Победа в двоичном коде.

База Overwatch погрузилась в тишину после очередной миссии. В общей зоне, где обычно царил хаос из-за Люсио с его музыкой или Трейсер, носившейся сквозь стены, сейчас стояла непривычная тишина. Только мерцание экранов нарушало покой. Ханна Сон, уютно устроившись на диване в своем розовом худи, бросила вызов Гэндзи Шимаде — в Cyber Strike, игре, где её титул чемпионки не вызывал сомнений. Но на этот раз ставки были выше обычного. — Ты уверен, что готов проиграть, ниндзя? — подмигнула она, загружая уровень с неоновыми аренами. Гэндзи, чье металлическое тело сливалось с тенями, ответил сухим смешком, звучавшим как статический разряд: — Твоя самоуверенность погубит тебя, Ханна. Раунды пролетели в яростном танце клавиш и ударов контроллеров. Ханна, обычно болтливая во время игр, молчала, сжимая джойстик до хруста пальцев. В последнем раунде её аватар, зеркало её собственной дерзости, совершил немыслимый комбо. На экране вспыхнуло «ПОБЕДА». — Желание победителя, помнишь? — прошептала она, вставая так близко, что отражение Гэндзи в её кулоне смешалось с её собственным. Он отступил, зеленая подсветка маски мерцала, словно нервничая: — Это… неразумно. Я не то, что ты думаешь, Ханна. — А я никогда не просила совершенства, — парировала она, касаясь холодной стали его плеча. — Только честности. Гэндзи замер. Годы борьбы с собственным телом, страха быть отвергнутым, сжались в тиски в груди. Но в её глазах, всегда таких насмешливых, он увидел неожиданную глубину — не жалость, а понимание. — Закрой глаза, — прозвучал его голос, более человечный, чем когда-либо. Она повиновалась, услышав шипение разгерметизирующегося шлема. Его губы, частично синтетические, коснулись её с осторожностью, словно боялись оставить шрам. Ханна не открыла глаз, но её рука нашла его — не металл, а шею, где под пластинами пульсировало что-то живое. Когда они разомкнулись, Гэндзи уже снова был в маске, но расстояние между ними исчезло. — Спасибо, — прошептала Ханна, не комментируя его поспешное отступление к тени. — За то, что не сдался. Он не ответил. Но в следующий раз, когда она вызвала его на бой, его отказ прозвучал чуть мягче, а на консоли между ними лежала её забытая заколка в форме кролика — молчаливый знак перемирия между сталью и сердцем.