Часть 1

Бедра дрожат от неконтролируемых спазмов, стоит развести их шире. Переживая третий оргазм за ночь, Вика закатывает глаза, сжимая мышцы влагалища так сильно, что слышит едва различимый стон. Хм, всегда сдерживает себя. — Я кончаю... Стоит опуститься на крепкий член полностью, поясницу пронзает легкая боль, граничащая с неземным удовольствием. Птица крепко держит за бедра, втягивая упругую грудь в горячий рот, посасывая набухший сосок, наслаждаясь интенсивными сокращениями влагалища его любимой. — Птица, — Изнывая от возбуждения, измученная изнурительным сексом, Вика ерзает на члене, сжимая бедра, — Я кончаю.... Пожалуйста.... Возобновив движения, Птица резко вгоняет член в истекающую соками промежность, наслаждаясь стонами любимой женщины. Вика поджала губы и скользнула по лицу любимого пытливым взглядом, будто прикидывая в уме сколько ей понадобится времени, чтобы вывести его из себя. Птица тяжело задышал, до боли сжимая упругие ягодицы. — Поцелуй! Немедленно! — Я буду просто игнорировать тебя. — Холодно ответила она, отведя взгляд от распаленного мужчины. Вика заливисто хохочет, и Птица неосознанно сравнивает ее смех с пением птиц. Кареглазая замолкает и ласково проводит тонкими пальчиками по накаченной груди. Птица только тяжело вздыхает, а Вика продолжает танцевать пальцами, хитро наблюдая за реакцией мужчины. — Попробуй проигнорировать это! — Опустив влажные пальцы на клитор, Птиц отпускает себя, резко вгоняя член по самые яйца, усиленно стимулируя клитор. Комнату заполняют громкие женские стоны и Птица мечтает оглохнуть от них, продолжая изводить тело любимой. Он прекрасно понимал к чему приводят его движения, знал что последует за этим. — Нет я не могу снова... аах, это..... — Запрокинув голову, Вика пытается двигаться сама, подстроиться под бешенные темп любимого, однако тот игнорирует это, агрессивно насаживая ее на себя. Нет, он не делает ей больно, не унижает и не подчиняет своей воле. Он просто выражает свою любовь, доводя любимую женщину до сквирта. Он хорошо знал, как и в каких позах ей приятно, а в какие лучше не ставить. Всегда предупреждал, если хотел попробовать что-то новое. — У тебя идеальный член. — Горячо прошептала Вика, прижимаясь грудью к его груди. Она наклоняется к его лицу, так, что русые пряди падают ему на грудь, щекоча разгоряченную кожу. — Я твоя. — Жаркое дыхание девушки обожгло ухо, и Разумовский нервно сглотнул комок нервов. — Я в Твоем сердце. — Вика скользит руками по его разгоряченному телу, кладя ладошку аккурат напротив сердца замершего от дикого возбуждения. — Как бьется. — Усмехнулась кареглазая, чувствуя ускоренное сердцебиение мужчины. Птица чувствует, как вздрагивает и перехватывает ее руку, крепко сжав запястье. Мысли о том, что прикосновения любимой сводят с ума, приближают его к скорой разрядке. — Птичка... я... — Знаю, любимый, знаю. — Склонившись над ним, Вика целует Птицу, скользнув языком в его рот, сжимая пальчики на ногах. Это было невероятно. Полное единение душ и тел. Она целовала его так горячо и в тоже время нежно, что Птица буквально терял связь с реальность, отчаянно сжимая ее талию, терзая мягкие губы. Он чувствовал ее интенсивные сокращения, чувствовал, как она приподнимается, оттягивая тот самый момент, она умоляла его прекратить. — Пожалуйста, я кончаю, — двинув бедрами, Вика слезла с Разумовского, успокаиваясь, — дай перевести дыхание, я не могу больше. — Что такое? — Облизывая пересохшие губы, Птица притянул Вику к себе, — Я сделал больно? — восстанавливая сбившееся дыхание, он уткнулся в мягкий шелк ее волос,— Я хочу продолжить, очень хочу. — Скользнув пальцами по набухшему клитору, Птиц рыкнул, раскрывая влажные складочки, — Любовь моя, пожалуйста, позволь мне.... Задыхаясь от настойчивых ласк любимого мужчины, Вика неосознанно двинула бедрами, лизнув его щеку. Почему ему было нечем дышать рядом с ней? "Успокойся, и ты справишься с этим." — Мысленно приказал себя Птица и в голове стало до смешного пусто, когда Вика, слегка надавливая обеими руками ему на плечи, перебрасывает одну ногу через него, снова оказываясь на его бедрах. Ерзая на его крепком и неумолимом члене, она смотрела на него сверху, улыбаясь своими красивыми полными губами, и Птица с каждой секундой чувствовал, что больше не может сопротивляться. Девушка вздрогнула, когда почувствовала его теплые ладони на своем теле, но ничего не сказала, игриво блеснув глазами. Все ее естество тянулось к нему, желая слиться воедино. А Птица ненавидел себя каждой фиброй души за то, что не мог сопротивляться этому дурманившему рассудок чувству. Он только сильнее сжал пальцы на ее округлых бедрах, заставляя любимую лишь сильнее прижаться к нему бедрами, нетерпеливо ерзая, увлажняя мясистый член соками. — Возьми, — боднув Птицу носом, Вика осторожно опустилась на член, не без помощи любимого, — Пожалуйста, любимый мой... Черт бы побрал эти бедра, эту девушку со своими цветочными духами, забивающими все его легкие. Птица скользит одной рукой вверх, надавливая на поясницу любимой,так что она наклоняется вперед и ее пряди, пахнущие клубникой и сладкой мятой, падают ему на лицо и грудь. — Ты моя, — Ее глухой стон вломился в сознание. Птица чувствовал, как дрожало хрупкое девичье тело в его руках. Как в самый первый раз, только теперь Вика не пыталась его оттолкнуть. Она прижималась к нему; гладила своими тонкими пальчиками его шею, заставляя довольно мычать в поцелуй; делала все, чтобы он продолжал ее целовать, — Скажи это... — Я твоя, — двинув бедрами, Вика приподнялась, резко опускаясь, сдерживая рвущийся наружу стон, — Ну же. — Я не остановлюсь, ты прекрасно знаешь. Птица, не разрывая поцелуя, скользит рукой по ее спине. Где-то глубоко в душе он понимает, что должен остановить это безумие, должен оттолкнуть девушку, но вместо этого скользит пальцами по ее розовым складочкам, наслаждаясь горячей влагой. Зафиксировав ее бедра, Птица возобновил движения, заполняя комнату пошлыми хлюпающими звуками, заставляя любимую сходить с ума от его действий. — Боже, да! Не останавливайся! — Интенсивно подмахивая бедрами, Вика целует Птицу, постанывая в его приоткрытые губы, заставляя буквально звереть от происходящего. Птица прижал Вику к своей груди, чувствуя как она начинает сжиматься на нем. — Малышка, кончить собралась? — Лизнув ее в шею, Птица огладил бока, спускаясь к бедрам. Он почувствовал, как его начало потряхивать изнутри. Птиц закрыл глаза, пытаясь полностью погрузиться в это ощущение наслаждения, его толчки стали еще сильнее и агрессивнее. — Я не могу больше, позволь мне кончить. Хищно облизнувшись, Птиц ускорился, доводя себя и любимую до оргазма. Громко вскрикнув, Вика изогнулась в пояснице и обильно кончила, заливая член любимого горячей влагой. Каждую клеточку ее тела пронзило удовольствие, скапливаясь внизу живота. Она чувствовала как член любимого пульсирует глубоко в ней, продолжая сжиматься. — Тшш, все хорошо, — излившись в ее горячее лоно, Птица покрывает поцелуями ее грудь, не позволяя отстраниться ни на секунду, — Я рядом, дыши. — Птица осторожно коснулся ее упругой груди, массируя. Он видит, что ее губы опухли, и она медленно, будто дразня, проводит по ним языком. Птица приподымается, чтобы снова вовлечь Вику в жаркий поцелуй, но она надавливает ладонями на грудь, заставляя его лечь обратно. Он чувствует распаляющее сердце возбуждение, желая продолжения. — Ты великолепен... — уткнувшись в шею любимого, Вика пытается восстановить дыхание, однако Птица не оставляет ее, обхватывая ладонями раскрасневшееся после секса личико, — Ну что такое, Птиц? — Я люблю тебя, — шепчет в ее припухшие от поцелуев губы, — Сильно. — Я люблю тебя, — горячие, не прекращающиеся ни на секунду, поцелуи, — Люблю... — Думаю нам стоит принять душ и вернуться в постель, — нехотя разорвав поцелуй, Птица, осторожно выскользнул из тела любимой, поднимаясь на ноги, — Идти можешь? — Я без сил. — Понял, — ловко подхватив любимую, Птиц несет ее в ванную, целуя в носик, — Кажется я немного перестарался. — Нет, мне понравилось. — Отлично!