Глава 4. Война, которой не было.

В ночь перед коронацией мы с Ришей прогуливались по площади перед Лувром. Было темно и прохладно, нас никто не замечал, а мы просто шли по гравийной дорожке и болтали обо всём на свете. – Когда ты появилась во дворце, всё стало как-то проще, - заметила я, рассматривая Ришелье. Сегодня она была в чёрном костюме с фиолетовой каймой. – Я лишь стараюсь помочь тебе и твоей семье, - пожала плечами Арман. - Твой отец смилостивился дать мне в руки шпагу, а значит теперь Луизе Справедливой ничего не грозит. Я рассмеялась. И вправду, сбоку у Ришелье, обрамлённая красивыми ножнами, висела шпага, выданная сегодня моим отцом. – Тихо! Неожиданно Риша остановилась, как вкопанная, загородив меня рукой. Я взглянула на неё и заметила, как её глаза мечутся по сторонам, стараясь найти источник возмущения чувств. – Что-то не так? - шёпотом спросила я, смотря на Арман. – Здесь кто-то есть, - также шёпотом ответила она, делая несколько шагов и загораживая меня собой. Её рука немедленно двинулась к эфесу шпаги, касаясь его пальцами. Неожиданно сзади послышался шорох, что заставило нас обеих обернуться. На гравийной дорожке стоял человек. Ростом он был чуть выше Ришелье, а на плечи его был наброшен плащ с капюшоном, закрывающим лицо незнакомца. В правой руке он держал шпагу. Ришелье, сделав несколько шагов, загородила меня собой и вытащила из ножен свою шпагу с характерным скрежетом. Оба противника молчали. Я видела, как расширились глаза Риши - не от страха, а скорее от готовности и спокойствия. Сделав мне знак рукой, чтобы я отошла подальше, Арман заняла свою боевую позицию. Её противник сделал то же самое, а затем и вовсе бросился на неё. Первый его выпад был нацелен прямо в грудь Риши, но она отразила его и сделала ответный. Я не особо знала, как действуют фехтовальщики во время дуэли, но было видно, что противник Ришелье был явно хорошим дуэлянтом. Он ловко парировал выпады Риши, умело наносил ответные... Не давал Арман ни отступить, ни перейти в контратаку. Но и Риша была непроста. Она ловко уворачивалась от выпадов противника, умело и гибко скользя вокруг него и нанося ответные выпады. За одну минуту она меняла несколько тактик, отскакивала в разные стороны, иногда даже меняла руку, которой держала шпагу. Всё больше я стала замечать, что противник Ришелье с величайшим трудом оборонялся против неё. В конце концов он, видимо решив покончить с этим, сделал резкий и неожиданный выпад, стремясь нанести девушке удар прямо в сердце. Риша сумела отпарировать этот выпад и нанести ответный, однако шпага противника всё же зацепила её примерно в области правого ребра. От удара Арман её противник упал, как подкошенный, но через несколько секунд вскочил на ноги и, истекая кровью, скрылся за ближайшим поворотом. Я подбежала к Рише. Весь её правый бок был окровавлен, а кровь из раны текла на её руки и бедро. – Риша, пойдём! - я схватила её под руку и повела в свои покои. По дороге Арман не проронила ни слова. Доведя Ришелье до моей спальни, я быстро уложила её на кровать и вызвала лекаря. Строго-настрого приказав ему ничего не говорить моим родителям, я попросила его сделать всё возможное с раной Арман.

* * *

Я всё время просидела рядом с Ришелье. Очнувшись, она потянула меня за рукав. – Я ведь его ранила? - спросила она немного хриплым голосом. – Да, - я погладила её по щеке. - Но кто решился напасть на тебя в ночь перед самой коронацией? – Я знаю кто, - тихо сказала Ришелье, но глаза её закрылись от усталости.