Глава 1. Суровый мир.

Глава 1. Суровый мир

За окном бушевала суровая зима, раскрывая белоснежные объятия для мира бессмертных. Мира без войн, угроз конца света, всадников апокалипсиса и… без бога. Раз шепфа мертв, править больше некому, и небеса остались без своего правителя. Хотя стоит отдать должное, пятнадцать лет дали возможность бессмертным отдышаться. Убедиться в том, что их жизни больше ничего не угрожает. Вздохнуть полной грудью. Вдохнуть воздух без запаха крови и пепла, витающего в воздухе. Я сидела за столом, подписывая и перечитывая очередные бумажки, принесенные мне слугами. За то время что прошло после апокалипсиса я вернулась к своим обязанностям Серафима, и стала наводить порядок на небесах. Конечно же, не в одиночку. В цитадель пришло много новых серафимов, на замену мертвым. Брали тех, кто достойно показывал себя в бою и экстренных ситуациях, мог сориентироваться погрязнув в самой гуще хаоса и ужаса. Но признаться честно, работа Серафимом да еще и в такие времена безумно утомляла. Огромная ответственность, которая свалилась на плечи… сколько мне там сейчас лет? Сорок шесть? Нихрена себе. На плечи сорока шести летней непризнанной. И пусть для бессмертных этот возраст–чепуха, по земным меркам я уже достаточно пожилая. Но в целом, какая разница? Ничего ведь не изменилось. Почти ничего. Мои волосы все такие же мягкие, кожа такая же сияющая и упругая, тело такое же молодое, лицо без морщин, только вот… Я встала из-за стола и подошла к зеркалу, взглянув в свое отражение. Зеркало плюнуло недовольством. Оно привыкло к другому. К сияющей улыбке на мягких устах, к блестящим глазам. Мягкому, счастливому взгляду, полного воодушевления и надежды.Но не к синеющим синякам под глазами на серой коже, не к обкусанным до крови губам, не к печальному, истерзавшемуся мирскими заботами взгляду. Ни к этому оно привыкло. Ни к этому. В оглушающе–звенящей тишине комнаты раздался стук в дверь. –Войдите. –Я наконец то оторвала свой взгляд от отражения в зеркале и метнула его в сторону входной двери. Из-за нее робко высунулась голова прислужника. А вскоре появился и он сам. Слуга зашел в комнату и поклонившись, заговорил. –Госпожа, меня попросили передать, что вас ожидают в Цитадели. –Тихим, монотонным голосом заговорил прислужник. –Только меня? –Я сделала пару шагов в его сторону. Шепфа, неужели опять что то экстренное? Вызвали меня так уже как то пятнадцать лет назад. До сих пор расхлебываем. –Вас и всех Серафимов. А еще советников Ада, если не ошибаюсь. Еще лучше. –Хорошо, иди. –Поклонившись, прислужник ушел, а я стала размышлять. Что там могло произойти? Да так, что б еще вызвали и адских советников. Кстати говоря, Ад. Люцифера я не видела уже… несколько лет. Если не ошибаюсь, около шести лет. Наши с ним отношения так и не возобновились. Более того, на какое то время я яростно возненавидела его. Сейчас же эта ненависть поутихла, а на ее место пришло… безразличие? Мне и правда было плевать на Люцифера и его личную жизнь, тем более что у меня есть своя. За эти пятнадцать лет у меня были короткие романы, но заканчивались они одним и тем же. «Прости, нам не по пути» «Я думаю, нам надо расстаться» и прочая дребедень. Подойдя к шкафу, я распахнула деревянные дверцы и стянув с себя свой повседневный наряд, натянула мантию, как раз для таких случаев. Темно серебристая ткань волной облачилась на мое тело. На самой мантии были аккуратно и педантично выведены узоры, а пояс и вовсе практически состоял из них. Только вот, полы жутко мешаются под ногами. Придется придерживать. Взяв расческу в руки, я провела ею по черной копне волос, стараясь привести их в порядок. После нескольких тщетных попыток сделать аккуратную и статную прическу, я просто сделала пучок, аккуратно замаскировав резинку в самих волосах и ослабив ее хватку, высвободила несколько прядей наружу, сделав пучок более свободным. Взяв с полки украшение из белого золота, увенчанного черным жемчугом и янтарем, вставила украшение в пучок. И несколько финальных штрихов. Обула туфли на каблуке (хотя каким бы не был каблук, его все равно не будет видно из под полов мантии), сделала неброский макияж, нарисовав аккуратные стрелки, нанесла небольшое количество тонального средства и пудры, а так же накрасила губы черной помадой. Вроде все. Надев на шею достаточно простенькое колье с черными камнями (понятия не имею, как они называются). Я распахнула двери и стуча каблуками по мраморным полам, вышла из комнаты, а вскоре из самого здания, направившись к величественной фигуре здания совета Цитадели. Проходя по пути я рассматривала объекты местной архитектуры. Сколько лет уже живу на небесах, и все никак не могу привыкнуть к тому, насколько небесный стиль великолепен. Мне, как художнику, это всегда радовало глаз, причем очень. Статные, величественные здания, увенчанные белоснежно-серыми колоннами, высокими и просторными балконами, массивными дверьми, замысловатыми узорами и визерунками на стенах. Рассматривая местную архитектуру по дороге, вскоре я пришла к зданию советов. Интересно, что на этот раз? Новый апокалипсис я вряд ли переживу. После того дня, я стала панично бояться экстренных вызовов в Цитадель, по пути прокручивая в голове все события того дня и думая, что я могла тогда изменить. Подойдя к зданию и открыв массивные двери, я вошла в здание и цокая каблуками, прошла к залу. Остановилась перед самой дверью, дабы перевести дыхание и успокоиться. Повернулась к большому зеркалу, что висело на стене. Привычка смотреть на себя в зеркале каждый раз, перед тем как войти в зал появилась у меня с первого дня, как я пришла работать сюда и стала Серафимом. Я аккуратно поправила пучок, разгладила складки на мантии, немного приподняла подол, что бы про входе в зал просто напросто не упасть. Так, ну вроде все. Да, все. Бросив последний взгляд в зеркало я вошла в зал, широкими и уверенными шагами рассекая его. Поприветствовавшись с присутствующими, я прошла к своему месту и в очередной раз незаметно поправив полы мантии под столом, стала дожидаться начала заседания. Вскоре в зал явились советники Ада и остальные Серафимы. Эрагон поднялся с места и оглядев всех присутствующих, начал. –В связи с последними событиями, я решил собрать вас всех, что бы обговорить последние события. –Вечно он тянет кота за хвост. –Дело в том, что в последнее время, как на небесах так и в аду стали происходить… убийства. –По залу эхом расползлись удивленные ахи и вздохи. Убийства? Только этого нам для полного счастья не хватало. –И немного посовещавшись, мы пришли к выводу, –продолжил он–что убийца не один, а скорее всего они работают группой. –Ну что ж, это хотя бы логично. Ведь по народу уже несколько недель ходят слухи об убийствах, а они только отреагировали на это. Один бессмертный просто не может наделать столько шуму за столь короткий отрезок времени. Тем более, убийства происходили как на небесах, так и в аду. –И что же мы будем делать?–Спросил советник Гавриил, чудом выживший после апокалипсиса. –Нужно опросить свидетелей, если такие естественно, есть. Ну и само собой расследование на месте преступления. Я нахмурилась, сжав руки в кулаки и размышляя, пытаясь выстроить хотя бы какую то логическую цепочку в голове. –А что, если свидетели мертвы, или допустим, в заложниках? Может, стоит опросить родственников жертв?–Спросила я. –Жертвами в основном становятся сироты. У большинства из них родственников нету вообще. –Ответил Эрагон. Вот оно что. –На этом все? –раздался голос одного из советников Ада. –Да. –В таком случае, нам стоит удалиться.–Попрощавшись с остальными советниками, все демоны кроме меня, вышли из зала. Вскоре стали расходиться и остальные, а следом за ними ушла и я. Идя по темному, мрачному коридору, который не освещался даже свечами, что уж говорить об окнах или факелах, я размышляла об убитых. Вчера идя по площади, я заметила большое столпотворение бессмертных. Заглянув в самую его гущу, я увидела женщину средних лет, рыдающую над трупом молодой девушки–ангела. Стоп. Но если жертвы в основном сироты, кем она приходилась ей? Может, исключение? Не знаю… На мгновение я остановилась, завлеченная потоком бушующих мыслей. Но стоять на месте было незачем, и я пошла дальше. В мраке темного и как мне тогда казалось, пустого коридора я продолжала идти, окунувшись в собственные мысли. И задумалась я настолько сильно, что я не заметила как запутавшись в полах мантии, налетела на чью то спину. Которая по ощущениям, была мужской. В оглашающей тишине коридора раздалось мужское «Ай!», и затем мы вместе повалились на пол. В звенящей тишине коридора раздалось недовольное мужское шипение, а вскоре ругательства. –Курица! Тебе глаза для чего нужны? Что бы ими на собраниях хлопать?–Агрессивно начал «пострадавший». Я же опешила от такого потока оскорблений, но не осталась в долгу. –Следи за языком и думай, с кем разговариваешь! –Уже открыв рот для того, что бы ответить мужчине такими же грязными словечками, как и он мне, я увидела как в темноте зажегся маленький огонек, осветив лицо моего собеседника и сам коридор. Я широко распахнула глаза, не веря им. Передо мне стоял Люцифер, а на его ладони горел огонек. Я видела, что его красные глаза распахнулись так же широко, как и мои. Демон был слегка растрепанным в силу его падения моими стараниями. Его колени и плащ были в пыли, а волосы растрепанными. Я была так удивлена, что и забыла про свою злость и негодование. Но преодолев бескрайнее удивление, наконец отмерла и вспомнила, что такому разумному существу как бессмертный была дана возможность разговаривать. –Прости.–Коротко извинилась я и отряхнула мантию от пыли, ведь на полу мы оба извалялись знатно.–Отряхнись.–Сказала я Люциферу. Почему то мой тон был холоднее и безразличнее, чем должен был. Я обошла Люцифера, который все еще прибывал в шоке, но отряхнул колени и плащ. Обогнув демона, я широкими и чуть торопливыми шагами двинулась по коридору, чувствуя, как взгляд багровых глаз усердно прожигает мне дыру в спине. На этот раз я шла внимательнее, что бы снова не сбить кого то. Наконец выйдя на свет, я распахнула массивные двери и вышла на улицу, вдохнув свежий воздух, а яркий свет на мгновение ослепил меня, хоть и погода была пасмурной. Пошагав в сторону своего жилища, я ловко обшагивала сугробы и замерзшие лужи, пресекая возможность поскользнуться. Вдруг я почувствовала, как что то холодное приземлилось мне на нос и тут же растаяло. Запрокинув голову вверх я увидела как снежинки, которые точно балерины в плавном танце спускались с неба и изящно приземлялись на землю. Снег стал ложиться на мои крылья, делая черные перья белыми сверху. А я собственно, и не хотела его стряхивать.