Глава 11. Подарок из прошлого.

Раннее утро. Кладбище почти пустовало, лишь один подросток, восемнадцати лет отроду, пришёл навестить своего почившего брата. Именно, Артуру было уже восемнадцать, время в этом мире и в Аутуме текло по разному. Со смерти Райса здесь прошло почти четыре года, а не месяц с чем-то. Подросток в куртке передернул плечами, осень в этом году была очень холодной. Ему уже бы стоило поторапливаться обратно, ведь в машине его ждала девушка с термосом, внутри которого плескался горячий шоколад, но парень хотел ещё немного побыть тут. Перед юношей стояло две могилы. Райс Харрингтон и Майя Харрингтон. Да, брата он похоронил рядом с матерью, которую они потеряли в слишком юном возрасте. Иногда Райс с Артуром винили мать, что она их бросила, эгоистично себя убив, но это была отдельная история, для отдельного дня. – Прости, Райс, но мне надо идти. – грустно улыбнулся Артур, кладя перед могильной плитой письмо с зажигалкой дрожащими руками, он ещё не смог простить себя за убийство, хоть и совершенное в неадекватном состоянии. – Надеюсь ты счастлив, где бы ты не был... *** Под моим деревом собралась стая гремлинов, а время действовать пришло. Смазанной тенью спрыгиваю на одного из монстров, мощным ударом вбивая меч в его череп. Хруст, кровь, визг, а я использую «Голос силы». Мой пронзительный крик бьет по толпе, почти полностью её обезвреживая. Громкий звук оказался главной слабостью этих тварей, мой навык буквально взрывает их перепонки. Десятки тварей вокруг вопя падают на землю, а я поспешно спрыгиваю с трупа, дабы добить лежащих. Носясь рядом с ушастыми, я ловко перерезал им глотки, хладнокровно двигаясь к следующим. Под конец, на моем счёту было 14 убитых. Но осталось ещё четверо, которым посчастливилось вовремя прийти в себя. Но здесь мне пригождается другой навык. Глазами встречаюсь с тварями, используя на них массовое устрашение. Из-за того, что целей несколько, эффективность навыка заметно упала, лишь на пару мгновений испугав врагов, но мне этого было достаточно. Бросаюсь к ближайшему, колющим ударом пробивая его шею. В лицо брызжет кровь, а я с силой провожу клинок в сторону, тем самым освобождая его. Не останавливая движения меча, я перерезаю шею уже левому гремлину. Двое из четырёх мертвы, а мне в лицо летит лапа опомнившегося гремлина. Резко поднимаю меч, блокируя атаку. Из-за инерции делаю несколько шагов назад, принимая на меч следующий удар. Ещё пару раз я отбился от атак и, внезапно, ко мне сзади подскочил последний. Монстр попытался пронзить когтями мой затылок, но я вовремя подсел, так что лапа гремлина направилась к его собрату, попав тому прямо в пасть. Тварь по привычке начала есть то, что попало в рот, а жертва, никак не желавшая быть едой, закричала. Хватаю меч обратным хватом и, не поворачиваясь, вонзаю меч в заднего гремлина. Резко выдергиваю бастард обратно, широким взмахом отрубая голову каннибалу гремлину. За эти три дня, что я провел в лесу смерти, я уже научился охотится на местных. Даже птиц иногда ловлю. – Крик наверное уже услышали остальные. – вглядываюсь в ночное небо, усеянное ярчайшими звёздами. – Тогда надо спешить. Охотился я не без причины, просто если ночью постоянно прятаться на деревьях, то мое движение серьезно замедляется. А есть мне надо, и не сырое мясо этих уродливых монстров. К счастью, недавно я наткнулся на речку, у которой нашёл скелет какого-то человека. Одежду бедняги я хорошенько промыл и пустил на бинты, вдруг пригодятся. Также у него я отыскал бутыль, которую наполнил водой, и охотничий нож, относительно неплохо качества. Все это, кстати, лежало теперь в моем инвентаре. Ах да, ещё за это время моя ловкость скакнула на два пункта, а «Акробатика» получила новый уровень. Я быстро осмотрел трупы, побежав вперёд. Стремительно двигаясь, я внимательно слушал вой и, когда он начал звучать максимально близко, взобрался на случайное дерево, прикрывая себя ветками. Скрытность оказалось достаточно полезной, конечно, невидимым я не становился, но с нормальной маскировкой монстры заметить меня не могли. Ближайшие двенадцать часов «Голос силы» использовать было нельзя, так что оставалось ждать. «Система, включи музыку.» – дал я команду, расслабленно прикрывая глаза. Внимание! Игроку предлагается подарок! Принять? Да/Нет – А? – вслух удивился я, в ту же секунду сжав рот рукой. Мысленно соглашаюсь, а в инвентаре появляется две вещи: Письмо Артура Харрингтона От имени брата в горле встал ком, а глаза заслезились. Второй предмет был не менее интересным. Зажигалка Zippo (Артефакт) «Артефакт?..» – покрутил я в руках старую, потертую зажигалку, порядком видевшую жизнь. В прошлом мире я её обожал всей душой, как впрочем и любое старьё. – «Потом, сейчас письмо!» Нетерпеливо раскрыв его, я принялся читать, как потом выяснится, до самого утра. Там Артур писал о... да обо всем. О его попытках суицида после осознания того, что он сделал. О его ненависти к себе и нежелании существовать. Первый его год жизни, после моей кончины, был настоящим адом. Артура сначала хотели посадить за убийство, но потом появился странный, как он пишет, загорелый латиноамериканец, с лёгкостью его оправдывавший. Потом этот же латиноамериканец отправил его на реабилитацию и для брата началась новая жизнь. Он также долгое время ходил к психотерапевту, чтобы не погрузиться в пучины депрессии. И, о чем он написал с искренней радостью, Артур встретил «любовь всей его жизни». «Я... я увидел её в парке и сразу влюбился. Она сидела и соревновалась с кучкой пенсионеров, кто первее съесть хот-дог. Глупо, да? Но она так была счастлива в тот момент, улыбаясь во все зубы, пожелтевшие из-за горчицы. Честно, я не собирался к ней подходить. После всего того, что я натворил, мне казалось что я не достоин любви. Но на меня напала её собака, а потом, в виде извинений, она потащила меня в кино. Просто взяла и повела незнакомца на фильм. А затем мы начали общаться и я влюбился в неё ещё сильнее. И шли года, я разбирался со всем что у меня было на душе, а она была рядом, всегда меня поддерживая. Думаю, если бы не она, на кладбище было бы на одну могилу больше. И... я никогда не умел заканчивать письма, в 21 веке вообще их писать особо не приходилось. Просто хочу сказать, я очень по тебе скучаю. Я никогда не забуду о том, что сделал, и буду нести это бремя всю оставшуюся жизнь. Но я буду жить полной жизнью, ради тебя, ради неё и ради мамы. Пока, Райс, лучший брат в мире.» После письма, я застал себя распластавшимся на земле, а мое лицо было залито слезами. – Ух, чертяга. – шмыгнул я носом. – Научился же писать. В детстве с трудом ручку держал, а сейчас целое письмо осилил. – засмеялся я, поднимая лицо к небу, пытаясь снова не заплакать. Взяв в левую руку зажигалку, а в правое письмо, я, наблюдая за рассветом, начал его сжигать. – Пока Артур. – одними губами сказал я, смотря за тлеющей бумагой. В этот момент, Райс переродился, отпустив свою прошлую жизнь и впустив в свою душу Аутум *** – А артефакт-то, с сюрпризом. – хмыкнул я, опасливо держа в руках бастард, клинок которого обуяло пламя. Я без задней мысли поднёс огонь зажигалки к мечу, никак не ожидая что мое оружие воспламенится. – А если... – появилась в голове безумная мысль, и я осторожно прикоснулся к клинку, с удивлением осознав, что огонь меня не ранит. Я понял некоторую закономерность в Аутуме, что чем более бредовая твоя идея, тем выше шанс её срабатывания. Я как ребёнок пол часа игрался с горящим мечом, потом, все же, взял в себя руки и потушил его мысленной командой. Сейчас было утро, а значит нужно было идти. Долго и долго идти, надеясь, что я встречу что-то кроме монстров и гигантских деревьев... – А если я поджарю птицу. – пробубнил я, задумчиво глядя на собственное отражение в клинке. – Её можно есть? В смысле, мало ли, вдруг эти монстры в пищу не пригодны. – ответом мне стало урчание живота, явно не согласное со мной. – А может плевать? Съем и все. В любом случае, тут другой живности нет, кроме гремлинов конечно, но на них даже смотреть тошно. Определившись, я начал ждать ночи, чтобы наконец обрадовать желудок, который порядком истосковался по нормальной еде. В сознании появился образ сочной индейки, а рот наполнился слюной, да настолько, что я резко закашлялся, сгибаясь. В тот же момент, над моей головой просвистела стрела, предназначенная изначально мне, а я перекатился в сторону, укрываясь за большим валуном. «Люди? Откуда они тут? Зачем? Почему они меня атакуют? Это их Роган прислал?» – сотни мыслей пронеслись в моей голове за считанные мгновение, а мне пришлось отпрыгнуть назад, блокируя неожиданную атаку сверху. Кинжал с характерным звуком ударился о мой бастард, высекая искры. У меня же появилась возможность рассмотреть нападавшего. Эсса из «Бродячих пней» Хрупкая, на первый взгляд, девушка с каштановыми волосами и с синей повязкой на лбу, повторила удар, чуть не выбив меч из моих рук. Я поступил глупо, недооценив её, противница точно не уступала мне в силе. Эсса резко крутанулась на месте, делая «хайкик». Я успел пригнуться, совершая подсечку и лишая оппонента единственной опоры. Девушка падая успела пнуть меня в живот, от чего рухнул и я. Лёжа на земле, я интуитивно почувствовал опасность, перекатившись боком. В то место, где я только что был, прилетела стрела, а уже мне в лицо направилась ледяная сосулька. Я подставил под снаряд меч и, с громким треском, он разлетелся на льдинки поменьше. Дальше я вскакиваю на ноги, принимая на жёсткий блок удар Эссы. Рука ненадолго немеет, а враг продолжает наступление. Дергаю головой и убийственная сталь проходит мимо неё. В лицо летит локоть, который я просто ловлю рукой. Враг на секунду теряется и я притягиваю девушку к себе, лбом ударяя ей по носу. Эсса начинает заваливаться на спину, а я в тот час разворачиваюсь, срываясь на бег. «Нужно побыстрее сва...» – возникает новая проблема, из-за чего мысль так и остаётся незавершённой. Дорогу мне преграждает гигантский меч, стремящийся перерубить меня напополам. И учитывая его размеры, я даже не сомневался, что у него получится. В последний момент, прямо перед столкновением, я успеваю подпрыгнуть, и меч, с пугающей силой, проносится подо мной, заставляя сердце биться с бешеным темпом. Приземление плавно переходит в перекат и сосульки попадают не в меня, а в дерево позади. Выпрямляюсь, глазами встречаясь с Эссой, у которой из носа течёт маленькая струйка крови. Резко замираю, не по собственному желанию, а из-за невозможности пошевелить ногами. Краем глаза вижу кучу льда, сковавшую все ниже голени. Свободной рукой достаю зажигалку и, под удивлённые вздохи, поджигаю свой меч, одним ударом освобождая ноги от ледяных пут. Вокруг меня, к этому времени, собирается весь отряд. Лумра из «Бродячих пней» Шерхан из «Бродячих пней» Борр из «Бродячих пней» – Ну привет, восьмой из «Чёрных Пауков». – хмуро говорит эльфийка, а я выпадаю в осадок. – Эм... паук?