Разорванные нити: прощание с домом

Стоя в луже крови, Варийцы с неподдельным отвращением и шоком, смотрели на это “существо”. В воздухе витал запах медной крови, который смешивался с терпким ароматом хвои. Ее тело, уже лишенное жизни, все еще издавало жуткие звуки - бульканье вытекающей алой жидкости и сухой хруст костей. В последний раз бросив взгляд на труп, Босс вспоминает о той, ради которой они все отправились ночью в лес. Хранители окружили девушку, которая до сих пор истекала кровью. Луссурия в панике пытался ее вылечить с помощью своего пламени солнца, но девушка не поддавалась. Он перепробовал всё, но только прижимая бинты к ее шее, можно было хоть как-то отсрочить конец. Лес вокруг затих, словно наблюдая за ними. Был слышен лишь мерцающий звук его пламени, но рана на шее продолжала пульсировать. Уже совсем бледная, трясущаяся ведьма схватилась за куртку парня, который надрывался, крича на всех, чтобы ей помогли. Она еле слышно прошептала, держась другой рукой за перебинтованное горло: «Домой!». – У нас больше нет времени с ней возиться. – Сказал Босс и пошел прочь от них. Луссурия и Скуало смотрели на ведьму, которая с надеждой в глаза умоляла их помочь. Хранитель солнца пошел наперекор приказу, подхватив девушку, побежал вверх по тропе, понимая как мало времени у них осталось. Ветки деревьев били его по лицу, хватаясь за одежду, словно мешали, но он прорывался вперед, ведь время шло на секунды. Перед ним выскочил Скуало, он тут же разрубал ветки на своём пути, расчищая дорогу. Добравшись до границы ее дома, они ступили на территорию хижины. Валентайн тут же глубоко задышала и начала кашлять. Оттолкнувшись от груди парня, она упала на землю. Всё что она слышала – это неразборчивые крики Луссурия. Голова кружилась, но сила родной земли не давала ей окончательно уйти. Ее пальцы, тонкие и бледные, впились во влажную землю, словно пытаясь вцепиться в саму жизнь. Каждая частичка почвы под ногтями дрожала. Она начала втирать в шею всё, что попадалось ей в руки, чувствуя, как рана затягивается. – Ты что делаешь!? Прекрати! – в панике кричал парень, подбежав к ней. – Заразу занесешь! Мы же далеко от города! – схватив ее за руку, он увидел, что кровь больше не шла. – Валентайн?! – Спасибо… – тихо шептала она, еле держась на руках. Перевернувшись, она легла на спину. Спустя столько лет, она наконец-то чувствовала освобождение. Ночь закончилась, а за ней пришло утреннее солнце, которое озарило ее дом. Сев, девушка смотрела на то, как старая хижина, словно купалась в лучах солнца, тоже радуясь концу ночи. Легкий порыв ветра ласкал ее волосы, словно гладя. Шепот листвы, что доносился из глубин леса – благодарил ее и прощался. Не только ее дом, но и весь лес теперь чист, а земля, что была пропитана кровью – задышала. Ведьма слышала вибрации земли, чувствовала, что силы, которые хранила ее семья, покидали это место. Дом еле слышно скрипел, прощаясь с хозяйкой. Он был счастлив наконец-то уйти, его ждал покой. Из-за грохота, парни тут же встали в боевые стойки, но этот шум был всего лишь от ее хижины. На лице Валентайн заиграла улыбка, а на глаза накатили слезы, смешиваясь с пылью на щеках. Она была счастлива, но окончательно сломлена, как и ее, уже бывший домик. К ним пришли остальные. Парни с интересом осматривали территорию, ища что-то полезное, да и просто любовались столпами у дома и украшениями, что лежали на улице. - Значит ты Валентайн? – к ней подошел Босс семьи. Наконец-то она смогла его рассмотреть при свете. - Да. – Она встала с земли и сняв повязку с шеи, посмотрела на мужчину. Его окутывала зловещая, черная аура невероятных размеров. Вот в какую тьму она провалилась, когда бежала с леса. – Я не стану извиняться. Они знали, что ко мне нельзя! -Что?! – разразился Скуало, бросив доску, которую вытаскивал с дома. – Да если бы не мы! Эта хрень тебя убила! - Нет. Наверно нет. В любом случае, вам не стоило приходить, тем более ночью. А Мора могла и не лезть на рожон. Я ее предупреждала. – Поправив куртку, которую дал ей Луссурия, девушка посмотрела на развалины, которые они пытались разобрать. – Что вы хотите найти там? У меня не было ничего, кроме дома. -Нашел! – кричал Луссурия вытащив из под развален украшение. Глаза ведьмы стали больше. Это был очень старый амулет, который передавался от ведьмы к ведьме. Никакой пользы он по факту не приносил, но был семейной реликвией. Девушка уже очень давно закинула его куда-то в комнате и забыла. Парень принес его к ним. Это был нефритовый шарик на серебряной цепочке. Ничего необычного, никакой энергии. Занзас взял его в руку и сжав, он раскололся, то, что должно было быть несокрушимым, рассыпалось в пыль под пальцами этого человека, а глаза удивленной девушки расширились но пол лица. Сломать нефрит, да еще и руками, она, наконец поняла с кем связала ее судьба. Внутри амулета была скомканная, пожелтевшая записка. -Что там?! – девушка привстала на носочки, чтобы увидеть, что от нее прятал новый знакомый, а тот лишь недовольно посмотрел на любопытную ведьму. – Что? Это так-то моё! – злилась она и тут же выхватила ее. Там было пророчество:

«Как два клинка в руке судьбы,

Столкнулись разные пути,

Горящий след оставит он

Сжигая старый, хлипкий дом

Но покидая отчий кров,

Забыв про тьму и страшный крест.

Где мать качала у груди,

Шепча: «Всё тьма, но ты мой свет.

Прими себя, откройся нам!

Возьми же то, что нужно вам»

Ведьма озадаченно смотрела на записку. Никто из семьи никогда не говорил про это, никто не знал о пророчестве. Вернув бумажку Занзасу, она пошла к дому, прокручивая в голове строки о сожжении дома. Коснувшись дубовой двери, которая одна до сих пор устояла, девушка чувствовала пульсацию, которая становилась все тише и тише. Прижавшись лбом к двери, она, шепча, прощалась с домом, благодаря его за всё. Отстранившись от двери, она тоже, тут же упала, наконец-то треснув пополам. – Больше нет пути, чтобы войти в дом. – Говорила девушка, ведь в дом можно войти только через дверь. – Что же теперь мне делать? Куда идти? – Ее окликнули хранители. Повернувшись к ним, девушку как осенило. Судьба сама вела ее, переплетая жизнь ведьмы с мафиози. Они освободили девушку от сестры, спасли в лесу и донесли до дома. Стиснув челюсть, переступая через гордость, Валентайн подошла к ним и обратившись к главному, заговорила: – Я согласна с вами работать, Господин Занзас. – она шла против своих убеждений, но больше всего она хотела жить. Ее голос был полон решимость, но в глаза был страх. Босс видел это, но лишь качнул головой, не став ничего говорить. Валентай со всем отрядом пошла прочь. Луссурия, уже решил занять место ее лучше друга, так что тут же пошел рядом с ней. Занзас посмотрел на записку, а после на дом девушки. Тут не было ничего, ради чего стоило оставлять столько следов. Мужчина поджег бумажку и кинув ее на землю, покинул бывшую территорию ведьмы. Уходя он слышал треск, но обернувшись, поляна исчезла, вместе с домом. Спускаясь вниз, Валентайн хотела попрощаться и с сестрой. Весь отряд пошел с ней, чем удивили ее. Подходя к месту их сражения, девушка замерла. Моры не было, ни ее паучьего тела, ни ее самой. Получив команду от Скуало, все начали искать хоть какие-то следы. Ведьма же подошла к месту, где лежало тело сестры, и увидела еще один нефритовый шарик, а в луже крови плавал паучок, который мерцал словно бриллиант на свету. Он был не похож на ее детей. Изящный, красивый, длинноногий белоснежный паук. – Мора? – прошептала она, паук развернулся к ней мордочкой. Его глазки сверкали точно как у Моры, когда так в порыве злости кидалась на сестру. – О господи! – она тут же схватила ее и спрятала в руках. – Сиди тихо! – спрятав под кофту, пошла ко всем. – Никого! Ничего. Видимо она просто исчезла! Все недоверчиво смотрели на девушку, но решили, что девушка знает об этом больше. Впервые за многие годы, она покинет этот лес. Стоя на конце тропы, она испуганно смотрела вниз. Каменная тропа обрывалась и начинался асфальт. Раньше, она всегда чувствовала барьер, который оберегал их с сестрой, но теперь, тут было пусто. Протянув руку вперед, ничего кроме свободы. Когда машина тронулась, Валентайн в последний раз взглянула на исчезающий в тумане лес. То, что было ее домом, теперь стало всего лишь воспоминанием - таким же хрупким, как тот нефритовый шарик, что легко лопнул в руках ее Босса. – Ты всё так же не веришь в магию? – с усмешкой спросил Луссурия, смотря на Супербиа, который вел машину. – Когда она своей магией убьет кого-то, тогда и поверю. Пауки-мутанты – не магия. – Ну как скажешь. – Пожимая плечами, Луссурия смотрел на грустную ведьму. Только он и Босс, понимали, что связались с чем-то совершенно иным.