком, насколько Багги может вспомнить те несколько раз, когда он встречался с ним на протяжении многих лет. Тэтч был одним из первых сыновей Ньюгейта, который уже плавал на «Моби Дике», когда Багги и Шанкс были ещё юнгами на «Оро Джексоне». Честно говоря, Багги в основном помнит, как Тэтч потрясающе готовил на тех редких совместных вечеринках, которые устраивали Роджеры и Уайтберды. Но он знает, что Шанкс — союзник Ньюгейта, знает, что его друг на протяжении многих лет регулярно встречался с командирами разных дивизий, чтобы обмениваться информацией и координировать совместные удары по морским пехотинцам, а это значит, что он был знаком с покойным поваром. Достаточно, чтобы считать его другом, пусть и не близким.       — Он был хорошим человеком и гораздо лучшим пиратом, чем ты когда-либо станешь, Маршалл Д. Тич. Ты много болтаешь, потому что в твоём имени есть буква «Д», но ты не из тех, кого ждёт Гол Д. Роджер, не из тех, кто пришёл сражаться за этот мир. Ты даже не примечание в истории, которую они пишут!

____________________

      Чёрт бы побрал эти «Д». На самом деле, Багги мог бы обойтись без хаоса, который это чёртово письмо привносит в мир.              (Вот только нет, он действительно не мог этого сделать. Потому что это означало бы, что он никогда не узнал бы Капитана, а это… немыслимо.)       (И миру нужен Ди, он знает, он помнит .)       (Рафтель в двенадцать лет, и в его голову вложили целую кучу знаний без вашего разрешения.)       (Он пытался забыть об этом, и большую часть времени ему удавалось держать это в глубине сознания, но…)       (Не сегодня.)

____________________

      — Если бы от твоего предательства пострадал только он, я бы оставил Ньюгейта решать твою судьбу.       И он бы так и сделал, Багги знает, потому что Чёрная Борода был сыном Ньюгейта , одним из его и предал его , а Шанкс понимает, что с предателями нужно разбираться самостоятельно (только не так, как глупо, в одиночку, как это сделал Огненный Кулак . С предателями нужно разбираться быстро и эффективно, и прежде всего так, чтобы не подвергать опасности остальных членов команды, ради Дэви Джонса!).       Шанкс делает еще один шаг.       — Я бы так и сделал, — продолжает он, по-прежнему закрывая собой пространство. — Если бы ты не решил привлечь людей, которые мне нравятся.

____________________

      Но Тэтч был не единственным, кому навредила Чёрная Борода. Нет.       Чёрная Борода нацелился на Портгаса Д. Эйса , нацелился на сына капитана .       Чёрная Борода нацелился на Монки Д. Луффи, нацелился на протеже Шанкса.       И, что хуже всего (потому что даже если у Багги проблемы с самооценкой, даже если ему трудно думать о себе как о ком-то важном , он знает, что важен для Шанкса , видел, что три года, в течение которых он считал его мёртвым, сделали с его лучшим другом, и он не собирается оскорблять Шанкса, сомневаясь в его привязанности к Багги). Чёрная Борода нацелился на Бока но Багги .       Перед Акагами нет Голеней.       С тех пор, как это случилось в последний раз, прошло несколько лет , более десяти лет , но результат будет тот же.

____________________

      (Они прожили вместе два года, прежде чем их разлучил тот жуткий шторм. За ними охотились худшие из отбросов общества по обе стороны закона, жаждущие мести за смерть человека, ищущие способы выманить остальных членов их команды из укрытия, и Багги с Шанксом выжили в этой ситуации .)       (Два года и слишком много опасных ситуаций, слишком много раз, когда они боялись худшего, когда одного из них держали под прицелом меча или пистолета, а другой мог только наблюдать , слишком много раз, когда они отказывались позволить миру сломить их, слишком много раз, когда они были чертовски близки к этому, слишком много раз, когда они сломались .)       (Два года, и слишком часто им приходилось действовать и превращаться в монстров, чтобы спасать друг друга. Слишком часто им приходилось подавлять громкие Голоса, которые угрожали им самим.)       (Два года вместе, а потом три, не зная, жив ли другой.)       (Багги не император, у него нет характера завоевателя. Но он пират, и он эгоистичен, и он будет защищать то, что для него ценно, несмотря ни на что, в чём убедились не один пират и не одна морская пехота, когда осмелились причинить вред Шанксу.)       (Их зовут Шанкс и Багги, Багги и Шанкс, и они защищают друг друга. Всегда.)

____________________

      Маршалл «Чёрная Борода» Д. Тич мог бы быть Д., мог бы , но это не спасёт его сейчас. Не после этого.       Шанкс направляется к мертвецу, ползущему по земле, и его накама следуют за ним, окружая его и образуя барьер между отступающими пиратами и ошеломлёнными морскими пехотинцами.       (Монстр оставил Капу позади, чтобы забраться на плечо Багги, и Багги благодарен за присутствие маленькой обезьянки. Он протягивает руку, чтобы нежно погладить её по голове, не замечая, что Кастор и сам Капу встали на шаг позади остальных членов команды по обе стороны от него.)       (Люди Чёрной Бороды мертвы, и он сам скоро умрёт. Шичибукаи либо мертвы, либо уже ушли, а морские пехотинцы выглядят так, будто их сдует первым же сильным ветром.)       (Опасность в основном миновала.)       (Роджерсы всё ещё здесь, но Багз изо всех сил старается не думать о них, и в любом случае опасность с их стороны скорее психологическая, чем физическая.)       (И всё же накама Шанкса встали по бокам от Багги, готовые защитить его в случае необходимости.)       (Чёрт, но люди Шанкса — хорошие люди, и Багги будет досаждать всем, кто скажет обратное, до конца их жизни.)

____________________

      — И я не одобряю подобные вещи, Маршалл Д. Тич.       Прошло больше десяти лет с тех пор, как Багз в последний раз видел Шанкса таким, ослепительным, яростным и сдержанным, но, несмотря на то, что он знает, что Шанкс выглядит ужасно , когда он такой, Багз никогда не чувствовал себя иначе, кроме как в безопасности и под защитой, когда этот холодный взгляд омрачал обычно добродушное лицо Шанкса.       (О, он ненавидит это, ненавидит то, что обстоятельства вынудили Шанкса снова надеть эту маску, но бояться её? Никогда. )       (Потому что Шанкс надевает эту мантию только тогда, когда защищает тех, кто ему дорог, и Багги был первым из них, первым, кто испытал на себе эту яростную защиту, и он никогда этого не забудет.)       И поэтому, когда Грифон изящно кружит в воздухе, Багги совсем не удивляется, когда голова Чёрной Бороды падает на землю.       (И, может быть, это напоминает ему о казни Роджера — трудно было бы не вспомнить, учитывая всё , — но это настолько отличается от того, что не усугубляет его надвигающийся нервный срыв.)       (На этот раз он никого не потерял. На этот раз клинок в руке того, кому он доверяет, только что перерезал врагу горло и позаботился о том, чтобы тот больше не причинил вреда кому-либо , и Багз испытывает мрачное удовлетворение, когда Голос Чёрной Бороды без лишнего шума замолкает.)       (Хорошо.)       

____________________

      С меча Шанкса капает кровь, вероятно, вся одежда его друга в крови, и все смотрят на Шанкса, которому, кажется, всё равно.       — Если вы будете искать что-то большее, бессмысленный ущерб для обеих сторон только увеличится! Если там есть какие-то парни, которые всё ещё хотят побеситься, то давайте! Мы позаботимся о каждом из вас! Ну что, Сенгоку, Гарп?       Шанкс стоит спиной к Багги, но он знает , какое выражение на лице у Шанкса, какой сильный блеск в его глазах, когда он смотрит на двух живых легенд, двух морских пехотинцев, которые приложили руку к казни Первого Короля Пиратов, когда он смотрит на мир и осмеливается бросить ему вызов.       Ему так хочется взглянуть в ту сторону, чтобы увидеть лицо друга, которого он до сих пор не видел, и отправить визуальную Ден-Ден Муши, чтобы запечатлеть его для потомков, но он не делает этого.       (Шанкс знает, что не хочет, чтобы его так вспоминали. Шанкс ненавидит быть устрашающим, ненавидит показывать свою тёмную сторону, и Багз это уважает.)       — У вас не хватает двух адмиралов и двух военачальников, а остальные ушли, как только мы появились,Генсуй.Если вам хоть немного дороги жизни ваших людей, вы не будете их больше терять. Отступайте.       (Кроме того, прямая трансляция, когда Сенгоку и Гарп отворачиваются сначала ? Когда Сенгоку Будда сдаётся? Это бесценно .)       — Отлично! Рыжеволосый... Я возьму это на себя, — говорит Сенгоку и смотрит на Гарпа, когда тот пытается возразить. — ОТСТУПАЙТЕ! Поторопитесь и окажите помощь раненым! Доставьте их на корабли! Эта война окончена!       Позади него оставшиеся в сознании морские пехотинцы спешат к своим павшим товарищам, и розововолосый парень возглавляет атаку. Багги продолжает наблюдать за ними, отмечая, как мерцающие Голоса поглощаются более сильными. Он знает, что большинство из них выживут, и не знает, радоваться этому или нет.

____________________

      Гораздо более сильный Голос, хотя и гораздо более близкий к объятиям Дэви Джонса, выпрямляется и смотрит на своего товарища Йонкоу, наконец-то уступая просьбам своих детей.       — Акагами! — тем не менее гремит он, глядя на Шанкса. — Я бы хотел поговорить с тобой после этого!       И да, нет, это не очень хорошо закончится, на самом деле. Умирает Ньюгейт или нет, но ему определённо не помешали бы уроки вежливости.       — Ты собираешься слушать или снова отмахнёшься от меня, как от одного из отпрысков Роджера? — огрызается Шанкс, даже не глядя на мужчину. Всё в порядке: Багги присматривает за ним ради них обоих, и едва заметные движения лица Ньюгейта идеальны. — Или ты наконец-то вытащишь голову из задницы и заметишь, что прошло больше двадцати лет с тех пор, как Роджера казнили, и что я сам по себе капитан дольше, чем плавал с ним? И что, может быть, я знаю, о чём говорю, когда говорю вам, что этот кусок дерьма принёс плохие новости и что нужно перезвонить вашему сыну?       Ну вот, опять . Честное слово, неужели никто не видит, что Шанксу уже порядком надоела вся эта чушь? Даже у святого терпение бы лопнуло от того, как другие обращаются с одним из четырёх сильнейших пиратов в мире, ради Дэви Джонса!       (И Багз знает, что Шанкс злится не только на Ньюгейта, несмотря на то, что этот человек в настоящее время является очень удобной и заслуживающей того мишенью для разглагольствований, которые накапливались в течение лет . Однако шансы на то, что Роджерсы наконец-то догадаются, настолько малы, что даже тот пристрастившийся к азартным играм медик с «Чёрной Марии» не стал бы делать на это ставку.)       — Я бы хотел поговорить, — снова повторяет Ньюгейт, на этот раз тише и гораздо почтительнее. Хорошо . Багги не сомневается в том, что сделает так, чтобы то немногое время, которое осталось у старика, было абсолютно невыносимым , но ему бы не хотелось лишать детей старика возможности попрощаться с ним. В конце концов, дети не должны расплачиваться за грехи отцов.       Шанкс напевает что-то, от чего Багз напрягается. Шанкс ещё не закончил. А в голосе Рокстара чувствуется лёгкое возбуждение, которое Багз привык ассоциировать с озорством, хаосом и взрывами.       Он бросает взгляд на самодовольную обезьянку на своём плече.       Это детонатор в пальцах Монстара?       Когда у Акагами появился шанс установить взрывчатку?       Нет, постойте. Не Акагами. Пики. Команда Огненного Кулака специализируется на саботаже, если Багги не изменяет память, и он гадал, где, чёрт возьми, они были, пока Феникс не высадил Огненного Кулака и Соломенную Шляпу на их корабль. Вопрос в том, передали ли Пики детонатор или эта очень, очень самодовольная обезьянка схватила его сама? Честно говоря, зная Монстра, можно предположить и то, и другое, и        Багги решает, что он действительно, очень сильно не хочет этого знать.       Но он всё же хорошенько почесал обезьянку под подбородком. Хорошая девочка.       — Мы последуем за вами и позаботимся о том, чтобы ни у кого не возникло идей, — отвечает его друг, по-прежнему глядя на морских пехотинцев-ветеранов, которые не сдвинулись с места. — Мы присоединимся к вам, где бы вы ни решили бросить якорь после этого. Мне всё равно нужно поговорить со своим отродьем. А теперь послушай своих чёртовых детей и убирайся отсюда к чёртовой матери. Иванков! — добавляет он, обращаясь к революционеру, который направляется к одному из уходящих кораблей. — Мой врач сейчас направляется на «Кусок Спейдилла», чтобы убедиться, что Якорь проживёт достаточно долго, чтобы я мог с ним поговорить, но он выразил желание поговорить с вами, а у меня есть что сказать вашему лидеру. Вы будете гостем на моём корабле, пока мы не воссоединимся с «Белобородыми».       — Разве у меня нет выбора? — протестует Окамэ, но быстро замолкает под пристальным взглядом, который, должно быть, бросил на них Шанкс. Они не съёживаются, но Багзи достаточно хорошо знаком с этим особым тоном Шанкса, чтобы понимать, что Окамэ не сможет выкрутиться. Тот факт, что Шанкс захотел поговорить с Драгоном после этого, не стал неожиданностью, учитывая, что он отец Соломенной Шляпы (Багги до сих пор не может этого осознать, но, опять же, он до сих пор не может поверить, что Драгон — сын Гарпа, так что вполне логично, что новое поколение Монки Д будет так же трудно понять), и Багги догадывается, что его друг собирается сделать с обучением своего протеже. Хотя Багги почти уверен, что Шанкс тоже отправил бы одного из своих людей присмотреть за этим отродьем. В конце концов, Драгон отдал своего ребёнка на воспитание Гарпу , даже после того, как сам пережил его представление о воспитании. Жаль, что эта часть разговора была произнесена слишком тихо, чтобы её услышали морские пехотинцы. Лицо Гарпа было бы восхитительным .       — Ладно.       — Хорошо.       Позади Багги что-то происходит: дети Ньюгейта наконец-то утаскивают упрямого старика к оставшимся кораблям, и всё, что остаётся, — это Шанкс и его люди, Роджерс и несколько оставшихся морских пехотинцев, а Гарп и Сенгоку прикрывают отступление раненых, и пользователь льда прячется где-то позади (и, как с долей иронии замечает Багги, держится подальше от Багги и Шанкса).       (Ну, это то, что он знает. В наши дни радиус действия Багги… намного больше, чем можно было бы предположить.)       

____________________

      Он по-прежнему упрямо игнорирует Крокуса, Рэйли, Гулливера, Скоппера Габана и Чайку. Остальные уже вернулись на «Оро Джексон», но Багги чувствует на себе их взгляды.       Шанкс тоже не замечает их присутствия, и Багзи приходится сдерживать смешок, когда Рэйли наконец-то сдаётся первым.       — Боже мой, — говорит первый помощник капитана «Оро Джексона», нарушая молчание улыбкой и голосом, который говорит совсем не то, что нужно. — Это было нечто, Шанкс-кун.       Шанкс-кун , как будто Шанкс всё ещё ребёнок , а не взрослый мужчина, который, чёрт возьми, заслужил свой титул Йонко.       — Рэйли, — ответ Шанкса был краток. — Крок. Гулливер. Скоппер Габан. Сегул.       Шанкс так же зол на них, как и Багги, может быть, даже больше, потому что он в основном злится за Багги . Рыжий мог бы оставить всё как есть, если бы он был единственной жертвой (потому что он идиот и лицемер , который учит Багги не позволять никому себя обижать, но при этом спокойно относится к тому, что другие люди обижают его , пока они не трогают его людей, но это нормально, потому что Багги в ярости из-за того, что они сделали с ним, а также из-за того, что они сделали с Шанксом), но его друг был в ярости из-за того, как они обошлись с Багги, на протяжении десятилетий , и он больше не будет держать рот на замке. Багзи достаточно хорошо его знает, чтобы понимать, что он ничего не скажет в присутствии морских пехотинцев (в конце концов, не стоит давать врагам ещё больше возможностей причинить тебе боль), но если Роджерсы решат присоединиться и поговорить после этого?       Что ж, Багз собирается расслабиться, попросить у Лаки Ру попкорн и время от времени вставлять пару слов, наблюдая, как Шанкс рвет их на хрен в клочья .

____________________

      (Он был бы гораздо счастливее, если бы они оставили их в покое, в конце концов, именно этим они и занимались на протяжении двух десятилетий, и до сих пор их это не волновало, но жизнь — сука, и, похоже, его желание не сбудется. Не с таким взглядом Крокуса.)       (Слишком мало, слишком поздно, намного поздно, нужно было подумать об этом, прежде чем захлопнуть дверь перед лицом Багги, когда он, весь в синяках, ожогах и крови, приполз к «Близнецам» в поисках помощи.)       (Что ж. Некоторые уроки нужно усвоить только один раз.)       (Это единственное, о чём он не рассказал Шанку, единственная тайна, которую он хранит.)       (Потому что Шанкс направился бы прямиком к Твин Кейп и сам убил Крокуса, а Багги не позволит своему лучшему другу стать убийцей накама.)

____________________

      — Немного ностальгически, не так ли? — продолжает Рэйли. — Старая команда снова вместе?       Чуть правее от Багги, там, где он стоит вместе с остальной командой, Рокстар бормочет что-то нелестное о старых маразматиках, которым нужны очки получше, и Багги хочется с ним согласиться.       Старой команды больше нет, её не стало с тех пор, как голова капитана ударилась о землю (с тех пор, как капитан объявил, что уходит, с тех пор, как он оставил их всех позади)И если сейчас он есть, то очевидно, что ни Багги, ни Шанкс больше к нему не принадлежат. (Теперь у них есть собственная команда, будь проклят Дэви Джонс, почему никто не может этого признать? Они больше не два потерянных ребёнка, цепляющихся за подол Гол Д. Роджера, они взрослые и самостоятельные капитаны, и это обидно, что никто не может заставить себя признать это, проявить к ним уважение, которого они заслуживают как взрослые и капитаны).       Ворчание Капу: «Теперь у него новая команда, придурок» — вызывает лёгкую ухмылку на губах Багги, когда он замечает, как Шанкс кладёт пальцы на рукоять своего меча — этот жест он легко узнаёт.       Перегруппироваться на корабле .       Кастор и Капу тоже не упустили этого из виду и без колебаний последовали за ним, когда он развернулся и направился к "Ред Форсу", не обращая внимания на соблазн в лице Оро Джексона.       Он скучает по Оро, правда скучает, но сейчас (и всегда) он не может иметь дело с их пассажирами.       И Шанкс знает это, даёт ему возможность сбежать, пока он отвлекает остальных, уйти, пока его маска цела, и Багги очень благодарен ему за это.       Однако он по-прежнему прячет одно ухо под воротником плаща Шанкса.       И если он поднимет Ден-ден в воздух на трёх пальцах, то...       Он знает, что Шанкс собирается сделать что-то запоминающееся, и будь он проклят, если не запишет это для потомков.       (Шанкс, может, и не «Ди», но он вполне способен быть таким же драматичным, как и любой из них.)

____________________

      — Немного, — лжёт Шанкс сквозь зубы, когда Багги уходит. — Хотя, если вы не против, я бы предпочёл отложить воспоминания на потом. Сейчас не время и не место для этого.       Судя по голосу Крокуса, он очень недоволен, но Рэйли говорит прежде, чем он успевает что-то сказать, и, очевидно, старый доктор всё ещё уважает Тёмного Короля как первого помощника, потому что отступает.       — Это кажется разумным, — говорит Рэйли. — Мы поможем вам убедиться, что морские пехотинцы будут вести себя подобающим образом?       Багги тихонько фыркает, привлекая внимание своих спутников.       — Старики бродят в своих заблуждениях, — тихо объясняет он, и они тоже смеются.       Как будто Акагами из всех людей нуждался в помощи Роджера , чтобы отбить у полумёртвых морских пехотинцев желание следовать за ними, особенно с учётом того, что Пики каким-то образом были вовлечены. Да будет свидетелем Дэви Джонс, но им действительно нужно было продолжать программу.       Хоть кто-нибудь из них за последние двадцать лет хоть раз открывал газету? Ради всего святого, Рэйли, предположительно, жил с Шакки, то есть с лучшим осведомителем во всех морях! Как он умудрился столько пропустить? На данный момент это похоже на умышленное невежество.       Голос Шанкса приобретает определенно хищные нотки.       — О, я бы не стал слишком сильно беспокоиться об этом, — ухмыляется рыжеволосый. — Что-то подсказывает мне, что они будут слишком заняты, чтобы даже думать о преследовании нас.       Однако «Голос Сенгоку» поворачивает направо на полосе экстренного торможения.       — Рыжеволосый! — рычит мужчина, и в тот же момент из нескольких оставшихся работающими динамиков начинает играть зловещая музыка. Должно быть, это дело рук Пиков, думает Багз. Их музыкантша, Девятка, прославилась тем, что настаивала на подходящей фоновой музыке во время боёв своей команды. Багзу нравится её стиль, и её выбор музыки, как всегда, абсолютно точен. — Что. Ты. Сделал?!       — Я? Ничего. Пока что. А вот Пики? Ну, — протягивает Шанкс. — Следует помнить, что эта конкретная команда специализируется на саботаже. И что они не любят, когда нападают на своих. Особенно на их капитана.       — И всё же, — говорит Рокстар, и Багги не удивляется, когда его Хаки сообщает ему, что молодой человек жонглирует детонатором. Он заметил, как Монстар бросила его ему прямо перед уходом, умница. — Они были так любезны, что позволили кому-то другому нажать на кнопку, пока сами наблюдали за происходящим.       Багги на мгновение замирает, наслаждаясь ужасом, исходящим от Генсуи. Как же приятно в кои-то веки оказаться по другую сторону от этого.       — Итак, если бы я давал тебе какие-то советы, Сенгоку, — продолжает Шанкс, и Багги чувствует, что в его улыбке видны зубы, когда он взбирается по верёвочной лестнице на «Ред Форс» и поворачивается на палубе лицом к площади, как раз когда Шанкс заканчивает говорить. — Я бы посоветовал тебе бежать.       И тут же, без предупреждения, Рокстар хватает детонатор и нажимает на него.

____________________

      Повсюду на площади несколько зданий, которые не обрушились во время предыдущих сражений, взрываются одновременно.       И в музыке. Которая из зловещей превратилась в эпическую в ту же секунду, как была нажата кнопка, потому что Девять и её дьявольский плод — первоклассные. Чёрт.о Если бы не тот факт, что после этого их всех будут преследовать, и если бы не то, что девчонка, вероятно, не хочет иметь с ним ничего общего, он бы спросил Огненного Кулака, не хочет ли тот встретиться с Большим Топом где-нибудь, чтобы устроить шоу всех шоу.       — О, какая прелесть! — Рокстар хихикает. — Думаешь, это дело рук Девятого, Лаки?       — Определённо, — подтверждает повар, когда Акагами начинают идти обратно к своему кораблю, беспечно повернувшись спиной к кипящему от злости Сенгоку. Багз довольно легко читает их Голоса, знает, что они всё ещё напряжены, насторожены и следят за всем вокруг, но он знает, что, вероятно, он единственный, кто не является Акагами.       Генсуй наконец-то потерял своё знаменитое самообладание, проклиная всё на свете и бегая к последним кораблям морской пехоты, подбирая немногих выживших морских пехотинцев, которых ещё не эвакуировали. Багз узнаёт пару новых слов, как от него, так и от Гарпа, который бежит так же быстро, прикрываясь последним выжившим адмиралом.       Пираты Рыжеволосого только что в одиночку завершили эту войну, которой вообще не должно было быть, и сделали они это с блеском .       И Багги всё это заснял на камеру. Он передвигает улитку вместе с командой, зная без просмотра записи, что их уход со взрывами на заднем плане войдёт в историю.

____________________

      Роджерсы направляются к своему кораблю, и Багз на мгновение останавливается, чтобы полюбоваться тем, что «Оро Джексон» всё ещё в безупречной форме, несмотря на два десятилетия, которые он провёл в укрытии, прежде чем сосредоточиться на своём лучшем друге, который только что запрыгнул на стол с помощью хорошо контролируемого Сору. Остальная часть его команды немедленно направляется к парусам и канатам, и «Ред Форс» приходит в движение за считанные секунды, но Багз не может заставить себя сдвинуться с места.       Он больше всего на свете хочет схватить Шанкса и никогда не отпускать, но по выражению лица друга ясно, что тот ещё не закончил.       И Багги не собирается ломаться перед Императрицей Окамэ или перед всем миром, а его ден-ден всё ещё записывает, потому что Шанкс ещё не закончил , поэтому он делает глубокий вдох, успокаивается, унимает дрожь в руках и смотрит .       Он смотрит, как Шанкс с мечом в руке поднимается на нос корабля, повернувшись лицом к острову, который они только что покинули.       — Этот остров уже давно раздражает меня, — тихо, но достаточно громко, чтобы все на корабле услышали, говорит Шанкс. — Пора Дэви Джонсу забрать своё.       Грифон снова рассекает воздух, лезвие темнеет от концентрированного хаки вооружения, и Багги смотрит, как разрез проходит сквозь воздух и направляется к острову, широкий луч силы, который делит его на две идеальные половины. Наступает момент, когда слышен только звук взрыва.       А затем с оглушительным треском Маринфорд полностью разрушается, раскалываясь надвое, и две части уже начинают погружаться в бурлящие воды, и это прекрасно.

____________________

      Шанкс наконец оборачивается, и Багги наконец-то хорошо видит его лицо.       Внешне он кажется нормальным, может быть, немного напряженным, но… Багги никогда не обманывался внешностью, когда дело касалось Шанкса, и он видит слишком напряжённые плечи, черты его лица, мрачно сжатые губы и тёмные, дикие глаза и знает, что Шанкс — полный придурок.       Это прекрасно. Багги тоже.       Шанкс делает вдох, затем ещё один. Багги выключает Ден-ден и отдаёт его Рокстару.       — Бенн. У тебя есть ден-ден Марко. Договорись с ним о месте встречи, но ближайший остров находится в двух днях пути. Ты главный. Присматривай за нашим гостем.       И, не дожидаясь ответа своего первого помощника, рыжеволосый направляется внутрь корабля, а Багги идёт рядом с ним, как будто это проще простого.       (так и есть.)

____________________

      Как только дверь хижины Шанкса захлопывается за ними, Багги хватает Шанкса, и Шанкс в отчаянии хватает его в ответ, вцепляясь пальцами в плащ другого мужчины, не обращая внимания на кровь, пачкающую его одежду. Одной рукой Шанкс так же крепко обнимает его, и Багги прячет лицо в изгибе шеи Шанкса, наконец позволяя своим конечностям задрожать, как они грозились сделать весь день.       Он едва осознаёт, что его ноги подкашиваются и он падает, но Шанксу удаётся подхватить его, и они опускаются на пол, прислонившись к стене и крепко держась друг за друга.       У них будут синяки, но Багзи, честно говоря, плевать.       Он покинул поле боя и находится на корабле Шанкса, в каюте Шанкса, а Шанкс прямо там , держит его Шанкс пришел, чтобы спасти его как он всегда делает , и это уже слишком, и Багги чувствует, как слезы наворачиваются у него на глаза, и у него больше нет сил сдерживать их, не придется больше сдерживать их, потому что он в безопасности , он с Шанкс и он в безопасности и теперь он может сломаться, потому что Шанкс рядом, чтобы поймать его и снова собрать воедино.       — Я держу тебя, — шепчет Шанкс, сжимая одной рукой Багги даже сильнее, чем тот мог себе представить. — Я держу тебя, Багги.       И вот оно, этого достаточно, и внезапно Багги начинает сильно трясти, его тело сотрясают тяжёлые рыдания, слёзы текут по лицу и падают на плечо Шанкса, и всё, что он безжалостно подавлял в себе последние несколько часов, обрушивается на него, как грёбаный морской поезд Старого Тома, и Шанкс обнимает его и не отпускает. Он не отпускает его, когда палец Багги впивается в его руку, когда Багги пытается заземлиться, не отпускает, когда Багги на мгновение теряет контроль над своим дьявольским фруктом, и его правая рука внезапно раскалывается на пять частей, не отпускает, даже когда Багги внезапно становится зеленым, просто использует ногу, чтобы поднести ведро поближе и позволяет Багги слегка повернуться, чтобы его вырвало, но Шанкс не отпускает, не перестает прикасаться к Багги, просто убирает хватку, чтобы волосы Багги не мешали, когда он опорожняет то немногое, что было у него в желудке, и целая куча желчи вылилась в ведро, а Багги превратился в уродливое, трясущееся, плачущее месиво, и он никогда еще не был так рад присутствию Шанкса.       Когда его тошнит, Шанкс мягко заманивает его в маленькую уборную, примыкающую к его каюте, заставляет сесть на табурет перед раковиной и отпускает его только для того, чтобы взять стакан и наполнить его водой, но даже такая потеря контакта - это слишком много, слишком быстро, и левая рука Багги двигается, ему даже не нужно думать об этом, хватая Шанкса за запястье, и он замечает, как Шанкс расслабляется, когда он это делает, и он знает, что он не единственный, кому это нужно прямо сейчас, кому нужно убедить себя, что это не так. другой на самом деле там живой и дышащий. Шанкс протягивает ему стакан, и Багги машинально полощет рот и сплевывает в раковину, а затем Шанкс снова берёт его за руку и ведёт в душ (и когда Шанкс успел его включить, как Багги это пропустил?), полностью одетого. Тёплая вода омывает его, омывает их, потому что Шанкс рядом, он снова обнимает его, и Багз прижимается к нему, снова опускает голову на плечо Шанкса и плачет, пока у него не заканчиваются слёзы, пока он не чувствует себя опустошённым и измученным, пока его дрожь наконец немного не утихает, пока он наконец не чувствует, что может снова думать и не впадать в очередной приступ паники.       Он моргает.       Они всё ещё стоят в душе, вода теперь тёплая, она стекает по их телам, одежда насквозь промокла, и Шанкс успокаивающе гладит его по волосам.       — Вернешся со мной? — тихо спрашивает Шанкс, и Багги не уверен, что сейчас способен говорить, поэтому просто кивает, уткнувшись в шею Шанкса. — Давай-ка высушим тебя.

____________________

      Шанкс выводит его из душа, крепко держа Багза за руку. Им приходится отпустить друг друга, чтобы снять мокрую и грязную одежду (и взгляд, который Шанкс бросает на тюремную форму, обещает, что Багз больше никогда её не увидит), вытереться и надеть сухую одежду, взятую из сундука Шанка. Они слишком велики для него, но они чистые, удобные, тёплые, и кажется, что Шанкс и его друг никогда не вернут их.       Их руки снова находят друг друга, как только они оба одеваются, и не отпускают друг друга, пока они не садятся на пол, прижавшись друг к другу между кроватью и комодом для одежды, как делали в детстве, закутавшись в три одеяла и накрывшись ещё двумя в импровизированном одеяльном форте. Багги практически сидит на коленях у Шанкса, уткнувшись лицом в грудь друга, а Шанкс крепко обнимает его, прижимая к себе.       Багги все еще трясется.       Как и Шанкс.

____________________

      Они так и стоят, обнявшись, в тишине, может быть, несколько часов, пока Багзи наконец не удаётся снова заговорить.       — Моя команда? — спрашивает он охрипшим голосом, потому что должен знать.       — Жив и здоров на одном из моих островов в Восточном Синем. Ждут тебя. Наверное, сейчас сходишь с ума от беспокойства и готов надрать мне задницу за то, что не приехал раньше, — Шанкс пытается пошутить, но шутка не удалась.       — Ты вовремя добрался, Шанкс. Ты сделал это . Мы живы. Соломенная Шляпа, Огненный Кулак, Рокстар и я, мы живы, потому что ты добрался.       — Это чуть было не произошло.       — Но мы здесь!       — Ты сражался один , а меня там не было! — кричит Шанкс, и Багги замолкает.       Шанкс сжимает его так сильно, что у него точно останутся синяки, но ему плевать.       — Я был так чертовски напуган, — шепчет Шанкс. — Я наблюдал за всем и был так чертовски далеко, что не был уверен, что мы успеем вовремя. Я думал, что буду смотреть, как ты умираешь у меня на глазах, и ничего не смогу сделать. ничего…       На этот раз Багги ужесточает хватку.       — Если бы я не попросил тебя проверить решимость Луффи…       — Я бы всё равно это сделал, и ты это знаешь. Мы не виноваты в том, что этот придурок Гарп решил бросить меня в Импел Даун, а твой ребенок в конце концов вытащил меня оттуда, так что я считаю, что мы квиты, — говорит ему Багги, хотя одной мысли об Импел Дауне достаточно, чтобы его передернуло.       Шанкс, конечно, замечает это и прижимает его к себе, а Багз позволяет ему это, прислонив голову к его груди и слушая сильное сердцебиение под ней, ритмичные удары которого успокаивают его, напоминая, что он жив, они живы, и это всё, что сейчас имеет значение.

____________________

      Они долго молчат, а потом Шанкс снова говорит:       — Багги, ты...       Багз знает, о чём хочет спросить Шанкс, знает, что тот хочет спросить, всё ли с ним в порядке, даже если вопрос глупый, потому что, конечно, всё не в порядке, и они оба это знают.       Несколько мгновений он молчит.       Шанкс не отпускает меня.       — Я больше никогда не хотел бы оказаться на поле боя, — шепчет Багзи, крепче сжимая рубашку Шанкса. — Я почти успел забыть, насколько громко там было, понимаешь? И как тихо стало, когда все Голоса замолчали.       Война Эддов в десять лет и так много других сражений до и после нее.       Пробуждать в себе сверхчувствительное хаки наблюдения в восемь лет было не очень весело. То, через что он прошёл с тех пор, не помогло.       (Дэви Джонс знает , что Багги любил своего отец Капитан, но он никогда не перестанет злиться на него за то, что тот втянул двух детей в войну — и не заметил, что у одного из них сверхчувствительное хаки, хотя у него самого было такое же состояние.)       — Они правы, понимаешь? — он продолжает, потому что теперь, когда он начал, он не может остановиться. — Импел Даун. Это ад . На нескольких уровнях. Там есть люди, которым там не следовало быть, которые просто оказались не в том месте не в то время, но остальные?       Он содрогается от воспоминаний.       — Их голоса… они были...       Отвратительный. Скользкий. Неправильно .       — И они были повсюду , Шанкс, и я не мог… Я не мог позволить себе отключить свои хаки, потому что, как только я ослаблю бдительность… — он сглатывает.       Если бы он хоть на мгновение ослабил свою хаки, то умер бы. Поэтому он сделал то, что умел лучше всего, — сжался, спрятался и был начеку двадцать четыре часа в сутки, и он выжил .       — А потом твой отпрыск врывается в тюрьму, сея хаос на своём пути, и, несмотря ни на что, ему удаётся победить. Он чуть не убивает себя в процессе, потому что он идиот и решил, что сражаться с человеком, сделанным из яда голыми руками, — отличная идея, но каким-то образом ему всё равно удаётся победить! Чёрт возьми, я думал, что покончил с этим дерьмом после смерти Капитана, но, клянусь, с каждым поколением они становятся всё хуже!       Шанкс издаёт звук, нечто среднее между смешком и всхлипом, и Багги продолжает, едва замечая, как крепко сжимает рубашку Шанкса в своих пальцах.       — А потом мы выбираемся из этой адской дыры, и единственное, чего я хочу, — это убраться отсюда как можно дальше, но Соломенная Шляпа настаивает на том, чтобы отправиться в Маринфорд, а корабль застрял в течениях, и нет никакой возможности уйти, и все эти заключённые каким-то образом решили сделать меня своим капитаном, хотя у большинства из них награда выше, чем у меня, но я не хотел этого, Шанкс, не хотел! Некоторые из них были просто глупыми детьми, которые вообще не должны были там находиться, но остальных, остальных нужно было казнить ещё несколько десятилетий назад! Но если бы я что-то сказал, они бы набросились на меня, поэтому я подыгрывал им и планировал захватить другой корабль и убраться оттуда, как только мы доберёмся до Маринфорда, но потом Соломенная Шляпа сказал нам, что Огненный Кулак был сыном Гол Д Роджера и…       Его снова трясёт, из горла вырываются рыдания.       — А потом я не смог уйти, потому что если это было по-настоящему, если это действительно был ребёнок Капитана… Я просто не мог! А потом мы добрались туда, и там был Оро Джексон, и они были там, они были там ради Огненного Кулака, но они так и не пришли за нами, и я просто не мог, не мог справиться с этим, не со всем этим, не со всем этим сразу, и я спрятался и схватил ден-ден, потому что мир заслуживал увидеть, что происходит, и я мог это сделать, даже если не мог заставить себя сражаться. Я мог бы быть свидетелем, я уже делал это однажды и ненавидел себя за это, но я думал, что смогу сделать это снова, и я пытался держаться в стороне, я пытался, но чёрт возьми, Шанкс, он всего лишь ребёнок, они всего лишь дети, и их собирались убить из-за того, кем были их отцы, и это просто… они всего лишь дети, Шанкс. — беспомощно говорит Багз, по его лицу текут слёзы. — Они всего лишь дети.       Шанкс прижимает его ещё крепче, что, как думал Багз, вообще невозможно, но он не жалуется.       — Я знаю, Багги, я знаю...       — Они не заслуживали всего этого — я не мог допустить этого, не после того, через что мы прошли, и Рокстар был там, и он освободил Огненного Кулака, но потом появился Кизару, и я убил его, но было слишком поздно, и они падали, а потом Соломенная Шляпа прыгнул обратно на площадь, и Акаину бежал к ним, и никто не двигался, а потом…

____________________

      Багги задыхается, и он это знает, но не может дышать, не может набрать достаточно воздуха в лёгкие, и он задохнётся, и как глупо это будет выглядеть в его надгробной речи: он выжил в Маринерфорде только для того, чтобы умереть от панической атаки, но рука Шанкса на его спине, голос Шанкса в его ушах и биение сердца Шанкса под его головой успокаивают его, возвращают на ровный киль.       — Вдыхай и выдыхай, вдыхай и выдыхай. Дыши вместе со мной, Багги, следуй моему примеру, — говорит Шанкс где-то над его головой, и Багги сосредотачивается на том, как поднимается и опускается грудь, к которой он прижимается, пытается синхронизировать свои слабые попытки дышать с ней и испытывает облегчение, когда чёрные точки исчезают из поля его зрения.       — Прости, — шепчет он, когда чувствует, что снова может говорить.       Шанкс легонько щиплет его за бок.       — Перестань извиняться за то, что реагируешь как нормальное разумное существо на произошедший только что хаус, Баг.       Багги сдерживает смешок и неохотно убирает руку с рубашки Шанкса, чтобы вытереть глаза.       — Хаус - определенно подходящее слово для этого, — говорит он.       — Так и есть, — говорит Шанкс. Затем: — Погоди, Кизару? Ты убил его?       — Нож к горлу, потому что никто из остальных не потрудился проверить, действительно ли он мёртв. Я не собирался снова позволить ему напасть на нас сзади.       — А потом Акаину. Два адмирала подряд. Чёрт. — Шанкс присвистывает, и на этот раз Багз хихикает, хотя ему хочется спрятаться в каюте Шанкса и никогда не выходить оттуда.       — Я убил двух адмиралов, второго — на глазах у всего этого грёбаного мира. Чёрт. После этого они никогда не перестанут меня преследовать, — шепчет он, снова цепляясь за рубашку Шанкса.       — Я только что потопил их штаб-квартиру морской пехоты на дне океана. Думаю, это может отвлечь их на какое-то время и, надеюсь, послужит предупреждением о том, что их ждёт, если они нацелятся на тебя или твоих людей, — спокойно отвечает Шанкс, и Багз моргает.       — Что...       — Твой экипаж был нашим первым союзным экипажем, Баг. То, что до сегодняшнего дня об этом никто не знал, не делает это менее правдивым. Любой, кто попытается прикоснуться к тебе, будет вынужден ответить передо мной.

____________________

      И… Ну, Багги, конечно, знает, что Шанкс всегда его поддержит, но услышать это подтверждение после всего, что только что произошло?       Что ж. Хорошо, что Багги совершенно не стесняется плакать перед Шанком, потому что он не смог бы сдержать слёзы, даже если бы захотел.       — Ну что ж. Взаимно, идиот. Если кто-нибудь попытается с тобой связаться, ты дай мне знать, и я сделаю их жизнь невыносимой.       Потому что он, может, и не такой могущественный, как Шанкс, не такой устрашающий и не такой сильный, но Багз умный , и он знает людей, и он не гнушается использовать свои связи, чтобы испортить кому-то день. Или всю жизнь.       — Не смей забывать об этом, — Шанкс усмехается, уткнувшись ему в волосы, и Багги смеется, несмотря на слезы, а потом они оба смеются и плачут одновременно, истерически, и это хорошо .       Мир по-прежнему ужасен, Багз только что умудрился попасть в список самых разыскиваемых морпехами, но прямо здесь, прямо сейчас, всё в порядке.       Всё будет хорошо, думает Багги. В конце концов, всё будет хорошо.       Потому что с Шанксом на своей стороне Багги не сомневается, что сможет покорить мир.       (Что ему, возможно, придётся сделать. Из-за всей этой истории с «убил двух адмиралов и предотвратил казнь сына короля пиратов, транслируя всё это в прямом эфире».)       (И он определённо не ждёт с нетерпением последствий этого беспорядка, но…)       (Шанкс там.)       (С ними все будет в порядке.)