Глава 8. Майкл

– Послушай, все, что они делают – детский лепет. Уверяю тебя, там ничего интересного, – говорит Уилл, расслабленно держа автомат. – Мы должны проверить, – твердо отвечает Майкл. – Ладно, как скажешь. Парни двигаются вперед, обходя стороной грязь низин. Подошва хлюпает, форма шелестит от трения, а оружие в их руках иногда издает тихие щелчки от соприкосновения с металлическими частями одежды. Двое солдат идут вдоль стен жилого отсека, высматривая по дороге все, что могло бы скомпрометировать жильцов. Не так давно к ним поступило донесение, и если бы лень Уилла взяла верх, они бы сюда не сунулись. Упрямство Майкла было в этой схватке непреклонно. Они проходят мимо окна нужного дома, когда в углу, внутри комнаты, показывается маленькое светлое личико существа, больше похожего на перепуганное животное, чем на ребенка. – Стой, – командует Майкл. – Что за черт? Это же просто ребенок, Майк. Ты серьезно собрался обыскивать ребенка? Майкл сжимает челюсть, вглядываясь в темноту. – Осмотри территорию. Я пойду внутрь, – голосом, не терпящим возражений объявляет Майкл. – Твою мать, ладно, – отзывается Уилл и исчезает за поворотом здания. Майкл не сводит глаз с лица девочки. Кажется, это девочка, он может только догадываться с таких ракурса и расстояния. Хотя нет, точно, девочка. Ее выдает белое платье в красный горошек, висящее на худых плечиках. Она стискивает в руках грязную мягкую игрушку в форме медведя. Медленно двигаясь ко входу в помещение, Майкл выставляет одну руку ладонью вперед, но другую держит на автомате. – Где твои родители? Как бы он ни старался, Майкл никогда не умел разговаривать с детьми, особенно с теми, чьих родителей подозревали в нарушении закона. Девочка, кажется, еще сильнее вжимается в угол, метая взгляд с автомата на лицо Майкла и обратно. За стеной скрипит половица. Звук такой отчетливый, что рука Майкла дергается. Глаза девочки расширяются от страха. Кажется, еще немного, и он бы выстрелил. Из другой комнаты появляется еще одна фигура. Выше, но не больше, чем девочка с игрушкой, она подходит вплотную к первой и закрывает ее своими тонкими руками. Майкл и не думает опускать автомат. Вместо этого он останавливается, оценивая ситуацию. – Мы ничего не сделали, – тонким голоском говорит та, что постарше. – Мне нужно увидеть ваших родителей. – Они на работе, – твердо произносит, видимо, сестра той, что хранит молчание. – Эй, эй, – слышится за спиной Майкла. Это Уилл. – Тише, – он опускает руку на поднятый автомат напарника, смотря ему в глаза. – Майкл, это же дети, черт, посмотри на них! – Дети они или нет, их родители – преступники. Уилл выдыхает, понимая, что говорить что-то бесполезно. Вместо этого он переводит взгляд на девочек, уже немного начавших трястись. – Мы не сделаем вам больно, я обещаю, – начинает Уилл. – Нам просто надо знать, где именно ваши родители. – Они на работе, – повторяет старшая. – Скоро же ночь, так? – констатирует Уилл. – Они наверняка вот-вот вернутся, а мы с моим приятелем подождем их здесь. Договорились? Девочки стоят, не шевелясь, недоверчиво смотря на дуло автомата. – Он опустит его, если вы пообещаете никуда отсюда не уходить, и у нас у всех может получиться вполне приятный вечер. Уилл врет. Вечер не будет приятным. Скоро вернутся их родители, которых поведут на казнь, а в приюте станет на два человека больше. – К стене. Садитесь на диван, – Майкл двигает рукой с автоматом, показывая направление. – Давай, Эбигейл, мы просто посидим тут, – старшая подталкивает сестренку вбок, чтобы обойти по описываемой дуге и сесть на единственный предмет мебели в комнате. – Быстрее, – командует Майкл. – Они стараются, – пытается смягчить его Уилл, хотя понимает, что это не имеет смысла. Лицо Майкла бесстрастно. Он застрелил бы этих детей, поведи они себя как-то иначе. Но девочки послушно занимают свое место, прижавшись друг к другу. Они продолжают молча смотреть на автомат Майкла, а затем старшая переводит взгляд на Уилла, задавая немой вопрос: «Он же его уберет?». Тут же она меняется в лице. Между детских бровей залегает морщинка. «Вы обещали,» – читается в этом выражении. – Майки… – Уилл предпринимает новую попытку, и в этот раз напарник медленно опускает оружие, но взгляд его глаз говорит: малейшее движение – и все вернется к тому, что было. Комната наполняется гнетущей тишиной. В такой атмосфере проходит некоторое время. Часы, видимо, расположенные за стенкой, пробивают полночь. Замок на дверях звякает, а девочка, та, что постарше, шумно выпускает воздух из груди. На щеках младшей блестят слезы. Никто не говорит ни слова. Все понимают, что будет дальше.