Грех но сладкий

Небесная канцелярия не признавала таких вещей, как пьянство. Но иногда даже ангелам нужна передышка. Адам – первый человек, которому доверили командовать целым легионом, – сидел за круглым столом, вращая в руках почти пустой бокал. Он был вспыльчивым, не терпел пререканий, но именно за его неудержимую страсть и энергию Небесные Владыки доверили ему такую роль. Лют, его верная лейтенант, сидела напротив, сохраняя привычную серьёзность даже сейчас, когда её бокал был почти допит. — Ну и зачем я вообще согласился на этот банкет? – буркнул Адам, откидываясь на спинку кресла. Лют вскинула бровь. — Потому что ты не умеешь отказывать, – сухо заметила она. Адам скривился, но спорить не стал. Они пили амброзию – напиток богов, в котором было больше силы, чем алкоголя. Но сегодня даже их ангельская выносливость дала слабину. — Чёрт... – пробормотал Адам, проводя рукой по лицу. – Как вообще ангелам удалось напиться? — Мы перестарались, – лаконично ответила Лют, поставив бокал на стол. Он посмотрел на неё. Взгляд в кои-то веки был не строгий, а чуть размытый, смягчённый хмельным туманом. Она тоже не выглядела столь же собранной, как обычно. Свет её крыльев чуть подрагивал. — Ты вообще когда-нибудь отдыхаешь? – спросил он внезапно. Лют моргнула, явно не ожидая такого вопроса. — Иногда, – призналась она. — Враньё, – усмехнулся Адам. – Ты даже сейчас сидишь, будто на совете. Лют нахмурилась. — Кто-то же должен быть серьёзным. — Иногда можно дать себе слабину. Она посмотрела на него. Адам был красив – по-человечески. Его лик был не столь безупречен, как у высших ангелов, но в этом была его притягательность. Лют редко позволяла себе замечать подобное, но сейчас… — Что? – спросил он, поймав её взгляд. — Ничего. Но он уже понял. Адам был человеком, пусть и облечённым в ангельское перо. Он был страстью, живым пламенем. И, может быть, именно поэтому в следующий миг он наклонился ближе. А может, и не он один. *** Когда Лют открыла глаза, она сразу поняла: что-то не так. Точнее, всё было так, но… неправильно. Адам лежал рядом, на белоснежных простынях, его рука покоилась на её талии. Крылья растрёпаны, волосы спутаны. Она замерла. Память возвращалась урывками. Взгляды. Прикосновения. Губы. Запретное, но желанное. — Чёрт… – прошептал Адам, тоже приходя в себя. Лют глубоко вдохнула. — Нам стоит поговорить. Адам моргнул, провёл рукой по лицу и сел, опираясь на локоть. — О чём? О том, как мы, ангелы, сделали то, что не должны были? Лют посмотрела на него. — Ты жалеешь? Он задумался. — Я не знаю. Она кивнула. — Это был… несвоевременный момент. — Да уж. – Он провёл рукой по волосам. – И что теперь? Лют задумалась. — Мы промолчим. Адам поднял бровь. — Думаешь, это можно скрыть? Она пожала плечами. — Если никто не узнает – значит, этого не было. Он усмехнулся. — Ты слишком серьёзная. — Кто-то же должен быть. Он посмотрел на неё ещё несколько секунд, потом рассмеялся. — Ладно. Тогда я просто сделаю вид, что ничего не было. Лют молча кивнула. Но оба знали: что-то изменилось. И уже неважно, признают ли они это вслух.